Lifeguard Bondi Beach

– Что? Не стану я этого делать! — пыхтит возмущённо и отстраняется, когда руки перемещаются на талию и приподнимают, помогая удержаться на поверхности.

— Это поможет, доверься мне, — звучит уверенно и Юнги прислушивается к нему.

Чон следит за припухлой губой, что зажимают между зубами и опускает голову: этого он не в силах вынести, это просто выше всех сил. Делает глубокий вздох, до предела наполняя лёгкие, берёт омегу одной рукой за затылок, а другой надавливает на поясницу, заставляя приподняться и медленно направляется к берегу. Смотрит сверху вниз, как сжимается тело на песке и не может сдержаться.

— Какого чёрта ты плаваешь один? — сжимает кулаки и выполняет дыхательное упражнение: вдох-выдох: раз, два, три… — Юнги, судороги одна из основных причин по которой тонут люди. Если не о себе, то хотя бы о родных подумай! — отчитывает омегу и тянет его лодыжку на себя, массируя с силой, надавливая изо всех сил и растирая пальцами.

Ругает себя отборным матом, пытаясь разогнать непристойные мысли и сосредоточится на том, чтобы унять боль в ноге, потому что выглядит она ужасно. Юнги перехватывает руки и рвано дышит, останавливая массаж. Появившаяся мысль, что омеге могут быть неприятны его прикосновения, отдаётся болью в грудной клетке, и он останавливается.

— Обхвати рукой ногу, — говорит Хосок, если ему не приятно, пусть попробует помочь себе сам, лишь бы убрать болезненное выражение от его лица и снять напряжение с тела, — чуть ниже голени, вот тут, — ставит его руку, понимая что тот не в силах понять о чём его просят. — Молодец, теперь согни ногу в колене и сильно потяни рукой назад к спине.

Боль отступает, мышцы расслабляются как и тело парня, и он безвольно падает на горячий песок. Глаза распахнуты, длинные ресницы трепещут, грудь поднимается от частого дыхания а нижняя, и так припухлая губа, сияет алым цветом, чёрт, так и манит к себе.

— У тебя травма была? — кивает головой, — лечение делал? — повторный кивок. — Если хочешь, я позову дежурного врача, он хорошо раз…

— Нет! — резче чем следовало бы, отвечает Юнги и тут же приподнимается. Только не этот врач, он слышать его имени даже не хочет, не то что видеть. Ощущать его ненавистные руки на себе, тем более.

Хосок молчит, удивленный реакцией и к счастью омеги, не задаёт вопросов. Делает мысленно заметку в списке того, что не нравится Мин Юнги. Что связывает его с доктором? Или он боится всех врачей, хоть и большой мальчик? Остаётся только гадать.

— Хорошо. Сегодня отдохни и не тревожь ногу, она тебе спасибо за это не скажет, — он смотрит на сгорбившуюся спину и отстранённый взгляд омеги в никуда. Хосоку очень знакомо это состояние. Молчит, зная что физически Юнги тут, а вот мыслями, очень далеко. Чон многое отдал бы, чтобы узнать, что тревожит его омегу, и без колебаний взял бы на себя его боль. Ему не привыкать…

Вдали, очередной раз пытаясь встать на доску и потеряв равновесие, Чонгук падает в воду, заставляя брызги разлетаться в разные стороны. Если Чонгук в воде, то дело серьёзное, значимое. Тэхён искрится счастьем и заполняет ею весь километраж пляжа Бонди-Бич, а то и океан.

Юнги встаёт, и тут же морщится от ноющей боли.

— Мой фотоаппарат… — Хосок тут же хватает в охапку вещи омеги и передаёт ему.

— Ходить можешь?

— Да, — звучит неуверенно и альфа хмыкает, — нет, — уже громче говорит парень и вешает фотоаппарат на шею.

— Вот и отлично. Когда дело касается здоровья, о гордости не может быть и речи.

Легко берет Юнги на руки и пытается, если это возможно в данном случае, приложить максимум усилий для минимум контакта с желанным телом. Парень напряжен и снова мысли о том, что ему это неприятно, заставляет его сникнуть. Уверенной и твёрдой походкой Хосок идёт в сторону отеля под свист его друзей, коих тут немало. Улыбается, заметив румянец на бледных щеках омеги: эту картину он надолго запомнит.

— Юнги?

— Ммм, — мычит омега.

— Прости меня, — искренне говорит Хосок.

— Поздновато, не думаешь? — поднимает взгляд и замечает, что о скулы этого альфы можно порезаться.

— Лучше поздно, чем никогда, — тянет с улыбкой Чон, перехватывая взгляд и дальше они идут молча, каждый думая о своём. Если молчание можно считать за согласие, то он очень рад этому молчанию.

Хосок и мечтать не смеет о каких-либо ответных чувствах, заслужить прощение ледяного принца является пределом его желаний. Он здоровается с Мелани и идёт прямо к номеру парня, толкает бедром дверь, проходит боком и аккуратно устраивает омегу на кровать. Замечает лимонное дерево и не скрывает улыбку, переводит взгляд на красочную коробку рядом и вовсе обнажает ряд зубов.

— Отдыхай и набирайся сил к фестивалю, — делает пару шагов к выходу.

– Хосок… — альфа замирает, омега впервые назвал его по имени и он знает, что ни с чьих губ его имя так сладко не звучало, как с пухлых губ Юнги, — зачем?

Чон поворачивается и отслеживает взгляд чёрных глаз: смотрит на подарки.

— Что зачем?

— Ты знаешь.

— Ничего я не знаю, Юнги. Отдыхай, — и выходит с глаз долой. Догадался от кого они. Конечно, когда он прямым текстом дал понять что это он, отправляя дерево с его природным запахом. А на счёт всего остального — это лишь обыкновенные вещи, что он заметил в обиходе Юнги. Обыкновенные, но очень приятные. Хосоку нравилось замечать то, что никто не видит и делать пометки для себя. Зачем? Кто ж его знает, сердцу ведь не объяснишь.

Дверь давно закрылась, приятный и усиленный аромат лимона долго обволакивал обмякшее тело, которое погрузилось в спокойный сон.

*****************************
     Продолжение следует.

В субботу вечером выйдет 2 новых глав, ждите💓💗