Forestbound

—  «Рядом с ней я даже забыл, пусть на время, о своём одиночестве.»

— Из книги «Мой любимый sputnik»
автор Харуки Мураками

Солнечный свет раскрашивал двор мягкими золотистыми оттенками. Мелиса стояла на заднем дворе, держа в руках тяжёлые дрова. Её пальцы сжимали кору, плечи напрягались под весом. Она уже собиралась разложить дрова на колоде и подготовить топор для рубки, чтобы согреть дом и поддерживать порядок, когда внезапное движение в окне привлекло её внимание.

Баки стоял у стеклянной створки, наблюдая за ней. В конце концов он вышел из дома, направляясь к ней.

— Давай я, — сказал он, глядя на неё, протягивая руку к топору.

Мелиса лишь слегка приподняла бровь и улыбнулась.

— Нет, нет... — тихо сказала она, сжимая ещё одну поленницу. — Я сама.

Баки нахмурился, недовольный её отказом. Он сделал шаг ближе, слегка наклонился к ней и тихо, но твёрдо произнёс:

— Нет, давай это сделаю я.

Мелиса задержала дыхание на мгновение, оценивая его упрямство и заботу одновременно. Её улыбка стала чуть шире, глаза блеснули, но она всё равно покачала головой:

— Ну что ж... — прошептала она, — раз так хочешь.

Баки взял топор в руки, слегка сжав рукоять, и повернулся к колоде. Его движения были уверенными и точными, каждая секунда работы отдавалась в ритме мышц и силы. Мелиса стояла в нескольких шагах, почти не дыша, наблюдая за ним.

Солнечный свет ложился на его плечи и волосы, слегка подсвечивая каштановые локоны. Она невольно заметила, как аккуратно играют тени на его лице, как линия скул, изгиб подбородка и губы выдают одновременно решимость и мягкость. Даже привычная сдержанность не могла скрыть внутреннюю силу и грацию, исходящую от него без всяких усилий.

Мелиса отвела взгляд на секунду, пытаясь собраться, но потом снова невольно вернулась к нему. Каждое движение Баки было отточенным и одновременно естественным, словно в нём сочетались и сила воина, и тихая гармония человека, который умеет быть рядом, не нарушая пространства другого. Она даже не заметила, как задержала дыхание, наблюдая, как он поднимает топор, опускает его и разрубает дрова ровно и быстро.

— Готово, — тихо сказал он, и её взгляд мгновенно оторвался от него, будто она «проснулась» от своей мечтательности. Баки уже выпрямился, сложив аккуратную стопку колотых дров.

— Что с ними делать? — спросил он, слегка наклонив голову, наблюдая за её реакцией.
Мелиса подошла ближе, чтобы осмотреть стопку. Её пальцы чуть дотронулись до края поленьев, и она улыбнулась.

— На крыльцо, — сказала она, мягко указывая в сторону, где дрова будут под рукой для очага. — Нужно отнести их на крыльцо.

Баки кивнул, не отрывая от неё взгляда, и аккуратно взял первые полена. Его движения оставались размеренными, словно каждое полено было частью ритуала, а не просто работой. Мелиса шагала рядом, помогая ему сложить дрова, и в каждом его движении продолжала видеть ту силу и тепло, которые делали его особенным в её глазах.

Когда последняя поленница заняла своё место на крыльце, Мелиса выпрямилась, стряхивая с ладоней мелкие щепки. Тёплый ветер слегка тронул её волосы, а солнечный свет мягко ложился на её плечи.

— Если честно, — она приподняла бровь, скрывая улыбку, — я впервые вижу человека, который так легко и быстро управился с дровами.

Баки слегка фыркнул, но в уголках его губ появилась мягкая улыбка.

— Мне было не сложно, — сказал он, опуская взгляд, но всё равно не скрывая этой улыбки. — Раньше я часто это делал. В Бруклине. Когда... когда всё было по другому.

Мелиса улыбнулась его словам, радуясь про себя, что он сам понемногу начинает говорить о своём прошлом. Она хотела повернуться к дому, но вдруг остановилась и сказала:

— Баки... а ты не против прогуляться со мной в лес?

Он удивлённо поднял брови.

— В лес? Сейчас?

— А почему нет? — Мелиса пожала плечами. — Погода хорошая. Да и свежий воздух тебе пойдёт на пользу.

Баки задумался всего на секунду. В его взгляде мелькнуло что-то вроде осторожного интереса.

— Ладно, — тихо ответил он. — Я не против.
— Отлично, — Мелиса улыбнулась и направилась к дому.

Вернувшись через минуту, она снова появилась на крыльце, держа в руках плетёную корзину с широкими ручками. Баки чуть нахмурился.

— Это... зачем?

— На всякий случай, — легко сказала она, проверяя, не треснула ли ручка. — Вдруг по пути попадутся нужные ингредиенты.

Он последовал за ней по тихой тропинке, ведущей от дома к лесу. Мягкая земля под ногами почти не издавала звуков, только листья тихо шелестели от лёгкого ветра. Баки шёл чуть сзади, прислушиваясь к успокаивающим звукам природы — пению птиц и сухому хрусту веток под его шагами. Всё это казалось ему странным, почти непривычным после всего, что он испытал за столько лет.

Когда деревья сомкнулись над ними, отбрасывая лёгкую тень, Баки снова посмотрел на корзину в её руках.

— Так ты... травы собираешь? — спросил он неуверенно, подбирая слова. — Или ягоды? Что это за «ингредиенты»?

Мелиса усмехнулась и отодвинула ветку, проходя дальше.

— По разному. Иногда травы, иногда коренья, иногда мох. Что попадётся.

— Это помогает лечить людей? — он остановился, глядя на неё чуть внимательнее. В голосе прозвучало не просто любопытство — лёгкая осторожность, даже забота.

— Да, — мягко ответила она. — Я лечу местных жителей. Здесь людей немного, но им тоже нужна помощь. Иногда лекарственные травы работают лучше любого зелья.

Баки чуть приподнял бровь.

— Ты варишь зелья?

— Сейчас нет, но... — Мелиса на мгновение отвела взгляд. — Раньше у меня была магия, с помощью которой я и делала разные зелья. — Она опустила глаза, но говорила спокойно. — А потом, живя долгое время среди людей, поняла, что никакая магия мне не нужна.

Её пальцы чуть крепче сжали ручку корзины, будто она держала не просто предмет, а напоминание о прошлой жизни.

Они снова пошли вперёд, и Баки не сводил с неё взгляда. То, как она говорила — спокойно, уверенно, без всякой жалости к себе, восхищало его больше, чем он был готов признать.

— Ты... добрая, — наконец сказал он негромко, будто боялся нарушить тишину леса.

Мелиса чуть поджала губы от его слов, будто не зная, как правильно на них отреагировать.

— Ну... я бы так не сказала, — тихо произнесла она, не останавливаясь, но в голосе прозвучала едва заметная грусть.

Баки, не успев подумать, сразу спросил:

— Почему?

Он произнёс это слишком быстро, слишком прямо и лишь после заметил, как её взгляд на секунду стал более тяжёлым, подавленным, будто она вспомнила то, о чём предпочитает молчать. Баки замедлил шаг и опустил глаза.

— Прости, — тихо сказал он. — Я... задаю слишком много вопросов.

Но Мелиса тут же обернулась, покачав головой.

— Нет, нет, — мягко улыбнулась она. — Всё нормально. Можешь спрашивать что угодно. Правда.

Она хотела сказать это убедительно, и у неё получилось — в её голосе не было ни раздражения, ни усталости. Скорее наоборот: будто ей было важно, чтобы он знал, его интерес не причиняет ей боли.

В этот момент её взгляд упал на что-то между корней старой ели. Лицо Мелисы сразу посветлело.

— О, то, что нужно, — тихо произнесла она, приседая.

Корзина мягко качнулась в её руках, когда она опустилась на колени, аккуратно отодвигая веточки. Баки медленно опустился рядом с ней, чуть наклонившись вперёд, и его взгляд задержался на том самом растении, которое Мелиса осторожно освобождала от сухих иголок.

Не говоря ни слова, он протянул руку, помогая ей собрать оставшиеся стебли. Он старался делать всё аккуратно, будто боялся случайно навредить или сделать что-то не так. Вскоре Баки выпрямился, держа найденные ингредиенты в раскрытой ладони.

— Держи.

Мелиса подняла глаза и посмотрела на него. Лучи солнца мягко освещали его лицо, и в этом свете казалось, что все невзгоды отступают, уступая место спокойствию. Она протянула руку, принимая растение, и в тот миг их пальцы едва заметно коснулись друг друга. Это прикосновение было пронзительным — по её коже пробежали лёгкие мурашки.

Баки смотрел на неё, не отводя взгляда, внимательно изучая каждую черту её лица. Мелиса, чуть смутившись от его пронзительного взгляда, быстро приняла стебли и положила их в корзину.
Мелиса мягко поднялась на ноги, стряхнув травинки с подола платья. Корзина снова заняла своё место в её руках, и она оглянулась на Баки. В её глазах мелькнул лёгкий, тёплый блеск.

— Пойдём, — сказала она тихо, едва слышно. — Я хочу показать тебе одно место.

Она двинулась вперёд по узкой травяной тропинке. Её фигура скользила между деревьями так естественно, будто лес был её домом, а каждое растение — старым другом. Баки шёл позади, чуть быстрее, чтобы не отставать. Он ловил запах смолы и влажной земли, слушал шелест листьев и невольно отмечал, что рядом с ней ему почему-то спокойно.

Они шли несколько минут, пока густые заросли вокруг не начали редеть, впуская больше света. Лес будто раскрывался перед ними. И вот, едва переступив через тонкую линию кустарника, Баки остановился, замирая.

Перед ним открылась небольшая поляна, утопающая в цветах. Трава была мягкой, как ковёр, а в самом центре возвышалось огромное дерево — могучее, старое, но удивительно красивое. Его ствол был широкий и гладкий, ветви тянулись в стороны, создавая купол, сквозь который пробивались солнечные лучи, рассыпаясь золотыми искрами.
Баки медленно сделал шаг вперёд.

— Это... — он замолчал, не находя нужных слов.

Мелиса улыбнулась, наблюдая за его реакцией.

— Я прихожу сюда, когда мне становится грустно, — сказала она тихо.

Она подошла чуть ближе к дереву и посмотрела на Баки через плечо.

— Я подумала, что тебе это место тоже может понравиться.

Баки медленно прошёл к самому центру поляны, не сводя взгляда с дерева. В его глазах впервые за долгое время появилось нечто похожее на восхищение.

— Мне очень нравится это место, — сказал он негромко, будто боялся нарушить тишину, живущую здесь веками.

Он протянул руку и осторожно коснулся ладонью гладкой коры дерева. Мелиса подошла ближе и встала рядом; их плечи оказались почти на одном уровне. Она посмотрела на его руку, лежащую на коре, и мягко произнесла:

— Прикоснувшись к нему, ты можешь загадать желание.

Баки повернул голову к ней, вопросительно посмотрев. Мелиса лишь улыбнулась его недоумению.

— Мама в детстве говорила мне, что чем древнее дерево, тем вероятнее, что желание сбудется.

Баки снова посмотрел на дерево, но через секунду тихо спросил:

— А твои... сбывались?

Она замолчала на миг, рассматривая мощные ветви, уходящие высоко в небо. Затем она слегка кивнула:

— Не всегда, конечно... — сказала она. — Но по большей части да, сбывались.

Мелиса подняла руку и приложила ладонь к коре. Затем она прикрыла глаза, загадывая желание. Баки смотрел на неё несколько секунд, замечая, как её ресницы слегка подрагивают, как она прикусила нижнюю губу.
Он глубоко вдохнул и последовал её примеру. Закрыв глаза, мир вокруг будто сразу стал чётче: он услышал, как в глубине леса перекликаются птицы, как ветер осторожно перебирает листья, а затем касается его волос, слегка шевеля пряди.

И впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности — что никто больше не завладеет его разумом и что эта слегка чудноватая девушка поможет ему выйти из кошмарного прошлого.