IV
- Мы приехали!
Она небрежно утёрла глаза. Перед взором предстал двухэтажный особняк, на вид дом был старинный. Он как нельзя лучше вписывался в общую картину местности: горная тропа, уходящая вверх на вершину горы, хвойный лес окружающий деревню, где под могучими стволами и раскидистыми кронами древ стояли летние беседки. По обеим сторонам дороги, несли свое тихое бремя, никому не мешая, избы, построенные не менее полувека назад. Ощущение простой русской деревни. Портили атмосферу лишь вышки, понатыканные там и тут, ну и новая заасфальтированная дорога до самой деревни. Все эти блага цивилизации не вписывались в общую картину, были здесь чужими.
Обстановка самого особняка соответствовала прошлому веку. Дровяная печка, вырезные столы и мерно тикающие настенные часы, в таких частенько устанавливали кукушку. На одном из столов стоял старый телефон, где-то начала двадцатого века, а в углу пылился граммофон. Даже запах в доме был особый, ни с чем не сравнимый. Что-то родное и поистине притягательное было в этом месте.
- Располагайся, я принесу вещи.
- Красивый дом, такие тёплые цвета...
- Прадеда дом, ему уже больше сотни. Потихоньку делаю ремонт, но не хочется портить, уютно тут.
День подходил к концу. Небо заволокло тучами, моросил дождь. Не сильный, но выходить ей было нельзя. Пришлось сидеть на крыльце и наблюдать, но и это принесло ей уйму удовольствия. Эти запахи, краски, бегающая под дождём ребятня, сердце вновь застучало сильно-сильно. Дождь и не думал прекращаться. Но малый лучик света, пробил себе дорогу, сквозь грузный барьер из грозовых туч. Она смотрела на небо...
- Есть иди! –Пришлось зайти в дом. Доктор с возгласами, что уже темно, вышел во двор и стал затворять ставни, взглянул на небо – дождь кончился.
Тяжело стучал маятник, в комнате пахло чаем, горела тусклая лампочка, ночью в горах холодно, поэтому они оба сидели, закутавшись в пледы, шла партия.
- Мат! – Она с удовольствием откинулась на своем кресле.
- Как опять, блин да ты голова, так ещё одну партию и спать. – Доктор выглядел довольным. Он хотел отпить горячего чая, так пахнущего травами, но обнаружив, что в стакане пусто, с досадой поставив его на место. Переведя глаз на часы, он воскликнул. – Ух ты ж ё! Уже одиннадцать, доигрываем и спать!
- Доктор не забыли, кто проиграл тот... – Она, ехидно улыбаясь, тянула к нему свою кружку
- Помню-помню, давай сюда.
Стал заваривать свой фирменный чай, так бивший в нос своим сладким ароматом. Доктор часто играл с ней в различные настольные игры, и не было таких, в которых он мог выиграть. И это, несмотря даже, на то, что у него был первый разряд по шахматам! Даже не ходя в школу, она была невероятно образована и начитана. И все это даже до того, как ей начал помогать с учебой доктор.
- С твоей головой легко и в МГУ поступить. Держи! – Он протянул ей стакан с чаем. – Кстати, о головах, мы тут планировали провести шахматный турнир между жителями деревни. Местного старожилу будет тяжело обыграть. Ну как, справишься?
- Иду! Обязательно, когда?
- Послезавтра.
- Доктор, спасибо! – Её лицо выразило такую радость, что можно было ослепнуть, она прям светилась.
- За что?
- Вы всегда поддерживаете меня.
- Ну, вот в краску вогнала, ходи, давай! Я же доктор, я должен.
- Не врите, вы стали доктором, чтобы помогать, а не помогаете, потому что стали доктором. Это разные вещи!
- Эх... – Он тяжело вздохнул, махнув рукой.
- Мат!
- Ё моё! Опять! Так всё отбой.
Утро выдалось тёплым, правда, туман накрыл горы сплошной серой пеленой. Свежий воздух разбудил её, последние пять лет это делала медсестра, так что ей было непривычно просыпаться самой. Накинув кофту, она выехала во двор, земля высохла, но всё ещё пахло сыростью. Она поехала к обзорной точке, с которой, как говорил доктор, были видны все горы. Мягкая подстилка из хвои застилала весь лес, многолетние ели создавали впечатления нерушимости, ещё больше украшая местные горы.
На смотровой площадке уже кто-то был с утра пораньше. Парень сидел на лавочке прислонившись к одиноко стоявшему дереву. Его молодость скрывали синяки под глазами, и жесткая щетина. Во рту дымилась сигарета, а взгляд его был направлен в пустоту. Похоже, что мысли полностью захватили его, и он даже не обратил внимание на гостью.
- Доброе утро! – Ее прекрасное настроение ничто не могло сломить, вид на горы и вправду был восхитительный. Туман постепенно отступал, оголяя бесконечные горизонты зелени. Словно покрывало стройные ряды деревьев укутали здешних каменных великанов.
- И тебе не хворать. – Парень говорил максимально отстраненно. Он даже не смотрел на гостью, ему похоже было все равно.
- Ах, такой вид. Как же круто здесь жить. – Она спокойно продолжила любоваться видами, но тягостное молчание, повисшее мертвым грузом, действовало ей на нервы, и она все же решилась продолжить диалог. – Вы местный? Я вам так завидую!
- Местный... – Обратив внимание на ее коляску, он, похоже, решил включиться в диалог. – Ты если прыгать будешь, то давай шустрее, так и быть я даме уступлю.
- Дурак! – Она насупилась. Она взглянула ему в глаза и злость будто сама собой отступила. Никогда ранее, она не видела таких тусклых и безразличных глаз. – Серьезно, что ли прыгать?
- Может и серьезно...
- Не вздумай! Я не позволю! – Она скрестила руки на груди, и серьезно осматривала парня. «Да он же метр девяносто, не меньше!» – крутились в голове.
- Ты что ль? Ты как вообще сюда заехала на своей коляске? – Он, прищурив глаз стал ее разглядывать в ответ.
- Я! Это специальная коляска, горная. Вездеход мой! Протараню тебя если будешь пытаться тут глупости делать. – Она подъехала к нему и резко схватила за голову, уставившись ему прямо в глаза. Несмотря на маленькие и нежные руки, она сделала это столь стремительно, что у него от изумления даже окурок изо рта выпал. Казалось, что у него появились проблески света в глазах.
- Ха! А ты смешная! – Он начал смеяться, смотря на ее серьезное лицо. Ее глаза зачаровывали, стараясь не сводить с нее взгляда, встал в полный рост и вновь закурил, а затем склонился, оперившись в нее лбом. – Ну вот он я, тарань!
Внезапно она подвинулась чуть вперед, наехав ему на ногу, так что он потерял равновесие и упал. Вытащив из его губ сигарету, затянулась что было силы. Естественно, глубокий кашель не заставил себя долго ждать. Но будучи крайне упертой, она вдохнула еще раз, выпустив едкий дым ему прямо в лицо. После чего с ехидным лицом приняла победную позу. Парень похоже ничего подобного не ожидал, и глубоко опешив, рассмеялся.
- Вот это ты даешь! Никогда не видел таких боевых девчонок! Ты кто вообще такая?
- Специальный больничный спецназ! Слышал о таких? Вот то-то же, бойся!
- Такая красивая и пацанка. – Он, отряхнув штаны, сел снова на лавочку, и открыл банку с газировкой. – Будешь?
- Давай. – Отпив немного она сильно скривилась. Газированная кислота заполнила весь рот. Она привыкла правильно питаться, и такие обыденные для многих вкусности обходили ее стороной. – Фу, это что вообще такое?
- Энергетик, хотя тебя похоже такое пить не нужно. Ты и так энерджайзер на колесах! Потом тебя не остановишь. – Он явно повеселел. Эта девочка, в ней явно было что-то особенное, притягательное.
- И чего ты прыгать собрался? – Ее личико по-прежнему было надуто, то ли обидой, то ли злостью. Но свое доброту, за этой миной она не могла скрыть, и ее собеседник это прекрасно видел.
- А тебе то какая разница? Если решился человек, значит у него есть на то причина.
- Ты думаешь, что у тебя есть причина? Хм, вряд ли. Не терпеться на тот свет, так продай себя на органы тебе всё равно, так хоть родным польза будет.
- Ути какая злая! Так бы и сделал, только нет больше родных. Некому органы отдавать, последний близкий мне человек ушел из жизни. Тебе могу отдать, если хочешь, может тебе мои органы нужнее. – У нее перехватило грудь, он говорил это очень спокойным голосом, похоже фаза, когда хочется рыдать от боли прошла, и осталась лишь горечь утраты.
- Думаешь это сильный поступок, покончить с жизнью? Нет! Это слабость! Те, кто не умеют стоять под тяжестью проблем, ломаются, не перестают бояться смерти, но и жизнь уже не ценят! - Последнею фразу она уже не говорила, кричала.
- За что ж ее ценить? Жизнь это тебе не радостная прогулка, любить ее за сам факт существования? Ты это предлагаешь? Я хотел бы побороться, но смысл то какой? Ради чего? Жизнь не радостна сама по себе, твое существование становится жизнью, только когда есть смысл, цель. А у меня, подруга, его нет... – Эти слова ее глубоко задели. Сложно было сразу ответить что-то. Собеседник пристально смотрел на нее, заинтересованный, он смиренно ждал ответа. Но нужные мысли никак не приходили.
- Тогда живи ради освобождения человечества! – Единственное, что пришло в голову, цитата из любимой книги. Она выпалила это столь стремительно, что сама удивилась. Но собеседнику, похоже, такой ответ пришелся даже по душе. Он искренне в голос рассмеялся, чем вызвал неподдельное смущение.
- А ты и вправду очень забавная девчонка! А когда освобожу человечество, мне можно будет наконец-то все это закончить?
- Вот освободишь, тогда и посмотрим! – Она смотрела на него суровым взглядом, но от звонкого смеха самой захотелось улыбаться. – Я серьезно, вообще-то! Цели в жизни должны быть грандиозные. Хватит мелочной жизни. Не знаешь сам чего хочешь, так я тебе найду смысл жизни!
- Найди. С нетерпением буду этого смысла ждать. – Он протянул ей руку. Похоже, что в нем продолжила теплиться надежда, похоже сегодня еще один человек обрел желание продолжать бороться. – Спасибо...
- Что?
- Спасибо! Большое спасибо! Ты меня, наверное, спасла.
Следующий час они провели в солнечных переливах, молча смотря на вечные неприступные горы. Каждый мыслил о своем.
- Продолжать жить – значит каждый день бросать вызов самому себе! Бесконечная борьба за право иметь осмысленное существование. Этот смысл очень дорог. И лишь те, кто сражаются, могут идти дальше, творить и изменять, воспитывать, растить, создавать! Остальные же погибают, морально или физически, неважно, смерть есть смерть. По крайней мере, я так думаю. Правильно или нет, подходит ли это для тебя, не знаю. Сам найди себе такую цель, ради которой будешь жить.
- Освобождать и созидать? – Вновь зажег сигарету, похоже он был в очень сильных думах. – Знаешь, как забавно, а мне всегда казалось, что самая великая цель в твоей жизни, такая за которую эту жизнь не жалко отдать. Я запомню твои слова.
- Спасибо
- А мне за что?
- За то, что запомнишь.
- Так, хватит философствовать! – Внезапно он взял ее на руки и начал стремительно спускаться с горы.
- Что? Куда? Перестань! – Она в шоке крепко вжалась в него, от страха обхватив своими слабенькими руками как можно сильнее. – Куда ты меня несешь? А каталка?
- Увидишь. А каталку твою мы потом заберем, ты с ней еще неделю спускаться будешь!
Они пришли в самый центр деревни. В местном клубе был установлен кинопроектор ещё советских времён, но до сих пор пользовавшийся бешеной популярностью. Крутили разные старые фильмы, и здешняя кино библиотека была представлена самой широкой номенклатурой, от всеми признанных отечественных и зарубежных шедевров, до откровенно проходных картин. В небольшой зал на 15-20 человек то и дело приходили новые и новые зрители.
Достались самые лучшие места. Он заботливо усадил ее в центр ряда. Легкий холодок пробегал по спине, без своей каталки она была словно безоружна. В окружении стольких людей она никогда не была, в основном вокруг собрались ровесники, которых на удивление много было для столь небольшого населенного пункта. И вот свет погас, представив на белом полотне старенький черно-белый фильм. Чей-то magnum opus, картину, к которой автор возможно готовился всю жизнь, а может быть какое-то мимолетное вдохновение. В любом случае эти полтора часа прошли столь стремительно, поглощенные магией кино.
В маленьких поселениях знают друг друга в лицо, и поэтому появление нового человека всегда вызывает ажиотаж. После сеанса все внимание было приковано к сидящей в центре девчонке, что пыталась спрятаться от пытливых взглядов. Но вскоре пришло осознание, что окружающие не испытывают никаких других эмоций кроме любопытства. Попытки познакомиться начались незамедлительно. В окружении стольких сверстников она была впервые, звали её то туда, то сюда, рассказывали истории, девочки заплетали её волосы и учили плести разные косы.
Солнце уже было в зените, после прохладной комнаты кинотеатра улица казалась сплошным пеклом. Золотые лучи заливали все округу, и нигде не видно было спасительной тени. Он бодро нес ее на руках в сень огромного древа, что стояло на окраине деревни. Привыкнув быть на руках, ей так не хотелось отпускать его, что даже прижалась как можно теснее. Стук сердца лишь раззадорил молодую девушку, понятно, что это от того, что он несет, пускай и не очень тяжелую, но все равно какую-никакую, ношу. Нежно посадив ее в тень дерева, сам он буквально рухнул рядом, обливаясь потом.
- Я тяжелая?
- Фуух, неа. Жарко просто. Какая ты тяжелая, больше на пух похоже, тебе бы кушать лучше. А чего ты покраснела так? Смотри, чтоб без солнечных ударов! – Он приложил к ее лбу губы, чтобы прощупать температуру. Смущение достигло предела, сейчас она была краснее рубина. Невольно выпустив девичий писк, сама того не понимая, отпихнула его.
- Все хорошо, жарко просто. – Все тело дрожало, впервые кто-то был так близко к ней.
- Сейчас остынешь. Коляску твою ребята привезут, я попросил. А сейчас можешь просто отдыхать. – Легкий ветерок был спасением. Медленно колыхая высокую траву на широченном поле, он доходил до края, спускаясь с гор. Они просто смотрели на то как этот дерзкий юнец, покоривший и высокие пики гор и бескрайние просторы полей, борется с жаром огромного огненного шара, что, находясь на расстоянии в миллионы километров от нас, все равно дарил тепло.
Жара разморила их. Не прошло и часа как они, оперившись друг на друга, она на плечо, а он на голове, дремали. Каждый со своим потрясением, казалось, что жизнь наконец-то стала налаживаться.