Полное Подчинение

Я открыла глаза и спокойно вздохнула. Медленно встала с кровати, накинула на себя легкий шелковый халатик, завязала волосы в хвост, открыла длинные шторы на окне и вышла на балкон. Солнце давно уже встало и согревало своими лучами людей на улице. Море на удивление было спокойным. Практически без единой волны. Штиль. Оно завораживало и пленило своей красотой. Скрывало свою опасность и безжалостность, притворяясь таким таинственным и непоколебимым. Оно напоминало мне его. Человека, который похитил моё сердце и даже не попытался вернуть мне его назад.

 Тем вечером я попыталась быть сильнее себя и попросила его больше не попадаться мне на глаза. Его слова, признание, поцелуи, словно капли дождя, для меня ничего не означали. Я просто ушла, оставив его стоять там, на аллее. Он прислушался к моим словам и не тревожил меня больше. Когда меня встретил отец, мы просто уехали домой. Он не говорил мне чего-либо осуждающего или успокаивающего. Он просто отдал меня на попечительство одной из подданных, а сам ушел по своим делам. Только вечером следующего дня я увидела его сияющие шоколадные глаза и узнала, что в ночь мы улетаем на Гавайи, как он и обещал. Целую неделю мы отдыхали там и наслаждались последними деньками лета. В чувства он приводил меня два дня. Я дала себе отчет в том, что даже в книгах, которых я читала, конец частенько был печален. В моей жизни, в моей истории только боль. Никакой любви. Всё сказки. Я перешагнула через свои приоритеты и просто попыталась жить, не обращая внимания на плач сердца.Папа сделал всё возможное, чтобы на моем лице вновь сияла улыбка. Я ему благодарна. Наверное, я всегда буду ему обязана. Мы перепробовали разнообразные местные блюда, мельком посмотрели все достопримечательности, покатались на яхте и просто провели время на славу. Нас частенько принимали за молодожёнов,ведь мой папочка тот еще огурчик для 47 лет выглядит на все 30, предлагали всяческие услуги для влюбленных, что нас не малость раздражало и забавляло, но мы с удовольствием принимали предложения местных жителей и обслуживающего персонажа, наслаждаясь букетом романтики. Каждую ночь я думала о нем. Днем мысли о нем меня тревожили лишь изредка, когда отец не успевал опознать грусть в моих глазах. Но только стоило лечь в кровать, как на глазах наворачивались слезы, и сердце глухой болью отдавало в голову. Я вовсе не проклинала его, нет. Я просто любила. Молча и слепо. Я не снимала кольца даже на ночь.

 По возвращению домой мы, как обычно, попали на прием. Этот вечер был скучен и тосклив. Дамы обходили меня стороной, и лишь самые смелые все еще задавали каверзные вопросы о муже. О Чонуне шла речь, он был там, но я не слышала его очаровательного голоса и не видела даже силуэта. Я танцевала с Канином. Он вел себя аккуратно, видимо, он теперь знал человека, с которым я обручена. Все знали. Новые сплетни, новые слухи. Мы в ссоре. Громко шепотом обсуждают нас даже самые сдержанные. Я натолкнулась на его взгляд, когда через пару дней была устроена светская вечеринка в его доме. Он отвел глаза молниеносно и скрылся из виду. Внутри всё сжалось. Его глаза и эмоции в них... Он намеренно следил за тем, чтобы я не видела его. Даже несмотря на его силу характера, он действовал так, как попросила его я, девушка, которую никто не берет в расчет. Меня сломило это, и играть дочь своего отца, надменную и возвышенную леди стало просто невозможно. Я вновь стала собой и еле сдерживала свои чувства. Я из-за всех сил пыталась найти его, но все попытки оказались тщетными. Тогда я была вынуждена пойти на крайние меры. Я могла напиться в хлам и орать его имя, но все-таки я выше этого, поэтому я просто ушла на улицу в одном лишь коротеньком бежевом платье с открытой спиной. Он нашел меня, но подошел ко мне отец. Зато теперь я могла следить за ним так же, как и он за мной. Всё это закончилось очень глупо. Он не давал себя обнаружить и увидеть своего лица. Я поднималась по лестнице и по случайности оступилась. Он шел за мной и успел поймать меня. Я тогда очень перепугалась, ведь я действительно могла навернуться, так как все это произошло вопреки моей воле, хотя план был бы очень даже хорош. Я увидела его перепуганное лицо, разящий взгляд и белесые волосы, что неаккуратно спадали на лоб. Почувствовала его прикосновения, тепло, пьянящий запах и испуг. Стоило мне лишь покраснеть и смущенно улыбнуться, как игривость в изгибе его бровей вновь пугала меня, а хищность проскользнула в глазах. Так долго мы ещё не целовались на глазах у публики. Жадно, властно и страстно. Нам было плевать на всех. На привила, на этикет, на манеры. Мы скрылись с чуждых нам глаз и остались наедине. Эта ночь была полна неприкрытой страсти. Мы любили друг друга бурно, взволновано, нежно, ласково, пылко, чувственно, увлеченно, чутко и беспрерывно. Его поцелуи, движения, слова, - всё будоражило во мне кровь и уповало чувства. Он сделал мне публичное предложение и признание в любви. Я согласилась, даже не задумываясь. У нас была настоящая свадьба. Я обручилась с Чонуном официально и по всем законам. Празднование прошло на славу. Он держался всё также чертовски привлекательно и интригующе. Его таинственность, красота и сексуальность никуда не исчезли. Он для меня был всё тем же извращенцем и диким зверем, но он был моим. Он теперь мой, а я его.

 - Доброе утро, милая, - его руки легли мне на талию, - тебе здесь не холодно?
- Теперь нет, - с улыбкой сказала я и положила свои руки поверх его.
- Уже придумала, чем мы будем заниматься после того, как.., - он начал целовать мою шею, оставляя легкие следы. Тело охватило вожделение, и по венам забурлила кровь.
 - Чонун,я так не привыкла звать тебя этим именем.... - тихо произнесла я.
 - Я тебя слушаю, маленькая моя, - он положил свой подбородок ко мне на плечо, на минутку дав мне шанс изложить свои мысли.
- Вон там, - я указала на море, где красовалась в гавани прекрасная яхта, - вон там я хочу...
- Меня? – он приподнял бровь и сверкнул своими дьявольскими глазами.
- Тебя, - нагло ответила я, полагая, что он догадается, что я шучу.
 - Малышка, - он сладостно улыбнулся, - мне нравится твой настрой.
 - Глупый! – воскликнула я, - я хочу там устроить завтрак.
- Будем завтракать телами друг друга, милая? – он развернул меня лицом к себе и впился в мои губы легким поцелуем, как только я захотела возразить.
– Я только за. Такую пищу я люблю. На завтрак, на обед или на ужин, мне всё равно, но главное, маленькая моя, что употреблять тебя я могу всегда и везде.
- Чонун, - я покраснела, - я, я...
 - А сейчас будь добра, - он развязал пояс на моем халате и припал губами к солнечному сплетению, - угомони моё сердце. Оно так изголодалось по твоей любви.
-Ким Йесон!!! – заорав я начала задыхаться от его прикосновений, - давай только не на балконе, на нас же смотрят.
- Пусть смотрят, мне всё равно.
- А я не хочу, чтобы кто-нибудь видел, как я люблю тебя.
- Пусть завидуют мне, - едко сказал он и прижал меня к своему обнаженному торсу, распахнув мой халат.
- Чонун, пожалуйста...
 - Я люблю тебя, - прошептал он, улыбнувшись.
- Люблю, - ответила я. Он подхватил меня на руки и занес обратно в номер. 

 Первую брачную ночь мы решили проводить каждый день, пока длится наш медовый месяц. Да, он даже взял паузу в своем бизнесе и занимается делами лишь днем, пока я принимаю ванную или делаю что-нибудь эдакое, что можно делать одной, так как ванную частенько мне не удается принять в одиночестве и без стонов. С каждым днем я узнаю его всё больше и больше. Я удивляюсь и спорю. Мы дурачимся и говорим по душам. Мы планируем будущее и наслаждаемся обществом друг друга. Как оказалось, любовь вовсе не счастье. А счастье – это мы вдвоем. Я люблю и буду любить его всегда. Иначе зачем я доверилась сердцу?