Обиды и прощения
Дежурный врач пришел быстро. Он присел рядом с Итоши. Тот все также крепко держал малыша. Доктор осмотрел мальчика, пощупал, а затем сказал, что жизни ребенка ничего не угрожает, госпитализация не нужна. Все облегченно выдохнули. Однако Исаги требовался постельный режим. А еще тепло. Много тепла.
Рин, подняв мальчика, закутал того в принесенное кем-то одеяло и отправился в их комнату. Бережно уложив Исаги на кровать, он начал переодевать его в чистую, сухую, а главное теплую одежду. За ту неделю, что Йоичи был ребенком, у него здесь появился свой собственный гардероб. Вещей было даже больше, чем у Рина (хоть им и выдавали все здесь). Исаги постоянно пачкался, падал, случайно рвал одежду, которая у него была, поэтому приходилось покупать новую.
Итак. Итоши, переодев мальчика, закутал того в одеяло по самый нос. Исаги открыл глаза и рассеянно посмотрел на стоящего перед ним парня. Тот, уже взяв теплое молоко, которое несколько минут назад притащил все также встревоженный Бачира, протягивал стакан мальчику. Исаги, еле вызволив руки из плена пухового одеяла, взял напиток. Рин помог Йоичи сесть на кровати, чтобы тот не подавился. Допив, мальчик послушно отдал стакан Итоши, тот переставил его на тумбочку, а затем, немного сдвинув ребенка на кровати, сам лег рядом.
— Заставил же ты нас поволноваться. Ты зачем сбежал? — Рин бы хотел сделать свой голос более строгим, чтобы как-то указать мальчику на то, что он поступил неправильно, сбежав из-под опеки, но, смотря на такое измученное лицо Исаги, он не мог укорять его. Конечно, зеленоглазый юноша хотел, чтобы мальчик усвоил урок и в следующий раз не было бы подобных ситуаций, которые заставили всех знатно поволноваться. Ладно, он поругает его попозже. Наверное.
Исаги долго молчал. Он был уставшим, но потом все-таки произнес.
— Это ты виноват! Ты бросил меня! Я всего лишь пытался найти тебя, ты же мой друг… и я тебя люблю. Но сейчас я уже так не думаю. — Исаги повертел головой. — Тот мальчик Сайко неприятный и злой. Я не хотел с ним больше находиться.
Слова Йоичи ранили Рина. Он удивленно раскрыл глаза, ведь никогда не думал, что стал настолько близким мальчику, и даже не предполагал, что происходило в душе Исаги, когда он не пришел за ним. Он такой дурак! Всегда называет идиотами всех остальных, а сам ни капли не лучше! Думал только о себе! Искал вариант, при котором было бы удобно только ему одному, и даже не подумал об Исаги. Да, прощения от мальчика ему не дождаться. Теперь он даже не надеялся на это, он это заслужил.
— Сейчас я понимаю, что был неправ. Мне очень жаль. Я больше не буду оставлять тебя одного, ты тоже мой дорогой друг, — тихо произнес Рин. — Я понимаю, что ты можешь и не простить меня, но подумай на этим, ладно?
Итоши замолчал и прикрыл глаза. Так много всего навалилось на него за этот день, что он уже не выдерживал. Сейчас он был глубоко разбит. Они сидели в тишине, Рин уже было подумал, что мальчик заснул, но потом почувствовал маленькую ладонь на своей щеке. Итоши тут же открыл глаза и взглянул на Йоичи. Тот улыбался.
Это было прощение!
Рин, ни секунды не думая, приблизился к Исаги и заключил того в объятия. В этот раз они не были крепкими. Они были трепетными, нежными, наполненными привязанностью и душой. В ответ мальчик приобнял Итоши за шею.
Они сидели, обнявшись и не разговаривая, долго. Но они даже не замечали, как проходило время. Рин первым нарушил это молчание.
— Так зачем ты залез в холодильник? Негде было еще меня искать? — Рин развалился на кровати, прижав к себе закутанного мальчика.
— Я не хотел. Так получилось. Сначала я просто прятался под столом, но потом услышал шум, испугался, что Сайко меня найдет, и забежал в ту комнату. Я не знал, что это холодильник. А потом дверь как захлопнулась! И я не смог ее открыть… — на одном дыхании протараторил мальчик.
Рин потрепал Исаги по волосам и слабо улыбнулся.
— Все так сильно за тебя волновались, ты бы знал. Бегали по всему Блю Локу, пытаясь отыскать тебя. Если бы сейчас не было тренировки, они бы все забились в нашу комнату, чтобы следить за твоим состоянием.
— Не думаю, что Сайко бы волновался. Ему на меня все равно, — Исаги нахмурился.
Рин замер. Конечно, он не знал этого парня хорошо, но уже успел оценить его как недоразвитого. Потерять доверенного тебе ребенка! Уму не постижимо! Он должен был не спускать с Исаги глаз. Одно больше всего цепляло Рина в словах мальчика. Он всегда называл Сайко плохим, злым и, судя по всему, опасался его. Что мог сделать этот идиот за такой короткий срок, чтобы у Исаги сложилось такое впечатление? Рину определенно придется наведаться к парню, чтобы лично узнать, что тот натворил. А вообще разговор всегда становится немного убедительнее, если пару раз приложить человека об стенку. Сразу все поймет! Рин отметил этот пункт у себя в голове и кивнул.
Так они и лежали. Мальчик заснул, Рин со временем тоже начал ощущать легкую дремоту, которой было невозможно сопротивляться. Итоши проснулся, когда пришли остальные соседи из комнаты. Он был на удивление хорошо отдохнувшим и спокойным, хотя проспал всего ничего. Жестом показав ребятам вести себя тише, он тихонько встал с кровати.
— Присмотрите за ним. Я скоро, — Рин вышел из комнаты. Он был голоден. За сегодня он практически ничего не съел. Да и мальчика надо было чем-нибудь накормить.
Вернувшись в комнату с подносом, сытый и довольный жизнью Рин, подошел к кровати. Что-то снова было не так. Мальчик тяжело дышал и ворочался. Поставив поднос на тумбочку, Итоши потянулся к ребенку и приложил ладонь ко лбу мальчика. Рин отдернул руку. Мальчик весь горел! У Исаги поднялась температура.
Снова все шло не так, как он планировал. Сегодня не день, а сплошная проблема. Только расслабился, только осознал, что все хорошо, и вот тебе сюрприз.
— Он весь горит. Снова нужен врач. Сбегаете? — голос Рина был усталым, но снова наполнился беспокойством.
— Да что такое! Бедный маленький Исаги опять страдает, — Бачира был встревожен. В этот раз он хотел остаться с мальчиком, поэтому за врачом пошел Арю.
***
В комнату вошли четверо. Арю, помимо врача, привел еще и Эго с Анри. Те просто шли проверить состояние Исаги после сегодняшнего приключения, когда им навстречу попался Джубэ. Снова одни проблемы.
Доктор, конечно, не был детским врачом, но все же назначил необходимые лекарства, обильное питье и постельный режим. Температура стояла под 38,5. Врач сообщил, что, если поднимется до 39, придется сбивать уколом, пока же просто дал жаропонижающее.
— Да, Исаги, без неприятностей жизнь слишком скучна, не правда ли? — Эго смотрел на спящего мальчика, которого пробирал озноб. Отправив Анри в аптеку, он вышел из комнаты.
Всю ночь Рин почти не смыкал глаз. Приглядывать за заболевшим ребёнком ему помогал Бачира. Температура за ночь поднималась несколько раз, приходилось ее сбивать, однако до вызова врача и уколов дело не дошло, и на том спасибо.
К утру дело обстояло лучше, мальчик проснулся достаточно бодрым. Температуры почти не было. Исаги даже немного поел, что несказанно обрадовало всех, Итоши особенно. Йоичи уже не выглядел так плохо, постоянно стремился сползти с кровати и пойти поиграть во что-нибудь. Но Рин запрещал ему, строго соблюдая наставление врача. Тогда мальчик попросил принести ему футбольный мяч прямо в постель. Эта просьба тоже осталась невыполненной. Исаги заметно расстроился, тогда Итоши пришлось, преодолевая свою гордость, предложить мальчику почитать сказки. Тот, разумеется, согласился, но с условием что сам выберет книжку.
***
Так прошел еще один день. В принципе, он был неплохим, не считая некоторых моментов. (Например, чтение сказок. Так бы сказал Рин, но знайте, что он врет, ему понравилось). Итоши даже сходил на тренировку. Пришлось, конечно, объяснить Исаги, куда он уходит и с какой целью, а потом убедить не идти с ним. Йоичи, услышав про тренировку, был уже готов бежать переодеваться.
Мальчик испугался, что к нему снова приставят Сайко, однако на этот раз пришла Анри. Исаги выдохнул, но все равно перед уходом Рина вытряс с него обещание вернуться. Итоши не сопротивлялся. Анри смотрела за разворачивающейся сценой с умилением. Они и не знала, что Рин может быть таким нежным.
На самом деле, Рин тоже этого не знал…