27.
*новый день*
Тай:
Утром мы всё ещё сквозь сон обнимаемся, прижавшись друг к другу. Так тепло и уютно..
Нежно касаюсь губами пятнышка на шее спящего Дана. Поверить не могу, что я смог создать их оба - такое нежно-розовенькое и алая метка собственности.
Джошик всё так же ровно дышит, а я почему-то продолжаю целовать шею старшего, пока рука голубоволосого не ложится мне на голову, прижимая к шее.
Я же капризно обвиваю ручками шейку Джошика и тянусь за поцелуем, сразу получая желанное. Обожаю такие невинные лёгкие чмоки на губах, которые после медленно перетекают в сладкий поцелуй.
- У нас доброе утречко, да?
- Угу, - улыбаясь, говорю я, прежде чем вновь миленький чмок обрушивается на губы.
Улыбка не сползает с лица, пока я готовлю, а Дан любеобильно покрывает меня поцелуями и прикосновениями, на что я могу лишь тихонько постанывать, ведь папочка не разрешал мне подать голос.
Губыгубыгубыгубыгубы..Они просто везде. Я еле держусь и уже чуть ли не скулю.
- Что такое, малыш? - я в ответ могу лишь хныкнуть.
- П-папочка, пожалуйста, м-мне н-нужно..
- Что, принцесса?
- Пожалуйста, папочка, - Дан не разрывает цепочку поцелуев, мучая меня всё сильнее.
- Чего ты хочешь, котёнок?
- Папочка, прошу, позволь мне..Мне очень нужно.., - старший, ухмыльнувшись, накрывает мои губы, шепча такое нужное:
- Можешь выдохнуть, малыш, - в мои губы.
Джош ловит мой шумный стон и он утопает в поцелуе.
- Малыш доволен?
- Да, папочка, да..Т-ты т-ты самый лучший.
- Спасибо, котёнок, - поцелуй за ушком и я стону, не смотря на то, что Дан держит ладошку у моих губ, - тише, принцесса, я разрешил лишь один раз.
- Папочка, прости, пожалуйста. Я больше не буду. Я буду послушным обещаю, - часто тараторю я, немного похныкивая.
Пока я закончил приготовление завтрака, желание шумно стонать улетучилось и я безусловно рад этому, ведь ещё немного и я бы начал ползать на коленях перед Даном, вымаливая разрешение.
Я устраиваюсь у Джошика на бедре, теребя кудряшки, изредка перехватывая немного вкусностей из тарелки. Папочка кормит меня, ведь я слишком увлечён его мягкими кудряшками.
Я успеваю вымыть посуду и мы немного обнимаемся. Почему мне так нужны обнимашки в последние несколько дней? Будто бы мой новый наркотик.
Звонок в дверь.
Черт, я ведь так уютно устроился..
Джош:
Чёрт, мы ведь так уютно утроились...
Не смотря на прекрасное утро, романтичное настроение и спокойствие - всё резко летит на нет, когда мои уши улавливают раздражающий шум звонка.
Я разочарованно вздыхаю и поднимаюсь с места, побуждая Тая встать за мной.
- Папочка, может не откроем дверь? - он нежно обнимает меня, вещаясь на шейку, чувствительно подставляясь под поглаживания моей руки на каштановой макушке.
Но нервный звон повторяется и я разачарованно вздыхаю, затыкая нежные ушки моего малыша.
- Идём, мой мальчик, кому-то не терпится нас увидеть. - поднимаю его на руки и несу к двери, ставя его перед ней, чтобы открыть.
- Эшли! - радостно обнимается с моей сестрёнкой Тай, зарываясь личиком в её завитые на концах локоны.
У неё округляются от удивления глаза, перед тем, как её руки прижимают к себе трясущесе тельце моего парня.
- Тайлер! - визжат Джорди и Абигейл обнимая наши с каштановолосым ноги.
- Привет, Эш! - улыбаясь я и треплю младших по головам.
- Привет, ребят! - она невольно покрывается румянцем, после того, как Тай отпускает её, становясь возле меня. Она хочет спросить, но ей сложно и стыдно, поэтому я подхватываю смеющегося Джозефа на руки и спокойно выдыхаю:
- Всё хорошо, Эш... Теперь всё хорошо, сестрёнка. Спасибо тебе!
- Да, спасибо тебе.. - краснеет младший, зарываясь в мою грудь носиком, улыбаясь до ушей.
- Ох, ну слава Богу! - она с улыбкой облегчения кладёт руку на сердце и бросается в наши объятия. - Я вас так люблю, мои мальчики! Мои уже взрослые, влюблённые мальчики! Вы молодцы! - она целует нас в щёчки и мы довольно, по-семейному отвечаем.
Мы мило беседует за чашками горячего шоколада и обсуждаем всё понемногу. Тай сидит с младшими среди подушек, на покрывале, что бы не мёрзнуть. Не смотря на сегодняшнее солнце, в Колубусе сегодня всего лишь +9° , поэтому вся пришедшая к нам троица в тёплых пальтишках. Моя вечно энергичная сестра предложила нам прогуляться, а мы, решив, что засиделась дома, охотно согласились.
Пока Тайлер с Эшли подбирают для него наряд(точнее сказать, что-то красивое и очень тёплое одновременно, так как я запретил моему малышу идти в платье, ведь он обязательно замёрзнет), меня преспокойно одевают мой братишка с младшенькой сестричкой. Вернее сказать, Джордан застёгивает деревянные пуговички на моей парке, а Абигейл, сидя на моих плечах, заплетает мне косичку из пушистой, длинной чёлки.
Мы хорошо проводим время в детстве, ждя наших дам...
Тай:
Зайдя в комнату, Эшли зачем-то закрывает дверь на замок.
- И? - вопрошает девушка, а я совсем не понимаю о чём она, - тебе было больно?
- Что? Эшли, нет. Всё в порядке. И было, и есть.
Я невольно краснею. Черт, сейчас ведь начнутся распросы. А мне так хотелось чтобы это осталось нашим.
- Тебе понравилось? - Эшли заинтересованно склоняет голову на бок, а я могу лишь неловко отвести взгляд.
- Боже, Эшли, да. Да, это было невероятно, но, пожалуйста, мы можем оставить это нашим. Я имею ввиду..Моим и Джоша?
- Конечно, стесняшка.
Девушка озаряет меня самой коварной и лукавой улыбкой, подходя к шкафу.
- Так-с, принцесса. Ты должен быть в тепле, милоте и уюте. Поэтому, - Эшли ловко достаёт из ниоткуда серенькую вязаную и на вид слишком уютную юбочку и укладывает на кровать. За ней миленький свитерок с длинными рукавами. Божечки, обожаю сестрёнку моего парня. Рядом с остальной одеждой падают высокие тёплые белые чулки и я уже знаю, какой чокер хочу к этому, - надевай.
- Откуда? - удивлённо говорю я.
- Это тебя волновать не должно.
- Нетушки, Эшли, я..
- Ты наденешь это. Иначе я зову сюда твоего парня и он что-нибудь, да сделает с тобой.
- Ты же не разрешишь ему причинять мне боль. И Джош не станет.
- Меньше слов и больше дела, Тайлер.
Я обречённо вздыхаю, оставшись один, ведь девушка услужливо уходит, давая мне переодеться.
Смирившись с тем, что Эшли наверняка потратилась на меня, я всё же надеваю оставленные мне вещички.
Чокер с сердечками, именно тот, что сделан руками Брендона и подарен после нашего первого поцелуя, опоясывает мою шею.
Я хватаю оставленый Эшли кардиган и бегу вниз, чтобы как можно скорее упасть в обнимашки к Джошику.
Дан обрасывает меня взглядом и беспокойно говорит:
- Принцесса, ты выглядишь прекрасно, но, малыш, ты замёрзнешь, - поцелуй в щёчку.
- Разве ты не согреешь меня своей любовью? - отвечаю я, жалобно смотря в кофейные глаза.
- Обязательно согрею, котёнок, - я улыбаюсь и за ворот парки тяну Джошика к себе, утягивая в поцелуй, хотя мои руки тут же обвивают тёплую шейку.
Джошик сразу заставляет меня надеть поверх свитерка кофту. И мне приходится быть послушным котёнком.
Так как с нами Абигейл и Джордан, мы направляемся в парк. Младшие беззаботно резвятся в опавших листьях. Из-за осени кажется, что даже солнце стало лиственно-рыжим, легко проходя сквозь лысые ветки. Нам не хватает лишь белочек для полной картины осени. Но даже если они появятся у нас есть для них угощение.
Мы держимся за руки, я попутно уничтожаю ярко-красный чупа-чупс и он со вкусом вишни. Наши поцелуи теперь станут мятно-вишнёво-клубничными.
Абигейл и Джордан, сполна набегавшись, бегут к сестрёнке, выпрашивая печеньки и попить. Что ж..Мы нашли белочек.
Карамелька на языке растворилась и Джош говорит, что он ярко-вишнёвый, как моя метка на его ключице.
Наши поцелуи такие вкусные.
Очередной мятно-вишнёво-клубничный поцелуй разрывают детишки, которые упрямо дёргают Джошика за подол парки.
- Джош, Джош, лопни шарик, - с самой очаровательной улыбкой просит девочка, на что голубоволосый недовольно закатывает глаза, а я совсем не понимаю какой шарик нужно лопнуть. Шарики же должны быть целыми и полными воздуха, нет?
Мгновение и из мятно-клубничной жвачки появляется пузырёк и со звонким "чпок" лопается.
- Эй, а почему я не видел этого? - будто бы обиженно говорю я, но улыбка упрямо лезет на лицо.
- Скажи, круто! - восторженно говорит Джордан, сияющими глазками смотря на старшего брата.
- Настоящее волшебство! - подхватывает сестрёнка, а я утверждающе киваю, - Джош творит магию!
- Прекрати везде видеть фей и волшебство, - бурчит мальчик, - это не магия.
Так забавно наблюдать за тем, как маленькие детишки ссорятся из-за таких глупостей.
Я тихонько шепчу на ушко Дану
- Папочка, а меня научишь?
Но вместо ответа слышу заплаканное детское "Эшлииии", а за ним несколько предложений о том, что Джордан обижает сестренку.
Старшая сестра обречённо выслушивает жалобы детишек друг на друга и мирит их. Наверняка не надолго, но всё же лучше хоть какая-то договорённость, чем великая ссора.
- Папочка, ну пожалуйста, - прошу я, вспомнив о том, что не получил ответа.
- Конечно, котёнок. Всё, что захочешь, - старший целует меня в макушку и я чувствую его теплый носик.
Мы сплетаем пальцы, стремительно убегая подальше от человеческой суеты.
Мой кардиган служит подстилкой на сухих рыжих листьях. И мы уютно устраиваемся вдали от людишек. Правда, мы оставили Эшли на едине вместе с детишками..
Голубоволосый достаёт из разных карманов невообразимое количество упаковок со жвачкой. Их так много, почти все с одним вкусом, но ни одна не закончена до конца..
- Просто, как ты это делаешь? - вопрошаю я, глядя на кучу упаковок на нашей подстилке.
- Забываю, что у меня есть жвачка, покупаю новую, беру несколько штук и вновь забываю. И так по кругу. А потом собирается это всё, - я вздыхаю. Джош такой Джош..
Мои ручёнки тянутся за жвачкой со вкусом голубики и вскоре я чувствую голубичный вкус в премешку с остатком вишни на языке.
- Они же твёрдые..
- Ты никогда жвачек что ли не пробовал? - удивлённо говорит старший.
- Пробовал, но..Они были не такими твёрдыми..
Дан изучает упаковку, из которой я забрал кусочек резины.
- Выплюнь её.
- Что?
- Выплюнь эту просроченую гадость, - я послушно встаю и направляюсь к ближайшему мусорнику, выплёвывая жвачку, которая, побыв немного у меня во рту, стала мягче.
- Ты серьезно хранишь просроченые жвачки?! У них же срок годности года по два! - улыбаясь, Дан пожимает плечами.
Мы перебираем все упаковки, отдельно убирая просроченные, чтобы потом выбросить.
Разобравшись с этим, Джош принимается обучать меня "магии".
Мы заливаемся смехом при каждой моей неудачной попытке. Папочка говорит, что это не жвачки слишком скользкие, а мой ротик слишком влажный, потому они выпрыгивают. А ещё он говорит, что я милый, когда очень сосредоточенный.
Кажется, пока у меня получился мой первый шарик мы истратили все запасы, которые Дан хомячил несколько лет. Но это того стоило. Это просто невероятный звук и ощущение.
Тонкие кусочки лопнувших шариков липнут к кончику моего носика и старший заботливо убирает их.
Когда угроза вылетания жвачки устранена, я переползаю к Джошику на колени, обнимая за шею. Теперь наш поцелуй мятно-голубично-клубничный.
И, кажется, наши жвачки путаются, слипаются. Я пользуюсь этим и тяну тоненькую резиновую ниточку между нашими губами. Голубоволосый доганяет меня и вновь соединяет губы.
- Только не показывай Джордану и Абигейл свою "магию", иначе это "лопни шарик" будет преследовать тебя вечность.
- Угу.
- Зайка, я люблю тебя.
- И я тебя, - поцелуй остаётся на нежно-розовой метке.
Мы сливаемся в обнимашках и это просто мой наркотик.
- Вот они! Вот! - слышится знакомый детский голос, я уже начинаю отлипать от Джоша, тихонько хныкнув, но он прижимает меня к себе, не позволяя уйти из обнимашек.
- Простите, ребятки, я старалась увести их от вас, но вы слишком плохо спрятались, - виновато говорит запыхавшаяся Эшли.
Я хочу поднять голову, но Джош прижимает меня к себе, пряча в своих руках от всего мира.
- У вас всё в порядке?
- Более чем. Мы просто обнимаемся.
- Я лучше не буду спрашивать чем вы здесь занимались, - слышу смешок и боковым зрением замечаю, как Дан подзывает девушку к себе, а затем слышу тихое.
- Учились лопать пузыри из жвачки, - совсем тихое, чтобы младшие не услышали. Эшли улыбается.
- Я надеюсь, Джошуа Уильям Дан, ты умный и твой парень не сидел на холодной земле?
- Выключи в себе мамочку, Эшли Дан. Ничего не случится с Таем, - голубоволосый крепче стискивает меня в обнимашках, заставив улыбнуться.
- Эшли, Джош, не ссортесь! - пародируя старшую сестру, вторгается Абигейл и это заставляет всех заулыбаться.
Наверное, сейчас совсем немного за полдень и должно стать теплее, но ветер лишь становится сильнее и холоднее. Скорее всего, я потерялся во времени.
Мы идём, наши пальцы сплетены. Младшие где-то отыскали силы продолжать резвится. Я бы всё ещё питал надежды встретить бельчёнка, но мне слишком холодно. Кажется, я даже дрожу, прижимаясь к папочке.
Неожиданно для нас на голубоволосому обрушивается подзатыльник, я готовлюсь вставать на защиту Дана, когда такое виноватое " за что? " слетает с его губ.
- А то ты не знаешь! - негодует девушка, - Тебе совсем все равно на Тайлера? Он же совсем замёрз. Слышишь меня, Джошуа Уильям Дан? Твой парень дрожит от холода!
- Прекрати называть меня полным именем, - бурчит старший, снимая с себя парку, а за ней чёрную джинсовую рубашку, оставаясь в футболке.
- А ты прекрати быть таким идиотом!
Голубоволосый продевает мои ручёнки в нагретые его теплом рукава, шепча виноватое:
- Прости, котёнок.
А за ним чмок в мой холодный носик.
- Так теплее? - ласково и обеспокоенно спрашивает Джош. Я киваю.
Солнце медленно уходит за горизонт. Я точно потерялся во времение, ведь уже вечер. Потому-то и так холодно. Уже даже немного темно.
Папочка заставил меня спрятать надпись "I don't kiss without bubblegum" на свитере, застегнув пуговички на рубашке.
Наши поцелуи потеряли вкус голубики и вишни, но мята с клубникой остаются вместе с нами.
Джош:
Холод пробирается даже сквозь мысли. Я думаю лишь о том, как бы быстрее сбежать от моих милых родственничков домой с моей замёрзшей, бледной принцессой.
Решаю согреть моё замёрзшие чудо, торможу его руками и раскрываю объятия. Младший бросается в них, тепло целуя, зарывая ледяной носик в мои губы. Я поднимаю его на себя, его ножки обвивают мою талию, руки охватывают грудь, не зацепляясь сзади из-за их короткости, головушка ложится на моё плечико.
Я держу его одной рукой снизу, чуть придерживая пальчиками подол юбки, что защитить его от ветра и стеснения. А другая рука заботливо обвивает его спинку, удерживая на себе.
Уже стало темно. Ни звёзд, ни луны сегодня не видно из-за густых облаков. Нас освещает лишь оранжевый свет фонарей, приглушённо жёлтые огоньки домов и искорки нашей любви, когда я вновь жевачно целую уже тёплые губки.
Мы провожаем моё семейство до дома.
Эшли ворча подгоняет младших, а каштановолосый хихикает, глубже утыкаясь в мою грудь.
Уже на пороге дома я ставлю моё солнышко на крыльцо, что бы он смог попрощаться со всеми, нашими "семейными обнимашками".
Мы радостно обнимаемся и обсуждаем сегодняшнюю прогулку, вспоминая всё самое радостное и смешное.
Мне очень нравится осознавать то, что мы с Таем можем проводить время с моей семьёй. Я этому так благодарен.
Эшли спокойно открывает дверь, младшие спорят на тему почему листья осенью желтеют, а я с самой довольной кошачьей улыбкой обнимаю моего мальчика, а потом сладко целую, вызывая умиление у всей троицы.
Мечты распрощаться счастливо и мирно рушаться вмиг с появлением моих родителей на пороге.
- Эшли Дан, как ты посмела гулять с детьми и с этими уродами?! - рявкает отец, а сестра опускает голову.
- Не смей повышать на моих родных голос! - отвечаю я, делая шаг вперёд, перекрывая собой всех.
- Джордан, Абигейл, быстро домой! - зовёт их строго моя мать, что стоит всё это время за отцовским плечом.
- Ну, мама! Джош с Тайлером не болеют сумасшествием! - хнычет Абигейл.
- Мама, они такие хорошие, мама, пожалуйста! - вопит Джордан цепляясь за нас.
- Я сказала быстро домой! - она тащит их за воротнички пальтишек в гостиную и ведёт на верх, бурча, - Что б я больше не видела вас с ними! Поняли?
Эшли жалобно смотрит на плачущих деток, а у меня отвисает челюсть, от того, что я только что услышал.
- Ах, значит мы ещё и больные? - восклицаю я.
- Эшли, ты была с ними и с детьми весь день? - сестра грустно кивает, а отец хватает её за плечо. - У меня теперь в семье только два ребёнка. - он отпихивает её к нам и Тайлер ловит её вместе со мной под руки. Во мне кипит ярость и я останавливаю ногой закрывающеюся дверь.
- Ты не можешь так поступить.
- Могу. Я отец.
- А она твоя дочь! - срываюсь я. - Ты можешь выгнать меня из семьи, ты можешь запретить мне переступать порог этого чёртового дома, но я не позволю тебе портить семью лишь из-за твоего глупого старшего сына! - я вывожу Эш из объятий, глажу её по плечам и спокойно впускают а дом, шепча семейное "люблю тебя. держись. " Поднимаю решительный взгляд на отца, для пощёчины, что знаю точно прилетит, но она прилетает не мне, а Тайлеру со звонким рёвом:
- Это всё ты. Ты испортил и разрушил мою семью! Это ты навлёк на нас такие беды и раздоры! Что б ты поскорее сдох, Джозеф, я с удовольствием явлюсь на похороны, станцую на гробу и обвенчаю моего сына в тот же день! - он плюёт нам в ноги, не обращая внимания на горькие слёзы Тайлера и на то, что я уже давно обнял его и заткнул его ушки. - Меня тошнит лишь от одной мысли, что ты общаешься с моими детьми. Желаю скорейших пыток в аду, Тайлер. - он звонко хлопает дверью, а мой мальчик плачет на взрыв.
Я обнимаю, целую его и несусь домой, лишь бы бежать скорее, что бы обработать его алую правую щёчку...
Тай:
Я всё испортил. Из-за меня рушится семья Джоша. Из-за меня Эшли чуть ли не лишили семьи. Так не может продолжаться. Зачем и почему Дан меня терпит? Наверное, ему просто скучно жить было без меня.
Голубоволосый ставит меня на пол, а я не хочу его отпускать. Не хочу. В слезах жадно обнимаю.
- Тшш..Тай, всё хорошо, не плачь, принцесса, - Дан прижимает к себе моё дрожащее от рыданий тельце, - малыш, ты ни в чём не виноват, слышишь? - я отрицательно мотаю головой.
Не виноват? Так это не из-за меня Джош поссорился с семьей? Не из-за меня Эшли чуть ли не выставили из дома? Конечно, нет. Конечно я не виноват.
Ненавижу.
- Зайка, не плачь, прошу, - в ответ я лишь всхлипываю. На футболке Джоша красуется мокрое пятнышко моих слёз, - ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Не смотря ни на что, - я мокро смотрю в любимые кофейные глаза и Дан осторожно целует меня, стараясь успокоить.
Его поцелуи всегда лучше любого лекарства. Мягкие и чувственные. Уютные, полные любовью.
Голубоволосый осторожно поворачивает мою раненную щёчку к себе, я чувствую как она буквально пульсирует.
- Малыш, потерпи немного, - лёгкий поцелуй в носик и я даже немного улыбаюсь.
Джош заботливо стирает с меня слезинки прежде чем ненадолго удалиться.
Я тихонько хнычу, оставаясь без обнимашек.
Мне так одиноко без его сильных рук.
Но долго моему одиночеству не длиться. Дан возвращается и жалобно обнимает меня .
- Где ты так долго был? - хнычу я, вжимаясь в Джошика.
- Искал лекрство для твоей щёчки, - голубоволосый ласково целует меня в раскрасневшуюся часть личика, - котёнок, ты сможешь потерпеть боль?
- Мне не больно, честно, - слезинки скапливаются в уголках глаз и я вновь ударяюсь головой Дану в грудь, рыдая. Джош поглаживает меня по спинке, прижимая к себе. Его руки такие идеально-тёплые..
- Тшш.. Малыш, ничего не случилось. Всё в порядке. Зайка, не плачь напрасно, - я всхлипываю. Вина съедает меня полностью и я ничего не могу с собой сделать. Могу лишь заливаться горькими слезами, прижимаясь к Джошу.
Джош:
Вина разливается по венам, я аккуратно обрабатываю алую щёку, целуя шейку на каждый болезненный шик.
Мне очень стыдно за моих родителей, особенно за отца. Как я мог допустить боль моего мальчика? Я снова допустил ошибку. Я снова причина его боли. Я всё всегда порчу...
Вместе с пожирающими тёмными мыслями ко мне приходит идея, а за ней план её воплощения.
- Котёнок, ты как? - волнительный шепчу я.
- По-лучше. - хнычет он, а я оставляю поцелуй за ушком.
- Хочешь, что бы было хорошо? - горячо выдыхаю я, добиваясь стонов, от чего я лыблюсь до ушей и довольно, поощряюще глажу спинку.
- Куда же ещё лучше? - вопросом на вопрос шепчет младший и довольно утыкается в моё плечо, где несколько минут назад было мокрое пятнышко.
- Пошли, принцесса, - я подхватываю его на руки и иду на второй этаж, в мою комнатку, в которую я переехал по появлении в моей жизни Тая.
Ставлю его на ковёр в своей комнате, пока ищу ключ от створок.
Джозеф осматривает мои хоромы: старые фотографии моей семьи, сувениры, потёртая бейсбольная бита, перчатка и мяч с той грандиозной игры!
Наконец нахожу ключ, открываю деревянные старые ставни (ведь только в этой комнате, я решил сохранить изначальный облик дома) и перелезаю через него, протягивая руку моему малышу.
- Джоши..?
- Не бойся, милый, идём. - он аккуратно кладёт трясущеюся ручонку в мою, а я тяну его на себя, хватая в объятия и усаживая на себе, пока сам устраиваюсь на холодной и мокрой от накрапывающего дождя черепице.
Звёзды есть, но их еле разглядишь, сквозь дождевые тучи. Луна смешно шуриться на небосводе, а мы удивлённо хлопаем глазками, смотря на холодную ночную мглу.
Я окончательно раздеваюсь, оставаясь в одной футболке, кутая Тая в свою парку и устраивая его в глубоком большом капюшоне, что не даёт моей любимой каштановой макушке намокнуть.
Тай:
Мне становится так тепло и уютно рядом с Джошиком. Он обнимает меня, пряча и грея в своих руках. Весь мир кажется таким ничтожным. Всё просто не имеет тяжелого глупого смысла. Есть лишь сладостная милая романтика. Даже в каждой падающей с неба капельке.
Слёзы больше не полосуют мои щёчки. Мы так мило и умиротворённо устроились, счастливо улыбаясь. Я просто тону в этих минутах. В прикосновениях, в тепле, в парке моего парня. И даже несколько месяцев разницы кажутся просто лишь цифрой. Будто бы всё так и должно быть. Нет. Всё так и должно быть. Мы должны быть счастливы. И быть вместе.
Джошик целует меня в щёчку, я ощущаю его дыхание и то, как дождевая капелька с кончика его носика перетекает на меня.
- Зайка, я люблю тебя, - я чувствую, что это само просто вырвалось из губ голубоволосого.
Капельки барабанят об наброшенный на мою голову капюшон всё сильнее и сильнее.
Но я лишь продолжаю трепетно водить кончиками пальчиков по рельефным венам на сцепленных у меня на животике руках. Почему я раньше их не замечал?
Я перехватываю поцелуй на губы и даже в нём скользят капельки дождя. Запустив ручёнки в кудряшки, я чуствую что они полностью промокли, слипнувшись в прядки.
- Джоши, ты совсем промок..
- Нет, котёнок, это ты здесь мокреешь даже от вида меня, - ухмылочка красуется на его идеальных губах, а я заливаюсь краской, наконец-то поняв о чём он, - ладненько, принцесса, ты прав. Тебе пора спатки, - голубоволосый отпускает меня из рук.
- Нет! - негодую я, - Папочка, нет, я не хочу спать.
- Но тебе нужно, малыш, - голубоволосый целует меня в лоб холодными губами, - идём, котёнок, - бросает Дан, принимаясь возвращаться в дом.
Голубоволосый осторожно тянет меня к себе. Наши тела соприкасаются и он такой дождливый.
- Сними с себя всё мокрое, хорошо?
- Как скажешь, папочка.
Я послушно снимаю с себя промокшую курточку и всё, что было под ней прежде чем надеть пижамку и терпеливо устроиться на нашей мягкой кроватке.
Джош снимает с себя футболку и в тусклом свете я вижу отблёскивающие мокрые ручейки, которые стекают по его торсу. Нервно сглатываю, а Дан видит как я пялюсь на него, от того ещё одна ухмылка дарится мне.
- Ты дождливый, - ворчу я, когда Джош чуть ли не ложится на меня своим мокрым телом, пытаясь утянуть в поцелуй.
- А ты капризный, - бросает голубоволосый. Джошик чмокает меня в губки и уходит в ванную чтобы переодеться в сухое и в лишний раз меня не смущать.
Дан возвращается и он совсем немного суше, чем был до того, ведь зачем полотенца? Хочется верить, что сейчас тёплый.
И это так. Я падаю в его тёплые руки, довольно улыбаясь. И теперь я не противюсь поцелую, в который меня утянули.
Встаю на носочки, стараясь обнять голубоволосого за шейку, и улыбаюсь, чуть ли не падая.
- Я тоже, - смущенно выдыхаю в нагретые мной жвачные губы, которые так люблю и до которых еле дотягиваюсь.
- М?
- Я тоже люблю тебя. Очень-очень.
*конец 27 дня*