Папочка, привет!

— Как вы думаете, я буду хорошим отцом, если заставлю Ариэль покататься на колесе обозрения? — Смотря на аттракцион и обращаясь к своим дамам, проговорил Чонгук.

— Думаю, это здорово, что ты хочешь с ней покататься, — ответила Лалиса.

— Тогда, пошлите?

— Вообще-то... — начала малышка, но юноша схватил ее на руки и потащил к кассе. — Сейчас мы увидим весь город. Это будет очень круто.

— Чонгук, я боюсь. Пошли лучше в комнату страха?

— Туда идти боюсь я, — пожал плечами кареглазый, отчего девочка тяжело вздохнула.

Волнение и страх перед предстоящими "приключениями" полностью овладели девчонкой, и парень чувствовал это, но знал, что это запомнится ей навсегда, потому что когда-то его приемный отец повел так же его на колесо обозрения, и ему удалось увидеть весь город: огни Вегаса мелькали повсюду, люди казались крошечными с огромной высоты, и все это выглядело таким потрясающим, что дух захватывал. Чонгук тоже хотел оставить в памяти Ариэль нечто подобное, потому что боялся в скором времени потерять ее. Возможно, он был и остается самым ужасным отцом, который мог бы быть у ребенка, но Чон имел огромное желание, запомнится девочке, быть для нее хорошим человеком, потому что он был на все сто процентов уверен, что она заслуживает самого лучшего.   

Чонгук помнит, как еще больше начал ценить время со своим отцом, как начал еще больше любить его, как начал восхищаться им и, наконец, доверился ему, потому что он боялся высоты. Так же, как сейчас боится Пак, но мужчина крепко держал его за руку и улыбался.    

   Даже через чувство страха он хотел показаться Ариэль это.    

   Сев на свои места, ребята втроем глубоко вздохнули, потому что каждый ощущал волнение.      

 Кареглазый взглянул на малышку и улыбнулся ей, беря на руки и сажая к себе на колени:
— Я с тобой. Рядом. И буду всегда рядом. Так что, тебе не стоит бояться, — прошептал он, и Ариэль кивнула, но еще крепче прижалась к нему, как только аттракцион начал двигаться.       

Лалиса, сидевшая напротив ребят, улыбнулась этой картине и перевела взгляд на Чонгук, который целовал заботливо лоб малышки и что-то продолжал шептать. Тепло разлилось по всему телу, оставляя приятную дрожь. Это выглядело так мило и...красиво. Ее отец погиб в автокатастрофе, когда ей было тринадцать, поэтому она прекрасно знала, несколько важно отцовское внимание.      

 Когда колесо медленно поднималось и было почти на вершине, Ариэль еще больше сжалась и спрятала лицо, уткнувшись в грудь своего "отца", который неодобрительно качал головой.

— Давай, малышка, посмотри на это. Не бойся, ведь я рядом с тобой, и не дам тебе упасть. Только взгляни. Давай, Ариэль, открой глаза, — все говорил грабитель, и малышка осторожно отстранилась от него и, наконец, осмотрелась.      

 Она заворожённо смотрела по сторонам, и от красоты города и светящихся кругом ламп ее страх улетучился в одно мгновение, заставив позабыть о себе. Чон улыбнулся, когда заметил восторженный взгляд девочки, потому что это, чего он и хотел. Весь город был как на ладони, а в темное время суток это смотрелось еще более краше, оставляя приятный осадок у всех троих.

— Я хочу еще! — Воскликнула Ариэль, когда ребята уже шли по парку и поедали сладкую вату.

— Нет, на сегодня достаточно. Уже поздно, и тебе пора спать. Но я обещаю, что мы скоро вернемся сюда, — улыбнулся парень. — Это будет наша новая традиция, так сказать.

— Как поедание хлопьев с соком?

— Именно, малышка, — подмигнул юноша и поднял на руки Пак.

За вечер он успел выиграть ей пару плюшевых игрушек, удачно попав по мишеням, купить много сладостей и просто играть с ней, когда она убегала от него и просила догнать. Они вдвоем крутились вокруг Лисы, которая задорно смеялась в этот момент и чувствовала себя по-настоящему хорошо.     

  В скором времени ребята вернулись домой и, полностью истратив силы, разошлись по разным сторонам, каждый в свою квартиру. Девочка даже невольно заснула на руках Чонгука, крепко держа подаренные им игрушки в руках. Юноша улыбнулся и осторожно уложил ее на кровать, сняв с детских ножек кроссовки и штанишки. Накрыв маленькое тело одеялом, он присел рядом и взглянул на девичье личико.      

 Было что-то, что заставляло его чувствовать тревогу, думать о плохом исходе. Может, это начинался проявляться родительский инстинкт. Он не знал, но боялся.     

  Убрав все посторонние мысли прочь, кареглазый наклонился над Ариэль и коснулся губами ее лба, оставляя поцелуй.

— Доброй ночи, Ариэль, — усмехнулся он и вышел из комнаты, направляясь в гостиную.

Сон исчез, стоило ему вернуться домой, поэтому Чонгук сел на диван и устремил взгляд в окно, всматриваясь на луну, словно хотел увидеть что-то там.      

 В его голову в этот момент пришла безумная мысль, которая вызвала улыбку на его лице. Конечно, это было не настолько безумно, как ограбление, но выглядело еще более притягательно.      

 Усмехнувшись, кареглазый вскочил с места и двинулся на выход из квартиры, заперев дверь на замок.      
 Сделав пару шагов, он оказался напротив двери Манобан и постучался несколько раз.       

Дверь открылась только через несколько попыток, и Чон узрел почти спящую Лалису, которая, видимо, только начала засыпать, но ей помешал стук в дверь.

— Чон? — Нахмурилась она и завязала пояс халата на талии, закрывая обзор на свою пижаму, состоящую из коротеньких серых шортиков и футболке с принтом.

— Доброе утро, малыш, — усмехнулся Чон и схватил девушку за руку, что она резко оказалась в коридоре.       

Парень запер дверь ее квартиры, пока брюнетка ничего не понимала, и быстро двинулся к лифту, таща Лалису за собой.

— Я, конечно, все понимаю... Хотя нет, я ничего понимаю. Куда ты ведешь меня, чёрт возьми?

— Просто помолчи, — вздохнул Чонгук и силком впихнул девушку в лифт, нажимая на кнопку.

— Последний этаж? — Вскинула бровь учительница.

— Именно.

— Ты что, хочешь скинуть меня с крыши?

— Не совсем, — усмехнулся грабитель и подмигнул ничего непонимающей Манобан.     

 Оказавшись на последнем этаже, юноша схватил брюнетку вновь за руку и повел к двери, ведущую на крышу.

— Чонгук, что ты... — начала Лиса, взглянув на небо.

— Я подумал, что это странно, — встав позади девушки и обняв ее за талию, произнес кареглазый, — мы женаты, но даже ни разу не ходили на свидание.

— Вообще-то, ходили, — темноволосая положила свои руки поверх мужских рук, пытаясь убрать их, но юноша лишь сильнее прижался.

— Это не считается, поэтому сейчас, пока моя очень умная дочь, которая всё замечает, спит, мы попытаемся сделать это свидание.

— И что же она заметила? — Прищурилась Манобан, всё еще находясь в объятиях грабителя.    

   На этот раз он всячески пытался украсть ее внимание.

— То, что ты мне нравишься, Лалиса. Так же сильно, как и я тебе, — произнес у уха брюнетки Чонгук, почти касаясь мочки губами.

— Придется тебя огорчить, Чон: ты мне не нравишься. Ты меня вообще раздражаешь.

— Это одно и тоже, — пожал плечами парень. — К тому же, если бы я тебе не нравился, то ты бы не вышла за меня замуж так легко.

— Это ради Ариэль.

— Можешь обманывать себя, но не меня. Если бы я был тебе противен, то ты бы никогда не стала портить свою жизнь фиктивным браком, но, к счастью, я тебе нравлюсь. Безумно нравлюсь. Это доказывает твое биение сердца, стук которого я слишком отчетливо слышу, — улыбнулся Чонгук, и девушка замолчала.    

   Хуже всего, что он был прав. Сердце бешено колотилось, а дыхание перехватило, что Лалиса даже не могла вымолвить и слово, хотя так хотела опровергнуть все. Но этого хотел ее разум, но не сердце.

— Потанцуем, мисс Манобан... Ох, нет, миссис Чон? — Встал перед девушкой Чонгук и улыбнулся.

— Я не могу танцевать без музыки.

— Нет проблем, — юноша достал телефон из кармана брюк и включил песню, под которую можно было вполне танцевать в паре. — Теперь тебе не отвертеться, малыш, — он схватил темноволосая за талию и прижал к своей к груди, вовлекая в танец.       

Манобан первые несколько секунд сторонилась, но под натиском карих глаз сдалась и обняла парня за шею, вызвав у него победную улыбку.       

Чонгук немного наклонился над шеей Лисы и оставил поцелуй, что она невольно вздрогнула и заставила его вновь улыбнуться. Передвигаясь от шеи к скулам, парень одной рукой провел по девичьей щеке и несдержанно поцеловал брюнетку в губы. Резко прижав Манобан еще ближе, отчего она даже охнула сквозь поцелуй, кареглазый развязал ее халатик и проник двумя руками под него.      

 Он знал, что ей нужен особенный подход, и, наверное, он впервые встречает такую непредсказуемую девушку, потому что раньше у его бывших дам были одни и те же действия, но эта темноволосая учительница просто выбивала его из колеи каждый раз, отталкивая, но в тоже время, как сейчас, прижимаясь к его телу и отвечая на поцелуй.     

  Идиотка.      

 Безумна красивая. Сексуальная. Милая. Еще раз красивая. Очаровательная. Вновь красивая. И просто потрясающая.      

 Но, все еще, идиотка.    

   И она думает о нем точно так же, поэтому сама не понимала, что хочет. Он действовал ей на нервы, даже сейчас, но она так же хотела смотреть на него днями напролет, изучая каждую деталь на его лицо.

— Да я тебе очень нравлюсь, — усмехнулся Чонгук, отстранившись от долгого поцелуя.

— Заткнись, — произнесла Манобан и вновь потянулась к юноше за поцелуем, вынуждая его улыбнуться.