étincelle [Юнсоки]

У молодых родителей в основном не возникало проблем с Чонгуком: малыш был достаточно спокойным и время, когда его мог успокоить только Хосок, кроха перерос. С каждым днем маленький омега все больше и больше реагировал на новые предметы, а разговоры папочки и вовсе готов был слушать вместо сказок на ночь. Юнги уже было думал, что они с Гуком прошли все самые сложные стадии первого года жизни: старший омега стоически терпел все выходки сына относительно первого прикорма начиная от выплевывания детских пюре и заканчивая испачканной кухней. Чонгук уже активно ползал, но стремиться ходить не спешил, поэтому пока что молодые родители могли относительно спокойно вздохнуть. Если бы не одно но. Киён, когда был в гостях у детей, и нянчился с внуком, сказал, как бы между прочим, что пока у Гука не вылезут первые зубы, расслабляться молодым родителям точно не стоит. Юнги тогда не обратил должного внимания на это, решая, что с такой мелочью уж точно справится.

И все бы ничего, только буквально через неделю после того разговора, уже поздно вечером Чонгук стал как-то странно себя вести. Юнги списал это все на усталость и сонливость, ведь днем омежка плохо спал, но молодому папочке пришлось пересматривать свои догадки. До двенадцати ночи Хосок ходил по квартире из угла в угол с сыном на руках и пытался его успокоить, потому что Юнги то наводил малышу его излюбленную смесь, то менял мокрые простыни на их кровати, ибо альфа не уследил за Гуком.

-Я, конечно, могу ошибаться, но кажется, у него поднялась температура,- со всей своей серьезностью заявил Хосок, приходя с малышом к Юнги, который на кухне мыл бутылочку из-под смеси,- а еще он постоянно слюнявит мои пальцы и пытается кусаться за футболку.

Юнги, прикоснувшись губами к лобику сына, чтобы проверить температуру, довольно быстро отстранился и ушел в ванную за градусником. На то, чтобы измерить нормально температуру ушло немало нервов, но молодые родители справились. Для того, чтобы давать таблетку было еще слишком рано, но Чонгук капризничал и не собирался успокаиваться, поэтому пришлось по очереди ходить с малышом на руках и развлекать его всеми возможными способами.

-От чего у него может быть температура?- как-то слишком устало поинтересовался Хосок, постоянно чмокая Гука в щеки, чтобы тот отвлекся и не капризничал,- вроде соплей нет, да и никаких других признаков тоже...

-Зубы,- обреченно ответил Юнги, все еще пытаясь заглянуть в рот к сыну, чтобы подтвердить свои догадки,- заяц, ну ты чего такой вредный? Я же просто хочу посмотреть, правда ли у тебя лезут зубы...

Хосок же в это время лишь покорно держал кроху на руках и не давал малышу возможности сползти со своих колен и уползти от Юнги. Терпение старшего омеги закончилось, поэтому, Мин, вымыв свои руки, стал обматывать палец бинтом, а потом смазывать его обезболивающим гелем, купленным Киёном еще задолго до этого.

-Господи, спасибо папе, что он притащил этото гель и нам теперь не надо мчаться в аптеку,- искренне благодарил Юнги, снова присаживаясь перед альфой на колени, чтобы намазать сыну воспаленные десна,- Держи его крепче, Хо. Скорее всего, он будет в истерике.

Чонгук же, поняв, что ему пытаются залезть в рот, стал кричать еще сильнее, чем и воспользовался Мин, уверенно намазывая красные десенки гелем. У Хосока сердце кровью обливалось от того, как его крохе приходится страдать, но и Юнги было жалко, ведь ему самому было страшно, а помогать как-то малышу надо было.

-Юнни, выходи за меня, а?- немного неожиданно проговорил Хосок, пока омега забрал Чонгука себе на руки и стал успокаивать, поглаживая по спинке ладошкой,- я даже представить не могу за что именно мне достался такой прекрасный омега, но я хочу жениться на тебе как можно скорее. Чтобы никто даже думать не смел забрать тебя у меня...

-Ты че несешь?- искренне удивился Юнги, подходя ближе к альфе, чтобы потрогать ладошкой его лоб,- у тебя тоже температура? Это все-таки что-то заразное, да, раз от Чонгука к тебе перешло?

-Я на полном серьезе сейчас,- альфа резко поднялся со своего места и, насколько это позволял сын между ними, что был на руках у Мина, нежно обнял любимого,- я так люблю тебя...

-Я тебя тоже, конечно, люблю. Но меня настораживает твое поведение,- честно признался Юнги, успевая только быстро чмокнуть альфу в висок,- с чего ты решил, что меня может кто-то увести? Во-первых, у нас с тобой есть ребенок и, навряд ли какой-то альфа захочет себе омегу с чужим ребенком. Во-вторых, тебе должно быть достаточно того, что я люблю тебя и пока что не собираюсь никуда от тебя уходить. А если ты и дальше будешь нести такой бред, то я отправлю тебя к твоим родителям на исправительную терапию.

-Юнги, я серьезно. Пошли завтра подавать заявление в загс?- на грани слышимости спросил Хосок, смотря на омегу со всей своей любовью и заботой,- и так уже столько времени прошло... я не хочу больше ждать ни дня!

-Если завтра с Чонгуком все будет в порядке, то мы пойдем в загс,- спустя несколько мгновений молчания ответил омега, еле заметно улыбаясь любимому,- если нет, то придется отложить подачу заявления на потом.

-Сынок, не подведи,- Хосок осторожно погладил засыпающего малыша по головушке, коротко чмокая во взмокший висок, а все из-за долгого плача и капризов,- ты и сам все слышал, а я не хочу ждать твоего папочку еще целый год.

-Ты не ждал меня год, не надо тут врать,- возмутился Юнги, с наигранным возмущением смотря на старшего,- врет и не краснеет.

Хосок на это только еще больше заулыбался и стал целовать любимого туда, куда только доставали его губы. Юнги же, обращая внимание на то, что Гук успокоился, убедился что сын спит и переложил кроху в его кроватку.

-А теперь, Чон Хосок, пошли спать,- уверенно проговорил омега, не стесняясь показывать перед альфой свою усталость,- поспишь, все дурные мысли у тебя из головы уйдут и утром поговорим обо всем еще раз.

-Юнги, я не передумаю, уж поверь. Я правда хочу, чтобы мы с тобой стали супругами,- Хосок навис над омегой, со всей своей серьезностью смотря на любимого, а после, не в силах сдерживаться, накрыл губы Юнги своими,- ты такой замечательный... я так сильно люблю тебя, детка.

-Я тебя тоже люблю,- на грани слышимости промурлыкал Мин, осторожно укладывая старшего в постель рядом с собой,- а теперь давай набираться сил. Нас завтра ждут великие дела...