Дионика

В этом главе может быть много непонятных вещей

Конкурный маршрут — это очерёдность барьеров, которые должен преодолеть всадник на лошади. Количество барьеров в маршруте бывает разным ( зависит от сложности маршрута), но если я не ошибаюсь не может быть менее 8 барьеров. Теперь о высоте. В главе будет упоминаться метровый маршрут. Это значит все барьеры, которые нужно преодолеть, будут высотой в метр. Высоту 140, которую я тоже упомянула, посильны преодолеть далеко не все лошади и не все всадники. Это только для большого спорта. Метровый маршрут годится и для любителей.

Недоуздок — штука которая надевается на морду лошади, но не является средством управления. В общем простым языком это как ошейник у собаки. Просто чтобы можно было взять лошадку на чомбур( верёвка, поводок) и повести куда нужно

Левада — огороженное место, где лошади гуляют.

Плац — место для тренировок на улице. В общем манеж без крыши с тем же полем для тренировки и трибунами

Лошадь — это поэзия
в движении.
Шейкина Екатерина Александровна

Как и обещал Минхо, Чонин на выходные поехал домой. Жертвуя своим сном, он встал в самую рань, чтобы попасть на первый автобус. Старший брат всегда вставал рано и, чтобы успеть хоть как-то выдернуть его из рутины, пришлось будить Хёнджина и Феликса. Тихо Чонин собираться просто не мог, он торопился и волновался. Джисон единственный, кого не потревожили шорохи младшего. Теперь Чонин понимал, почему Феликс ожесточенно прыгал на того по утрам. Трамваем не разбудишь.

Просидев час в душном автобусе, Чонин наконец-то увидел свою родную квартирку, которую снимал Минхо последние несколько лет. Его встретила тишина.

— Минхо, ты дома? — странно, ведь обычно в такое время старший уже во всю суетился и собирался на конюшню.

Чонин с осторожностью заглянул в каждую комнату и нашёл брата мирно сопящим в своей комнате. Рядом с одеялом сидел всё тот же плюшевый единорог из детства. Взрослые - это просто большие дети.

Счастливая улыбка коснулась лица Чонина. Будить старшего будет преступлением. Ещё перед переездом Чонин заметил, что сон у Минхо стал беспокойным и брат нуждается в хорошем отдыхе.

Тихонечко прошмыгнув на кухню, Чонин принялся искать съедобное, чтобы приготовить завтрак, но, к своему сожалению, холодильник пустовал. Значит, дела с аппетитом у Минхо всё так же плохи как и раньше. Ладно, хотя бы крепкий сон уже радовал.

Идею накормить Минхо завтраком Чонин не оставил и, тихо собравшись, ушёл ненадолго в магазин. Он надеялся, что успеет всё сделать до того, как брат проснётся, но надежда рухнула, когда младший увидел на экране телефона входящий от Минхо.

— Алло.

— Чонин, ты уже приехал? Почему меня не разбудил? — голос Минхо был совсем хриплым после сна. Он прокашлялся и продолжил. — Вот вещи своего братишки вижу, а самого его нет. Не знаешь, куда он делся?

— Ну не мог бы ты поспать ещё пол часика? Я собирался приготовить тебе завтрак. У тебя, наверное, уже живот к спине прилип, пока меня неделю не было! — Чонин бродил между полок в магазине и ворчал на брата.

— Ты не переживай, Нини. Я что-нибудь по дороге на работу поем. Я просто не наготавливал для себя много, чтобы еда не портилась.

Минхо ни в коем случае не упрекал брата, но его слова больно пульсировали в голове. Неужели Минхо не готовит еду, потому что теперь живёт один? Он не видит смысла кормить только себя? Ему так одиноко? Ещё чуть-чуть и Чонин из-за таких мыслей переедет обратно.

— Во-первых, я накормлю тебя хочешь ты или нет. Во-вторых, никакой работы сегодня. У нас выходной, — строго озвучил планы Чонин.

— Прости, мелкий, но я не могу пропустить сегодня тренировку.

— Можешь, — перебил младший. — И сделаешь это!

— Нет, послушай,— Чонин услышал короткий вздох в трубке. — Я не сказал тебе на неделе, потому что сам ещё не был уверен, что соглашусь, но Сынмин не оставляет выбора. Через две недели я выступлю на соревнованиях. — Чонин выронил упаковку творога из рук.

— Какие соревнования? Сынмин тебя к барьерам ни на шаг не подпускал, а тут соревнования!

— Слушай, давай обсудим это не по телефону.

— Хорошо, я сейчас приду и мы за завтраком всё обсудим, — Чонин наклонился подобрать упавший творог.

— Давай так, ты не паришься и не готовишь завтрак. Мы вместе сходим в кафешку и быстро перекусим перед моей работой, — в трубке слышалось шуршание. Кажется, Минхо на ходу одевался. — Я скоро выйду, подожди меня у магазина.

Минхо поспешно сбросил звонок, и Чонин ничего не успел ответить. В трубке послышались гудки. Младшему ничего не оставалось, кроме как раскидать набранные продукты обратно по местам и выйти ждать на улицу.

Через десять минут к супермаркету подошёл брат в обычных спортивках и с гнездом на голове. Чонин крепко обнял Минхо и пригладил его волосы.

— Мог хотя бы расчесаться. Я не тороплюсь, — улыбнулся младший. — Я скучал.

— Устал от самостоятельной жизни без меня за неделю? — с такой же яркой улыбкой ответил Минхо. — Пойдём уже покушаем.

— Ты так пойдёшь в кафе? — Чонин ещё раз оглядел старшего с головы до ног. Ну и видок у него.

— Веришь или нет, но всем насрать. И мне в том числе. Мне удобно в этом, — он указал на свои растасканные штаны, — так что пошли.

Чонин кивнул. Удобно так удобно. Ему вот тоже вполне удобно в своих обтягивающих джинсах скини и рубашке на пуговицах. И что, что они с братом выглядят сейчас как инь и янь? Главное, что удобно.

Пройдя сотню метров, они дошли до первой попавшейся кафешки со столиками на улице. Расположившись удобно под зонтиком, Чонин сделал нескромный заказ. Сегодня он обещал себе накормить брата как полагается.

— Я не съем столько, — возразил Минхо.

— Съешь! А я проконтролирую.

Ох уж этот маленький командир. Минхо не будет сопротивляться, пусть командует хотя бы раз в неделю.

— Так что там с соревнованиям? — наконец-то Чонин озвучил волнующий его вопрос.

— Вообще-то всё вышло весьма неожиданно. Помнишь, ты тогда увидел меня, когда я из поля верхом ехал? Так вот, после того случая Сынмин сказал, что раз во мне так дофига энергии и я бегаю, прыгаю по травке. Это я сейчас дословно, кстати, говорю, — младший прыснул от смеха в кулак, — то мне нужно направить всё это в нужное русло и постараться вернуться к прыжкам.

— Ого! — Чонин, не отрываясь, смотрел в лицо Минхо. Новость и вправду его удивила, потому что неделю назад Сынмин ему лично говорил, что у Минхо проблемы с доверием к себе, и до соревнований нужно еще хорошенько поработать. Он решил изменить стратегию тренировок? Пошёл в наступление и Минхо на это согласился? Браво, Сынмин. Только не сдавайся и тренируй Минхо до победного.

— Да, я не думаю что это лучшая идея, но он с меня не слезет, поэтому согласился пройти метровый маршрут. Это, конечно, не 140, как я прыгал раньше, но думаю, с метром я справлюсь, — Минхо вздохнул, — надеюсь.

Чонин хотел верить. Минхо ведь так волнуется из-за любой оплошности, а тут пройти целый маршрут на лошади, к которой ещё не полностью нашёл подход. Они же справятся?

— Через две недели? Ты точно будешь готов? Когда ты последний раз прыгал? Три месяца назад? Пол года? — засыпал вопросами Чонин. — Как вообще проходят ваши тренировки? Как ты мог не рассказать мне раньше, предатель? — он кинул в Минхо салфетку.

В этот момент официантка поставила перед парнями два больших блюда с мясом и гарниром и убрала скомканную салфетку. Чонину стало немного стыдно за своё ребячество.

— Конечно, я не готов и вряд ли стану, но Сынмин говорит, что мне нужно двигаться вперёд, — Чонин немного успокоился. Тренеру он доверял на все сто. — Сейчас мы разработали новый план тренировок и, честно говоря, я так выматываюсь, что сплю как убитый.

Минхо так оживленно рассказывал про новый план, что младший для себя понял. Не усиленные тренировки заставляют его брата хорошо спать, а надежда. Ощущение, что Минхо немного воспрял духом на лицо. Тренер заставляет снова прыгать. Ему больше не запрещают. И как бы Минхо для себя ужасно не справлялся, прыжки — причина его улыбки.

— Подожди, блиин, — протянул младший. — Совсем забыл сказать, я пообещал ребятам, что на следующей неделе притащу их к нам. Познакомить вас и показать твой конный клуб.

— Ты хочешь познакомить меня со своими новыми друзьями? — доев свою порцию, Минхо отложил столовые приборы и, расслабляясь, облокотился на спинку стула. — Ты уже готов притащить их ко мне?

— Хочу, чтобы Джисон увидел лучшего коня на свете. Он много расспрашивал про Тэри, — Чонин хотел совмещать всё в своей жизни. Познакомить новых друзей и брата было его первой задачей. — Да и Ликс с Джинни хотели приехать.

— Нууу,— Минхо сомневался. Его младший брат общительный и обворожительный. Порой неловкий, но подход к людям находить умел. Минхо же таким не был. Парень жил в своём маленькой мире, где было место только для Тэри, Чонина и Сынмина. Большего ему и не нужно. — Хорошо, я попытаюсь быть дружелюбным, — а вот отказывать он не умел.

Чонин оживился и хлопнул в ладоши.

— Отлично!

***

Целую неделю Джисон умирал от ожидания. Все его однокурсники уже находились в процессе работы над курсовой. Сторис в инстаграме рассказывали о плодотворной работе. Он устал листать ленту и откинул телефон. Что за показушники? Вот закончите свои рисунки, тогда и будете их показывать на защите перед всем курсом.

И он совсем не завидовал тому, что у других уже есть хоть какая-то база для работы, а у Джисона так не появилось ни одного кадра. Возможно, сегодня он это исправит.

— Автобус через полчаса. Давайте собирайтесь, через пятнадцать минут выходим, — в дверях комнаты показалось лицо Чонина. Феликс оторвался от увлекательного разглядывания своих кед на полке. Он морально отдыхал, после того как минутами ранее скакал по Джисону, заставляя его подняться. Получилось, теперь бурундук недовольно листал ленту в инстаграме.

На дворе ранее утро. Парни планировали провести весь выходной день в новом для них месте.

— Разбудить-то его я разбудил, а с кровати поднимай сам. За меня не волнуйся, я соберусь вовремя, — съязвил Феликс.

Сегодня Джисон не собирался вредничать. К тому же в его интересах вовремя выйти и попасть на автобус. Знакомства с Тэри он ждал целую неделю.

У Хёнджина глаза на лоб полезли, когда он увидел в пороге полностью собранного Джисона. Ни на секунду не опоздал. День начинает подкидывать сюрпризы и это только раннее утро. А что будет дальше?

К счастью, на автобусе они добрались без происшествий. Как обычно, перед чем-то новым и неизвестным Джисон волновался. Если Чонин оказался милым и дружелюбным, значит и Минхо таким будет? Ну они же братья, верно?

Ещё по дороге Чонин позвонил Минхо и предупредил, что вся четвёрка благополучно добралась и скоро будет на месте. Младший совсем не хотел нарушать распорядок тренировок брата и пообещал, что покажет своим друзьям конюшню самостоятельно. Джисон на это расслабился. Ну хотя бы не придётся проводить целый день в новой компании и испытывать неловкость.

Дойдя до ворот в КСК Джисон резко остановился.

— Ты чего, Сони? — Хёнджин обернулся.

— Мы же ничего с собой не взяли. Мы идём знакомиться со старшим братом Чонина, который любезно согласился пустить нас к нему на работу. И даже сладости к чаю не купили, — Джисон уставился на ворота, поражаясь своей сообразительности. — Вовремя вспомнил. Я быстро схожу и вернусь.

— О боже, ты прав. Почему мы не подумали об этом раньше? Пошли сходим вместе, — Хёнджин приблизился к Джисону, намереваясь двинуться назад в сторону магазина, мимо которого они недавно прошли.

Феликс схватил старшего за руку.

— Стой, там же лошади. Я их боюсь.

— Перестань, ты же с Чонином, — Хёнджин посмотрел на него и улыбнулся. — Этот смельчак не даст в обиду. Но если что, звоните, я прибегу с вешалкой.

— Не вздумайте так говорить при Минхо. Его сердце не выдержит таких угроз в сторону его лошадок. Да и моё тоже. Так что, Феликс, никакой паники. Сейчас будем знакомиться! — Чонин схватил того за руку и потащил к воротам.

Джисон и Хенджин направились в обратную сторону. Чонин рассказывал о том, что при конюшне есть все: гостиница, бассейн, какие-то процедурные места для лошадей, комнаты отдыха прям в конюшнях и много прочего, название чего Джисон не запомнил. Место, где им будет комфортно посидеть и попить чай, точно найдётся, поэтому в своей идее Джисон ни капли не сомневался. Вперёд за тортом за успешную курсовую!

Ближайший супермаркет оказался в десяти минутах ходьбы. Хёнджин так увлечённо рассказывал Хану про танец, который готовил вот уже две недели, как не заметил:

— Какого..., — зашипел незнакомец, — бля...

Хёнджину в следующий раз стоит менее эмоционально размахивать руками в узких дверях. Незнакомец опрокинул на себя собственный кофе. Вся футболка стала темной.

— О боже, я прошу прощения. Я так виноват. Вы не обожглись? Подождите меня тут, я быстро забегу купить салфетки.

— Не стоит. Я в порядке, — раздражённо ответил парень. — Мне повезло, что кофе остыл.

— Мне так жаль. Я такой неуклюжий. Я очень извиняюсь, — не унимался Хёнджин и пытался хоть как-то исправить ситуацию.

— Всё нормально, — кинул напоследок парень и поспешно удалился.

Джисон на это лишь похлопал расстроенного друга по плечу и потащил, наконец, в магазин.

В это время Чонин уже показал одну конюшню Феликсу. Территория огромная и им ещё многое предстоит увидеть.

Младший хихикал, когда Ликс пытался просунуть лошади кусочек морковки, но каждый раз в страхе отдергивал руку. Это только первый день в новом мире, привыкнет.

— Чонин, ты решил мне показать сначала самых высоких лошадей, чтобы я умер от страха? — жаловался Феликс. — Боже мой, это они сейчас закрыты в своём домике и не могут меня укусить или затоптать, а если их вывести?!

— Так сейчас Тэри и выведем! Только Джисона с Хёнджином дождёмся, — младший чувствовал себя открывателем нового мира. — Пошли лучше брата поищем.

Обойдя, как Феликсу показалось, половину территории ( и как только люди работают в таком огромном пространстве?), они нашли Минхо сидящего на заборе левады, в которой гулял Тэриус.

— Минхоооо, — Чонин рванул к брату и свалил того с забора прямо на себя, заключая в крепкие объятия. Феликс чувствовал себя неуютно, стоя посреди большой территории совершенно один. Два брата в десяти метрах не считаются, ведь сейчас точно выскочит конь и затопчет. Он решил не рисковать жизнью и побежал к Чонину с Минхо.

Переставая тискать в объятиях брата, Чонин неохотно оторвался.

— Ну, знакомьтесь. Феликс, — он указал на того рукой, — мой новый друг. Учится тоже на танцора. Иногда помогает мне по учёбе, а ещё выполняет самую сложную функцию, — Минхо вопросительно нахмурился, — Джисона будит по утрам.

Феликс на это гордо заулыбался, а Минхо слегка усмехнулся. Он слышал про всех троих соседей в мельчайших подробностях. Младший брат каждый день звонил и рассказывал о том, как прошёл день и как ему нравится жить в общежитии. Почти всё рассказывал. Тот случай с вешалкой он опустил.

— Мой старший брат, — теперь Чонин указал на Минхо, — у которого кони головного мозга.

Парни пожали друг другу руки.

— Приятно познакомиться, Феликс. Чонин в восторге от вашей компании. Надеюсь, вы его не обижаете, — без упрёка произнёс старший.

— Я тоже рад познакомиться с братом такого очаровашки. Мы ни за что не обидим его и другим не дадим.

— Рад слышать, — Минхо снова полез на забор, принимая прежнее положение. Тэри увидел своего хозяина и радостно побежал в их сторону.

Феликс словил десять инфарктов, когда огромный конь вплотную приблизился к Минхо и мордой уткнулся в грудь. Парень в ответ одной рукой почесал за ушком, а второй приобнял мордашку.

— А вот и Тэри. Вы же хотели познакомиться, верно? — Минхо шептал в районе носа гнедого коня, прижимаясь лбом. — Не бойся, он не кусается.

Пока Феликс пытался перебороть свой страх и хотя бы на метр подойти ближе, Минхо обратился к Чонину.

— Ты говорил, что вы все вместе приедете. Где остальные?

— В магазин уперлись. Ты же найдёшь время попить чай?

— Да, но только, если подождёте. Сейчас у меня будет тренировка, на которую мой прекрасный и любимый тренер, — он язвительно выделил эти слова, — опаздывает.

Минхо гладил Тэриуса по морде и совершенно не заметил, как к ним в это время приближался Сынмин.

— Твой прекрасный и любимый тренер пришёл гнать тебя собираться, — в ответ съязвил тот. — И вообще я опоздал по непредвиденной причине. Какой-то придурок размахался своими руками в магазине, и я вылил на себя свой драгоценный кофе. Хорошо, что я сегодня выспался. Убил бы гада, — эмоционально выдал правду тренер.

— Понял, понял, ни слова больше, — Минхо слез с забора и надел на коня недоуздок. — Жди нас через десять минут в манеже, а вы, — он обратился к двум парням, — погуляйте здесь по конюшне, если хотите. Если нет, то посидите в нашем с Сынмином амуничнике.

— Минхо, — Чонин умоляюще взглянул на старшего, — можно мы посмотрим на вашу тренировку? Хочу посмотреть на своего крутого всадника.

— Можно, Нини, — ответил Сынмин вместо брата. — Ему публика должна пойти на пользу. Не только же для меня одного стараться, верно, Минхо?

Тот ничего не ответил, недовольно удаляясь в конюшню, чтобы поседлаться. Сынмин в последнее время сильно на него давит. Это, конечно, прекрасно, что тренер пытается вернуть Минхо в большой спорт, но правильно ли он поступает с таким напором? Или сам Минхо никогда бы не решился идти вперёд и ему действительно нужны такие пинки под зад? Он не мог ответить ни на один из вопросов, поэтому просто соглашался с обстоятельствами и плыл по течению. Жаль, это течение так и не вымыло все мысли из головы.

Чонин и Феликс удобно устроились на трибунах и начали наблюдать за скучной разминкой всадника и лошади: те просто ездили по кругу, иногда меняя направление. Телефон в кармане Чонина завибрировал, оповещая о звонке от Джисона. Младший убедил Феликса, что на трибунах тот полностью в безопасности и ушёл встретить двух друзей.

K.Flay - High Enough

Парни быстро забежали в амуничник оставить купленный торт и пошли к манежу. Джисон не думал, что им позволят смотреть на тренировку и как можно сильнее торопил друзей, чтобы ничего не упустить. Посмотреть на тот самый процесс работы с лошадью, который он мечтал запечатлеть на камеру, было действительно хорошей новостью. Сейчас он всё увидит своими глазами. Чонин открыл перед друзьями дверь в манеж, приглашая войти.

Джисон оказался внутри и замер.

Перед ним ветром пронесся огромный конь, грациозно перебирая ногами и излучая такую мощную энергию, что лицо невольно опалилось воздухом. "Сила" - первое слово пришедшее на ум. "Красота, грация" - последовали за ним. Крупные мускулистые ноги рыхлили песок, создавая после себя ровные следы от копыт, а мощная толстая шея красивой дугой надувалась, после чего на ней появлялись новые мыльные следы от повода. Конь вспотел и это было прекрасно видно со стороны. Во рту пена, а ноздри сильно раздувались от частого и глубокого дыхания. Работа идет полным ходом. Джисон продолжал следить за каждым движением.

Человек верхом выглядел хрупким и уязвимым, но разве можно так назвать того, кто управляет этим прекрасным животным? Будет ли справедливо сравнивать всадника и лошадь по физическим данным? Ведь если конь слушался - значит доверял. Значит единица измерения не в физических данных и всё дело не в росте и весе. Джисон обязательно найдет то, что отождествляло работу всадника и лошади, но это позже. Взгляд остановился на лице наездника.

Джисон всем телом прильнул к стенке манежа, ложась на нее локтями и не обращая внимания на пыль. Он пялился.

Взмокшая челка выглядывала из под шлема, попадая на глаза, поэтому Минхо постоянно пытался ее сдуть, выпячивая нижнюю губу. Темные волосы не помешали разглядеть самое главное.

Глаза.

Джисон считал себя человеком вполне красноречивым и способным описать всё, что видит перед собой, словами. Но не в этот раз. Да кто вообще на земле сможет справедливо подобрать выражение для чего-то поистине прекрасного? Эта форма, размер, разрез глаз подобны чему-то космическому. Взгляд такой сосредоточенный, глубокий и задумчивый, с ноткой тревоги и грусти. Смесь эмоций, голова идет кругом. Маленькая вселенная, светящая своими бликами от света из окон. Он как художник впитывал образ себе под корку мозга. Настоящее искусство.

И речь не только о глазах. Движения. Тэриус и Минхо двигались так плавно и синхронно. Казалось, что всадник просто прилип ногами к бокам лошади, но в то же время выглядел совершенно расслабленным. Как он держится, если мышцы не напрягаются? Почему его не трясет? Магия на свете существует, иначе объяснить себе это явление Джисон пока что не в состоянии.

Если честно, он сейчас вообще не в состоянии что-либо сделать, потому что ничего более завораживающего в жизни не видел. Почему он раньше хотя бы немножечко не интересовался конным спортом? Художники не увидевшие такое многое теряют.

— Эй, алло? — Чонин щёлкнул пальцами перед лицом. — Земля вызывает Хан Джисона, — он повернулся к Хёнджину и спросил. — Может он спит с открытыми глазами? Может за годы жизни с Феликсом научился?

Хёнджин усмехнулся и пожал плечами.

— Не знаю, не видел, если честно, такого раньше.

— Эээй, Хани, — продолжал Чонин махать руками перед лицом. Джисон резко дёрнулся. Сколько времени прошло? Он всего лишь на секунду засмотрелся. Или нет?

— А, ой, простите, я немного завис, — Джисон тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.

— Ну мы, типа, заметили, — Хёнджин пристально на того смотрел, пытаясь понять, что только что выбило друга из реального мира. — Лошадей что ли раньше не видел?

— Видел, но давно, — Джисон снова опустился локтями на стенку манежа, возвращая свой взгляд к тому, что заслуживает быть увиденным, — просто не таких красивых.

Он точно говорил про коня? Или его сознание все ещё находилось где-то в чужих глазах?

— Ну, — Хенджин приобнял Джисона за плечи, — тогда вдохновляйся, — и сразу же отстраняясь, ушёл на трибуну к Феликсу.

Чонин медленно подошёл ближе и, предварительно смахнув манежную пыль от песка со стенки, облокотился о нее локтями, вставая с Джисоном плечо к плечу.

— Они невероятные правда? — взгляд младшего был точно так же прикован к всаднику и лошади.

— Это..., — сегодня Джисон впервые страдает от недостатка словарного запаса, — это просто не описать словами.

— Я рад, что оправдал твои ожидания. Я говорил, что нет ничего прекраснее моего брата в седле. Он рождён для этого.

Джисон верил каждому слову, сказанному младшим, потому что собственные глаза обманывать не могли. Тэриус и Минхо невероятно красивая спортивная пара. У Джисона руки чесались попробовать вывести на холсте каждую крепкую мышцу животного, каждый изгиб шеи, крупа, морды и такой сильный взгляд. Конь дышит этой силой. Захочет — сбросит, а захочет — доверится. Он вольное животное и человек ему не указ.

Но не друг. Такой властный и крепкий духом друг, который расслаблено сидит сверху и просит коня прислушаться. Тэриус всё выполняет. Какой смысл сопротивляться человеку, который ничего плохого тебе не желает?

Тем временем тренировка Минхо подходила к завершающему и самому волнительному для того этапу. Джисон заметил, как тренер тащит на песок большие жерди, чтобы соорудить барьер.

И только сейчас парень заметил его лицо. Тот самый облитый своим же кофе незнакомец из магазина! Да, Хёнджин победитель по жизни. Он испортил одежду и, вероятно, настроение тренеру, с которым Чонин их скорей всего после тренировки познакомит. Джисон ехидно улыбнулся, представляя картину их знакомства.

Сынмин соорудил два барьера, стоящих вдоль противоположных стенок манежа, так, чтобы прыгать можно было по кругу.

— Ооо, часики! — оживился Чонин. — Сейчас Минхо прыгнет сначала правый барьер, заезжая на него слева. Видишь флажки сверху на барьере? — Джисон кивнул, — красный флажок должен быть справа, поэтому Минхо и поедет с той стороны.

Для Джисона всё, что объяснял Чонин, было сложным. Ещё в общежитии, показывая фотографии с конюшни, младший говорил как будто на иностранном языке, указывая на разные ремешки на лошади и называя их непонятными терминами. Сейчас ситуация повторялась, и Джисон понятия не имел, что значат эти часики и красные-белые флажочки. Одно он понимал точно: сейчас будут прыжки.

Минхо размеренно двигался спокойным галопом, выполняя разные петли, но пока на барьеры не заезжал.

— Начинай с брусьев, — громко крикнул тот парень из магазина, который уже успел сменить одежду.

Минхо всё так же плавно двигался, сидя в седле ровно и спокойно, но когда Тэриус выехал на прямую к барьеру, скорость моментально увеличилась. У Джисона сердце замерло, когда на этой бешеной скорости конь оттолкнулся от земли и пролетел над всеми жердями, что минутами ранее установил тренер. Ни одну не сбил. Чистый прыжок. У Джисона чистый инфаркт. Он не ожидал, что лошадь так рванет на барьер.

Пока Джисон переваривал увиденное, Минхо повернул направо и поехал на второй барьер, стоящий возле стенки, на которую облокачивались Чонин и Джисон.

Скорость снова увеличилась и топот копыт стал пугающе громким. Прямо в нескольких метрах от Джисона конь рывком оттолкнулся от земли и вновь перепрыгнул препятствие.

Как после такой скорости и рывка можно усидеть на этой огромной лошади? Джисон побледнел.

Минхо и Тэриус ещё несколько раз повторили упражнение в разные стороны и всё это время Хан и слова вымолвить не мог, слушая восторженные комментарии Чонина.

— Тренировка окончена, — громко оповестил тренер.

Джисон вышел из транса. Это все? Он жив? Это ему приснилось? Парень совершенно не ожидал от себя такой реакции. Он всего лишь хотел сделать красивые фотографии.

Точно! Фотографии. Всё пошло совсем не так, как хотелось. Сначала Чонин должен был познакомить их с Минхо, а потом по плану Минхо должен был согласиться пофотографироваться с Тэриусом, а не уходить с ним на тренировку раньше их знакомства. Ладно, импровизируем.

— Ну что, пошли на улицу, Минхо сейчас пошагает и придёт, — сказал Чонин и за руку потащил Джисона к выходу, и обернувшись, махнул двум парням на трибуне, чтобы те шли за ними.

Обойдя огромный манеж с улицы, парни удобно устроились на парапете под яблоней, которая создавала уютную тень. Джисон поднял одно яблоко с травы и принялся им хрумкать.

— Мне пиздец. Мне просто пиздец, — истерично повторял Хенджин Феликсу, подходя следом к яблоне, — Почему именно он?

— О чём речь? — поинтересовался Чонин.

— Ооо, кажется я знаю, о чём речь, — засмеялся Джисон. — Узнал того парня, да?

Хёнджин мотнул головой.

— Таааак. О каком парне речь, мне уже страшно, — Чонин успел себе навыдумывать непонятно что.

— Да мы в магазин когда ходили, Хёнджин так руками размахался, что случайно задел одного парня с кофе в руках, — ответил Джисон.

— Так это был ты! — глаза младшего округлились. — Сынмин уже рассказал нам эту историю. Он на тренировку опоздал.

Хёнджин опустил голову в руки и промычал. Мало того, что испортил одежду так ещё и тренировка была под угрозой. И не кого-то, а брата Чонина! Впервые Хёнджин так ужасно знакомится. Обычно позорились перед ним, а не он. "Чем ещё удивит этот день? " — ведь так блондин подумал утром, когда увидел в пороге вовремя собранного Джисона? Больше он таким вопросом задаваться не будет. Хватит сюрпризов.

Джисон болтал ногами, сидя на парапете, и дожёвывал яблоко, когда услышал приближающийся цокот копыт. Он поднял голову и увидел Минхо, сидящего верхом, и Сынмина, идущего рядом. Хёнджин напрягся всем телом.

— Минхо, тебе долго еще шагать? — побежал в их сторону Чонин.

— Минут десять и я свободен. Можешь пока чайник поставить, — он достал ключ из кармана и кинул Чонину.

— Я хотел тебя кое о чём попросить.

Джисон лишь молчаливо наблюдал со стороны разговор братьев, не решаясь представиться. Минхо оглядел всех присутствующих и, если бы Джисон так пристально не смотрел на того, то им удалось бы избежать этого неловкого момента. Глаза в глаза.

Они даже ещё не знакомы.

— Ты мог бы прокатить Джи верхом? Он мне говорил, что никогда на лошади не сидел.

Сейчас Джисон совершенно не понимает, почему младший так внимателен. Чонин помнит все их разговоры и пытается максимально погрузить в атмосферу своего мира. Почему он так много помогает? И согласен ли с ним его брат?

— Эм..., — лицо Минхо выглядело растерянным, — ладно.

И когда Джисон должен был представиться? Когда был в манеже? Когда Минхо только подъехал? Или прямо сейчас? Но все слова застряли в горле и он продолжал молчать.

Минхо чувствовал ужасную неловкость. Мало того, что ему сейчас нужно прокатить незнакомого парня, так к тому же он не знаел, как тот выглядел. Он быстро в голове стал прокручивать всё, что рассказывал Чонин. Черт, кажется, внешность младший брат не упомянал.

— Извините, но кто из вас Джисон? — Минхо не нашёл лучшего варианта узнать. Любит же младший нарушать зону комфорта брата и пытаться социализировать в обществе. Ему это не нужно. К чему новые знакомства.

Джисон всё так же, замерев, сидел на парапете и держал в руках огрызок от яблока. Что ему ответить и куда деть этот огрызок? В траву выкидывать как-то не этично.

— Вот этот бурундук, — Феликс подошёл к Джисону и смахнул у того кепку с головы и, уже обращаясь к Джисону, с улыбкой добавил, — иди покатайся.

— Подождите, моя оплошность. Я вас всех не познакомил, — Чонин забрал из рук Джисона огрызок и скормил Тэриусу. Конь радостно принял лакомство и принялся громко жевать.

— Это Хёнджин, мой сосед по комнате, — Чонин головой махнул в сторону блондина. — Это Дж...

— Очень приятно познакомиться, Хёнджин, — оборвал Сынмин и наконец-то перестал прятаться за Минхо и Тэриусом. — Надеюсь, больше мои футболки не пострадают, — и протянул блондину руку.

— Я ещё раз извиняюсь, — Хёнджин не смотря на тренера ответил на жест.

— Ты мой любимчик теперь, Хёнджин, — обратился к тому Минхо и тоже протянул руку. — Пролить на Сынмина его самый драгоценный напиток и выжить можно только чудом.

Хёнджин неловко улыбнулся. Странное знакомство однако, но все парни так или иначе были представлены, но не Джисон. Он продолжал не двигаться.

— Эй, Джи, — Чонин снова пытался привести того в чувство, щелкая пальцами перед носом. — Кататься будешь?

— А, да, простите меня, я сегодня видимо не выспался и торможу, — Джисон спрыгнул с парапета и протянул руку Минхо для рукопожатия, краем уха улавливая, как Феликс говорит, что Хан тормозит вообще-то по жизни. Он обязательно вспомнит об этом сегодня ночью, когда Феликс уже уснёт, чтобы придушить того подушкой.

— Приятно познакомиться, Джисон.

— Мне тоже.

Минхо в такой суетливой обстановке чувствовал себя странно. Новые люди комфорт для него никогда не создавали, но видя, в каком восторге младший брат от их общения, чувствовал себя вполне удовлетворительно. Терпимо.

Парень спешился с Тэриуса и принялся объяснять Джисону.

— Смотри, ставишь ногу в левое стремя. Руками держишься за седло. Просто подпрыгни и вытолкни себя наверх, цепляясь руками, — Минхо показал где нужно схватиться. Джисон же смотрел на лошадь снизу вверх и не понимал, как вообще можно забраться так высоко, просто оттолкнувшись от земли.

— Это невозможно, — запротестовал Хан, — я не залезу.

— Давай. Просто поставь ногу в стремя, а я помогу.

Джисон замешкался. Стремя находилось на уровне его солнечного сплетения. Похвастаться хорошей растяжкой, как его друзья танцоры, он не мог и сейчас придётся изворачиваться. Дотянувшись ногой до нужной высоты и вставив ногу в стремя, Джисон остановился. Подпрыгнуть вверх в таком положении невозможно.

— Давай, наступай левой ногой на стремя, а правой выталкивай себя наверх.

Джисон попытался. Это выглядело жалко и у него ничего не вышло. Тэриус же не понимал, почему возле его бока столько суеты, но спокойно стоял и ждал, пока хозяин со всем разберётся, лишь изредка вздрагивая от неаккуратных прикосновений неизвестного ему человека.

— Давай, — скомандовал Минхо, — наверх, — и схватил парня за бедро, помогая вскарабкаться. Джисона как током прошибло от такого прикосновения. Чужая рука крепко держала его худую ногу.

Он сглотнул. Ещё секунду в таком положении и его щеки выдадут все тайны мира, поэтому, резко оттолкнувшись от земли, он неуклюже вскарабкался в седло. Только почему он смущался? Просто, наверное, знакомство с новым человеком это всегда неловко.

Оказавшись верхом и выпрямив спину, он посмотрел вокруг с высоты. Всё иное, а где-то далеко внизу привычный мир. Люди так ничтожны по сравнению с лошадьми, почему же животные позволяют находиться с ними рядом?

Минхо взял Тэриуса за повод и зашагал по территории КСК, удаляясь от компании.

Джисон в очередной раз потерял дар речи. Снова не подобрать слов. Только сейчас это не только то, что он видит, но ещё и то, что он чувствует. Мощное животное под ним шевелится и спокойно шагает, не подозревая о том, что человек сверху никогда ранее не испытывал ничего подобного. Минхо за этот день в очередной раз вырос в глазах. Джисон и представить себе не мог, что даже на шагу у лошади так потряхивает.

— Это так необычно, — единственные слова, которые смог подобрать парень.

— Нравится?

— Конечно! Я и представить не мог, какого это сидеть верхом. Мне кажется, что меня сейчас вытряхнет отсюда, — он сильнее вцепился руками в основание седла. Минхо обернулся посмотреть на парня.

— Ты не напрягай так руки и спину. Расслабься. Тебя будет меньше трясти.

Джисон послушался, полностью расправляя плечи и отпуская руки. Трясти меньше не стало, но он почувствовал, как поясница прогибается в такт движениям коня. Живот скручивало от ощущений.

— Ты прав, так действительно лучше. Спасибо, — Минхо на это лишь мимолетно улыбнулся и продолжил вести коня по территории.

— Кажется, мои глаза привыкли, — Джисон нарушил неловкое молчание.

— К чему? — оглянулся Минхо.

— К виду отсюда. У меня сначала голова закружилась, когда я посмотрел вокруг. Мир выглядит иначе.

Минхо невольно вспомнил себя в детстве. Он всегда считал мир особенным и волшебным со спины лошади. Интересно, Джисон имел ввиду то же самое?

— Красиво? — поинтересовался Минхо.

— Конечно. Очень красиво! И это слабо сказано. У меня как у художника руки чешутся нарисовать, что-нибудь подобное.

— Да, мне Чонин рассказывал, что ты на художника учишься. Разбавляешь их компанию, так сказать, — усмехнулся старший, — совсем тебя танцами, наверное, достали.

— Да, я как белая ворона среди них. Хотя нет, — парень задумался. — Я единственная чёрная ворона, потому что вокруг одни блондинки.

Минхо по-доброму рассмеялся.

— Окружён, но не сломлен, верно?

— Верно! — Джисон рассмеялся в ответ.

— Меня брат тоже в какой только цвет не хотел покрасить. И рыжий, и синий предлагал, но я как-то не хочу губить свой натуральный.

— Вот и я не хочу, — согласился Джисон. — Будем держать оборону до последнего.

Вокруг вновь образовалась тишина, нарушаемая звонким цоканьем копыт по асфальту. Минхо обошёл уже целый круг вдоль манежа и свернул на новую дорожку, уходя к плацу.

Джисон уже совсем не чувствовал дискомфорта, привыкнув к обстановке. Он неловко протянул руку к шее коня, аккуратно его поглаживая.

— Очень красивый конь. Тэриус, верно?

— Да, он настоящий подарок. И в переносном, и в прямом смысле. Чонин подарил.

— Я ещё никогда не видел таких высоких и красивых лошадей. Вы очень круто смотритесь вместе, когда тренируетесь, — Джисон всё так же медленно поглаживал шею у основания, в районе холки. Сильнее наклоняться вперёд ему было страшно.

— Спасибо, — смутился Минхо. Со стороны их с Тэриусом ещё никто не видел. Парень на этом коне ни разу не выступал.

— Возможно, я сейчас покажусь очень наглым, поэтому заранее извиняюсь, — Минхо напрягся, но виду не подал, — мне нужно писать курсовую, и я выбрал немного странную тему. Я хочу через фотографии передать эмоции животных, которые живут среди людей, а после фотографию перерисовать, — подробности как эта идея пришла в голову Джисон решил опустить. — И знаешь, когда Чонин показал мне вашу фотографию с Тэриусом, я так загорелся идеей.

— Нет, — оборвал Минхо.

— Что, нет?

— Я не буду фотографироваться.

Джисон ожидал такой ответ и морально был к нему готов. Неудивительно. Какой-то незнакомый парень, который при первых же секундах знакомства показал себя тормознутым, просит пофотографироваться для него.

— Хорошо, я не настаиваю, просто поинтересовался. Такая красота заслуживает внимания, — что под этим имел ввиду Джисон не понял ни Минхо, ни он сам.

Старший задумался. Курсовая работа — серьёзное задание, и полностью отказывать парню в помощи было грубо, к тому же Чонин поэтому точно бы расстроился. Младший был счастлив делиться жизнью своего брата с новыми друзьями. Жаль самого Минхо об этом не спросили.

— Ты можешь пофоткать Тэри, если хочешь, — тихо сказал Минхо.

Настроение Джисона резко поползло вверх. Надежда не потеряна. То, о чем он думал последние две недели, вполне осуществимо.

— Спасибо тебе большое! — Минхо услышал радостный возглас где-то наверху за спиной.

— Сколько тебе нужно фотографий?

Джисон задумался. Нужно, что-то живое, повседневное, совершенно обыденное, но не менее завораживающее.

— Честно, я бы хотел сделать снимки в нескольких локациях и в разное время, — Джисон решил если наглеть, то до конца. До победного. С отличной оценкой за курсовую.

— Тогда за сегодня ты не управишься. Тэри устал, ему нужно отдыхать, — Минхо заботился о своём коне. — Приезжай на неделе, если сможешь.

Джисон был так счастлив, что старший позволит это сделать. Пускает в свою жизнь с камерой в руках ещё и не на один день. Брат у Чонина такой же замечательный, как и младший.

— Я надеюсь, не сильно тебе помешаю? — переживал Джисон.

— Всё нормально, — убеждал Минхо. Не Джисона. Себя. — Главное тренировкам не мешай. Я дам тебе номер, позвонишь, когда тебе удобно, и я скажу, свободен ли я.

— Хорошо! — Всё так же радостно восклицал сверху Джисон.

Минхо обошёл всю территорию конюшни и повёл коня обратно к толпе парней, сидящих под яблоней. Сынмин уже во всю болтал в новой компании, видимо забыв про инцидент с кофе. Феликс влажной салфеткой чистил носки своих кед, а Хёнджин с Чонином набирали яблоки в рюкзак.

Впереди ещё половина дня, которую Минхо придётся провести в качестве экскурсовода, показывая всё, что есть на территории КСК, попить чай, как и обещал Чонину, и поближе познакомиться с Феликсом, Джисоном и Хёнджином. Вот бы хватило сил всё это вынести.

Джисон же напротив был заряжен энергией и готовился засыпать вопросами и рассматривать все на своём пути.

Он нехотя спешился с Тэриуса и, почувствовав землю под ногами, увидел, как всё вокруг вновь стало прежним.

Сегодня он понял для себя что-то новое: у Минхо было два мира. И если в первом живут все люди, то второй понять не каждый в силе. То, что не поддаётся объяснению, а познаётся лишь ощущениями — самое настоящее искусство, требующее кисти художника в своей интерпретации.