Hot Water [чигуки]

       Приземлившись за последний свободный столик друг напротив друга, Чонгук молча начал поглощать лапшу, а Чимин салат. Слов будто и не существовало вовсе. Чимин старался не поднимать глаз, пока Чонгук, отставив тарелку, залюбовался им.

— Ты чего не ешь? — прервал тишину Чимин, ощущая внимательный взгляд на себе.

— Не хочу.

— На диете? А то молния на джинсах не сошлась.

— Ты же знаешь, от чего она не сошлась.

      Было бы легче, если бы он не знал. Взгляд Чимина упал на стоящего посреди столовой парня из библиотеки в поисках свободного места, и как только он заметил Чимина, тот дружелюбно помахал рукой, приглашая сесть за их столик. Тэхен улыбнулся и подошёл к нему.

— Прости, я не помешаю? — такой вежливый, что самому становится неудобно.

— Нет-нет, садись, — сказал Чимин и отодвинул для него стул.

— Спасибо.

— Это мой младший братик Чонгуки, — сказал Чимин, смотря на недовольное лицо Чонгука, после его слов растянувшееся в придурошной улыбке, и сам улыбнулся ему точно так же.

      Они продолжили их несодержательную беседу из библиотеки. Чимин то и дело бросал быстрый взгляд на Чонгука, замечая его недовольную физиономию, и ему становилось смешно и страшно одновременно. Он стал как можно милее поправил загнувшийся воротничок на белой рубашке Тэхена, и услышал звук отодвигающегося стула.

— Ты далеко? — не понимая глаз спросил Чимин.

— Аппетит что-то пропал.

      Чонгук поднимается, идёт в обход между соседними стульями и Чимином с Тэхеном, и Чимин будто знает уже наперёд его действия. Ещё мгновение, и горячая лапша выливается вся до единой на рубашку Тэхена.

— Оу, прости, я случайно, — язвительно произносит Чонгук, лишь на секунду затормозив возле него, и с довольной усмешкой на лице идёт дальше.

      Чимин даже не удивился, только быстрее встал, взял салфетки со стола и начал убирать с него лапшу. И как она до сих пор оставалась ещё такой горячей? Тэхен словно потерял на секунду дар речи, смотря на свою испачканную рубашку, а потом принялся просить Чимина, чтобы тот сел и уверять, что все в порядке.

— Чонгуки тяжело жить, потому что у него из жопы не только руки, но и голова, не обращай внимание, — громко сказал Чимин, надеясь, что его услышит удаляющийся Чонгук, и продолжил убирать с Тэхена лапшу.

— Все хорошо, не переживай, — сказал Тэхен, и на всю столовку раздался звонок, — Чимин, иди, у меня есть физкультурная форма. Спасибо.

— Точно все хорошо? Ещё раз извини его. Пока, — Чимин помахал и направился к выходу, оставляя Тэхена.

      Он хотел пойти в кабинет, но из окна увидел идущего вдоль аллейки Чонгука, и уже через минуту стоял напротив него.Вмазать бы ему хорошенько за все по его холёному личику, которое сейчас выбешивало от одного вида.

— А, собственно, какого хрена ты творишь? — агрессивно проговорил Чимин. Чонгук с недопониманием посмотрел и пожал плечами, пытаясь обойти его, но хён притормозил. — Я видел, что ты сделал это специально.

— Он мне не понравился.

— Ты шутишь? Ты поливал грязью и называл шлюхами всех моих девушек, из-за тебя я чуть не поссорился со своими друзьями, а теперь ты просто вылил тарелку лапши на человека, с которым я познакомился пять минут назад, только потому что он тебе не понравился? Когда закончится твой детский возраст?

— Уверен, что пять минут назад? Ты вообще видел, как он на тебя смотрел? Да я думал он тебя сожрет сейчас...

— Нет, Чонгук, ты вообще нихера не слышишь меня. Или просто строишь умственно отсталого, или ты и есть умственно отсталый, — быстро и громко проговорил Чимин прямо ему в глаза.

— Ты так заводишь меня, когда злишься, — после короткой тишины сказал Чонгук, ехидно улыбнувшись.

      Он настолько выбесил, что Чимин от злости не мог подобрать слова, смотря в его насмешливые чёрные глаза, хотел вспылить ещё больше. Приближающийся одногруппник сбил его мысли, и он лишь как можно спокойнее ответил, стараясь не привлекать внимания:

— Поговорим об этом дома.

      Чимин резко развернулся и направился в кабинет. Осталось только разобраться, Чонгуки действительно ревнует, или просто пытается испортить ему жизнь, и когда же он наконец наиграется. Он знал одно: ахуел Чонгук в конец, с этим ничего уже нельзя поделать.

***

— Хён, ты вернулся? — кричит лежащий на кровати Чонгук, услышав открывающуюся дверь, но ответа так и не следует. — Хён, ты хотел поговорить.

— О том, что ты оборзел? — говорит появляющийся на пороге Чимин.

      Чонгук в одних серый спортивках лежит на кровати, держа в руках телефон и улыбаясь. Он был до ахуения хорошо, и сердечко при виде его мускулистого обнаженного тела затрепетало. Он сто процентов не надел футболку, так лёг и вызывающе смотрит, чтобы позлить и напомнить о том, что он может не только мастерски издеваться, но ещё и изумителен.

— Да, именно об этом, — произносит Чонгук, садясь и протягивая ему руку, на которую Чимин сначала с презрением смотрит, а затем отталкивает.

      Тогда он просто с силой тянет его на себя, и Чимин садиться прямо к нему на колени. Смешавшиеся чувства — хотелка и ненависть. Он кладёт голову на его плечо, чтобы не смотреть ему в глаза, желая вырваться и чувствует его руку на своей коленке, ползущую вверх, до бёдер и ягодиц. Так хочется расслабиться и поддаться образовывающемуся стояку, тем более рука Чонгука уже возле молнии джинс, но, черт, зачем он это сделал? Проводя носом по его щеке, Чимин крепко обнимает его за шею, не сдерживается и покрывает поцелуями щеку, растрепывая волосы на затылке. Тело Чонгука такое горячее, будто он горит изнутри, и правда его уши и щеки такие красные от возбуждения.

— Гуки, прекрати, — просит Чимин.

      Немного отстраняясь, он смотря прямо ему в глаза, ощущая в этот момент, как его руки дотрагиваются до его ширинки, нежно проводя по ней, и Чимин опускает взгляд, не выдержав его чёрных как угольков глаз.

— Тебе нужно на тренировку, — вдруг вспоминает он, с трудом отталкивая его.

— Знаю. Я могу пропустить ещё одну, — шепчет на ухо Чонгук, опуская хена на кровать.

— Не стоит, иди, — произносит Чимин и перестаёт чувствовать на себе его руки.

      Ему хочется остановить его и потянуть обратно за собой на кровать, ему хочется снова отдаться ему и ощутить его в себе, таять в его руках и бесконечных поцелуях. Он лежал на спине на его кровати не открывая глаза, пока Чонгук возился в шкафу, ощущал как возбуждение пронизывает все до кончиков пальцев и упирающейся в брюки головки. Он ощутил, как Уходя, Чонгук быстро дотронулся губами до его приоткрытых губ, и только вздрогнул, сжав губы.

***

— Можно мне ещё клубничную смазку? — без капельки стыда произносит Чимин, указывая на стеллаж за продавцом и протягивает ему банковскую карту.

— Возьмите, — произносит продавец, протягивая Чимину смазку, — с Вас десять тысяч вон. Пакет нужен?

      Чимин отрицательно кивает, берет все руки, ведь ему абсолютно плевать, тем более на улице уже стемнело, а магазин в двух шагах от дома, и уже собирается на выход.

   — Чимин, — звучит знакомый голос, заставляющий обернуться.

— Тэхен? — произносить Чимин, видя перед собой недавнего знакомого, и улыбаясь, — вот и снова встретились. Ты живешь тут недалеко?

— Не-а, я был на дополнительных занятиях, — говорит он, с интересом рассматривая покупки в руках Чимина и заставляя его щеки покраснеть и жалеть о том, что не взял пакет, — а ты?

— Ближайший супермаркет ко мне.

      Тэхен расплачивается наличными за одну бутылку минералки и выходит в тишине вместе с Чимином. Говорить особо нечего и не о чем, и Чимин уже готов распрощаться: уж слишком много сегодня в его жизни было Ким Тэхена с его красивым лицом.

— Я провожу тебя? — прерывает тишину Тэхен и получает положительный ответ. — Ты один живешь?

— Нет, с этим. С Чонгуком.

— Ясно. Вы, должно быть, близки. По крайней мере мне так кажется.

      «Настолько близки, что периодически даже ебёмся», — так и хочется ответить, и Чимин еле сдерживает улыбку, но в ответ только кивает головой. И ещё куча вопросов Тэхена из серии «лишь бы спросить, чтобы показаться не скучным», и на лице Чимина всё-таки появляется улыбка. Чимин бросил взгляд на свои сегодняшние покупки: два рамена и клубничная смазка. Черт, он выглядит так дёшево рядом с ним. Так дёшево, но так раскованно и свободно.

      Вот они уже стоят под фонарным столбом под его подъездом, и Тэхен неловко раскрывает свои объятья, а Чимину ничего не остаётся как ответить на его неловкие прикосновения. Он казался застенчивым. Чимин не любит застенчивых, но застенчивость Тэхена никак не сочеталась с его внешностью, с его тремя тонкими серебряными кольцами на руке и проколами в ушах, заинтересованным взглядом и бархатным голосом. И Чимин на секунду представляет его низкие стоны и большие изящные руки на своём теле, и по телу проходит мелкая дрожь, спешиваясь с жаром на лице. Простая белая футболка не кажется простой белой футболкой на нем, она становится привлекательной белой футболкой. До этого он и подумать не мог, что может так сексуально смотреться. Тэхен проводил взглядом Чимина до подъезда, глазами гуляя по его телу.

      Чимин зашёл в лифт и нажал на заветную кнопочку «7». Он понял, почему Чонгук окатил сегодня Тэхена лапшой. Тэхен был лучше. Красивее и лучшее, и эти выводы он сделал даже несмотря на то, что знакомы они были пять минут. Он больше не хотел спорить с братом по этому поводу, ведь и так все было ясно.

      Чонгук должен был сейчас с минуты на минуту вернуться или уже вернулся, и Чимин почувствовал неоткуда взявшееся волнение подходя к входной двери, достал ключ и открыл квартиру, ощутив ее темноту и пустоту. Он первый раз зашёл в комнату Чонгука без Чонгука, лёг на его кровать и обнял его подушку. Внутри бились бабочки, он раз за разом проматывал сегодняшний день в голове: он был глупый, но Чимин улыбнулся и закрыл глаза, засыпая.

      Чонгук пришёл уставший, открыл квартиру своим ключом и нашёл его, крепко спящего, уткнувшегося носом в подушку. Он взял подушку из комнаты Чимина и, не раздевшись, лёг рядом, боясь разбудить его. Долго не мог заснуть, смотря на его затылок, охраняя его сон, в то время как все тело охватывала дикая усталость. Он уснул только через час, перекладываясь на его подушку и вдыхая его запах, потому что не мог по-другому, когда Чимин рядом.

***

      Чонгук появился в дверях в одних трусах и с полотенцем на шее. Чимин только проснулся, удивился тому, что пары начнутся начнутся, снова закрыл глаза от такого зрелища с утра пораньше, отворачиваясь к стенке. И вдруг вспомнил как вчера уснул в его комнате, и тело словно током прошибло, но он так и продолжил лежать, почувствовав, как Чонгук лёг рядом.

— И с каких это пор ты занимаешь мою кровать, Чимини, а?

— Ты хочешь снова проебать первую пару? — ответил вопросом на вопрос Чимин, отворачиваясь и ощущая как он заключает его в свои объятия. — Отстань.

Чонгук ухмыльнулся.

— Ты наверное забыл, что это моя кровать и я делаю на ней все, что захочу, — говорит он и сильнее обнимает его, кладя на него голову.

      Их щеки соприкасаются, и Чимин чувствует его влажную тёплую кожу, запах зубной пасты и одеколона, и это все кажется таким привычным и естественным, что он улыбается. Но эти руки, подползающие под его футболку, вызывают совсем другие чувства в штанах, заставляющие думать о его идеальном теле, представлять его в себе, его небольшие розовые губки, которые в следующий раз непременно обхватят его член... И почему он так слаб к сексу? Быстро искушался от прикосновений и почти не контролировал свои чувства, совсем как Чонгук. И сейчас он больше всего ненавидел себя за свою ветреность, но в то же время любил ее, дающую право делать все, что он захочет, но с этим со всем пора было закругляться.

— Вставай и иди набирайся ума, — сказал Чимин, убирая тёплую руку со своей груди и поднимаясь с кровати, оставив позади место рядом с Чонгуком, — будешь омлет?

      И какой к черту омлет? Больше всего он хотел сейчас повернуться к нему, обхватить руками его лицо и поддаться соблазну, а идиотские ниоткуда взявшиеся принципы засунуть в одно место. Но оставалось только готовить омлет.