8
Свою квартиру Юнги привёл в стерильный и приятный вид, заказав услуги уборки и дезинфекции. Скупил продуктовый магазин, заполнив шкафы и холодильник разнообразной едой. Даже купил детскую кровать и вещи первой необходимости, чтобы мальчик ни в чём не нуждался. И ощущал себя наподобие Санта Клауса.
Сокджин едва согласился проживать в его квартире, но с условием, что будут выплачивать аренду. Альфа согласился, лишь бы Ёсон был рядом. Чимин тоже хотел предоставить им свою квартиру или купить новую, от предложения которого тут же отказались.
А Ёсона заверили, что на день рождения уедет домой в Ульсан, потому мальчик с лёгкостью согласился некоторое время пожить в Сеуле и регулярно встречаться с Тэхёном.
От учёного не было вестей, но так как договаривались не беспокоить его, то старались унять своё любопытство узнать как там делаются дела.
И вот, со всеми своими вещами, Кимы переступили порог шикарной квартиры Юнги, а мальчик медленно обводил всё большими глазами и несмело подбежал к панорамному окну, охая от увиденной картины.
Хозяин дома лишь умилялся и ходил за ним хвостиком, восхищаясь прыткостью мальчишки, что со временем немного осмелел и стал гулять по всей квартире. Они даже поговорили несколько минут, отчего Юнги хотелось продолжать и продолжать.
Чимин же не понимал ничего. Так странно быть в квартире Юнги, с которым расстались кучу времени назад. Ещё их общий ребёнок болен.
Слишком быстро и странные ощущения не покидают его.
А теперь стоит в его гостиной и
просто уставился на Кимов, которые сидят на диване и о чём-то шепчутся. Сокджин выглядит напряжённым и чем-то недовольным, судя по нахмуренному усталому лицу. Намджун просто поглаживает его руки и изредка они встречаются взглядами, отчего Чимин решил не мешать им и пойти на кухню, да и заказать что-нибудь на завтрак. Ведь, никому не удалось позавтракать в больнице, даже сыну.
Он краем уха ловит восторженные вздохи Ёсона из спальной и ванной комнат, сильно радуясь сладкому голосу. Потому сам улыбается, заказав всё постное.
Какой же Ёсон прелестный.
— Чимин-щи? — прерывает его Сокджин.
— Да? Вам что-нибудь нужно? — интересуется он, поставив чайник кипятиться.
— А сколько будет стоить аренда такой квартиры? — стоя возле входа, неловко спрашивает омега, приводя его в недоумение.
Но что-то подсказывает ему, что имеет в виду Ким. Должно быть им не по карману такие апартаменты, а он и не знает, что ответить.
— Вы же не обязаны платить, Сокджин-щи. Это мы должны..
— Нет, мы так не...
— Выслушайте меня, пожалуйста, Сокджин-щи, — закончив перебивать друг друга, стойко начинает Чимин, утянув его в удобные кресла. — То, что вы взяли в семью совершенно чужого мальчика и дарите ему всю свою любовь и заботу, не сравнится ни с чем. Считайте, что так мы благодарим вас, это ничего по сравнению с вашим подвигом. Мы в необъятном долгу у вас. Позвольте нам тоже внести небольшой вклад, пожалуйста? — пожимая тёплые руки омеги, просит он.
Ким молчит достаточно долго и глядит через окно на город, а Чимин лишь осторожно поглаживает его руки, мысленно прося согласиться. И тут он замечает Намджуна, что маячит туда-сюда, почему-то не решался зайти к ним.
Странно.
— А откуда у вас такие деньги? Чем вы занимаетесь? — удивляет его омега, уже в который раз, потому он глупо уставился на него.
Они даже нормально не говорили, не знакомились, откуда Кимы могут знать, правда? Стоит однако получше узнать друг друга.
— У меня сеть ресторанов... Кстати, я тут вспомнил, что здесь, в Корее нет ни одного, — шокируется он, и правда, почему на родине нет ни одного, пронеслась мысль, которая заставила его задуматься.
Странно, почему раньше не додумался открыть?
— Оу, целая сеть?... Здорово, — бормочет Сокджин. — Я когда-то мечтал стать поваро..м... Чимин-щи, нет!
Тот осёкся нервно поглядывая на него, а Пак схватился за эту ниточку и уже улыбается до ушей, подстраивая цепочку мыслей в голове.
— Сокджин-щи! Я открою ресторан в Ульсане, а вы можете стать там поваром! Как вам идея? — уже воображает себе идеальную картину, а мыслями уже далеко.
Он даже представляет как будет ближе к Ёсону, как Сокджин в форме повара будет готовить в ресторане, отчего огромная волна импульсов проносится по телу.
Должно получиться!
— Вы итак...
— Соглашайтесь, Сокджин-щи. Это же такая потрясающая идея!
— Но... у меня даже образования нет. По специальности я дизайнер. Беру заказы на дому, но в последнее время, ничего не делал... по понятной причине, — мямлит омега Ким, смотря на коридор, откуда раздаются голоса Ёсона и Юнги, отдёргивая руки из его захвата.
— Так это же отлично! Потрясающе, вы ещё и дизайнер. Очень даже поможет в кулинарии, будете создавать красивые и вкусные шедевры! — вовсю лепечет Чимин и от радости даже обнимает его, ощущая, что должен помочь ему осуществить мечту.
Сокджин улыбается уголками губ, но в глазах всё равно застыло какое-то неверие, отчего Чимин решает не давить на него и просто наливает всем чай.
Юнги с Ёсоном на руках заходят на кухню, сияя улыбками, а сзади них плетётся Намджун. Омежка начинает рассказывать родителям, что всё осмотрел и ему всё понравилось, особенно ноутбук и приставка, которые купил Юнги.
Альфа, когда увидел восхищённый взгляд, брошенный на ноутбук, вмиг схватил его на руки и ознакомил как пользоваться. Даже успели поиграть в гонки, отчего Ёсон пришёл в ещё большую радость, умиляя его.
Раньше Юнги никогда не испытывал подобных чувств, по отношению к детям особенно. Сейчас у него сердце тает от маленьких пальчиков, сосредоточенного взгляда и звонкого голоса. Ёсон ни в какую не хотел отрываться от экрана, пришлось пообещать, что он может пользоваться им и играть в любое время, но только после разрешения родителей.
— Я кушать хочу, — произносит Ёсон, переходя на колени к Сокджину и обнимая его за шею.
— Сейчас, я уже заказал доставку, — отвечает Чимин, начиная проверять приложение в телефоне и вроде, должны привезти через десять минут, что уже хорошо.
Чтобы не мучить его, Сокджин сам разрешает поиграть в приставку, получая громкое «<i>Ура</i>!» и двух альф в придачу, что захотели посоревноваться с ним. Намджун радостно потёр руки друг о друга, удивляя Чимина и Юнги.
Юнги и не помнит, когда в последний раз играл во что-то, потому легко проигрывает, слыша искристый смех и победный клич Ёсона. Его глазки мило исчезают, а щёчки стали ещё больше и пышнее. Ради такого он готов хоть всю жизнь проигрывать ему.
Чимин тоже присел с ними, так как невозможно насмотреться Ёсоном.
Вся эта атмосфера была такой приятной и даже родной, отчего тепло расползлось на душе. Ему даже на секунду показалось, что Кимы просто пришли к ним в гости, а он, Юнги и Ёсон - одна семья.
***
После вкусного плотного завтрака, Ёсон захотел погулять по городу, так как в Сеуле бывали не так часто. А Чимин схватился за эту идею и уже готовый, одетый с широкой улыбкой на лице ждёт остальных у дверей, проверяя пробки в навигаторе.
Юнги эта идея тоже понравилось. Так захотелось запечатлеть радостное личико и пообщаться с Кимами. Прокатить мальчика во всех аттракционах, накормить не самой полезной едой и просто радоваться.
— Ёсон, тебе нельзя перегружать свой организм, ты же знаешь. Разве что... только погулять, — останавливает их радостный поток мыслей Сокджин, сбрасывая с небес на землю, отчего у них обоих моментально сползает улыбка с лиц.
— Знаю, но я так давно не был в парке, — сникший вид и грустный голос Ёсона так больно прошлись по сердцу, что захотелось подарить ему весь Диснейленд.
— Ладно, только подышим воздухом и никаких вредностей, — сдаётся Сокджин, вероятно и он не в силах противостоять этим щенячьим глазкам. — И не более получаса, ты можешь простыть. Всё-таки, ранняя весна.
Ёсон улыбнулся, но не так ярко как раньше. Он же всего лишь ребёнок, логично, что хочет беситься и играть, но не с его диагнозом.
Чимин уже хочет поехать лично к Ким Тэхёну и поторопить, захотев нажать на вызов, но останавливается, когда Юнги заходит в прихожую.
— Я заказал семейный минивэн, чтобы было не слишком броско, — шепчет он, замечая у Чимина открытый контакт учёного в телефоне. — Ты звонил Тэхёну?
— Нет... Почему он ничего не сообщает? Сколько уже прошло? — нервничает Чимин, засовывая телефон в карман пальто и злится, падая на удобный диван.
— Уже сутки, но да. Сам тоже жду новостей, — Юнги ужасно хочет его обнять, поцеловать за ушком и провести рукой по маленькой тёплой спине, как когда-то, но ему стоило слишком больших усилий переключить внимание с расстроенного омегу на бурчащего Ёсона.
Чимин хотел бы, чтобы всё получилось быстрее. Но его разумная часть согласна, что с лекарством торопиться не стоит, чтобы всё получилось как надо. А вот сердце хочет поскорее сводить Ёсона во все курорты, парки и аттракционы.
Обеспечить ему счастливое детство.
То самое детское время, которое помогает уже во взрослой жизни. То самое волшебство, что с тобой навсегда. Ту непосредственность, лёгкость, фантазии — всё это является вдохновением и никогда не тускнеет.
— Ну, папа, мне жарко! — смешно нахмурив бровки, очаровательно дуется мальчик, когда Сокджин натягивает ему второй свитер с толстым горлом.
А Чимин и Юнги отвлекаются от мыслей и слегка улыбаются представшей картине.
Они столько потеряли, отказавшись от него.
— Ёсон! На улице не лето, будь так добр следить за своей одеждой и здоровьем, — ругается Сокджин, не повышая голоса, всё также мягко, но твёрдо.
— Ладно, — мило сдаётся Ёсон, прикусывая пухлую губу и громко вздыхает, надевая шапку.
Чимин замечает как омега Ким складывает некоторые вещи сына в достаточно большой рюкзак, где были несколько бутылок воды, фруктов, платочков и зарядка от телефона. И береюёт себе на заметку, чтобы тоже приобрести себе такую сумку для Ёсона.
Минивэн оказался достаточно вместительным и с личным водителем, а после того как все расселись, Ёсон начал петь, аргументируя это тем, что они всегда поют на дороге. Опять сильно умиляя Чимина и Юнги.
Они ему подпевали, но больше слушали и восхищались светлым и жизнерадостным человечком, не смея отводить глаза и уши. Чимин тайком делал фото и видео, стирая с глаз слёзы, следя за яркой мимикой сына.
Юнги это заметил, но не стал что-либо делать. Стоит ли? Потому просто следит за Ёсоном, что уже начал петь другую песню. Такой сладкий звонкий голос, что заставляет растаять мгновенно.
Они прибывают в центральный парк, Ёсон весь в нетерпении начинает осматривать с чего начать, однако Сокджин не выпускает его руку из своей. А Юнги отправляет водителя на парковку и на обед, затем идёт следом за Кимами.
Людей не так много, запах цветущей сакуры приятно щекочет обоняние, запах сладкой ваты и попкорна повышают аппетит, хотя кушали недавно.
— Папа, идём туда! — Ёсон радостно указывает на американские горки, пытаясь потащить нерасторопного Сокджина, но только мило пыхтит и бурчит.
— Сынок, нам пока туда нельзя... лучше... лучше идём на качели? Ты мне обещал, Ёсон-и.
Мальчик перестаёт дёргаться и спокойно идёт с родителями, с завистью смотря на большие горки, отчего сердце кровоточит.
— Давай, Ёсон, иди сюда, — произносит Юнги, вставая за качелями и стараясь развеселить его. — Я тебя раскачаю так, что услышишь свист ветра.
Он улыбается когда замечает активные кивки и широкую улыбку.
— Юнги-щи...
— Всё в порядке, Намджун-щи, — перебивает его, зная, что последует за этим.
Но он не собирается раскачивать его в полную силу и будет страховать, если что.
А Чимин ловит момент и делает несколько фотографий, где Юнги стоит с такой знакомой улыбкой деснами и смотрит наверх, а Ёсон с довольным личиком и широко открыв рот, улыбается так солнечно, паря в воздухе.
— Ёсон так рад, эта первая вылазка за полторы недели... А почему вы расстались? — внезапный вопрос Сокджина выбивает его из колеи, что чуть не роняет телефон и уставился на омегу. — Извините, я не хотел быть грубым.
— Ничего, — отвечает Чимин, уставившись на фургон с мороженым, где столпились несколько людей, а в голове нет ни одного хорошего ответа, что говорить. — Мы были молоды и глупы, — прозвучало так шаблонно и скорее всего, лживо, но он не врёт, отчасти.
— Понятно, — кажется, ему не поверили и не собираются допрашивать, что хорошо.
Почему бы не сказать правду? Может, не время и не место?
Сокджин и Намджун уселись на скамью и наблюдают за чересчур радостными Юнги и Ёсоном, что глаз не оторвать. Мальчик громко смеётся когда взлетает выше и выше, а альфа сам не верит, что может предоставить сыну такую радость. И потому продолжает мягко толкать его.
Сокджин не стал тревожить Ёсона по истечении тридцати минут, поэтому прогулка вышла дольше, чем планировали.
Юнги усадил его на своей спине и они обошли весь парк. Кимы даже разрешили ему сок с пирожками, отчего мальчик был рад как никогда. А Чимин ходил хвостистом за ними и снимал всё на свой телефон.
И в заключении прогулки, Ёсон снова попросился на качели, а родители вновь согласились, смотря на его довольное личико. В этот раз Чимин вызвался побыть с ним наедине, никто не был против, и они с Юнги поменялись ролями.
***
Ёсон уснул по дороге домой, Намджун забрал его к себе на колени и уместил на своей крепкой груди, поглаживая маленькие плечи. Потому дорога была тихой, но уютной. До сих пор ощущалась радостная атмосфера после громких рассказов мальчика.
Юнги отпускает водителя домой, даёт его номер Кимам, если снова понадобится услуга перевозки.
Они смотрят как родители раздевают спящую тушку и уносят в спальню, вызывая в них толику зависти.
А между Чимином и Юнги опять возникла какая-то напряженность, что неприятно отзывается в груди.
— Я, пожалуй, пойду. Если что, звони, — лепечет Чимин, выходя из квартиры и ощущая на себе тяжелый взгляд.
— Да, — кивает Юнги, провожая его с чувством, что им нужно хорошенько поговорить.
Чимину нужно обо всём подумать и спросить мнения очень важного для него человека насчёт открытия ресторана в Корее, точнее, в Ульсане. И когда садится за руль, сразу звонит ему.
— Чимин? Что такое? — слышит он взволнованный голос друга и это действует на него лучше успокоительного, что моментально расслабляется и едет домой.
— Я тут подумал насчёт открытия ресторане здесь, в Корее. Что думаешь?
— В Корее? Почему бы и нет... А что случилось-то? Ты ещё там?
— Да, — улыбается он, так как Чонгук отреагировал весьма спокойно на его идею, а не стал его разубеждать как было много раз. — Это долгая история, Гук-и.
Он вздыхает, омега должен быстро открыть ресторан в Чикаго, а затем метнуться обратно сюда и уже заняться открытием здесь.
Они ещё болтают, пока он едет домой, рассказывает ему как скучал по Родине, по еде, в общем про всё, кроме самой важной причины его нахождения здесь. Как-то боязно.
***
Проходит неделя после выписки. Кимы уже привыкли и обжили квартирку, радуя хозяина дома. Не было былого напряжения и чета Ким даже когда Юнги присутствовал вели себя свободно.
А от Тэхёна ни слуху ни духу до сих пор. Два раза Чимин звонил ему, но телефон был выключен и они оставили попытки дозвониться.
Чимин уже нашёл одно место под свой ресторан в Ульсане, правда, экскурсия прошла онлайн, но всё же лучше, чем ничего. Почему-то эта идея открыть ресторан в Ульсане, кажется ему очень перспективной.
Между ним и Юнги всё было также. Оба просто приняли факт тесного общения из-за Ёсона, и казалось, что они максимально отдалились друг от друга.
В один из солнечных и тёплых дней, когда они все прогуливались по улицам Сеула, Чимин стал свидетелем молчаливого спора Кимов, отчего Сокджин немного грубо оттолкнул мужа и взяв сына на руки, потопал вперёд.
Юнги тогда тоже досталось, так как шёл рядом с Намджуном, который чуть ли не упал на него, когда его толкнул Сокджин. И больно ударился ногой о гидрант, недоуменно провожая широкое плечо омеги.
Что могло случиться?
И в этот день парочка неохотно контактировала друг с другом, только если не касалось Ёсона.
Чимин переглядывается с Юнги, сидя в кафе и предполагает, что оба думают об одном. Поэтому под видом похода в туалет, оба выходят из кафе.
— Ты в курсе что с ними? — начинает Юнги, поглядывая за их стол, где Ёсон активно читает меню и радостно делится познаниями с родителями.
— Нет... Но думаю им нужна передышка.
— Что? — не понимает альфа.
— Сам подумай. У них такой стресс, да и новость о болезни сына их подкосила. А они такие молодцы, что держатся вместе. Может, поможем им?
— Как?
— Свидание.
— Свидание? — смешной тон альфы, заставляет его закатить глаза.
— Да, обычное свидание. Им не помешает отдохнуть от бесконечных мыслей о болезни и побудут вдвоём.
— Ты уверен? — так как альфа не разбирается во всём этом, переспрашивает он, не имея понятия, как обычное свидание может помочь.
— Не совсем. Но, думаю, это хорошая идея. У меня полно времени, да и мне нравится оставаться с Ёсоном.
— Мне тоже. Может, посидим с ним вместе? — с каплей надежды спрашивает Юнги.
— Хорошо. Я беру на себя Сокджина, а ты Намджуна.
— А что говорить-то?
Чимин объясняет ему как ребёнку весь свой план, как сблизить их. Он достаточно прост, даже Ёсон бы справился.
Но всё идёт не так, когда они возвращаются за стол.
Намджун успел уехать «по делам», а Сокджин не горел желанием говорить о своём муже, и уделил всё своё внимание ребёнку. Чимин глубоко вздыхает, но в голову тут же приходит другая идея.
— Сокджин-щи, как насчёт устроить день релакса? Только я и вы? Юнги может посидеть с Ёсоном, да? — кивнув Мину, спрашивает он.
— Да, вам не помешает, а то выглядите... — лепечет он, бросая взгляд на уставившихся на него омег и осекается, что прозвучало несколько нелепо и не решает продолжать предложение.
Чимин смотрит на него как-то презрительно, отчего он тушуется, переводя взгляд на Ёсона.
— Вы что? Не нужно... А этот Ким Тэхён ещё не звонил? — они улавливают, что омега хочет перевести тему.
— Нужно, Сокджин! И нет, не звонил. Идёмте, я уже заказал для нас спа-программу. Отказ не принимается! — включив «босса», но всё равно, думая, что немного перегнул палку, он потягивает за собой Сокджина, поцеловав Ёсона в щёчку.
— Ёсон... Сынок, оставайся с дядей Юнги, хорошо? Папа скоро вернётся.
— Нет, не скоро, ложитесь спать без нас, — крикнув напоследок, Чимин усаживает высокую омегу в салон машины и заводит мотор.
На удивление, Сокджин не стал кидаться на него с обвинениями и качать права, а просто тихо сидит и смотрит на город.
Чимин чувствует себя несколько неловко, да и не заказывал никакую программу и быстро вбив спа-салон на карте, находит приличный в Мёндоне.
А приехав к месту, они заходят внутрь роскошного салона. Их как надо поприветствовали и Чимин оплачивает самую дорогую программу релакса со всеми вытекающими терапиями. Это может занять часов шесть-восемь, что просто чудесно.
Сокджин не проронил ни слова, соглашаясь на все его предложения, отчего ощущал некий стыд и каплю вины, что потащил человека, даже не спросив его разрешения.
— Спасибо, вам, Чимин-щи, — после часового массажа и ароматерапии, неожиданно говорит Сокджин, приводя его в удивление.
— Без обид, но вам и правда, нужен отдых, — отвечает он, наблюдая как расслабляется красивое лицо омеги.
— Вы заметили, да? — на что Чимин просто кивает, догадываясь, что речь идёт о Намджуне. — Всё это...
— Сокджин-щи, вы просто человек, на чью долю пришлось много боли. Но вы должны отдыхать время от времени, иначе совсем загнётесь. Ради самого себя, Намджуна и Ёсона. Вы не должны оправдываться, тем более передо мной, просто уделите это время себе, ладно?
— Спасибо.
— И зовите меня просто Чимин, мне всего двадцать семь, — просит он, окончательно расслабляясь и наблюдая как два массажиста принялись мять Сокджина, который блаженно закрыл глаза.
— А мне тридцать четыре. Тогда зови меня, хён, Чимин, — отвечает тот, поддаваясь опытным рукам.
А Пак удивляется, ведь его новообретённый хён выглядел лет на двадцать пять-шесть, но никак не тридцать четыре. Он бы тоже хотел выглядеть так молодо через семь лет.
После спа-салона, где они провели волшебные семь с половиной часов и где их сделали конфетками, а ощущения будто они только-только родились.
Всё тело находилось в блаженной неге, казалось, что оно парило над землей, приятные процедуры расслабили их тело и разум, отчего улыбка не сходила с лица.
— Вот это да! Никогда бы не подумал, что массаж способен на такое! — радуется омега Ким, заставляя улыбнуться и ему.
— Согласен пойти поужинать? Ужасно хочу есть, — предлагает он, как говорится куй железо пока горячо, чтобы помирить их с Намджуном.
— Давай. Безумно хочу сочную говядину, рамен и соджу! — а Чимин взялся за этот крючок и хотел было потащить его в ресторан, но предпочёл уличный ларёк, не захотев, чтобы Сокджин чувствовал себя не в своей тарелке.
Ларёк оказался с очень вкусной уличной едой, что они кажется, опустошили добрую половину их мяса. А за непринуждённым разговором, они пили стопку за стопкой горячительной жидкости, что сбились со счёта сколько вообще бутылок соджу приняли в себя.
Алкоголь расслабил как надо после шикарного спа, отчего Чимин быстро опьянел, даже не думая перестать.
Когда он так напивался? Даже чёрт не знает.
— Знаешь, Джун меня давно не касался, а я уже хочу лезть на стену, а он «Не сейчас, Джин-и», «Ёсон услышит»... будто это раньше его волновало. Да и вообще, начали часто ссориться по пустякам, — ворчит Джин, мило надув пухлые губы.
— Мне... ик... жаль, — ему правда жаль, но пьяный котелок совсем не варит.
— Мне тоже... А почему вы расстались? Было настолько плохо вместе?
Чимин вздыхает, ощущая себя потерянным. Он выпивает стопку и набравшись храбрости, отвечает:
— Карьера была дороже... представляешь? Обменять родного ребёнка на деньги и бизнес... Я - монстр! Юнги даже не отговаривал, тоже думал лишь о карьере. — Чимин не останавливает слёзы, но продолжает вливать в себя алкоголь, так как боль снова начала съедать его изнутри. — В роддоме, между кормлениями я всё смотрел на сына, но никаких чувств не испытывал, как будто чужой ребёнок рядом сопел, а я был его нянькой, в обязанности которой входило покормить и уложить спать. К тому же, малыш засыпал без проблем - достаточно было положить его в кроватку. Я был уверен, что на данный момент, моя обязанность только в том, чтобы кормить малыша и следить за его сном. Я думал, что если возьму сына на руки, то нарушу его личное пространство. Не было никаких сюсюканий и поцелуев, как это обычно делают омеги со своими чадами. Я смотрел на своего соседа по палате, который не выпускал дочку из рук, и считал, что он играет на публику. Мол, посмотрите, какой я хороший папа... И я легко подписал документы отказа. Уже потом, спустя годы во мне проснулась совесть,— он опрокидывает ещё пару стопок, ощущая пустоту внутри.
— Я не отдам Ёсона никому, даже богу... или кому то ни было, — лепечет Сокджин, поднимая рюмку на манер тоста.
— А почему никто не танцует? Где музыка? — пьяно выговаривает Чимин, стирая слёзы и вставая на ноги, но оказывается на земле, так как перед глазами всё расплывается.
— Хошь, я буду петь тебе? — также пьяно и еле-еле выговаривает Ким, засовывая кусочек мяса себе в рот.
И потом начал изображать какие-то звуки, отдалённо напоминающие песню, что Чимин вмиг пустился в пляс, напевая ему и попивая холодной воды.
После зажигательного танца, он немного вспотел и пришёл в себя, потащив не соображающего хёна в лучшие бутики.
— Ну вот!... Мой хён будто только с обложки! Красивый... Самый красивый! — кричит и подпрыгивает Чимин, когда тот померил атласную сексуальную рубашку и классические брюки, выгодно подчеркивающие его длинные ноги и милую попку.
— Спаси-ибо, — икая, распевает Ким, дефилируя перед зеркалами. — У Намджуна просто челюсть отвалится и глаза повыпадают!
— Точно! И сам полезет к тебе. Будем надеяться, что он не выпустит тебя с кровати о-очень долго, — заикаясь и улыбаясь, произносит Чимин, спотыкаясь о свои же ноги.
Он падает на пол в магазине. В голове пустота, в теле - лёгкость. И последнее, что видит Чимин это удивлённые глаза Намджуна.
Дальше - темнота.