Глава 15
***
Если бы ты захотела, я бы впустил тебя в свою голову. Даже в самые ужасные ее части.
***
Драко осторожно вошел в комнату, запах пыли тут же защекотал его ноздри. Комната была погружена в полумрак. Повсюду были нагромождения кучи старой мебели. Драко окинул взглядом то место, где когда-то стоял исчезательный шкаф, с помощью которого он и впустил однажды пожирателей в школу. Больше он не станет марионеткой, теперь мать была в безопасности, Беллатриса мертва, временно, конечно, но, если он достанет вещицу, которая, возможно, была последним крестажем тетки, министерство уничтожит ее основательно. Оставались только шпионы, но и этим пусть занимается школа. С него хватит, он должен доставить им подвеску, и не стоит забывать, что на нем лежит проклятие, которое не снимет даже окончательная смерть темной ведьмы. В конечном итоге, у них с Грейнджер нет ни шанса на спокойную жизнь. А у одного из них и вовсе нет шанса на саму жизнь. Старик Дамблдор сказал, что способа снять проклятия не существует, и у Драко не было повода не верить этому старому волшебнику. Уж даже если бы Дамблдор и хотел бы смерти Малфоя, то свою любимую героиню они, конечно, же в обиду бы не дали. И пока существовала вероятность, что он убьет Грейнджер, чтобы спасти свою шкуру, они бы сделали все возможное, чтобы снять проклятие. Но, видимо, это не в их силах. Конечно, убивать Грейнджер он не станет. Причины не важны, важен исход. Чтобы там их не ждало, он стерпит и отдаст все на волю Грейнджер.
Драко прошел вглубь комнаты и попробовал призвать подвеску с помощью простого акцио, но, как ни странно, это сработало. Спустя секунду в его руке покоился серебряный череп птицы на толстом черном шнурке. Он с силой сжал подвеску и крутанулся на пятках в сторону выхода. Отдаст побрякушку старухе и пойдет в подземелья, напьется. Звучит как план.
Глаза Малфоя уловили синюю вспышку прямиком перед его лицом, в следующее мгновение он погрузился в темноту.
***
Он передвигался по замку перебежками, стараясь не привлекать к себе внимания. Теперь, когда подвиги этой компашки были известны всей школе, и то, что Беллатриса Лестрейндж жива (ну, относительно жива), все в школе были настороже. И, конечно, всем было известно, что в школе есть шпион.
Добравшись до ворот замка, где была граница защитного купола, он, озираясь, быстро пересек ее. Дальше он перешел на бег, погружаясь в густые деревья запретного леса. Он уже ждал его, нетерпеливо вертя в руках свои золотые часы на цепочке.
- Какого черта ты там копался!? - тут же взревел тучный мужчина.
- Вся школа на ушах, мне чудом удалось сбежать. Держи, - он бросил мужчине подвеску. Тот ловко ее подхватил и, смерив любопытным взглядом, сунул в карман.
- Я выполнил часть уговора. Снимите проклятие, - потребовал парень.
Мужчина прокряхтел подобие смеха, а затем достал палочку.
- Только она может его снять.
- Но что мне делать? Мои руки и ноги чернеют, - в доказательство он снял перчатку для квиддича и заголил рукав.
- Что же, она скоро вернется, и тогда чернота сойдет, - прокряхтел он.
- Это я и без тебя знаю! - Взревел парень.
- Тогда удачи.
- Я выполнил уговор, пусть придет и снимет проклятие!
- Конечно, я так и передам ей. То, что ты велел ей прийти и снять с тебя проклятие, - уже откровенно веселясь, сказал мужчина.
- Твою мать! Она ведь и не собиралась, так ведь?
- Не знаю. Мне пора. И вот еще что, - мужчина почесал седую бороду, - пригляди за моим племянником. Хочу знать, как он планирует потратить денежки родителей, - он подмигнул парню.
- С меня хватит, я больше не буду шпионить, - отрезал он.
- Ну... дело твое, - протянул мужчина. И, не дожидаясь ответа, аппарировал.
***
- Гарри, скажи ей! - бушевал Рон.
- Нет! С меня хватит! Я ухожу к себе в башню, - Гермиона подскочила с пуфика, уронив на пол сопевшего на ее коленях Живоглота. Кот возмущенно мяукнул, затем, чихнув Гарри, сидящему на полу, в руку, посеменил к спальням мальчиков. С тех пор, как Гермиона была назначена старостой, она сначала собиралась забрать с собой в башню и кота, но, в ходе всех событий, совсем забыла про Живоглота. А увидев, что паршивец даже и не скучал по хозяйке, решила, что пусть он лучше живет тут. В конце концов, у Рона больше нет его крысы, которой оказался никто иной, как Питер Петтигрю, являющийся анимагом и приспешником Темного Лорда. А значит, и вечных ссор о том, что кот однажды сожрет крысу, не было.
- Гермиона, - осторожно начал Гарри, - у нас нет выбора, скоро проклятие проявит себя.
- Плевать! Я не стану убивать его, - она вихрем понеслась к дверям.
- Тогда я это сделаю, - вызвался Рон.
- Ты сошел с ума! Хочешь в Азкабан? - Гермиона выпучила на него глаза.
- Не пойдет, Дамблдор сказал, что это только между ними двоими. Если его убьет кто-то другой, или ее, это не сработает. Так же, если они решат сами себя убить, проклятие все равно останется и будет точить второго! - Гарри виновато потупил глаза.
- Гарри, - воскликнула Гермиона, - ты что, узнавал это с целью убить Малфоя?
Она не верила своим ушам. Ее друзья же, казалось, все за нее решили.
- Гермиона, приди в себя, - подала голос Джинни, сидевшая, до этого момента, молча.
Гермиона перевела свой взгляд с Поттера на его подружку.
- Джинни, хотя бы ты не начинай!
- Это Малфой! Тот же Малфой! Ты должна жить,
- Джинни подошла к ней вплотную.
- Я не стану убивать его. Точка, - прошипела ей в лицо Гермиона.
Джинни отшатнулась от нее, не ожидая такой реакции от подруги.
- В чем дело? Знаю, ты не убийца, но на кону твоя жизнь, - пролепетала Джинни.
- Разговор окончен, - Гермиона развернулась спиной к Джинни и покинула комнату, на ходу уловив слова Рона.
- Пэнси мне кое-что рассказала. Сначала я подумал, что это глупости, но теперь вижу...
***
Драко пришел в себя. Медленно раскрыв глаза, он удостоверился в том, что находится в той же комнате. Спохватившись, он поднес ладонь к глазам. Нет. Подвеска исчезла. Очевидно, кто-то проследил за ним и, дождавшись, пока он достанет побрякушку, оглушил его и благополучно смотался. Конечно же, с подвеской.
Он с трудом поднялся на ноги, его еще слегка пошатывало. Быстрее покончить с этим. Черт бы их всех побрал!
Вот тогда-то это и случилось впервые.
Переступая порог комнаты, Драко резко согнулся пополам. Резкая пульсирующая боль пронзила его живот. Затем он заметил каплю крови на полу перед своими ногами и, проведя рукой по лицу, удостоверился, что кровь была его. Боль тем временем начала блуждать по его телу. Переходя с живота в его грудь и затем пронзая глотку, словно ему в рот залили раскаленное стекло, оно медленно поползло вниз по пищеводу. Юноша сполз на пол по стене и с силой сжался в клубок, стиснув зубы до предела, чтобы не заорать от боли. Он начал часто дышать. Его дыхание было надрывным и свистящим. В следующие минуты он уже встал на колени и надрывно закашлял в пустоту. Каменный пол тут же окропило каплями крови. Драко не мог остановить приступ кашля, потому что он лишь усиливался. В какой-то момент ему даже показалось, что он вот-вот выплюнет собственные легкие.
***
Гермиона правда старалась не плакать. Она прикусила губу и со всех ног мчалась к башне старост. Побыстрее закрыться в комнате, наложить заглушающее заклятие и вот там можно будет дать волю чувствам. Но все ее планы были нарушены, когда, забегая за очередной поворот, она наткнулась на Малфоя. Блондин стоял на коленях, согнувшись пополам. Его лицо было обращено к полу, и он, не прекращая, хрипло кашлял, в перерывах пытаясь глотнуть побольше воздуха. Она сделала пару осторожных шагов по направлению к нему.
- Малфой?
Парень тут же поднял на нее свое бледное, кровавое лицо. Из глаз парня дорожками вниз к подбородку сочилась кровь. Губы его также были перепачканы алой влагой. Он выставил руку вперед, давая ей понять, чтобы она не приближалась. Но сделала она ровно наоборот. Подбежав к нему, опустилась на колени рядом и обхватила его плечи руками. Кашель парня не прекращался и Гермионе даже стало страшно: вдруг он умирает? Она резко поднялась на ноги и, подхватив его под руки, потянула в сторону лазарета. Драко, видимо, уже ничего не соображающий, повиновался и, не прекращая хрипеть горлом, поплелся за ней.
В лазарете их встретила суетливая мадам Помфри. С порога поняв причину их визита, она тут же унеслась куда-то в свою подсобку. Вернувшись оттуда спустя минуту, она принесла с собой пузырек заполненный молочно-белой жидкостью. Затем сдернула крышку, и буквально влила в рот Малфоя, придерживая того за подбородок. Все произошло так быстро что Драко даже не успел снова зайтись в кашле.
Спустя минут пять Малфой уже лежал на кровати, погруженный в сон.
- Я не думала, что начнется так скоро, - протянула Помфри.
- Значит скоро и со мной будет так же? - спросила Гермиона, уже зная ответ.
Помфри лишь кивнула и окатила Гермиону жалостливым взглядом. Этого ей только не хватало. Теперь все смотрели на нее словно на потерянного и раненого щенка. К Малфою будет другое отношение, она знала это наверняка. Никто не будет окидывать его сочувствующими взглядами, или пытаться его приободрить, разумеется никто кроме его друзей. Потому что, несмотря на все, в глазах окружающих он по-прежнему был предателем. А что касалось нее самой, она даже и сама не заметила, когда именно поменяла к нему отношения. Нет, конечно, он по-прежнему ее бесил своими выходками в ее адрес, и разумеется она не забыла о том концерте, что он закатил в большом зале перед Кормаком, прихватив пакет с ее нижним бельем, про который она вообще даже ни разу не вспомнила. И, естественно, она не пыталась обелить его или как-то найти ему оправдание. Малфой - засранец, точка. Но в то же время, этот засранец практически напрямую дал ей понять, что она ему не безразлична. Он следил за ней, он знал ее. А реакции ее тела на прикосновения Малфоя? Тут даже лишних слов не требовалось, даже сейчас, когда воспоминания лишь слегка коснулись мыслей Гермионы, она уже почувствовала нарастающее волнение. Не страх, скорее предвкушение, как кошка, стоящая перед миской свежих сливок. Сравнила себя с кошкой? Рон прав, она точно медленно, но верно сходит с ума.
А еще Гермиона снова вспомнила как Малфой совершенно прямо дал ей понять, что он не будет гоняться за ней по школе в попытках убить. Что он не станет бороться, невзирая на то, что он сам будет пребывать в мучениях. Она не доверяла ему всецело, и, конечно, где-то в глубине ее души, копошилась мысль о том, что почувствовав всю мощь проклятия, Малфой может передумать.
Юноша заворочался и пробормотал во сне.
- Я должен...
- Мисс Грейнджер, вам пора, - проронила лекарша.
- Нет, - тут же возразила Гермиона, - я останусь тут.
- Но вам не стоит, - она задумалась, словно подбирая нужное слово.
- Что? Привязываться к нему? Чтобы мне было проще его убить? - выпалила Гермиона.
- У вас нет выбора, - прошептала Помфри, положа руку Гермионе на плечо.
- Есть, - упрямо и, возможно, по-детски парировала девушка.
- Но уверены ли вы, что он разделяет вашу решимость?
- Уверена.
- Даже если и так, вы обречены на мучительную смерть. Оба.
Вот так прямо и совершенно не подбирая слова, лекарша вынесла свой вердикт и покинула палаты.
Трижды плевать, что бы там не ждало их, она не сдастся, и как бы глупо это не казалось, она отчего-то была уверена, что он тоже.
***
- Это просто так ужасно, - прохныкала Пэнси, упираясь носиком в плечо рыжего гриффиндорца.
- Знаю. Ты была права, между ними правда что-то есть.
- Кто бы мог подумать, - она прижалась щекой к плечу парня и затихла.
- Я говорил ей, она должна сделать выбор. Это же Гермиона, - Рон сжал руку Пэнси.
Девушка тут же отшатнулась от него, разъединяя их переплетенные пальцы.
- Рон, ты что просил ее убить Драко? - она даже сделала шажок назад.
Все началось с того вечера в слизеринской гостиной, она вдруг осознала, что ей нравятся эти теплые голубые глаза, нравятся намного больше, чем вечный лед, в глазах Драко. Ей нравилось как Рон смотрел на нее, словно на равную себе. Не то чтобы она была ниже или выше него, но все эти предубеждения, страхи, будто они вернулись в школу, чтобы окончательно ее разрушить, он не был им подвержен. Ну во всяком случае об этом говорили его глаза. Мимолетные взгляды, улыбки и то как он терялся, когда она появлялась в зале. Все это было так и мило и так искренне. С Малфоем все было просто, прохладно и на автомате. Они почти выросли вместе. А тут все было словно впервые. Дальше больше. Рон прислал ей сову с приглашением прогуляться по Хогвартсу. При чем немало удивил ее, конечно, Пэнси наметила цель и собиралась постепенно приблизиться к ней, но Рон опередил ее и проявил, как ей раньше казалось, совершенно не свойственную ему - решительность. Она согласилась. Потом они как-то незаметно перенеслись в Хогсмид, где зашли в лавку его старшего брата. Он показывал ей всякие забавные штуки, а она хохотала как сумасшедшая. И поняла для себя, что ей нравится так хохотать, ей нравится как его сильная твердая рука обвивает ее талию, вроде так неуверенно, но крепко. И как он не обращает внимание на косые взгляды гриффиндорцев в Хогсмиде. Все это было прекрасно, пока реальность не оглушила ее. Она подруга Драко Малфоя, он друг Гермионы Грейнджер. И сейчас эти двое должны убить друг друга, чтобы второй мог жить. И, естественно, каждый из них будет на стороне своего друга, но она-то решила воздержаться от советов Драко или что-то в этом роде. Она поменяла свое отношение к Грейнджер, ей даже стало как-то привычно в ее компании. Но что она слышит теперь? Рон говорит ей напрямую, что пошел и просил Грейнджер убить Драко. В то время даже, когда сама Гермиона не собиралась поддаваться этому проклятию.
- Пэнс, но ведь это Гермиона, она моя подруга. Я знаю ее с первого курса. Ты даже не представляешь через что мы вместе прошли, - взвился Рон.
Пэнси просто потеряла дар речи. Она стояла молча и взирала на серьезное лицо Рона.
- А Драко мой друг, и я знаю его еще дольше, чем с первого курса! - заявила она, скрестив руки на груди.
- Я знаю, но... - начал он.
- Но что? Дело в том, что она больше заслуживает жить? - Пэнси постепенно повышала голос.
- Я не хочу обижать тебя, Пэнси, но если смотреть объективно, это очевидно!
Девушка просто задохнулась от возмущения.
- Вот оно что, - она усмехнулась, - героиня войны больше заслуживает жить, чем бывший пожиратель.
- Ты сама это сказала, - Рон сделал к ней шаг.
- Так может быть и обо мне ты такого же мнения?
Рон приблизился к ней и протянул свою руку к ее лицу, но она тут же отшатнулась.
- Я ведь дочь пожирателей, едва не получившая метку! - выкрикнула она ему в лицо. - Отойди, а то вдруг испачкаешь свою героическую персону.
- Все не так, Пэнси, прошу, - Рон мягко взял ее ладонь в свою.
- Пошел ты, Рон, - она выдернула руку из его руки, все еще чувствуя на ней тепло. И смерив его печальным взглядом, побежала по коридору, даже не обернувшись.
Смешно было полагать, что все будет идеально, как в каком-нибудь романтичном маггловском фильме. Полная хрень!
Отчего то в голове Пэнси тут же всплыли картинки прошлого, вот она стоит посреди своего поместья, места, которое она прежде считала домом. Ее отец стоит спиной к ней, смотря в камин, и наверняка рассуждая о том, что все эти годы зря баловал свое чадо, ведь в конечном итоге, когда он возложил на нее надежды касаемые ее будущего в рядах пожирателей, она наотрез отказалась. Фрэнсис Паркинсон встретил ее отказ молчаливо, впрочем, как и реагировал на все и всегда. Пэнси знала, что в глазах отца потеряла всякое обожание. Мать же напротив была очень многословна, даже слишком. И когда Пэнси высказала матери свою неприязнь к всем этим темным делам, получила пощечину и целую тираду о том насколько Пэнси должна быть благодарна Темному Лорду, и что такие, как они, чистокровные, просто обязаны служить Волдеморту, ведь за ним стояло их великое будущее. Будучи девушкой упертой и смелой, она открыто заявила матери, что хочет закончить школу, и стать мракоборцем, на что получила еще более бурную и злобную реакцию матери. И вот сейчас она бежала по коридору, и в ее памяти отчетливо всплыли слова матери, сказанные в ту ночь, перед тем, как Пэнси собрала свои вещи и тайно сбежала, с помощью собственной эльфийки Тинни, к Милли. "Тебе стоит хорошенько запомнить, мы не всегда получаем то, что хотим, иногда лучше взять то, что нужно а, не то, что желанно".
***
Гермиона неотрывно следила за тем как вздымается и опускается грудь слизеринца в такт его дыханию. Ей казалось, будто стоит ей лишь на миг отвести взгляд, как он тут же перестанет дышать. Глупости, конечно, но она все же сидела и следила. Мадам Помфри уже с час как покинула лазарет. Так даже лучше, ей не нужны сочувствующие взгляды и нравоучение о том, что ей следует сейчас же достать свою палочку и заавадить Малфоя. Девушка подавила раздраженный вздох, вспоминая о словах Рона. Но тут тишину нарушили шаги позади нее. Девушка обернулась и обнаружила Пэнси, стоящую в дверях.
- Шпионишь? - шутливо спросила Гермиона.
Девушка промолчала и, пересекая комнату, мягко опустилась на койку подле Драко.
- Я узнала только сейчас, когда вернулась в гостиную от, - Пэнси осеклась.
- От Рона, - закончила за нее Гермиона.
- Это так очевидно? - усмехнулась Паркинсон.
Гермиона не ответила, лишь кивнула.
- Как он? - Пэнси смахнула челку Малфоя со лба юноши.
- Помфри дала ему зелье, он уже около полутора часов спит.
Паркинсон кивнула.
- Что ты думаешь о нас? - осторожно начала Пэнси.
- Я думаю, - помедлив, девушка продолжила, - думаю, что если вам хорошо вместе, то нет причин это игнорировать.
- Что насчет вас? - тут же спросила слизеринка, переводя взгляд на бледное лицо Драко.
Гермиона провела ладонями по лицу, и зарылась рукой в свои волосы.
- Это не то, что есть у вас, ведь все очевидно.
- В чем ваша сложность? - тут же задала следующий вопрос Пэнси. - Разумеется, кроме проклятия.
Гермиона молчала. Она и сама не знала, в чем дело. Она слышала слова Драко о ней, она знала исходя из его же слов, что ему не безразлична. Знала о своих собственных чувствах и реакциях на него. Но ведь открытого разговора не было, а теперь, когда они оба прокляты, а способа снять проклятия нет, то какая речь может быть о них? Они буквально запрограммированы на мучения, пока один из них не убьет другого. И это точно будет не она. По крайней мере, ей хотелось в это верить.
- Я думала, будет просто, - нарушила тишину слизеринка, - но несмотря на то, что войны меж нами не было, как в вашем случае, между нами по-прежнему стоит прошлое, и даже ваше проклятие тоже вносит свое.
- О чем ты? - не поняла Гермиона.
Пэнси вздохнула.
- Ты его подруга, он мой друг, - она кивнула на Драко, - кто-то должен умереть. Он считает это должен быть он, ведь вроде как был плохим. Я говорю вроде как, потому что Драко никогда не был по настоящему плохим, - Пэнси перешла на шепот. Она заправила за ухо свои слегка растрепанные черные волосы.
- А ты считаешь, что умереть должна я, - сделала вывод Гермиона.
- Я не желаю тебе смерти, Грейнджер. Но если выбирать между вами, я выберу его.
- Тогда в чем проблема? Очевидно, что Рон в такой же ситуации, что и ты, очевидно, что он выберет меня. Почему это стоит между вами?
- Я...Не знаю. Просто я решила, что это не должно быть между нами, и я просто воздержалась от комментариев о том, кто должен умереть. А он мне прямо заявил, что ты больше заслужила жить.
Гермиона понимающе закивала головой, затем улыбнулась. Пэнси непонимающе уставилась на нее.
- Смотри, ты ведь понимаешь его точку зрения, как и он твою. У вас зеркальные ситуации. Просто ты промолчала там где нужно, что бы не внести раздор, а Рон, он, - она задумалась, - скажем так, ему трудно фильтровать свои слова и мысли. Он просто прямолинейный. И я думаю, он просто сказал то, что думает, не задумавшись о том, как это отразится на тебе. На вас.
Пэнси слегка улыбнулась.
- Я погорячилась, слегка.
Гермиона понимающе кивнула слизеринке.
- Твою мать, Пэнси. Если ты нарожаешь рыжих отпрысков, даже не проси меня быть крестным, - прохрипел Малфой, - я сам лично заставлю Грейнджер меня прикончить.
- Когда ты очнулся? - тут же подскочила Гермиона.
- Достаточно давно, чтобы понять, что твой рыжий дружок, скорее всего, подсунул Паркинсон любовное зелье, - Драко открыл глаза, и на его губах тут же заиграла ухмылка.
Пэнси расхохоталась, слегка шлепнув Малфоя по руке. Затем одарила Гермиону хитрым взглядом, слегка поиграла бровями, и поднялась.
Поправила свою сапфировую тунику, и посильнее затянула белоснежный кардиган.
- Вижу, тебе лучше, оставлю тебя в надежных-не-желающих-тебя-убить руках. А мне нужно еще кое куда заскочить, - с этими словами Пэнси потрепала Малфоя за щеку, и быстро вынеслась из комнаты.
Драко недовольно потер щеку.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила Гермиона
.
- А ты теперь подрабатываешь у Помфри? - губ Драко едва коснулась улыбка.
- Нет, я просто решила вернуть тебе долг. Ты ведь сидел со мной, пока я была в отключке.
- Вообще-то, я так же, как и ты, был проклят, Грейнджер, - начал отнекиваться он.
- Ладно, раз тебе лучше, я позову Помфри и пойду.
- Нет...Не надо Помфри. Тебя будет достаточно, - осипшим голосом проговорил он.
- Даже не спросишь не против ли я, - уточнила Гермиона. Но тут же почувствовала себя неловко. Идиотка! Он совсем недавно чуть не выплюнул свои органы, а ты вздумала шутить.
- Неа, - протянул руку, и обвил своими длинными пальцами ее запястья. Слегка притянул ее к кровати, и, немного хмурясь от боли, сместился на одну половину постели.
- Хочешь, чтобы я села рядом на кровать? - недоумевающе спросила Гермиона.
- Конечно, нет, - тут же картинно закатил глаза, - хочу, чтобы легла рядом.
Гермиона вовсе растерялась, но, последовав за его рукой, села на кровать. Затем, под серым изучающим взглядом Малфоя, из положения сидя перешла в лежачее, накрываясь одеялом.
- Где тот прекрасно зеленый свитер, в котором ты была?
- Пришлось переодеться, он в крови, - взболтнула она.
Тут же поняла, что стоит научиться не болтать, что первое в голову придет. И это она сегодня сказала, будто Рон не умеет фильтровать мысли? О, она его обошла.
- О чем думаешь? - тихо спросил Малфой.
- О трансфигурации, - брякнула она, и подавила в себе желание приложиться головой о каменный пол.
Малфой засмеялся.
- Ты написала эссе? - подыграл он ей.
- Еще на прошлой неделе, а ты?
- Нет, - помедлив, добавил, - как думаешь, может удастся оправдаться тем, что я проклят?
Гермиона невольно расхохоталась
.
- Мерлин, - отсмеявшись, она схватилась за живот, - уверена, ты даже на смертном одре будешь шутить и кривляться.
Драко накрыл руку Гермионы, что покоилась на ее животе, своей теплой ладонью. Она замерла. По ее телу будто пробежали маленькие разряды тока. Будто живот девушки был набит гелиевыми шарами, что так и норовили поднять тело девушки ввысь.
- Ты знаешь, что такое гелиевые шары? - Снова не смогла контролировать язык. Вопрос сам слетел с ее губ в надежде расправить немного неловкость и смущение застывшее в воздухе.
- Нет, расскажешь?
Он медленно провел указательным пальцем по ее шее. Гермиона лежала спиной к Драко, и буквально чувствовала жар исходящий от него. Ей было жарко, ее тело словно магнитом тянуло к Малфою, хотелось вжаться в него, слиться с его собственным телом.
- Так что там с шарами? - напомнил Драко.
- Э, - кратко изрекла она, - ну это шары, - тут ее голос предательски дрогнул. Потому что левой щекой она почувствовала горячее дыхание Драко, и ее тело вмиг покрылось мурашками.
-Продолжай, - шепнул он ей на ухо, окатив очередным приливом мурашек.
- Ну...Это...Шары они, - Гермиона действительно старалась собрать свои мозги в кучку, но рука Малфоя, переместившаяся на талию девушки, выбила из нее весь дух. Она услышала легкий смешок.
- Разучилась говорить, Грейнджер?
- Я...Нет, - как последняя имбицилка ответила она.
Малфой оторвал свою ладонь от талии Гермионы, и тут же переместил руку к ее лицу. Мягко взял пальцами ее подбородок.
- Ты ведь тут не из жалости?
- Нет, - тут же выпалила Гермиона.
- Почему ты тут?
- Хочу.
- Дальше будет хуже, - предупредил он.
- Знаю.
- Что мы будем делать?
- Просто будем рядом, - как-то по-детски прошептала Гермиона.
- Хорошо, мне нравится.
Гермиона почувствовала смесь спокойствия и напряжения. Как это? Это когда в твоей груди разливается теплое спокойствие, но в твоем животе медленно, но туго стягивается узел чего-то серого, темного. Предвкушение чего-то плохого.
- Повернись ко мне, - слегка хриплым голосом попросил он.
Хотя нет, не попросил. Даже лежа на больничной койке, на которой оказался буквально пару часов назад, Малфой оставался Малфоем. Напористым и самоуверенным засранцем. Однако Гермиона повиновалась, и уже спустя пару секунд лежала лицом к Драко. Малфой провел большим пальцем по ее губам, от чего она машинально приоткрыла рот. Затем неотрывно глядя ей в глаза, приблизился и тихо прошептал:
- Позволишь?
Она лишь кивнула и в следующий миг мягкие губы Малфоя нашли губы Грейнджер.
***
Грэхэм снова стоял на том же месте, снова переминаясь с ноги на ногу. Но на этот раз в его голове созрел план, он подготовил речь и сейчас был готов ринуться в бой. Разумеется никакой это был не бой, но все же разговор со своим вроде как парнем, а вроде как потому что вслух они никогда не говорили о официальных отношениях, предстоял сложный. Отогнав все наступающие мысли, он вынырнул из своего укрытия и уверенно направился в магазин.
Очутившись в магазине, он сразу понял, что-то не так. Во-первых, любые источники света отсутствовали, а до закрытия магазина было еще минимум пару часов. Во-вторых, приглядевшись повнимательнее, он почувствовал темную магию. Воздух в магазине словно рядил от количества темной магии. И, в конце концов, вбежав по красной лестнице на второй этаж, он заметил разгромленные коробки, щепки от того, что ранее было шкафом. И, наконец, лужицу крови, в которой лежала уже изрядно намокшая и окрасившаяся в алый цвет, записка. Он на ватных ногах приблизился к луже и разглядел корявый мелкий почерк, что гласил "Место рождения, завтра в полночь". Он поднес к глазам записку, пытаясь понять кому она адресована и что могла означать. В следующее мгновение за спиной раздались сразу пять хлопков, повествующие о аппарации. Монтегю вздрогнул и резко крутанулся на пятках, от чего его ботинки проехались по скользкой лужице крови, и он с шумом рухнул на пол.
- Вот ты и попался, сынок, - раздался чей-то скрипучий голос.
- Оповестите Мистера Кингсли о том, что мы поймали убийцу Джорджа Уизли, - высокий женский голос.
- Но ведь тело так и не, - начал мужчина со скрипучим голосом.
- Это дело времени, - тут же заверила его женщина.