Часть 6.
Сообщение от него она прочитала на автомате.
- Ты хочешь, чтобы я поговорил?
Она уже не ждала. Не надеялась.
Текст сообщения ударил, словно плеть по голой коже спины - будто выдрал из небытия. Ритм сердце оборвался, прежде чем снова застучал. Она едва не расплакалась. Но вместо слез из нее вышло:
- Я всегда здесь.
Сдержанно, почти сухо. Хотя пальцы Карины дрожали, а внутри все было как в салоне самолета, пока он проходит через турбулентность: трясет, но все делают вид, что все в порядке.
Денис ответил не сразу, только спустя полтора часа:
- Прости, что пропал.
Карина смотрела на экран.
Простить - конечно.
Понять - если постарается.
Забыть - да ни за что.
- Я не злилась. Я просто... боялась, что ты умер.
Ответа снова долго не было. Потом - короткое:
- Я тоже боялся.
***
Они переписывались тихо. Медленно. Без смайликов. Без флирта.
Все было не так, как раньше, когда переписывались в чате, бросались ироничными репликами.
Сейчас - осторожно, будто каждое слово могло порезать собеседника, как по живому мясу.
- Как ты?
- Пока держусь.
- Ешь?
- Иногда.
Иногда тишина на полдня, на день.
Карина сжималась, не дышала.
А потом снова сообщение. Короткое, безэмоциональное. Но он был. Он писал.
И каждый раз девушка не знала, радоваться или бояться.
***
Карина хотела спросить, что с ним, почему он исчез, не предупредив. Что случилось за те дни, когда он сам себя вычеркнул из жизни. Почему его голос так дрожал тогда. Кто обжег его настолько, что он стал пеплом.
Но она не спрашивала.
Денис сам должен захотеть рассказать. Или не рассказать. Она просто была рядом, на подхвате. На всякий случай.
Так же, как он когда-то был с ней, когда у нее умер отец. Когда случился провал на стриме. Когда она посреди ночи просто написала ему "поговори со мной пожалуйста".
И все же... боль копилась, не смея выйти за пределы сознания. Каждое его "я не знаю" било по сердцу. Каждое молчание напоминало, как легко он может снова исчезнуть из ее жизни.
Карина хотела вернуть того Дениса. Который смеется. Который плещет сарказмом. Глупого, когда снова шутил свои кринжовые шутки. Теплого, когда он звал ее "Кариша", по-особенному.
Теперь перед ней был лишь его силуэт, только отголосок прошлого Дениса. Они были похожи, но все равно казался чужим.
***
В один вечер он внезапно написал:
- Я не знаю, как с тобой быть.
Карина застыла: как с ней? В каком смысле?
- Почему?
Ответ пришел удивительно быстро:
- Ты хорошая. А я нет. Я чувствую себя... грязным рядом с тобой.
Девушка уставилась в экран. Разозлилась. От боли.
- Ты не грязный. Ты просто потерянный. И мне плевать.
- Зря.
И Карина не выдержала, нажав на кнопку "записать голосовое сообщение":
- Мне не зря. Мне... - было слышно, как девичий голос дрожал, как в нем чувствовались ее горькие слезы, - Мне больно. Я скучала. Я боюсь, что если ты снова исчезнешь - я не выдержу. Потому что ты - важный. Даже если ты этого сам не хочешь. Пусть если ты даже сам не хочешь в это верить. Ты есть. Ты - важен. Слышишь? - тишина, а затем всхлип, - Я от тебя ничего не прошу. Только... не исчезай.
Отправила. И тут же вспыхнуло желание удалить его. Слишком интимно. Слишком по-настоящему.
Но она не удалила. Пусть услышит. Пусть знает.
Карина села на кровать, вытирая тыльной стороной ладони слезы. Хотелось скулить. Она наконец сказала то, что давно хотела.
Прошло десять минут. Денис слушал. И не отвечал. Сердце стучало так, что закладывало уши.
И вдруг - кружок.
Девушка нажала на него, почти не дыша.
Темно. Снова. Слышно только его хриплый, грустный голос. Еле слышно.
- Карина, я... не знаю, зачем я еще жив. Но если ты правда все еще тут... Тогда, может быть, какой-то смысл еще есть, - долгая пауза, - Спасибо, что никуда не ушла. Что не бросила. Я бы сам себя бросил.
И все. Четыре секунды. Но Карина сидела, как прибитая, не в силах ни дышать, ни думать о чем-либо.
Плакала. Тихо, беззвучно.
Потому что вот он. Не исчез. Рядом. Живой.
***
В тот вечер они больше не говорили. Но между ними снова появилась тоненькая ниточка. Хрупкая, почти прозрачная. Но она была.
И она знала: это не значит, что будет легко. Он снова мог пропасть. Снова упасть. Снова умолкнуть.
Но он услышал ее. Денис ответил. И этого пока что было достаточно для Карины.
***
Денис писал первым, не часто, но зато сам.
- Как ты?
Девушка вздрагивала от каждого его сообщения, будто это пульс возвращался в тело, прошибая электричеством. Но отвечала сдержанно. Не потому что хотела прыгать от счастья, а потому что боялась спугнуть. Общение с Денисом было похоже на охоту на дикого животного, которое вжимается в стену позади него, пытаясь слиться с ней. Лишний шорох - и он снова в тени.
- Нормально. Немного вымоталась.
Парень ответил сразу:
- Ты всегда выматываешься. Береги себя.
И все. Денис знал, когда надо остановиться, Карине - нет.
- Ты будешь сегодня в звонке?
Молчание. Пять минут. Десять.
- Не знаю. Тяжело.
Она почти стерла "понятно". Хотела написать: "хоть на пять минуток", "мне не хватает этого", "я скучаю по твоему голосу"... Но отправила:
- Если что - я там. Буду ждать.
И снова осталась одна, с наушниками и пульсирующей тревогой в груди.
На следующий день все было наоборот:
- Я зашел в звонок. Если хочешь - просто побудь.
Карина зашла через полторы минуты, как только закончила катку в CS.
Наушники, микрофон, тишина. Только дыхание. Его - чуть глухое. И ее - прерывистое.
Пять минут они молчали.
Денис что-то листал в браузере. Карина - смотрела на пустой монитор. Но они оба чувствовали - они рядом.
Он первый подал голос:
- Ты играла сегодня?
- Да, пара каток. Соло. Там, где ты раньше за меня фраги делал, - тихо усмехнулась.
Денис тоже. Почти неуловимо.
- Я до сих пор помню, как ты фликнула тогда через мид и потом всем в конфе хвасталась.
- Я не хвасталась, - в голосе чувствуется улыбка.
- Хвасталась, - упрямо, но тепло.
Молчание. Но уже не глухое. Уже наполненное чем-то родным, старым. Чем-то привычным.
Денис шепнул:
- Я скучал по тебе, Рин.
И она сжалась от его голоса. Как будто вдоль позвоночника прошел ток.
Хотела ответить, сказать "я тоже, очень". Но выдохнула:
- Я рядом.
***
После этого были пару дней тишины. Два. Потом три.
Карина боялась писать. Боялась быть навязчивой. Боялась случайно надавить. Но потом все таки набралась смелости:
- Ты в порядке?
Ноль реакции, уже даже вошло в привычку. Только через сутки она дождалась ответа:
- Сори, вырубился. Не специально.
И снова - шаг навстречу, шаг назад. Словно незамысловатый танец, где они вальсируют по лезвию ножа. Неправильная фигура - и они падают во тьму, по разные стороны лезвия.
Так и продолжалось: он тянулся - она ловила. Она ждала - он исчезал. Но ни один не осмеливался отпускать.
В одну из ночей, когда Карина одна сидела в звонке со слепой надеждой, Денис зашел без предупреждения.
Сидел. Молчал.
Она чувствовала, что парень на грани и вот-вот сорвется.
- Ты хочешь поговорить? - спросила она.
- Нет. Хочу... Просто быть рядом, - почти шепотом ответил ей знакомый голос.
- Хорошо, я побуду рядом.
Они не говорили. Просто молчали на протяжении полутора часов.
Но за это время Карина успела дважды заплакать. Но не от боли - от чувства, что Денис тут, что он рядом.
Еще спустя время он снова написал первым.
- Ты бываешь счастливой без меня?
Вопрос вонзался словно нож. Карина не поняла, что он имеет в виду. Не поняла, что он хочет услышать в ответ. Честность все таки побеждала:
- Бываю. Но когда ты рядом - это по-другому. Глубже.
Ответа не было. Карина шумно выдохнула, откинувшись на спинке кресла. Провела худыми руками по осунувшемуся лицо. Карие глаза смотрели в потолок, но взгляд был отсутствующий. Она думала о том, правильно ли она ответила. Честна ли она - с собой, с ним. Поняла ли она вообще, что хотел от нее стример. А потом пришло уведомление о голосовом сообщении.
- Я боюсь причинить тебе боль. Ты этого не заслужила. А я... Все, к чему я прикасаюсь - или ломается, или в конечном итоге исчезает. Я просто не знаю... Как будто я цепляюсь за тебя - как за спасательную соломинку. А по итогу утаскиваю на дно вместе с собой. Карин... Не отпускай меня, ладно? Даже если я молчу по много дней. Даже если я мразь. Просто... держи. Пока можешь.
Карина слушала, зажав ладонью рот. Слезы норовили хлынуть градом. Она тоже решила записать голосовое в ответ:
- Ты думаешь, что ты сломанный. Но ведь ты - просто человек. Такой же, как и я. Я не хочу спасать тебя. Я хочу быть рядом, настолько близко, насколько ты подпустишь. Пусть криво, пусть неумело. Но рядом. И если ты не уйдешь - то я тоже не уйду. Обещаю.
Они не писали, что любят. Не говорили "ты моя" или "ты мой". Но это все равно было между строчек тех редких сообщений, которыми они перебрасывались в течение недели. Это было во всем.
В том, как он присылал треки, которые могли бы ей понравиться. В том, как она угадывала его настроение по паузам между сообщениями. В том, как он говорил "береги себя", хотя себя он вообще не берег. И в том, как Карина каждый раз боялась, что он вновь исчезнет после очередного сообщения - но она продолжала ждать.
Иногда в их переписке полыхало пламя. Иногда они скатывались до ледяного молчания. Но ниточка между ними никуда не делась.
Они были.
Не вместе. Не по-настоящему.
Но были.
И этого им было достаточно.