бесстыжый Дьявол.
— Не потеряйся там, котёнок, — сказал Люцифер, оглядываясь на жену, которая топала за ним с усталым личиком.
— Устала, да? — он полуобнял её и мягко чмокнул в макушку. — Мой маленький ребёночек подустал...
Наби сразу же довольно улыбнулась — будто только и ждала этих слов.
Он аккуратно переложил пакетики с её покупками в тележку и потащил её вперёд, а другой рукой крепко держал её за маленькие пальчики — словно боялся, что если отпустит, она тут же потеряется.
*****
— Ты не оборачивайся, — сказала Наби, прячась за шторкой примерочной. — Я ещё не надела...
— Я и не собирался, — спокойно отозвался он, опираясь о стенку и листая телефон. — У меня, между прочим, жена застёгивает шортики с Микки Маусом. Мне нельзя на такое смотреть, я человек слабый.
Она прыснула.
— Дурак.
— Так и запишем.
Прошло несколько минут. Шортики ей явно не нравились, майка топорщилась.
— Люцифер?.. — позвала она. — А можешь... принести мне вот ту голубую, с рюшами?
— Понял, приём.
Он ушёл — и вернулся не с одной, а с двумя вешалками. Протянул обе под шторку.
— Вот, держи. Голубая... и бонус.
— Бонус?
Она нахмурилась, взяла и... замерла.
— Люцифер...
— Что?
— Это... это бельё!
— Хм, правда? — невинно отозвался он. — Ой.
— Ты не ахуел случайно? Забирай это- сказала она тихо, чтоб было слышно только ему.
— Ну а вдруг тебе захочется примерить всё сразу? — протянул он с такой невозмутимостью, что щёки у неё тут же вспыхнули.
— Я... я не собираюсь... здесь... это...
— Очень жаль, — вздохнул он с театральной грустью. — Там, кстати, был ещё комплект с красным кружевом, но ты явно не готова к таким серьёзным отношениям с собой.
— Ты... ты! — Она фыркнула. — Извращенец. Перестань.
Он лишь усмехнулся — томно, как кот, видевший птичку.
— Надень хотя бы дома. Или можешь просто держать у кровати. В рамочке. На случай, если захочется напомнить себе, что ты у меня...
Он наклонился ближе к шторке.
— ...всё-таки чертовски соблазнительная жена.
Тишина. Она не ответила. Только где-то вглубине примерочной слышался усталый глухой стон:
— Господи, ну за что мне это...
А он, довольный, отступил на шаг, сунул руки в карманы и тихо усмехнулся:
— Я даже не начал.
— Люцифер, я не буду это мерить, ясно?! — Наби вцепилась в кружевной комплект, будто в бомбу замедленного действия. — Это даже не мой стиль!
— Конечно, не твой, — кивнул он. — У тебя стиля нет. Вот я тебе и подбираю.
— Ах ты... — Она пылала. — Ты не мог просто купить мне мармелад, как нормальный муж?
— Мармелад не делает твою попку такой соблазнительной.
Она всхлипнула от возмущения — и скорее захлопнула за собой шторку, будто боялась, что сам комплект сейчас на неё прыгнет.
— Я... я просто посмотрю. Приложу. Я его не надеваю!
— Ага-ага, — отозвался Люцифер лениво. — Я просто тут постою. Подышу.
Она стояла в примерочной с этим тонким, невесомым кружевом в руках. Оно было таким... крошечным. Такой мягкий цвет. Такая деликатная ткань. И вдруг — шальная мысль: а ведь он правда выбрал с душой.
И — может, просто чтобы доказать, что не такая уж она трусиха — она его надела.
Посмотрела на себя в зеркало. Вздрогнула.
О боже.
В этот момент шторка вдруг дрогнула — и раздвинулась на пару сантиметров.
— Люцифер, НЕТ!
— Тссс, — он скользнул внутрь, словно тень, закрыл за собой занавеску, встал спиной, руки в карманах. — Я только на минутку. Вдруг кто-то мою жену увидит — а она вон в чём.
— Ты сумасшедший! — прошипела она, прикрываясь руками, как могла. — Я не... Я даже не застегнула...
— Ничего страшного, будто я не видел тебя голым, это уже хотя бы приличнее, — он медленно обернулся и посмотрел. — Мне не привыкать видеть тебя в полуфабрикате.
— Люцифер!
— Шшш, тише. Тебя же могут услышать. — Он ухмыльнулся, не отрывая взгляда. — Хотя, знаешь, в этом тебе даже не нужно ничего говорить. Достаточно просто стоять. Желательно у стены. И вот так... чуть-чуть закусить губу, как ты сейчас.
— Я тебя убью.
— Надеюсь, медленно.
Она судорожно натянула сверху свою обычную майку, накинула рубашку и, сверкая глазами, раздвинула занавеску.
— ВЫХОДИ!
— Уже иду, злюка, — он все таки стоял не выходя, как ни в чём не бывало, а потом добавил, будто мимоходом: — Я бы на твоём месте не снимал его. Оно тебе как-то... невероятно идёт.
Она оглянулась на него в шоке:
— Я иду на кассу! В этом?! — она быстро надела свою одежду, сняв комплект.
— А что? Хоть кассирша поймёт, какой я счастливчик. Улыбнись ей, может, у неё тоже будет хороший день. И..тебе стыдно быть перед мной в купальниках, а раздеваться нет?
— Ты просто... Просто... иди ты! еблан..
— Сексапильная, возмутительно дерзкая жена моего сердца? Согласен.
Она шла до кассы, держав пижаму и комплект, шагала будто наступала на мины. Щёки пылали, губы поджаты. Люцифер шёл рядом, слегка склонившись к её уху, и нашёптывал:
— Знаешь, если сейчас кто-то скажет тебе: «Красивая пижамка», — ты ведь будешь знать, что они даже не подозревают, какая ты милая лгунья.
— Люци, я покраснею так, что касса загорится.
— Знаю. Надеюсь. Я очень старался.
Он держал её за руку — и сдерживал усмешку, будто сам тащился от того, как она горит.
А она... не отпускала его пальцы.
Потому что даже если он бесстыдник и дразнилка — он всё равно её.
И, возможно... чуть-чуть она это бельё полюбила.
****
Когда он вышел из душа, в зале было тихо. Свет приглушён. Воздух — тёплый, сладковатый. И на диване — она.
Сидит боком, будто случайно. Нога на ногу. На ней — тот самый комплект. И больше ничего. Только рубашка — слишком большая, небрежно накинута, пуговицы не застёгнуты.
Он замер в дверях.
— Я тут подумала, — сказала она спокойно, будто речь шла о погоде. — А чего это я стесняюсь? Ты ведь мой муж, верно?
Он молчал. Просто смотрел. Глаза лениво скользили по ней, как пламя по бумаге.
— И если ты можешь шутить про бельё в магазине, — продолжила она, — то я тоже могу. Например... вот так.
Она медленно раздвинула края рубашки, демонстрируя тонкое кружево, облегающее грудь и бёдра. Улыбнулась невинно. Почти.
— Ну как тебе мое тело?
Он двинулся к ней молча. Шаг. Второй. Встал рядом. Опустил взгляд.
— твое тело?, — прошептал он. — Тебе ещё рано брать на себя всю заслугу.
— Может, я просто решила сразить тебя наповал.
— Удалось, — хрипло выдохнул он. — Но ты совершила одну ошибку, Наби.
— Какую?
Он наклонился ближе, его тёплое дыхание коснулось её шеи.
— Ты думала, что сможешь управлять огнём. А сама зажглась первой.
Она едва не отшатнулась от жара в его голосе, но уже поздно — он скользнул ладонью по её талии, обвёл пальцем.
— подожди, это я... я хотела тебя дразнить!
— И дразнишь. Очень успешно.
— Я... я не думала, что...
— Что я поведусь?
Он ухмыльнулся, прижавшись лбом к её виску.
— Жена, я на грани самосожжения.
Она всхлипнула и закрыла лицо ладошками.
— Всё, мне стыдно, иди ты. ты вообще умеешь... смущаться??
— Поздно, — прошептал он, скользя губами к её уху. — Теперь ты в этом комплекте навсегда. Или, по крайней мере... до утра. и вообще я тот ещё бесстыжый Дьявол. не умею смущаться.