15. По лбу-не значит без чувств
Прошла неделя с той самой вечерней прогулки, с буррито, жаркими словами и невольно сорвавшимся признанием. Неделя как будто растянулась в месяцы: каждая встреча взглядом, каждое невинное касание — будто давали по щеке или, наоборот, по сердцу. И хоть они ни разу не обсуждали, что между ними это было, между делом всё больше и больше людей замечали нечто особенное в том, как они друг на друга смотрят. Или, вернее, как не хотят смотреть, но всё равно смотрят.
Наступил четверг. Казалось бы, обычный день. Хмурое небо, привычные школьные коридоры, шумный класс, и — физкультура. Все ожидали стандартную игру в футбол. Но вместо мяча учитель физкультуры, дождавшись, пока все построятся, неожиданно бросил на землю волейбольный мяч.
— Сегодня отдых от ног. Пусть поработают руки. Будет волейбол. Футболисты, покажите, как вы умеете без своих подкатов и пинков!
Класс загудел — кто-то радовался, кто-то недовольно морщился. Милерра была среди тех, кому всё равно — она не была против. Иногда с подругами они играли на школьной площадке, просто ради веселья. К тому же — это была возможность лишний раз врезать Анхелю... пусть и мячом.
Разделились на команды. Судьба, как всегда, решила поиздеваться: Милерра оказалась в противоположной от Анхеля команде. Когда их взгляды пересеклись, она нахально подмигнула, а он, как ни странно, не стал подкалывать, а просто широко улыбнулся, не сводя с неё взгляда.
Подача. Милерра подняла мяч, сделала шаг вперёд, взмах рукой — и... чуть промахнулась по траектории.
Мяч полетел не вверх, не в сторону, а точно — прямо в лоб Анхелю.
Хлопок был слышен по всей площадке. Анхель отшатнулся, поморщился, на секунду потерял равновесие. Класс на мгновение замер. Даже учитель физкультуры остановился.
— О Боже, он умер... — прошептал кто-то сзади.
Но Анхель, морщась, медленно выпрямился и, к удивлению всех, усмехнулся:
— Неплохая подача, Мадзини... целевая такая.
Милерра подбежала к нему, нахмуренная, обеспокоенная:
— Блин, прости, серьёзно! Я не специально. Ты жив вообще? Ты не ослеп? Не оглох? Может, сотрясение?
Он сделал вид, что думает, а потом, чуть прищурившись, наклонил голову:
— Если поцелуешь в лоб — прощу. Всё сразу пройдёт.
Милерра подняла бровь, явно не впечатлённая шантажом. Посмотрела на него молча, как будто оценивая последствия. Потом медленно протянула руку, щелчком ударила его по лбу и мрачно буркнула:
— Выздоравливай, герой.
Анхель опять поморщился, потирая место удара.
— Ты бесчеловечная, Мадзини.
— Ты бы хотел, чтобы я была милой? — она склонила голову, сложив руки на груди.
— С тобой бы дракон в депрессию впал, если бы ты была милой. Но нет... мне, наверное, именно такая и нужна.
Она закатила глаза и вернулась на свою сторону, а игра продолжилась.
⸻
После урока, когда прозвенел звонок на перемену, толпа школьников потекла в коридоры. Милерра шла с подругами, делясь каким-то анекдотом, но заметила, как Анхель, как обычно, отстал и тащился чуть позади. Она вдруг резко остановилась, повернулась к нему и...
Быстро подошла, схватила его за ворот футболки, приподнялась на носках и чмокнула его в лоб.
Настоящий, мягкий, едва касающийся поцелуй. Почти мимолётный. Почти случайный. Почти ничего... но на самом деле — многое.
Не дожидаясь реакции, она развернулась и тут же ушла к подругам, будто ничего не было.
Анхель остался стоять посреди коридора с выражением лица человека, которому только что подарили вселенную, но он не совсем понял, за что.
— Чё с ним? — прошептала мимо проходящая одноклассница, глядя на Анхеля.
— Мадзини. Всё ясно, — ответил кто-то другой с улыбкой.
Анхель прикоснулся пальцами к тому месту на лбу, куда она его поцеловала. Тепло от этого касания будто прожигало кожу сквозь череп. Он улыбнулся. По-настоящему. Мягко, немного глупо, но счастливо.
Эта ведьма... Эта ведьма меня убьёт. Или влюблюсь. Хотя, кажется, уже поздно.