День 3
Подъём был, как обычно, в семь ноль-ноль, но в такую рань никто не вставал, обычно все собирались за пятнадцать минут до самой зарядки. Те люди, которые ходят по утрам на зарядку, — больные! Неужели им не хочется подольше поспать и полежать в кроватке, хотелось бы сказать уютной, но там она была далеко не такой. Конечно же Шастун не пошёл на зарядку и продолжил лежать под тёплым одеялом, проклиная всё в этом мире, но пока его никто не беспокоил, и всё было хорошо.
— Ты явно вчера ничего не понял, — услышал парень «прекрасный» и до боли знакомый голос. Думаю, Арсений Сергеевич будет подрабатывать личным будильником Шастуна всю смену.
— Вы тоже, — сонно ответил Антон.
— Что именно? — злобно поинтересовался вожатый.
— Что я не буду ходить на эту грёбаную зарядку, можешь это понять и принять.
— Ах ты не будешь? — с удивлением и строгой ухмылкой спросил вожатый.
— Не-а, — ответил Антон и закрыл глаза.
Не прошло и секунды, как парень закрыл глаза, как кто-то его схватил вместе с одеялом, взял на руки и куда-то пошёл. От такого шока Шастун моментально отошел от сна, открыв глаза. Солнце ударило парню в лицо, он ничего не видел, но понимал, что они находились на улице. Немного прозрев, Антон увидел знакомую территорию, а совсем близко находилось лицо Арсения Сергеевича, он впервые был настолько близко к нему… Когда Антон окончательно проснулся, до него дошло, что Арсений Сергеевич хочет сделать: он нёс парня в одеяле на площадь, где проводится зарядка.
— ТЫ СОВСЕМ ОФИГЕЛ? — громко и нервно крикнул Шастун, удивляясь своей грамотной речи.
— Ты иначе не понимаешь, — ответил вожатый.
— Отпусти меня, что ты делаешь? — произнёс Антон, пытаясь выбраться из рук Арсения Сергеевича. Но вожатый держал его слишком сильно и крепко, и вот они уже подходили к площади.
— Я же голый, куда ты меня несёшь? — нервно спросил Антон, осознавая, куда он всё же его несёт.
— Несу такую красоту показать всему лагерю, — ответил вожатый с улыбкой, хоть и наигранной. Пришёл Шастун на зарядку действительно по-королевски: его занесли на руках под музыку и поставили рядом с отрядом. Лица людей, которые находились на поле, надо было видеть: они смотрели на длинного парня такими удивлёнными глазами, казалось, будто их глаза сейчас выпадут.
Единственное, что смутило королевский заход Антона — так это то, что он был в одних трусах и завёрнут в одеяло, короли явно не ходят в таких одеяниях, но делать было нечего. После того, как вожатый поставил парня на землю, он пошёл к удивлённой Оксане, они о чём-то бурно начали говорить, явно споря друг с другом. А Шастун так и стоял, как дурак, в одном одеяле под дурацкую музыку и множеством взглядов. Простоял он так недолго, минуты две, после этого зарядка закончилась, и все начали уходить, а к Шасту подбежали друзья.
— Антон, что случилось? — тревожно спросил Дима.
— Ха-ха, это был лучший заход на зарядку за всё время, пока я был в лагере, достойно! — произнёс Серёга.
— Не спрашивайте, это полный пи***ц, — злобно ответил Антон.
Так как все ушли, в том числе и вожатый-садист, Шастуну пришлось в одном одеяле да ещё и босиком идти по лагерю до корпуса. Терять уже было нечего, все уже и так хорошо его увидели на зарядке, поэтому позориться уже было некуда. Как только Антон поднялся в корпус, единственное, что ему хотелось — это не спать, а одеться, почувствовать хоть что-то на своём теле. Как только тот оделся, в дверь кто-то постучал.
— Нельзя, — злобно ответил Шастун. Дверь открылась, на пороге появилась девочка из их отряда: она была такой маленькой, стройной и симпатичной.
— Прости, я просто хотела спросить: у тебя всё хорошо, что произошло? — сказала девочка. Её имя Антон запомнил — это была Ида, они с ней пару раз перекидывались фразами, но никогда нормально не говорили.
— Да всё хорошо, просто наш вожатый моральный урод, — ответил Антон.
— Почему ты сразу не пошёл на зарядку? — поинтересовалась Ида.
— Я хотел поспать, ты разве не хочешь утром полежать в кровати? Да и вообще, что делать на этой зарядке? — вопросительно сказал Антон.
— Ну да, ты прав, — стеснительно ответила Ида. — Ты очень красиво сегодня появился, отличный выход! — добавила девушка с улыбкой.
— Я знаю, спасибо, — ответил Антон.
— Ты не обращай внимания на этого вожатого, просто старайся хотя бы ходить на зарядку, — как-то волнительно произнесла Ида.
— Постараюсь, но не обещаю, — ответил Шастун. Девушка кивнула головой и вышла из комнаты, а Антон оделся и решил не ходить на завтрак со всеми.
До завтрака и после Антон не видел этого красивого урода, оно и к лучшему, хотя поговорить с ним Шастуну хотелось. После завтрака он также решил не идти на кружок, так как Оксана сказала, что это необязательно, поэтому Шастун пошёл погулять по лагерю, прихватив с собой сигареты. Выкурив сигарету за душевой, Антон сел в беседку, которая стояла около корпуса первого отряда, думал он сейчас только об одном: как его с утра снова опозорили при всем лагере.
— Так странно видеть тебя в одежде, — сказал подлый, наглый, ужасный голос.
— Да пошёл ты, — грубо ответил Шастун и быстрыми шагами направился к корпусу.
— Да стой ты, — окликнул Антона голос сзади, но тот показал средний палец и зашёл в корпус.
Шастун прошёл в свою комнату и сел на кровать, настроение было фиговым. Как можно было такое придумать, почему нельзя разбудить нормально, зачем столько внимания к нему? Антон долго сидел и рассуждал над ситуацией, на обед он решил не идти: аппетита не было, да и ко всему этому, дома Шастун мог весь день ничего не есть — это было нормально для него. После обеда в комнату вернулись парни, но Антон ответил злобно им пару раз, и они поняли, что лучше сейчас не подходить. В правилах было написано, что нельзя выходить из корпуса в тихий час, но правила придумали, чтобы их нарушать. Поэтому Шастун решил развеяться, думая, что так остынет и настроение поднимется, но выйти парень не успел — его остановила Оксана.
— Антон, ты куда собрался? — спросила спокойно вожатая.
— Прогуляться, — так же спокойно, даже с ноткой грусти ответил Шастун.
— Ну раз уж ты захотел погулять, то помоги донести мне эти плакаты до сцены.
Отказать Антон ей не мог, взяв плакаты, они пошли с ней к сцене, на сцене было ещё пару вожатых, одним из которых был Арсений Сергеевич. Положив плакат на сцену, Антон пошёл обратно, они пересеклись взглядами с Арсением: его взгляд выглядел, как всегда, строго, но этот человек не умеет испытывать хоть какие-то чувства (именно так казалось Шастуну). Вернувшись в корпус, Антон пошёл в комнату, где пацаны уже играли в карты.
— Я с вами, ребят, — сказал Шастун и подсел к пацанам.
— Наконец-то ты вышел из негатива, — произнёс Серёжа, искренне радуясь хорошему настроению друга.
Весь тихий час парни проиграли в карты, Антон успел много раз выиграть и проиграть тоже. Все ушли на ужин, есть уже хотелось, но Антону было слишком лень да и видеться с вожатым ему не хотелось, вместо еды он закуривал очередную сигарету. После ужина же все отправились лепить из глины, а Шастун всё также сидел в комнате и залипал в телефоне, пожалуй, Антон был спокоен только сейчас, ведь лежать и ничего не делать очень нравилось парню — в этом было его умиротворение. Но «развлечение» Антона резко прервали: кто-то зашёл в комнату и закрыл дверь. Антон поднял глаза и увидел Арсения Сергеевича, тот подошёл к Антону, в его руках находилась булочка, завёрнутая в салфетку, и сок.
— Ты и так скелет, так и в столовке за весь день ничего не поел, — сказав это, вожатый протянул Шастуну содержимое в его руках. Антон же посмотрел на него, но промолчал и опустил взгляд на телефон, Арсений же поставил еду на стол и сел на кровать Димы.
— Послушай, сегодня утром я был не прав, но вести себя как ребёнок ты не можешь — это лагерь, и ты в первом отряде, здесь вполне взрослые дети, — начал вожатый.
— Да, это детский лагерь, и веду я себя так, как хочу я, вы фиговый педагог, Арсений Сергеевич, — спокойно произнёс Шастун.
— Возможно, ты и прав, но я хотел донести до тебя факт того, что ты обязан вставать по утрам, как и все, — ответил вожатый.
— Поэтому ты решил опозорить меня, да? — с ноткой удивления спросил Антон.
— Да, я переборщил, признаю свою вину, но ты тоже прекращай вести себя как ребёнок, — произнёс вожатый. Это прозвучало строго и более чем доходчиво, но Шастун ничего не ответил. Вожатый же вышел из комнаты, а парень налетел есть булочку с соком, они были ужасно вкусные, тем более когда целый день проводишь без еды.
После ужина была дискотека, Шастун, как ни странно, решил тоже туда сходить. Когда тот пришёл, все уже танцевали, пару человек сидело на стульях, а остальные отжигали под музыку, Шастун решил сесть на лавочку, но его тут же схватил Дима и Серёжа и потащили танцевать. Время пролетело незаметно, после дискотеки свечку отменили, парни взяли второй ужин и пошли ложиться спать. Пацаны, наверное, не спали до часов одиннадцати, ну а Антон пролежал часов до трёх, плавая в своих мыслях и событиях дня.