Глава 20
Как мы потом поняли, этот козёл подкупил не только одного судью и моего адвоката, но и других судей, к которым мы обращались за помощью, врачей, что осматривали Кристофера, да даже полицеских, у которых мы хотели написать заявление. Он подкупил АБСОЛЮТНО ВСЕХ.
Я всегда задавалась вопросом: «почему все люди такая продажная шкура?». Почему они готовы за деньги просто забить на чужое горе? Да потому что на земле существует тип людей, которым глубоко плевать на чьё-то горе, если оно принесёт ему звон монет в кармане. Продолжу логическую цепочку: таким, с позволения сказать, людям не может не хотеться чужой беды. Ведь беда - его кормилица. Никакие законы, никакие рамки приличия, никакой стыд Божий их уже не остановят. Потому что они избрали этот позорный, но довольно лёгкий путь. Зачем работать, если можно пойти иной дорогой: ждать людской беды. А горей немало. Есть чем поживиться. Некоторые, как бы выразиться, доморощенные «журналисты» похоронят всех живых, лишь бы скушать на ночь шоколадку. Убьют всех неубитых, дай только волю.
Судьи не станут заворачиваться со своей работой и просто будут делать так, как им за это заплатили. Врачи тоже бывают подонками - они, не обращая никакого внимания на то, что Кристофер полностью здоров, заперли его в белых стенах за какие-то пару бумажек. Адвокат тоже хорош - сначала втерелся в доверие, а потом бросил, как хозяин больную собаку. Единственные, у кого было настоящее сожаление в глазах - так это охранники. Они единственные, кто не хотели брать эти большие деньги, но у них, похоже, тоже жизнь была не мёд. Они единственные, у кого всю жизнь будет висеть огромный груз на сердце за то, они что просто «продали» чью-то жизнь, как питомца в новый дом.
А Армиад вообще скотина. Это каким нужно быть бессердечным ублюдком, чтобы запереть своего сына в психушке?! Мальчику всего 14 лет, у него была вся жизнь впереди! Нет, «любимый папаша» предпочёл запереть Кристофера в четырёх стенах и силой пичкать таблетками! А потом ещё психологи будут читать свои грёбаные нотации и внушать Крису, что он, под порывом эмоций и чувств, совершил страшный поступок, и что ему нужно было подумать об своём отце, который «до сих пор не отошёл от шока и от своего сына, который способен на такое»!
И Кристина тоже подлила масла в огонь. Она, забыв обо всём, что я для неё сделала, сбежала к своему папочке, навсегда отказавшись от всего, что имела.
Я, как никто другой понимаю, что значит слово предательство.
* * *
Небо затянуто плотными серыми тучами, солнца не видно. С деревьев отрывались последние сухие листья, а асфальт целыми неделями был мокрым. Трава, как моё настроение, пожухла, и теперь не была такой ярко-зелёной, а тёмно-охровой. Даже можно сказать, что она стала коричневой, она буквально разваливалась в руках.
Ветер унёс лепестки увядших цветов, насекомые поспешили заснуть крепким сном. Перелётные птицы улетели в тёплые края, держа своих птенцов рядом с собой. Улицы стали тёмными, страшными. Деревья стояли голые, неживые, как в пустыне. Всё стало таким серым, тоскливым. Мир поменял краски на чёрно-белый и теперь уже не хотелось радоваться тёплой погоде и улыбаться лучику солнца. Хотелось просто закрыть глаза, расслабиться и слушать как вода медленно поглощает тело. Хотелось просто исчезнуть, пропасть, затеряться в тумане слёз, сгинуть в кустах тёмно-алых роз, чтобы больше. никогда. ни за что. не видеть боль.
Идя по коридору студии мебели, казалось, время замедлилось. Шаги тянулись вечность, коллеги медленнее двигались, прямо как в кино, в замедленной съёмке. На всех лицах людей были чёрные линии, будто от карандаша. Не было видно ни глаз, ни рта, ни носа. Эта сцена мне напомнила аниме Форма голоса, где Шоя Ишида, идя по коридору, закрыл руками уши и закрыл глаза. Я сделала точно так же. Тишина. Такая приятная, нежная... Все разговоры затихли, а люди будто исчезли. Так приятно... но одновременно страшно
* * *
Дела на работе, как и в жизни, пошли вниз с горы. Коллеги, увидев, что их директор плюёт на всё и вся, тоже перестали работать.
Когда приходили новые заказы, то работники либо забивали на него, либо выполняли поручение так прекрасно, что заказ возвращали обратно и требовали вернуть деньги. Иногда в студиях могут случиться драки между посетителями и продавцами. Сотрудники могли устроить пьянку в кабинете или игру в дартс. Только одна Ионна пыталась сохранить всё в лучшем виде. Сначала она пыталась достучаться до меня, чтобы я взяла всё в свои руки, но потом прекратила, поняв, что это бесполезно. Мелкие заказы девушка выполняла на отлично, но с пошивом платьев или расстановки мебели возникали большие трудности.
Рейтинг наших всех трёх студий упал до одной звезды и я уже не знаю, сколько так смогу продержаться.
* * *
Открыв железную дверь, доктор пропустил меня вперёд, а затем зашёл следом. Всё было в точности, как я и говорила: мягкие белые стены, на окнах решётки и Кристофер, сидящий на кровати и с тоской смотрящий в окно. Погода, на удивление, сегодня была довольно тёплой, не смотря на поздний ноябрь. За окном пели птицы, но как только я окликнула сына, они вспорхнули и улетели прочь.
- Кристофер...
Тоска, что была в глазах парня, тотчас исчезла. В место неё появилось такое безразличие, что хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть этого взгляда.
Сжав лямку сумки до ногтей в ладонях, я смотрела в эти тёмные глаза, но солёные дорожки покатились по щекам и отбросив сумку в сторону, я крепко обняла мальчика.
Кристофер сначала немного опешил, но, соскучившись по мне, нежно обнял в ответ.
Доктор тем временем стоял у дверей и с пронзительной грустью наблюдал за всем происходящем. Признаться честно, это самый лучший врач, которого я когда-либо встречала. Он не берёт взяток, насильно не пичкает таблетками и главное испытывает настоящие чувства к пациентам. Будь то радость или сострадание, горе или счастье. Он не делает вид, что ему не всё равно на больных, не лечит их только ради зарплаты, а делает всё возможное, чтобы поставить человека на ноги или вывести его на свободу.
Но в данной ситуации он чувствует себя беспомощным, ведь он не хозяин этой больницы, а простой лечащий врач, который и слова против не посмеет сказать. Директор этой клиники стал одной из жертв подкупа Армиада. За достаточно неплохую сумму, заведующий согласился на сделку - Армиад ему деньги, а тот запрёт какого-то мальчугана в белой комнате.
- Ну мам, не плачь, всё хорошо ведь... -Крис легонько погладил меня по голове, как бы успокаивая.
- Я... Столько времени прошло... Я так соскучилась... Я так рада этой встречи... - отстранившись от парня и улыбнувшись сквозь слёзы, я смотрела на сына с таким счастьем в глазах, что казалось, они засветились от такой волны восторга.
- Я знаю, знаю, но это не повод убивать себя. - Кристофер бережно дотронулся до моей щеки рукой, большим пальцем аккуратно вытер струйку солёной воды. Слёзы тут же перестали литься. Застыв, я смотрела на брюнета не отводя удивлённого взгляда.
Из-за своей депрессии, я даже не заметила своё физическое состояние: кожа стала бледной, ребра просвечивались через кожу, глаза были красными. Я много плакала. Мало ела. Редко выходила на улицу.
- Мам... Живи так же... Как и жила раньше... - после этих слов сын одарил меня нежной, заботливой улыбкой. Эта улыбка подарил мне лучик надежды. Лучик счастья.
* * *
Зайдя на работу, я охренела от увиденного: к полу прилипали ноги, стены в некоторых местах были жёлтыми, видимо кто-то что-то туда пролил, а на предметах лежал толстый слой пыли. И когда здесь в последний раз делали уборку? Ведь раньше пол блестел от чистоты, стены были нежно- цвета, а пыли в этом здании не видели уже как несколько лет.
Зайдя чуть дальше, я услышала голоса моих коллег, которые явно были не в трезвом состоянии. Я аккуратно подкралась к двери и беззвучно приоткрыла её. Мужчины о чём-то болтали, весело смеясь и закусывая сухой рыбкой, при этом я не поняла ни слова из их диалога.
- Да налей ещё! Чо ты как баба? - скомандовал один из компании и в ту же секунду его рюмка оказалась полной до краёв.
Я решила не стоять просто так, а брать ситуацию в свои руки. Засунув голову обратно, я выпрямилась, без страха открыла дверь и уверенной походкой направилась к работникам.
- Работать собираемся? Или только когда водка закончится? - стащив со стола рыбку, я приложила её на язык и сразу выплюнула. - Какая гадость...
- А зачем же нам работать? Ты же только и делаешь, что не обращаешь ни на что внимание. - пьяным голосом привёл аргумент один из мужчин.
- Сейчас обращаю, так что давайте закругляйтесь и за работу.
- С чего это вдруг мы станем тебя слушаться?
- Хах... - усмехнувшись, я дала своему уже бывшему коллеге вместо рыбки попробовать на вкус свой кулак.
Другие сразу же вскочили, но не успели и слова сказать, как тоже отхватили: один под рёбра, другой в запретное место. На последок, чтобы припугнуть сотрудников, я взяла полную водки бутылку и, не отводя взгляда от работников, разбила её об стол. Прозрачная жидкость стекала вниз со стола, падая на пол. Мужчины, скуля как раненые собаки, побежали прочь из комнаты и чуть не сбили какую-то девушку, идущую как ни в чём не бывало по коридору. Ионна. Блондинка, не ожидав такого марафона, испуганно отпрыгнула в сторону. Когда входная дверь со звоном захлопнулась, голубоглазая медленно просунула голову в дверной проём комнаты, чтобы узнать причину бегства трёх сильных мужчин. Какого же было её удивление, когда в место чего-то страшного и ужасного, она увидела подругу, державшую в руке половину разбитой бутылки.
- Рика? А ты что здесь делаешь? - выпучив глаза спросила девушка, уже стоя напротив меня.
- Да так, - я бросила осколок на стол, - решила преподать кое-кому урок. - встряхнув ногой, я сбросила ненавистные капли водки со своего ботинка. Я оглядела кабинет, которая была в мягко сказано плохом состоянии и поняла, что одна точно не справлюсь со всем эти бардаком. - Ионна, а помоги-ка мне убраться.
Подруга, засияв, радостно кивнула головой.
* * *
Наш путь с блондинкой предстоял нелёгкий, и мы, вооружившись моющими средствами, принялись наводить в здании порядок. За первые дни мы очистили пару комнат на первом этаже. Ещё через время потом и кровью отмыли пол от липкой грязи. Потом поняли, что мы так помрём не дожив до старости и подключили того, кто будет нас хоронить - Илью. Он поначалу отнекивался, но всё же ушей ему не хотелось лишаться больше, чем убираться. Мужчина помогал нам перетаскивать мебель и держать другие тяжёлые вещи, что значительно облегчило нашу с Ионной работу. Она даже пошутила, что если бы Илья не был занят мной, то вышла бы за него замуж. На мой вопрос: «а как же без тебя Армиад?», она отвечала: «да пошёл он на.»
Потратив миллион попыток оттереть стены, мы сдались и наняли маляров, чтобы они нам всё закрасили. Пока они возились со стенами, мы убирались в других комнатах, и я даже стала замечать, что когда Ионна стояла к ним спиной, то один из маляров вечно на неё пялился, а я лишь тихо хихикала, заставляя молодого маляра краснеть и ловить направленный на меня непонимаюший взгляд подруги.
Через месяц здание стало похоже на жилой дом, как и прежде, а не на заброшку. И стали поступать первые заказы. Не смотря на низкий рейтинг наших студий и ужасные отзывы, нашлись люди, которые не верили всему этому и без страха давали нам надежду. И вот тут-то нам было тяжелей всего... Так как Илья не умеет шить, а в основном заказы приходили на пошив одежды, нам пришлось перетыкать все пальцы, чтобы успеть вовремя превратить кусок ткани в прекрасное свадебное платье. Было нелегко, но мы справлялись, и наш рейтинг поднялся до трёх звёзд, к нам начали приходить новые люди с просьбой работы и у нас появились новые пары рук. Нас стало гораздо больше, а нам с Ионной - легче. Но однажды...
- Рика! - в комнату неожиданно забежала перепуганная блондинка, от чего я сломала грифель карандаша и опрокинула рядом стоящий стакан с кисточками, - Иди быстрее сюда! Это очень срочно!
Заинтригованная, я последовала за подругой, которая толи от страха толи от счастья тяжело дышала. Добежав до пятого этажа и чуть не лишившись возможности дышать, она закинула меня в кабинет, где столпились чуть ли не все работники моей компании.
- Что здесь происходит? - в попытках отдышаться, спросила я.
- Эврика, посмотри. - сказал один из моих новых работников и повернул монитор в сторону меня.
Чуть не заорав матом, я заткнула себе рот руками и беспокойными глазами смотрела на переписку с клиентом. Только этим клиентом оказался мэр нашего города, и он попросил сшить красивое платье на день рождение его любимой дочери, и если получится даже лучше чем он хотел, то он заплатит в два раза больше, и оставит отзыв с пятью звёздами!
- Так, все опытные и умелые идут за мной, а остальные занимаются своими заказами. Пиши ему, что мы берёмся за такой огромный риск.
* * *
Платье было белое, с пышными рукавами, небольшим прямоугольным вырезом на ключицах и длинным волнистым низом, а дикор это вообще атас. По периметру выреза должны быть приклеены прозрачные драгоценные камни, при свете которые переливаются разными цветами, серебряные блестки необходимы на краях рукавов и в низу платья. Вся сложность декора заключалась в драгоценных камнях, блёсток и клея, который обязан будет держать их всю оставшуюся жизнь ткани. Но начинать планировать декор без самого заготовки платья - идея глупая, и мы всей командой хотели начать шить каркас, но вспомнили про одну довольно важную деталь - у нас не было мерок. А шить без мерок - вещь ещё глупее, чем рисовать планировку декора без самого платья.
Мы пошли узнавать мерки любимой дочурки мэра, и, как оказалось, он вообще не вкуривает, что такое мерки, для чего они нужны и как их снимать. Мы всей группой одновременно сделали жест «рука лицо».
Написав нам какие-то рандомные цифры, из-за которых мы перешивали это платье 5 раз, а нервными клетками нужно дорожить, мы принялись за декор.
Нас с Ионной, как главных (и в прямом и переносном смысле), отправили на выставку драгоценных камней. Мало того, что мы ехали туда на такси два часа, так ещё и обошли весь торговый центр, прежде чем нашли ту форму, которая нам нужна. Продавец сначала не горел желанием отдавать камни в чужие руки, но уговорив его, он всё же решился их продать... За 48 тысяч... Но эта цена быстро слетела до 18, как только мы с Ионной заорали ультразвуковым матом.
По дороге я ещё вспомнила про блёстки и уже довольные и уставшие, мы доехали до работы.
С клеем тоже было тяжко. Вот не дай Бог при вручении подарка что-нибудь отвалится и тогда нас всех отправят на казнь! Долго выбирав клей, наш единогласный выбор пал на Е6000, который отлично держал стразы, а блёстки и подавно. А вот с драгоценными камнями нужно было быть осторожными, как с бомбой, потому что если кто-то их не туда приклеит, то вылетит отсюда быстрее ракеты.
Через месяц это платье было полностью готово, и мы всем коллективом с превеликим удовольствием отправили его заказчику.
Было очень страшно. Да так, что даже у меня руки тряслись, хотя на моём лице никогда не показывался ни один нерв, даже в ужасной ситуации.
Пока мы все сидели как иголках, на комп неожиданно пришло уведомление. Желающих ответить не нашлось, поэтому я, как самая смелая, дрожащими руками открыла переписку и чуть не начала выплясывать кордебалет от радости. Мэр в восторге от нашей работы и сделал всё, что обещал! Оставил отзыв с пятью звёздами и даже заплатил тройную цену!
Все думали, что всё закончилось, но это оказалось только началом! После этого нам начали приходить миллион заказов от простых людей, чтобы устроиться ко мне на работу, к нам строили очереди размером с китайскую стену, с нами хотели сотрудничать многие другие компании, наши одежды возили за границу, с нами хотели увидеться важные персоны. Мы стали невероятно богатыми, у нас появилось новейшее оборудование и куча других разных вещей. Все были нескончаемо рады, но в моей груди всё также горел огонь пустоты...