Часть 30
Прошло уже несколько на редкость спокойных дней. После напряжённой схватки с Вилуй Сейлор воины наконец получили передышку — хрупкую, настораживающую, но всё же необходимую. Они решили не тратить её впустую. Все прекрасно понимали: враг не исчез. Он просто затаился, выжидая удобный момент.
На временной базе Луны и Артемиса начались специальные тренировочные сессии — индивидуальные, выверенные до мелочей и адаптированные под способности каждой из воинов.
Сейлор Марс подолгу медитировала в тишине, окружённая тлеющим пламенем. Она училась не просто управлять огнём, а слышать его, вплетая духовную концентрацию в каждое движение. Иногда она резко открывала глаза — предчувствия становились всё отчётливее, тревожнее.
Сейлор Юпитер тренировалась на открытом пространстве. Разряды молний срывались с неба по её команде — точные, выверенные, почти идеальные. Она сжимала кулаки, стискивая зубы: сила росла, но требовала полного контроля.
Сейлор Венера работала над скоростью и гибкостью. Её движения напоминали танец — стремительный, опасный, красивый. Она падала, поднималась, снова бросалась вперёд, оттачивая каждую атаку до автоматизма.
Сейлор Меркурий почти не отходила от голографических экранов. Анализ, расчёты, тактические схемы — она моделировала десятки вариантов будущих сражений. Но даже её холодный разум не мог полностью заглушить тревогу: слишком много неизвестных.
Сейлор Мун и Чиби Мун тренировались вместе. Их силы переплетались, серебряный кристалл отзывался мягким, тёплым светом. Усаги иногда уставала и смеялась, Чибиуса хмурилась, стараясь не отставать, но именно в эти моменты между ними рождалась особая гармония.
Уран и Нептун отрабатывали атаки с талисманами в тренировочных дуэлях. Их движения были резкими, почти опасными — они сдерживали себя лишь в последний момент. В каждом ударе чувствовалось напряжение и знание того, чем может обернуться ошибка.
Между тренировками Усаги, Харука и Мамору внимательно следили за Чибиусой, мягко, но настойчиво напоминая ей о необходимости отдыха.
— Даже маленькие воины должны беречь силы, — говорила Усаги, укрывая её пледом.
Чибиуса делала вид, что недовольна, но втайне радовалась этой заботе.
***
Тем временем, в лаборатории Токийского университета, Сецуна Мейо стояла у реактора, сосредоточенно записывая данные. Цифры на экранах менялись слишком быстро — быстрее, чем должны были.
Диана тихо прошлась по холодному полу и вдруг резко остановилась. Шерсть на её спине встала дыбом, хвост дёрнулся.
— Мяу… Что-то… не так, — настороженно проговорила она, глядя в пустоту.
Сецуна медленно подняла взгляд от приборов. Лицо её оставалось спокойным, но в глазах промелькнула тень беспокойства.
— Я чувствую это тоже, Диана. Пространственно-временной поток колеблется… — тихо сказала она. — Кто-то вмешивается в прошлое. Неосторожно. Агрессивно.
Она подошла к главному монитору. Волны энергии искажались, накладываясь друг на друга. В самом центре пульсировал красный сигнал — предупреждение.
— Если это продолжится, равновесие временных линий будет нарушено, — продолжила Сецуна. — А последствия могут затронуть всех. И прошлое. И будущее.
Она сжала в руке ключ времени. Металл был холодным, знакомым, тяжёлым — как ответственность, которую невозможно разделить.
— Я больше не могу оставаться в стороне, — сказала она твёрдо. — Воинам нужна помощь.
Ключ вспыхнул мягким, но тревожным светом. В глазах Сецуны вновь появилось то самое выражение — холодное спокойствие стража Врат Времени, знающего цену каждому мгновению.
Диана подняла голову и тихо мяукнула, словно соглашаясь.
Время вновь начало двигаться… быстрее, чем следовало.
***
Тем временем в глубинах лаборатории Апостолов Смерти, залитой мрачными фиолетовыми всполохами и пульсирующим неоновым светом, доктор Томоэ заканчивал очередной отчёт. Его пальцы медленно скользили по панели управления, а на экранах вспыхивали данные о провале операции Вилуй. Линии графиков обрывались слишком резко — как и надежды на быструю победу.
Рядом, скрестив руки на груди, стояла Каоринайт. Её лицо было спокойным, но в глазах читалось раздражение.
— Фараон 90, — заговорила она низким, холодным голосом, — Сейлор Мун оказалась сильнее, чем мы рассчитывали. Её энергия не просто растёт… она резонирует с остальными. Чем дольше они сражаются вместе, тем труднее их сломить.
На голографическом экране воздух исказился, и перед ними проступил образ Фараона 90 — тёмная, бесформенная масса, внутри которой пульсировало неестественное, болезненное сияние. Казалось, само пространство вокруг изображения дрожало.
— Найдите способ, — прогремел его голос, словно исходя сразу отовсюду. — Поглотите всё. Разрушьте старый порядок. Преобразите мир… в моё царство.
Каоринайт слегка склонила голову, принимая приказ, но в этот момент в зале стало холоднее. Воздух наполнился сладковато-горьким ароматом, похожим на запах увядающих цветов.
Из тени вышла фигура в тёмно-зелёной мантии. Бледное лицо, волосы, переплетённые венком из чёрных цветов, и спокойный, почти меланхоличный взгляд.
— Простите, что вмешиваюсь, — произнесла она тихо, но так, что слова эхом разошлись по залу. — Я — Теллу. Четвёртая ведьма из Апостолов Смерти.
Каоринайт резко обернулась и окинула её подозрительным взглядом.
— Ты появилась без предупреждения.
Теллу едва заметно улыбнулась.
— Потому что настало моё время.
Она прошла к центру зала, и в её ладони медленно распустился зловещий цветок. Его лепестки переливались фиолетовой аурой, а из сердцевины сочилась тёмная энергия, словно яд.
— Я начну распространять свои растения по всему Токио, — продолжила она спокойно. — Их будут покупать как красивые декоративные цветы. Люди будут радоваться, ставить их в домах, дарить друг другу… — Её голос стал мягче, почти ласковым. — Но вскоре они прорастут в душах людей и начнут питаться их Остиями.
Доктор Томоэ заинтересованно приподнял очки, в его глазах вспыхнул фанатичный блеск.
— Гениально… — пробормотал он. — Эстетика и смерть в одном бутоне. Совершенная форма разрушения.
— Сначала мы лишим Сейлор воинов поддержки, — продолжила Теллу. — Когда люди ослабеют, когда страх и отчаяние пустят корни… — Она сжала бутон, и тот рассыпался в воздухе ядовитыми лепестками. — Тогда у них не останется сил. И мы раздавим их.
Фараон 90 издал низкий, довольный гул, словно само зло одобрило замысел.
***
В это же время на тренировочной площадке Сейлор воинов воздух внезапно дрогнул. Лёгкий ветер принёс с собой странный, неприятный холод.
Ами резко замерла, словно наткнулась на невидимую стену, и медленно повернулась к горизонту. Её глаза сузились.
— Кто-то пробуждает тёмную силу… — тихо произнесла она. — Очень осторожно. Почти незаметно. Это не прямое нападение… это заражение.
Рей сжала кулаки, чувствуя, как внутри вспыхивает огонь.
— Значит, ударят по людям.
Юпитер нахмурилась:
— Ненавижу такие атаки. Когда враг прячется за чужими жизнями.
Усаги сжала руки на груди. На мгновение в её взгляде мелькнул страх, но он быстро сменился решимостью.
— Тогда мы должны быть готовы, — сказала она твёрдо. — В этот раз… мы не позволим никому пострадать. Ни людям. Ни нам самим.
Харука и Мичиру переглянулись — коротко, без слов. Они уже чувствовали приближение новой битвы.
Тишина вокруг стала слишком напряжённой. Буря приближалась.
***
В один тёплый день, во время большой перемены, Чибиуса сидела на школьном дворе, устроившись на скамейке под раскидистым деревом. На её коленях покоилась аккуратная коробочка, перевязанная розовой лентой. Внутри лежал Святой Грааль — пусть и не настоящий, но сделанный с любовью. Поделка, над которой они работали вместе: Усаги, Мамору, Харука и сама Чибиуса.
Девочка осторожно приподняла крышку и с гордостью рассматривала результат. Кривоватые, но старательно приклеенные украшения, блёстки, которые Усаги рассыпала «совсем чуть-чуть, честно», и прочная основа, за которую отвечал Мамору. Харука помогла с мелкими деталями, терпеливо объясняя и ни разу не смеясь над неуклюжими попытками Чибиусы.
На лице девочки сияла тёплая, почти взрослая улыбка.
— Вау! — раздался рядом голос.
К Чибиусе подошла её школьная подруга Мамоко и, наклонившись, заглянула в коробочку.
— Он такой красивый! — искренне восхитилась она. — Это ты сама сделала?
— Ага! — Чибиуса выпрямилась, расправив плечи. — Мы делали его всей семьёй. Мамору помог с основой, Усаги — с украшениями, Харука — с деталями. Я хочу подарить его Хотару.
Слова ещё не успели рассеяться в воздухе, как выражение лица Мамоко изменилось. Улыбка медленно исчезла, а в глазах мелькнуло недоумение.
— Хотару?.. — переспросила она, нахмурившись. — А почему ей? Я же твоя подруга…
Чибиуса растерялась. Она не ожидала такой реакции и на мгновение опустила взгляд.
— Мамоко, ты тоже моя подруга, — тихо сказала она. — Просто… Хотару сейчас очень одинока. С ней почти никто не общается. Я хочу, чтобы у неё было что-то особенное. Чтобы она знала — она не одна.
Мамоко сжала губы и отвела взгляд. Где-то внутри кольнула ревность — неприятная и стыдная.
— Ладно… — пробормотала она. — Я просто думала, что ты подаришь его мне.
Чибиуса мягко взяла её за руку, сжимая пальцы чуть крепче.
— Ты для меня важна, правда. Просто иногда кому-то нужна поддержка сильнее, чем нам кажется. Я надеюсь, ты поймёшь.
Мамоко кивнула, хоть и не сразу, но всё же отпустила руку Чибиусы.
***
Тем временем в школе Мюген Хотару Томоэ медленно шла по длинному коридору, прижимая к груди книгу. На ней была стандартная школьная форма, но рукава куртки были нарочно длиннее обычного, скрывая тонкие запястья. Шаги эхом отдавались по холодному полу.
За её спиной раздались приглушённые шепотки.
— Смотри, опять эта странная… — прошептала одна из девочек.
— Она всегда так прячет руки, — усмехнулась другая. — Думаешь, у неё там что-то?
— Говорят, она больная… С ней лучше не связываться, — добавила третья. — Вдруг заразно.
Хотару слышала каждое слово. Она сделала вид, что не замечает, но пальцы сжались на обложке книги так сильно, что побелели. Сердце болезненно сжалось, а в горле появился ком.
Она ускорила шаг, надеясь просто уйти, раствориться, исчезнуть. Но девочки не отстали.
Одна из них резко толкнула её плечом. Хотару пошатнулась. Другая выхватила книгу и с презрением бросила её на пол.
— Ну-ка, покажи, что ты там прячешь, «особенная», — язвительно протянула она, потянувшись к рукавам.
В этот миг внутри Хотару что-то надломилось.
Мир словно потемнел, звуки приглушились. В груди поднялась волна — горячая, пугающая, неконтролируемая. Из-под её ладони вспыхнула фиолетовая энергия, прокатившись по коридору и сбив девочек с ног.
Раздались крики. Кто-то вскрикнул от ужаса. Через секунду коридор опустел — одноклассницы в панике разбежались в разные стороны.
Хотару осталась одна.
Она дрожала, глядя на свою руку, будто видела её впервые. Дыхание сбилось, сердце билось слишком быстро.
— Что это…? — прошептала она. — Почему… я не могу это остановить?..
Она прижала руки к груди, чувствуя страх — липкий, холодный. Сила внутри неё казалась чужой, тёмной и в то же время… знакомой. Где-то в глубине сознания будто раздался шёпот — о судьбе, разрушении и неизбежной боли.
— Я… монстр?.. — едва слышно произнесла Хотару.
И в этот момент раздался голос — живой, тёплый, полный радости.
— Хотару!
Она вздрогнула и подняла голову. Из окна первого этажа ей махала Чибиуса, крепко держа в руках ту самую коробочку.
— Я принесла тебе подарок! — крикнула она, сияя улыбкой.
Хотару замерла. А потом её глаза наполнились слезами. Она медленно улыбнулась — впервые за долгое время по-настоящему.
Потому что, несмотря на страх, боль и одиночество, кто-то всё ещё видел в ней не монстра. Кто-то хотел быть рядом.
***
В ботаническом саду, залитом мягким солнечным светом, Макото Кино стояла на коленях у ухоженной клумбы, бережно поправляя листья молодых растений. Земля была тёплой, чуть влажной, и под пальцами чувствовалась жизнь — спокойная, настоящая, не искажённая ничьей волей.
Вокруг благоухали розы, нарциссы и жасмин. Их ароматы переплетались, и Макото снова поймала себя на мысли, что не может выбрать, какой цветок ей нравится больше.
— Все они такие красивые… — прошептала она с мягкой улыбкой. — Невозможно выбрать один. Как выбрать одно сердце из сотни?
Она поднялась, стряхнула землю с колен и только тогда заметила, что к ней подошли остальные. Ами, Усаги, Рей и Минако стояли рядом, а чуть поодаль — Харука и Мичиру. По их лицам сразу было видно: разговор будет не из лёгких.
— Мако, — начала Ами, поправляя очки, — у нас есть новости. И они… не самые приятные. Мы думаем, что теперь нас могут искать.
Макото насторожилась.
Харука нахмурилась и скрестила руки на груди:
— После инцидента в Мюген они наверняка поняли, кто мы. Ни мне, ни Мичиру туда больше нельзя показываться. Слишком рискованно. Нужно быть начеку и заранее продумать безопасные места.
— Но мы ведь не можем просто исчезнуть, — тихо добавила Рей. — У нас есть школа, работа, обычная жизнь… Если мы начнём прятаться, это только привлечёт внимание.
Макото задумчиво вытерла руки о фартук и выпрямилась.
— Тогда давайте хотя бы немного передохнём, — сказала она, стараясь смягчить напряжение. — Неподалёку открылся новый магазин цветов. Говорят, очень необычный.
Никто не стал возражать. Им всем сейчас нужно было что-то простое, почти обыденное — чтобы на мгновение вспомнить, ради чего они вообще сражаются.
Магазинчик на углу выглядел привлекательно: фасад был увит зелёными лозами, витрина переливалась оттенками зелёного и фиолетового. Но стоило им войти внутрь, как ощущение уюта исчезло.
Помещение было залито холодным, неестественным светом. Воздух пах не привычной землёй, не влагой и пыльцой, а чем-то сладким, приторным и… химическим.
Макото подошла к одному из столов и с восхищением — почти детским — взяла в руки цветок с мерцающими лепестками.
— Он… не пахнет… — удивлённо сказала она. — И ему не нужна вода?
— Теллун, — сухо ответил продавец, не поднимая глаз. — Новый вид. Очень выносливый. Живёт долго. Идеален для подарков.
Харука скептически прищурилась, оглядывая витрины:
— Слишком идеален. Никакое растение не может быть вечным.
Мичиру подошла ближе, внимательно изучая лепестки. Она аккуратно взяла один теллун и поместила его в контейнер.
— Я возьму его с собой в лабораторию, — спокойно сказала она. — Хочу понять, что в нём не так. Он… словно дышит. Но не как обычное растение.
На выходе никто не сказал этого вслух, но всем было не по себе.
По дороге домой они старались говорить о пустяках, пока вдруг Усаги резко не остановилась, словно что-то вспомнив.
— Чибиуса! — воскликнула она. — Она же говорила, что сегодня собирается отнести Святой Грааль Хотару!
Харука сразу напряглась:
— Пошли. Я с тобой. Сейчас лучше вообще не расходиться.
Когда они подошли к школе Мюген, из дверей как раз выходила Чибиуса. В руках она держала коробочку, но её лицо было не радостным — скорее встревоженным и растерянным.
Усаги сразу это заметила и присела рядом.
— Чибиуса, что случилось? Ты подарила Грааль Хотару?
Девочка кивнула, не поднимая глаз:
— Да… подарила. Но… с ней что-то не так. Я не уверена, что это была совсем она. Хотару говорила странным голосом… и внутри неё кто-то есть.
Она сглотнула.
— Но это не Сейлор Сатурн. Это кто-то другой. Очень тёмный.
Харука сжала кулаки, с трудом сдерживая тревогу.
— Тогда нам нужно быть вдвойне осторожными. Если в ней поселилось что-то чужое — это опасно прежде всего для неё самой.
Внезапно Чибиуса замерла. Её взгляд стал настороженным, словно она услышала то, чего другие не заметили. Она медленно обернулась.
— Что такое? — спросила Усаги, тоже оглядываясь.
Чибиуса ответила не сразу:
— Ничего… Просто показалось. Я видела две тени. Одна — девушка с тёмно-зелёными волосами, собранными в высокий пучок. А рядом с ней… кошка. Серебристо-серая. С полумесяцем на лбу.
Усаги и Харука переглянулись. Обе уже поняли, о ком идёт речь.
И это означало лишь одно:
время спокойствия действительно закончилось.
***
Харука вернулась домой позже обычного. В теле чувствовалась лёгкая усталость — не столько физическая, сколько та, что накапливается после череды тревожных дней, когда опасность вроде бы отступает, но интуиция не даёт расслабиться.
Она только успела повернуть ключ в замке, как замерла.
Воздух в квартире был наполнен ароматом — слишком приятным. Что-то между лилиями и жасмином, тёплое, обволакивающее… и при этом незнакомое, почти навязчивое. Запах словно цеплялся за дыхание, проникая глубже с каждым вдохом.
— Мичиру? — позвала Харука, снимая куртку и осторожно проходя вглубь квартиры.
— Здесь, — отозвалась Мичиру из кухни.
Её голос звучал мягко, но непривычно приглушённо. Харука нахмурилась и ускорила шаг.
Мичиру сидела за столом, опершись локтем о поверхность, и смотрела в одну точку. Рядом, на подоконнике, стоял горшок с тем самым цветком — Теллуном. Его лепестки едва заметно мерцали, словно дышали в такт комнате.
— Я немного поэкспериментировала с ним, — сказала Мичиру, медленно поднимая взгляд. — Он вроде бы не опасен. По крайней мере, на первый взгляд. Но вот… — Она устало вздохнула и провела рукой по виску, — запах от него не исчезает. И он действует странно. Меня всё время клонит в сон.
Харука сделала ещё шаг — и в этот момент её накрыло. Голова закружилась, будто она резко поднялась после долгого сидения. Мир на мгновение стал вязким, движения — замедленными, а веки вдруг налились тяжестью.
— Нет… — прошептала она, стиснув зубы и заставляя себя сосредоточиться. — Это не нормально. Это не просто цветок.
Она резко повернулась к Мичиру:
— Это влияние врага.
Не давая себе ни секунды на сомнения, Харука подошла к подоконнику, схватила горшок и, чувствуя, как аромат будто сопротивляется, вынесла его на балкон. Дверь захлопнулась с глухим стуком, словно ставя точку.
Она глубоко вдохнула. Запах всё ещё витал в комнате, но уже не так давил.
— Я вызываю всех, — твёрдо сказала Харука, доставая коммуникатор. — Нам нужно собраться в командном центре. Немедленно.
Мичиру кивнула, всё ещё выглядя бледной, но в глазах её снова появилось знакомое ясное выражение.
— Ты права. Это было бы ошибкой — игнорировать такие вещи.
***
Спустя полчаса в командном центре собрались все Сейлор воины и Мамору. Атмосфера была напряжённой, но сосредоточенной — каждый чувствовал, что речь идёт о чём-то большем, чем просто странные растения.
— У меня был такой же цветок, — первой сказала Минако. — Сначала он казался милым. Даже уютным. А потом… — она поморщилась, — мне стало дурно. Как будто силы медленно утекали.
— Он действует как усыпляющее средство, — подтвердила Ами, выводя данные на экран. — Аромат вызывает расслабление, затем сонливость, а при длительном воздействии — подавление воли. По сути, это мягкий, но очень опасный яд.
— Я изучала его структуру, — добавила Мичиру. — Внутри клеток есть нечто инородное. Это не чистая магия и не чистая наука. Как будто… граница между ними стёрта. Частицы тьмы встроены в саму ткань растения.
— Значит, сомнений нет, — мрачно сказала Рей. — Это работа Апостолов Смерти. Скорее всего, цветы выращиваются в Мюген. У них там есть закрытая оранжерея. Туда не пускают обычных студентов.
Харука медленно кивнула, взгляд её стал жёстким:
— Тогда идём туда. Нужно проверить всё на месте. Если они превращают цветы в оружие — мы должны остановить это, пока не стало слишком поздно.
Усаги сжала кулаки и решительно выпрямилась:
— Если они вредят обычным людям… значит, мы не имеем права медлить.
В комнате повисла короткая тишина — та самая, что бывает перед началом новой битвы.
И все знали: следующий шаг приведёт их прямо в логово врага.
***
Ночью, в полном составе, команда пробралась на территорию ботанического сада школы Мюген. Под куполом из стекла и металла царила пугающая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом листьев. В воздухе витал тот самый притягательный аромат — сладкий, густой, почти осязаемый. Теперь он был куда сильнее, чем раньше, и казался живым, цепляющимся за дыхание.
Цветы Теллун тянулись к стеклянному потолку, их лепестки медленно раскрывались и сжимались, будто они дышали. Стебли извивались, словно чувствовали присутствие незваных гостей. Между клумбами и дорожками повсюду лежали люди без сознания — студенты, преподаватели, охранники. Их лица были спокойны, почти безмятежны, словно они просто уснули… но это спокойствие пугало сильнее всего.
— Будьте осторожны, — прошептала Ами, прикрывая нос и быстро сверяясь с показаниями на визоре. — Воздух насыщен неизвестным веществом. Оно подавляет волю и вытягивает энергию. Мы уже теряем силы.
Усаги сглотнула и огляделась:
— Они… все просто упали? Это сделал запах?
— Да, — кивнула Ами. — Если задержимся слишком долго, нас ждёт то же самое.
— Харука! — резко окликнула Мичиру. — Нужно срочно открыть пространство. Разбей окна, впусти свежий воздух!
Не теряя ни секунды, Харука и Мичиру бросились к стеклянным стенам оранжереи. Сильные удары, усиленные их мощью, разнесли стекло вдребезги. С громким треском в сад ворвался ночной ветер. Поток холодного воздуха ударил внутрь, разрывая сладковатый туман, и аромат начал понемногу рассеиваться.
— Дышите глубже! — крикнула Харука. — Пока есть шанс!
Но прежде чем кто-то успел облегчённо выдохнуть, пространство вокруг словно сжалось.
— Добро пожаловать… — прозвучал холодный, тягучий голос.
Из теней между высокими растениями вышла девушка с ярко-зелёными волосами. На ней была чёрная одежда, будто сплетённая из живых лоз и бутонов. Цветы на её наряде медленно шевелились, а в глазах светилась насмешка.
— Я — Теллу, ведьма растений, — произнесла она, раскинув руки. — А вы… — её губы искривились в улыбке, — всего лишь удобрение для моих любимцев.
— Вот значит кто за этим стоит, — процедила Рей, сжимая жезл.
— Не нравится мне её улыбка, — тихо добавила Макото, чувствуя, как под ногами шевелится почва.
Воины мгновенно поняли друг друга — и почти одновременно начали трансформацию. Вспышки света озарили сад, и сражение началось.
Атаки обрушивались одна за другой: огонь, молнии, свет, энергия кристаллов. Но стоило удару достичь цели, как растения тут же поднимались вновь. Цветы росли прямо из пола, разрывая плитку, оплетали ноги и руки воинов, вытягивали силы, лишали равновесия.
— Не работает! — вскрикнула Чибиуса, вырываясь из лоз. — Они становятся сильнее!
Даже лунная атака Сейлор Мун и новая сила Чибиусы не смогли пробить защиту Теллу. Ведьма лишь смеялась, наслаждаясь происходящим.
— Бесполезно, — усмехнулась она. — Моя сила — в природе. А природа всегда побеждает. Она вас поглотит… медленно и красиво.
Силы воинов таяли. Усаги тяжело дышала, Ами с трудом удерживалась на ногах, Харука с яростью пыталась разорвать очередные лозы.
И вдруг…
— Глас смерти.
Голос прозвучал ровно, холодно и неизбежно — словно приговор.
В следующее мгновение огромный чёрный серп энергии рассёк пространство ботанического сада. Он пронёсся сквозь растения, разрывая лозы и стебли, будто они были всего лишь тенью. Вихрь тьмы взмыл вверх, и Теллу вскрикнула — впервые, с неподдельным страхом.
— Нет… этого не может быть…!
Её тело рассыпалось пеплом, растворяясь в воздухе. Цветы Теллун мгновенно завяли, их лепестки почернели и осыпались, а туман исчез, словно его никогда и не было.
Сад погрузился в тишину.
Воины, наконец, смогли вздохнуть полной грудью.
Когда глаза начали привыкать к свету и рассеявшемуся мраку, перед ними стояли знакомые фигуры — Сейлор Уран и Сейлор Нептун. А рядом с ними — новая женщина: в тёмно-зелёной форме, с длинными волосами и аккуратным пучком на голове. Её взгляд был спокойным, строгим и бесконечно древним.
У её ног сидела маленькая кошечка — серебристо-серая, с чётким полумесяцем на лбу.
— Это… — прошептала Усаги, чувствуя, как по спине пробегает дрожь.
Женщина сделала шаг вперёд. И время будто затаило дыхание.
Продолжение следует…