Родственные души

POV Усаги.

Луна снова собрала нас в командном центре, чтобы обсудить предстоящий полёт на Луну. Я сидела чуть в стороне и ловила себя на том, что мне трудно сосредоточиться. Мне было нехорошо — тело всё ещё помнило последнюю битву, а душа будто не успела зажить после её последствий. Иногда даже дыхание давалось тяжело.

— Если решение принято, значит, нужно начинать подготовку, — спокойно сказала Луна. — Мы отправимся в ночь следующего полнолуния.

Я подняла взгляд. В её голосе не было сомнений — только уверенность и ответственность.

— Луна, ты говорила, что в эту фазу полнолуния Лунный портал открывается шире обычного, — сказала Ами, задумчиво глядя на экран своего мини-компьютера. — Это редкое явление. Именно в этот момент переход будет наиболее стабильным.

— Да, — кивнула Луна. — В другое время риск слишком велик.

— Но нам стоит быть осторожными, — вмешалась Рей, нахмурившись. — Что, если враги почувствуют всплеск энергии и активизируются именно в этот момент?

В комнате тут же поднялся гул голосов. Макото начала рассуждать о возможной защите, Минако предложила отвлекающий манёвр, Ами быстро делала пометки. Я слушала их, но слова словно проходили мимо. В голове стучала одна и та же мысль. Мамору… Харука…

— Девочки… — неожиданно для самой себя сказала я, поднимая руки. Голос прозвучал громче, чем я хотела. — Это ведь не просто миссия. Это… — я сглотнула, — это путешествие домой.

Тишина накрыла комнату.

Я тут же пожалела, что сказала это так резко. Сердце колотилось, будто я выдала что-то слишком личное. Но никто не возразил. Даже Луна, сидевшая рядом на скамье, лишь медленно кивнула, словно понимая меня лучше, чем я сама.

— Тогда решено, — твёрдо сказала Рей. — Через неделю. В ночь полнолуния. Парк подойдёт лучше всего — там меньше людей и сильный природный поток энергии.

После этого мы начали расходиться. День был ещё в самом разгаре, но разговоры уже жили ночью, будущим, тем, что ждало нас впереди.

На улице всё выглядело обманчиво спокойно. Весенний воздух был наполнен ароматом цветущей магнолии, небо — чистое, прозрачное, почти безоблачное. Я шла и даже ловила себя на улыбке, будто мир был обычным, прежним. Но внутри всё сжималось от тревоги.

Мамору был у врагов. Харука… Харука всё ещё не приходила в себя.

— Она дала мне адрес… — прошептала я, остановившись и сжав в ладони смятую бумажку с короткой надписью. — Я должна увидеть её. Просто должна.

***

Высотка на окраине Минато-ку оказалась светлой и современной. Стеклянные двери, аккуратный подъезд, тихий лифт. Пока я поднималась на шестой этаж, сердце колотилось так сильно, что, казалось, его услышат соседи.

Я пересчитала двери, нашла нужную и сжала кулаки. В животе всё неприятно сжалось.

Я постучала.

Дверь открылась почти сразу.

На пороге стояла Минако.

— М-Мина?! — Я ошеломлённо моргнула. — Что ты здесь делаешь?.. Прости, глупый вопрос…

— Эй, Усаги! — весело махнула рукой Венера. На ней была домашняя толстовка и шорты, выглядела она совсем по-домашнему. — Не пугайся. Я тут не живу. Просто… — Она понизила голос, — мы с Харукой и Мичиру давно обмениваемся адресами. С тех пор как стали воинами, часто навещаем друг друга. Особенно если кто-то болеет. Заходи.

— Мичиру… тоже здесь живёт? — тихо спросила я, переступая порог.

— Ага, — шепнула Минако, закрывая дверь. — Они снимают квартиру вместе уже давно. Ещё со школы. Типа соседи.

Почему-то в груди кольнуло. Лёгкое, глупое жжение — ревность, которая совсем не должна была появляться. Харука и Мичиру знали друг друга с детства. Делили слишком многое.

Но Харука любит меня, — напомнила я себе. Она говорила, что они просто друзья. И ничего больше…

Квартира оказалась просторной и уютной. Мягкий тёплый свет, аккуратная мебель, большие окна с видом на город. Здесь было тихо — так тихо, что я невольно понизила голос.

— Артемис! — позвала Минако.

Из кухни важно вышел белый кот и окинул меня внимательным взглядом.

— Привет, Усаги, — сказал он. — Значит, Харука всё-таки рассказала тебе, где живёт.

— Да… — Я кивнула, чувствуя, как пересыхает горло. — Я очень хочу её увидеть.

Минако обменялась коротким взглядом с Артемисом, и её улыбка стала мягче, осторожнее.

— Она в комнате, — сказала она тише. — Пойдём. Только… будь готова.

Я глубоко вдохнула. Сердце сжалось. Харука… Я здесь.

Минако и Артемис переглянулись — в их взглядах читалось молчаливое согласие. Затем они кивнули и жестом позвали меня за собой. Мы прошли по короткому коридору и остановились у полуоткрытой двери.

Я замерла.

Внутри, на кровати, лежала Харука.

Бледная — почти прозрачная, словно свет мог пройти сквозь неё. Под глазами залегли тёмные тени, губы были чуть приоткрыты. Она спала беспокойно, едва слышно бормоча что-то во сне, иногда вздрагивая, будто снова переживала бой.

Сердце болезненно сжалось.

Рядом с кроватью стояла Мичиру. Она держала руки сцепленными перед собой и смотрела в пол, будто боялась поднять взгляд.

— Привет, принцесса, — тихо сказала она, не оборачиваясь. Голос был спокойным, но в нём слышалась усталость. — Харука пришла в себя пару часов назад. Но у неё сильная лихорадка. Она говорила… странные вещи. Сейчас снова заснула.

Я медленно подошла и села на край кровати. Когда увидела лицо Харуки совсем близко, слёзы подступили сами собой. Я не ожидала… не была готова увидеть её такой хрупкой. Такой беззащитной.

Она приняла удар на себя… ради нас.

В груди вдруг разлилось тепло. Знакомое, живое. Серебряный кристалл откликнулся, мягко мерцая, будто тоже узнал её.

— Усаги, — напряжённо произнёс Артемис, подбегая ближе. — Направь силу серебряного кристалла на космический меч Урана. Её энергия почти исчерпана. Это единственный способ стабилизировать её состояние.

Я кивнула, поспешно смахнув слёзы. Мичиру и Минако отступили в сторону, давая мне пространство. В воздухе дрогнула энергия — и рядом со мной появился космический меч.

Я осторожно взяла его в руки.

Он был меньше, чем я ожидала, изящный, почти невесомый. Я знала: в бою он превращался в смертоносную шпагу, способную разить врагов в одно мгновение. Но сейчас он казался тихим… будто тоже ждал.

Я закрыла глаза и сосредоточилась.

— Пожалуйста… — прошептала я, не зная, к кому обращаюсь: к кристаллу, к мечу или к самой Харуке.

Серебряный кристалл вспыхнул мягким, живым светом. Энергия потекла по моим рукам, вливаясь в оружие. Лезвие засияло золотисто-синим светом, раздался низкий, почти успокаивающий гул.

Свет медленно окутал Харуку.

Она резко вдохнула — так, будто вынырнула из глубокой воды — и распахнула глаза. Сначала мутные, не понимающие… а затем ясные. Узнающие.

— Усаги… — едва слышно прошептала она.

— Тише. — Я тут же наклонилась к ней, касаясь её лба. — Ты ещё слишком слаба. Просто… побудь со мной.

Слёзы снова покатились по щекам, но теперь это были слёзы облегчения.

Через некоторое время Харука уже сидела, опираясь на стену. Всё ещё бледная, но живая. Настоящая. Я подала ей стакан воды и села рядом, не отпуская её взгляда.

— Я думала, что больше тебя не увижу… — прошептала я. — А потом… всё вспомнила. Всё, Харука.

Она смотрела на меня долго. В её взгляде смешались боль, облегчение и тихая, глубокая нежность.

— Я чувствовала, что ты рядом, — тихо сказала она. — Но не смела поверить.

Она слабо улыбнулась. — Ты вспомнила свою прошлую жизнь?

— Да, — кивнула я. — Я вспомнила, что была принцессой Лунного королевства. И что ты… и Мамору… мы были связаны судьбой.

Харука осторожно взяла меня за руку. Её пальцы дрожали, но были тёплыми. Она долго смотрела мне в глаза — так, будто пыталась запомнить этот момент навсегда. Потом наклонилась и мягко коснулась моих губ.

Поцелуй был тихим, почти невесомым. Полным благодарности и чувства, пережившего время.

— Моя принцесса, — прошептала она. — Я так счастлива, что ты всё вспомнила.

Я прижалась к ней, уткнувшись лбом в её плечо.

— Я больше никуда не уйду, — тихо сказала я. — Обещаю.

Никогда.

Конец POV Усаги.

***

Прошло два дня с тех пор, как Харука очнулась. Ребята решили перевести её в больницу, чтобы врачи могли следить за её состоянием. Харука сначала сопротивлялась, не желая покидать дом, но Усаги, Мичиру, Минако и Артемис смогли её уговорить. Врачи обнаружили несколько скрытых переломов, болезненных, но уже постепенно заживающих.

***

День был пасмурным. Над Токио висели тяжёлые серые тучи, и город казался погружённым в приглушённое молчание. Харука сидела у окна, закутавшись в одеяло, наблюдая за редкими прохожими и каплями дождя, стекающими по стеклу.

В дверь тихо постучали.

— Можно? — голос был мягкий, с ноткой тревоги.

Это была Макото.

— Входи, — сдержанно отозвалась Харука, едва повернув голову.

В комнату одна за другой вошли внутренние воины. Рей молчала, но её взгляд был необычайно мягким, почти ласковым. Ами держала маленькую коробочку с лекарствами и записку от Усаги, которая всё ещё пахла её духами. На прикроватном столике стояли свежие цветы, недавно принесённые Минако и Мичиру — яркие акценты в пасмурном помещении.

— Мы… — начала Макото, немного смутившись, — мы пришли извиниться.

— Мы вели себя несправедливо, — добавила Ами, глядя на Харуку прямо в глаза. — Мы испугались. За Усаги, за то, что могло случиться. Но ты всегда была рядом, и мы… мы не до конца доверяли тебе и Мичиру.

Харука слабо улыбнулась. На глазах блеснули слёзы.

— Спасибо… — тихо сказала она. — Я не держу зла. Правда.

В этот момент в дверях появилась Луна. Она не вошла, просто остановилась на пороге. Хвост кошки нервно подрагивал, а глаза сверкали холодной строгостью.

— Я всё ещё не одобряю этого, — сказала она тихо, но с жесткой решимостью. — Ты слишком импульсивна, Харука. Слишком часто ставишь Усаги в опасность. Любить — не значит действовать любой ценой, не думая о последствиях. Я не понимаю, как королева Серенити могла одобрить ваш союз в прошлой жизни.

Харука медленно встала, немного шатаясь. Она подняла взгляд и посмотрела Луне прямо в глаза.

— Я не прошу у тебя прощения, Луна. — Голос был тихим, но твёрдым. — Но знай: я никогда не предам Усаги. Ни как воин, ни как человек, который её любит.

Луна отвернулась, слегка вздохнув.

— Надеюсь, ты это докажешь. Не словами — поступками.

И, не произнеся больше ни слова, она исчезла в коридоре.

В комнате повисла тишина. Рей тихо села на край кровати рядом с Харука.

— Она всё ещё злится, — прошептала она, словно опасаясь, что произнесённое слово разрушит хрупкий мир в комнате.

— Пусть злится, — мягко ответила Харука, возвращаясь к окну. — Я не для неё стараюсь.

Она вновь опустилась на кровать, обвив одеяло вокруг себя. Сердце билось медленнее, дыхание стало ровнее. На душе было легче. Самое главное уже было сказано: слова, которые нести тяжело, но без которых нельзя жить. Остальное — дело времени.

Харука закрыла глаза и позволила себе маленькую улыбку. Впервые за долгие часы она чувствовала, что наконец может дышать свободно, рядом с теми, кто заботится о ней, и с Усаги, ради которой она готова была на всё.

***

Вот, наконец, настал день, когда все должны были отправиться на Луну. Они стояли в центральном парке, в том самом, где когда-то всё начиналось. Тёплый вечерний воздух смешивался с лёгким ароматом цветов, но в груди каждого витало напряжение — предчувствие перемен и неизвестности.

— Лунная фаза: 15. Луна прямо над нами, и в небе ни облачка. Отправляться отсюда будет лучше всего, — сказала Ами, сосредоточенно просматривая данные на своём мини-компьютере.

— Полумесяц сеет раздор и ненависть. Новая Луна приносит смерть и разрушение. А вот полнолуние… его белый свет даёт нам силы, — добавила Марс, взгляд её был суров и внимателен.

Полнолуние поднялось над городом, заливая улицы серебристым светом. Этот свет был холодным, но в нём ощущалось что-то древнее, почти священное, — как будто сама Луна ожидала их возвращения.

— Сегодня, — тихо прошептала Усаги, глядя на яркий диск в небе, — мы возвращаемся на Луну.

Даже Харука и Мичиру почувствовали особую тяжесть момента. Они давно не поднимались туда и знали: это путешествие будет иным, чем все прежние.

— Мы готовы? — спросила Рей, окидывая подруг внимательным взглядом.

— Всегда, — твёрдо ответила Макото, сжимая кулак.

— Давайте превратимся. Эта сила поможет нам перенестись, — сказала Мичиру, слегка нервно, но решительно.

— Встаньте в круг. После превращения возьмитесь за руки и создайте барьер, — добавила Луна.

Девочки так и сделали, затем начали превращаться.

— Лунная призма!

— Жезл Меркурия!

— Жезл Марса!

— Жезл Юпитера!

— Жезл Венеры!

— Сила Урана!

— Сила Нептуна!

— Перевоплоти!

Когда все преобразились, в небе над ними появился портал — вихрь, ведущий в безмолвную черноту космоса.

— Вперёд, — сказала Сейлор Уран, делая шаг в неизвестность.

Словно сквозь толщу звёзд они неслись вперёд. Холод безвоздушного пространства ощущался каждой клеткой, но их защищала магия собственных сил. Пространство искрилось, отражая отблески аур каждой из воинов, и казалось, что сама вселенная подталкивает их к цели.

— Ого… это Земля? — удивлённо прошептала Юпитер. — Даже не верится, что всего миг назад мы были там.

— Луна… она вся в кратерах. Похожа на Меркурий, — добавила Меркурий, удивлённо разглядывая поверхность.

— Нам нужно к Маре Серенитатис… Морю Ясности, — сказал Артемис.

Опустившийся на землю золотой свет рассеял туман над руинами древнего дворца. Остатки величественных колонн и мозаик угадывались среди бурелома и пыли. Воины стояли молча, ощущая священную тишину — некогда это место было сердцем Серебряного Тысячелетия.

— Как темно… и тихо… — пробормотала Венера, обвивая себя руками.

Усаги вздохнула, глядя на вымершее королевство. Её сердце сжалось от осознания того, что всё, что когда-то было живым и светлым, теперь оказалось лишь воспоминанием.

— Сколько полуразрушенных колонн… Здесь раньше был храм? — спросила Меркурий, осторожно касаясь холодного камня.

— Да. Лунный дворец, — ответила Уран, голос её был тихим, но твёрдым.

— Верно. Это остатки молельни, куда могла входить только королева. А в центре Лунного замка находилась Хрустальная башня, — пояснила Луна, её глаза блестели от воспоминаний.

Ребята пошли дальше и вскоре заметили меч, вросший в камень, словно ожидающий того, кто достоин.

— Марс, Меркурий, Юпитер — попробуйте вытащить его, — приказала Луна.

Но у девушек ничего не вышло. Меч оставался неподвижным, как будто камень впитывал их силу.

— Дайте мне попробовать, — сказала Венера, сердце её билось чаще. Она почувствовала странный зов — как будто сам меч отзывался на её дух.

Как только она коснулась клинка, тот легко вышел из камня. В воздухе вспыхнул мягкий свет, и перед воинами возникла голограмма — женщина в белых одеждах, с доброй и одновременно печальной улыбкой. Её взгляд был устремлён на всех, но, казалось, в первую очередь — на Усаги.

— Королева Серенити… — тихо прошептала Луна, склоняя голову, словно отдавая честь.

— Это легендарный священный меч, созданный для защиты Лунной принцессы, — начала Серенити, её голос был мягким, но властным. — Марс, Меркурий, Юпитер и Венера, он теперь принадлежит вам. Земляне зовут меня богиней Луны — Селеной. Я — королева Серенити. Луна, Артемис, спасибо, что привели их сюда.

Серенити устремила взгляд вдаль и улыбнулась, когда её глаза встретились с Сейлор Мун. Слёзы радости застыли на её щеках.

— Принцесса… моя дорогая Серенити… — прошептала Усаги, голос дрожал. — Ты вернулась… Я так долго ждала этого дня.

Усаги подбежала ближе, слёзы катились по её щекам.

— Королева… мама… — тихо сказала она, едва сдерживая дыхание. — Я так скучала по тебе.

— Ты стала прекрасной, доброй, сильной… Я горжусь тобой, моя дочь.

Но вдруг взгляд королевы смягчился ещё больше, когда она обратилась к стоящим в тени Уране и Нептуну:

— Дорана, Сирена… Я вижу, что вы всё ещё рядом. Уран, я знаю, что ты всегда была её защитницей и возлюбленной. Спасибо, что осталась верна ей… и самой себе.

Харука опустила голову, её голос был низким и искренним:

— Многое изменилось… но моя любовь к ней осталась неизменной. Я останусь с ней до самого конца и никогда её не предам.

Королева улыбнулась и растворилась в лёгком свечении.

— Тогда меч защитит вас. Любовь — ваша истинная сила.

Воины стояли молча, чувствуя, как эта правда медленно наполняет их сердца теплом. Любовь действительно была сильнее всего.

— Королева… — тихо спросила Марс, — как вы можете нас видеть и слышать? Как вам удалось сохранить себя так долго?

— Это изображение — симуляция, основанная на записях прошлого. Система Вечности, управляющая Лунным замком, позволила мне передать вам свою волю спустя годы после того, как меня уже не стало. Я погрузила Луну и Артемиса в анабиоз и ждала момента, когда они проснутся, найдут вас и приведут сюда, — ответила Серенити.

Лунный свет мягко заливал древние колонны дворца, отражаясь в глазах каждой воины. В памяти постепенно всплывали счастливые моменты: прогулки под серебристым светом Луны, тайные поцелуи в садах Серебряного Тысячелетия, горячие битвы, когда сердца рвались на части. Война разрушила всё, но любовь осталась — пусть лишь осколками, но живой в воспоминаниях.

— Я помню… — тихо произнесла Рей. — Жадеит всегда приносил мне звёзды. Не букеты, не украшения — звёзды. Он говорил, что я сияю ярче всех.

Мягкая поступь прервала тишину.

— Девочки… — голос Серенити звучал как мелодия, нежная и величественная одновременно. — Время пришло. Вас ждёт Земля.

Сейлор Мун обернулась к матери. Её глаза были полны боли и понимания.

— Мы вспомнили, чтобы не повторять ошибок, — тихо сказала она. — Чтобы больше никогда не терять друг друга.

Одна за другой девушки прощались со своими прошлыми жизнями. Марс задержала взгляд на небесах, словно надеясь увидеть силуэт Жадеита. Венера мечтала вновь встретить Кунцита. Мичиру смотрела в своё отражение в зеркале, надеясь увидеть Цоизита.

Харука осторожно сжала руку Усаги, и обе почувствовали тепло, которое связывало их сердца через время. Усаги закрыла глаза и позволила себе улыбнуться сквозь слёзы.

Они поднялись в небо. Серебряный свет рассеялся, оставив лишь шёпот ветра, в котором звучали слова любви, верности и надежды. И теперь они знали: что бы ни случилось, они не одни, и их любовь — сильнее всего на свете.

***

Едва они вернулись на Землю, как воздух прорезал знакомый резкий звук — коммуникаторы запищали одновременно.

Сердце Сейлор Мун болезненно сжалось. Слишком рано. Слишком быстро. Неужели снова?..

— Активация на южной окраине города, — голос Ами звучал напряжённо, но собранно. — Уровень разрушений высокий. Мы должны немедленно выдвигаться. По предварительным данным — цунами и массовая криоконверсия. Люди превращаются в глыбы льда.

— Откуда столько атак в последнее время?.. — пробормотала Рей, уже поднимая руку для трансформации. В её голосе сквозило плохое предчувствие.

Вспышки света — и команда Сейлор воинов устремилась к месту происшествия.

Они прибыли почти мгновенно.

Улица напоминала поле боя: перевёрнутые машины, искорёженный металл, витрины, разбитые вдребезги. Лёд покрывал асфальт, застывшие волны воды нависали над зданиями, словно время остановилось в момент катастрофы.

— Усаги, люди! — крикнула Ами.

Сейлор Мун не колебалась ни секунды. Она выхватила жезл, голос её дрожал, но был полон решимости:

— Силой любви и света… вернитесь к жизни!

Мягкое сияние разлилось по улице. Лёд треснул, рассыпаясь, люди падали на колени, задыхаясь, но живые. Усаги едва удержалась на ногах — слишком много энергии ушло сразу.

И тогда она почувствовала это.

Холод.

Не магию — его.

Посреди хаоса стоял он. Высокий, неподвижный, словно высеченный из льда. Белые волосы колыхались от ветра, взгляд был пустым и чужим.

Кунсайт.

— Опять ты! — выкрикнула Макото, инстинктивно вставая впереди. Рука взметнулась для атаки. — Мы не позволим тебе разрушать наш город!

Но Сейлор Венера замерла.

Мир вокруг словно потускнел. Сердце болезненно сжалось, дыхание сбилось. Этот образ был не просто лицом врага. Это было прошлое. Боль. Тепло. Любовь, которую невозможно вычеркнуть.

— Подождите… — прошептала она, едва слышно. — Не надо… пожалуйста. Не сейчас…

— Венера! — резко окликнула Рей. — Ты с нами или против нас?!

Кунсайт взглянул на них. В его глазах на мгновение мелькнуло нечто странное — тень сомнения… или воспоминания?

— Вы слишком слабы, — холодно произнёс он. — Не сегодня.

Тьма вспыхнула, сжалась — и он исчез, оставив после себя лишь ледяной ветер и клубы пыли.

Тишина накрыла улицу.

Девушки стояли, тяжело дыша. Усталость навалилась разом — не только физическая, но и эмоциональная.

— Мы не были готовы… — тихо сказала Ами, опуская глаза. — Нам нужно время. Нам нужно восстановиться.

— Я… — Венера сжала кулаки, голос дрогнул. — Нам нужно домой. Пожалуйста.

Никто не стал спорить. Все понимали: передышка нужна каждому — телу, разуму, сердцу.

Но мысль не отпускала Минако: Кунсайт вернётся. А вместе с ним — прошлое, от которого нельзя убежать.

Харука и Мичиру подошли к Венере и мягко обняли её с двух сторон.

— Я верю, что это скоро закончится, — сказала Харука тихо, но уверенно. — И что он освободится от этого.

Венера судорожно вдохнула.

— Я боюсь… — призналась она. — Я боюсь сражаться с ним.

Мичиру осторожно сжала её руку.

— Страх — не слабость. Ты не одна.

***

Тем временем в Тёмном королевстве зал из чёрного обсидиана дрожал от сгущающейся магии. Воздух был тяжёлым, пропитанным ненавистью и древним злом.

Королева Берилл стояла у алтаря. На холодном камне покоилось безжизненное тело Мамору Чиба.

— Королева Металлия… — прошептала она, воздевая руки. — Даруй мне силу пробуждения. Пробудись, мой Эндимион.

Её голос был ледяным, но в нём звучала одержимость, почти безумие.

— Забудь свою жалкую человеческую жизнь. Вспомни, кто ты есть на самом деле…

Её пальцы коснулись его лба. Алая энергия вырвалась, закружилась вихрем и проникла в его тело.

Мамору резко вдохнул.

Глаза распахнулись — зрачки вспыхнули кроваво-красным. Черты лица стали жёсткими, чужими.

— Где… я? — произнёс он глухо.

— В своём истинном доме, мой повелитель, — прошипела Берилл с торжествующей улыбкой. — Принц Эндимион. Ты был предан. Ты пал за Лунное королевство. А теперь пришло время мстить.

Она наклонилась ближе, словно вонзая слова прямо в его разум:

— Принцесса Луны и та, что зовётся принцессой Урана, уничтожили твой мир. Убей их. А затем принеси мне серебряный кристалл.

На мгновение в его глазах мелькнуло сомнение… образ, почти забытое тепло.

Но оно исчезло.

— Значит… пора им заплатить, — произнёс он, и злая усмешка исказила его лицо.

Тьма взорвалась вокруг него — и он исчез.

Его цель была ясна. Сейлор Мун. Сейлор Уран.

И этот раз станет решающим.

Продолжение следует…