12
Лето перед четвертым курсом Гарри прошло под знаком великих перемен. Магический мир ликовал: Беллатриса Лестрейндж была окончательно нейтрализована, а авторитет семьи Поттеров и их друзей достиг таких высот, что даже Министерство Магии было вынуждено прислушиваться к каждому слову Джеймса и Лили.
Именно в этой атмосфере триумфа было объявлено о возрождении Турнира Трех Волшебников - древнего состязания, которое должно было стать символом международного магического сотрудничества.
Однако для Лили и Джеймса это известие стало сигналом к предельной бдительности. Они знали: там, где собирается много сильных магов и пресса всего мира, Волан-де-Морт обязательно попытается заявить о себе.
Когда делегации Шармбатона и Дурмстранга прибыли в Хогвартс, замок преобразился. Но за внешним блеском скрывалась железная дисциплина. Сириус Блэк и Питер Петтигрю официально возглавили службу безопасности Турнира.
- Я не доверяю этому Каркарову, - ворчал Сириус, провожая взглядом директора Дурмстранга. - Бывших Пожирателей не бывает, Джеймс. Я чую запах Темной метки за милю.
В ночь, когда Кубок Огня должен был выбрать чемпионов, Лили Поттер не сводила глаз с древнего артефакта. Она, как мастер защитных чар, наложила на зал сеть «Магического эха», которая должна была фиксировать любое вмешательство в работу Кубка.
Когда Кубок выбросил четвертую записку с именем Гарри Поттера, зал погрузился в ледяную тишину. Но вместо растерянности, Гарри увидел, как его мать встала со своего места. Её рыжие волосы казались всполохами пламени в свете свечей.
- Довольно! - голос Лили прозвенел под сводами зала. - Моему сыну четырнадцать лет. Кто бы ни бросил это имя, он совершил преступление против магии крови.
(В отличие от канона, где Гарри оставили один на один с его страхами, здесь Мародеры мгновенно перешли в наступление. Дамблдор, Лили и Джеймс заперлись в кабинете директора на всю ночь.) К утру было принято решение: Гарри будет участвовать, чтобы не нарушить магический контракт, но его подготовка станет делом всей «семьи».
Тренерский штаб Мародеров
Подготовка Гарри к первому испытанию стала настоящим марафоном.
Джеймс взял на себя физическую подготовку и полеты. Они проводили часы на поле для квиддича, отрабатывая такие маневры, от которых у мадам Трюк кружилась голова.
Римус обучал Гарри сложнейшим чарам трансформации и контр-заклятиям.
Сириус учил Гарри «грязным приемам» мракоборцев - как использовать окружение, как обманывать чувства противника.
Питер занимался разведкой. Он в форме крысы пробирался в палатки организаторов, чтобы узнать детали испытаний раньше всех.
- Гарри, ты не просто чемпион, - говорил Джеймс, поправляя сыну защиту на руках. - Ты - Мародер. А Мародеры никогда не играют по правилам врага. Если тебе дают дракона, ты не просто забираешь яйцо.
Ты заставляешь дракона пожалеть, что он вылупился.
Первое испытание стало триумфом.
Гарри не просто вызвал метлу; он использовал серию иллюзорных чар, которым его научил Римус, создав пять своих копий в воздухе. Венгерская хвосторога впала в замешательство, и Гарри забрал золотое яйцо под оглушительные аплодисменты, не получив ни единой царапины.
Пока Гарри готовился к Турниру, Сириус и Питер вели свою игру. Сириус заметил, что Аластор Грюм - старый друг семьи - ведет себя странно. Он перестал пить свой любимый чай с чабрецом, который Сириус приносил ему годами.
- Питер, проследи за ним, - шепнул Сириус другу. - Мне не нравится, как он смотрит на Гарри.
Через три дня Питер, выбравшись из вентиляции кабинета ЗОТИ, сообщил: «Это не Грюм. Он пьет Оборотное зелье каждые два часа». Мародеры не стали ждать. Они устроили засаду прямо в коридоре.
Барти Крауч-младший, разоблаченный и связанный, не успел даже вскрикнуть. Это была сокрушительная победа разведки, которая лишила Волан-де-Морта его главного шпиона в замке.
Финальное испытание Турнира - лабиринт - встретило чемпионов мертвой тишиной. Лили, подозревая худшее, тайно наложила на мантию
Гарри чары «Кровного маяка».
Когда Гарри и Седрик Диггори одновременно коснулись Кубка в центре лабиринта, мир вокруг них исчез. Они оказались на заброшенном кладбище в Литтл-Хэнглтоне.
- Где мы? - прошептал Седрик, сжимая палочку.
- Это ловушка, - ответил Гарри, чувствуя, как шрам начинает гореть. - Уходи, Седрик!
Но было поздно. Из тени церкви вышел Барти Крауч-младший (который сумел бежать из-под стражи в суматохе, организованной Пожирателями в Министерстве). Он нес в руках нечто, похожее на уродливого младенца.
- Кровь врага, взятая насильно... - прохрипел Барти, полоснув Гарри ножом.
Волан-де-Морт восстал. Высокий, бледный, с красными глазами, он наслаждался моментом.
- Наконец-то, - прошипел он. - Тринадцать лет я ждал этой секунды. Смерть Гарри Поттера ознаменует начало моей новой эры!
Он созвал своих слуг. Малфой, Нотт, Гойл - они начали трансгрессировать на кладбище, преклоняя колени перед своим господином.
- Теперь, - Волан-де-Морт поднял палочку, - мы закончим это. Дуэль, Гарри Поттер! Твои родители не придут тебе на помощь. Ты умрешь в одиночестве!
- Ошибаешься, Реддл, - твердо сказал Гарри.
В ту же секунду пространство кладбища взорвалось золотистым светом. Лили Поттер, почувствовав активацию маяка, использовала древнее заклинание «Парной трансгрессии по крови». Вместе с ней на кладбище ворвались Джеймс, Сириус и Римус.
- Отойди от моего сына! - рев Джеймса Поттера перекрыл свист ветра.
На кладбище разверзся настоящий ад. Пожиратели Смерти, не ожидавшие появления Ордена Феникса в полном составе, запаниковали. Сириус и Римус сражались как боги войны. Сириус смеялся своим лающим смехом, посылая в противников такие проклятия, что Люциус Малфой позорно ретировался за надгробие.
Лили Поттер встала перед Гарри и Седриком, воздвигнув щит «Материнской воли».
Ни одно заклинание, даже летящие Авады, не могли пробить эту стену из чистой любви и магии.
Сам Волан-де-Морт сошелся в дуэли с Джеймсом. Это было столкновение двух величайших магов поколения. Джеймс двигался так быстро, что казался тенью. Он не просто защищался - он атаковал с яростью человека, которому пытались причинить боль через его ребенка.
- Ты проиграл, Том! - выкрикнул Джеймс, посылая поток магического пламени. - У тебя нет ничего, кроме страха! А у нас есть всё!
Когда заклинания Джеймса и Волан-де-Морта сплелись в золотую нить Приори Инкантатем, Гарри не остался в стороне. Он шагнул из-за щита матери и направил свою палочку в ту же точку.
- Экспеллиармус! - вложив в этот крик всю свою жизнь, всю радость Хогвартса и любовь родителей, выкрикнул Гарри.
Двойной луч света ударил в Волан-де-Морта. Тени тех, кого он когда-то пытался убить, вышли из его палочки. Но в этом мире они не были печальными призраками - они были яростными духами, которые набросились на своего убийцу.
Волан-де-Морт закричал - этот звук был полон боли и осознания поражения.
Его тело, созданное из крови врага и кости отца, начало разрушаться, не выдержав чистоты магии Поттеров. Он был вынужден снова покинуть свою оболочку, исчезая в черном вихре.
Они вернулись в Хогвартс, сжимая Кубок. Когда Гарри, Седрик и четверо Мародеров вместе с Лили появились на поле, трибуны взорвались криками. Но это были не просто крики радости - это были крики осознания того, что война вернулась, но на этот раз они готовы.
Гарри Поттер стал чемпионом. Но для него настоящей победой было то, что Седрик Диггори стоял рядом с ним, живой и невредимый, а его отец и мать крепко сжимали его ладони.
В ту ночь в кабинете Дамблдора, когда Сириус и Питер уже вовсю праздновали победу, Лили сказала:
- Мы сделали это, Альбус. Мы изменили пророчество. Мы спасли Седрика и не дали Тому укрепиться.
- Да, Лили, - Дамблдор задумчиво смотрел в окно. - Но самое главное, что Гарри узнал сегодня. Он узнал, что самая сильная магия - это не то, что написано в книгах. Это то, что стоит рядом с ним в самый темный час.
Четвертый год закончился не похоронами, а пиром. И хотя Лорд всё еще был где-то там, в тенях, мир магии больше не дрожал от страха. Ведь у этого мира была защита - Мародеры, которые никогда не предают, и Лили Поттер, чья любовь оказалась крепче самой смерти.
_______________________
Урааааааа последняя глава от лица Гарри. Мы наконец-таки переходим к Алёне. Уиииииии