Причины жить

Вечером Дазай все-таки отпустил Ацуши домой. Но на следующий день ему пришлось вернуться и вновь возиться с температурой, параллельно рассказывая Дазаю что делать и как ее сбивать, если сам будет на работе. Честно говоря, Накаджима был уверен, что Дазай все это знает. Но он так внимательно слушал, наблюдая за каждым действием Ацуши, что думать про это просто не хотелось. И так прошла неделя. У себя дома Накаджима бывал реже, чем у Осаму. Утром ходил на работу, вечером заходил к себе домой, переодевался в домашнее и шел к Дазаю. Но этот день должен был стать исключением — Осаму стало лучше, поэтому присмотр ему больше не требовался. Накаджима со спокойной душой сидел и работал, зная, что с Дазаем ничего уже не произойдет; он уже выздоровел.
— Шкет, — Куникида подошел к столу Ацуши, положил желтую папку с пятью листками внутри. — Когда Дазай уже выйдет?
Ацуши пожал плечами:
— Не знаю. Ему уже стало лучше, поэтому, думаю, завтра-послезавтра.
— Хорошие новости, — отозвался читающий газету Рампо, — без него как-то скучно. Кенджи, глянь, нет ли нигде интересные не распутанные убийств.
— Хорошо! — улыбнулся Миядзава, и проходя мимо Ацуши и Куникиды, бросил: — Но без Дазай-сана как-то спокойнее в офисе стало.
— Чтобы тут хоть немного спокойнее стало, нужно всех выкинуть к чертовой матери. — рыкнул Доппо в своей привычной манере.
Все четверо решили не бесить дальше своими речами Куникиду, и замолчав занялись своими делами. Но затишье было недолгим. Вскоре в офисе разразился восторженный выкрик Эдогавы, которому все-таки нашли занятное убийство.
— Вот везуха-то! А я думал сегодня весь день будет таким скучным! — он оглядел весь офис, останавливая свой взгляд на том же самом Кенджи. — Пойдешь со мной?
— Простите, Рампо-сан, не могу. Мне уже дали задание.
— Тогда Ацуши-кун!
« Опять…» — подумалось Накаджиме, что не спеша вставал, смерившись со своей участью. Так они и пошли вместе на задание. А если быть точнее, побежали.
После его быстрого выполнения, на обратном пути Рампо опять стал разговаривать на счет Осаму, но Накаджима как-то мялся, увиливал от ответов.
— Что-то случилось? Вы поругались?
— Нет, все в порядке. — он тяжело вздохнул. — Я все думаю над вашими словами. На счет признания. Но… боюсь…
— Чего боишься? Он тебя не укусит. — засмеялся Рампо, но посмотрев на страдальческое лицо Ацуши затих. — Кхм… Ацуши-кун. Хочешь скажу тебе, почему хочу, чтобы признался?
— Чтобы не мучал вас своим видом? — предположил тот.
— Нет. Отнюдь нет. — он запнулся, раздумывая, как лучше и понятнее донести мысль. — Я скажу. Только потом возьмёшь меня на спину! Договорились?
Ацуши сомнительно улыбнулся.
— Кажется, я об этом пожалую… Хорошо, договорились.
— Отлично! Дазаю нужно найти смысл жизни. И, думаю, ты догадался, что лучше всего найти человека, ради которого он захочет остаться в этом мире.
— Да, я об этом думал. И даже прикидывал, кто может подойти на эту роль. — Ацуши остановился посередине дороги и замолк на пару минут. — Подождите… На что вы намекаете?
— Хех… думаю, ты и сам уже догадался, Ацуши-кун.
Но, кажется, после этих слов Накаджима засомневался ещё больше. Правда, не в них и не в Рампо, а в самом себе. Неужели Рампо думает, что Ацуши — самый лучший кандидат на эту роль? И хочет ли этого Дазай? — определенно. Нет..
— Ты мне не доверяешь? — приподнимая бровь, спросил Рампо.
— Себе… — тихо себе под нос поправил Ацуши.

***

В офис оба вернулись к вечеру. Рампо, довольный собой, вальяжно прошёл к своему месту и сел, запрокинув ноги на стол и заведя руки за голову.
— С возвращением! — окликнул двоих Танидзаки, смотря на уставшего Ацуши. — Как все прошло? — спросил он двоих, а потом сказал отдельно Накаджиме, — опять заставил на спину взять?
— Великолепно! — восторженно воскликнул Эдогава. Затем резко достал телефон, набрал номер и приложив его к уху, бросил нам: — скоро вернусь. — и ушёл из офиса. Спустился вниз по лестнице и разговаривал на улице, не отходя далеко от двери. Из открытого окна можно было услышать отрывки его разговора, но никому это не было интересно.
— Нормально. — менее эмоционально кинул Ацуши, как только Рампо покинул кабинет.
— М-да, по тебе видно… В последнее время ты какой-то замученный. — констатировал факт он. Затем состроил обеспокоенное лицо, оглядывая оборотня с ног до головы. — Ты вообще как?
— Все в порядке, — на автомате отвечает Ацуши. Дверь в офис со скрипом открылась. На пороге стоял Куникида, сверкая линзами очков из-за солнца, просачивавшегося сквозь окна.
Пройдя к своему месту, включив компьютер и сев на стул, он все-таки прервал мертвую тишину, что воцарилась в ВДА:
— Танидзаки, можешь быть свободен. Больше для тебя работы нет.
— Ура! — тихо воскликнул Джуничиро, затем сказал громче. — Спасибо. До завтра.
— Давай.
— А я? — поинтересовался Ацуши, показывая пальцем на себя.
— Я не вижу отчета о задании. — раздраженно бросил Доппо. — Сделаешь — тогда посмотрим.
В ответ на Куникиду полетел недовольный взгляд желто-фиолетовых глаз. Но делать было нечего. Обреченно вздохнув, он поплелся к своему месту. В это время Рампо вернулся в офис, проходя к своему маленькому сейфу и доставая оттуда сладости.
— Ацуши-сан, хочешь я напишу отчет за тебя? Ты же, наверное, к Дазаю пойдешь.
Глаза слегка расширились от удивления, а серые брови приподнялись.
— Спасибо, Кенджи, но не нужно. Я не собир-…
— Собирался! И ещё как собирался! — перебил того Эдогава.
— Да нет же…
— А я сказал да. И, будь добр, послушай умного человека.
Накаджима снова тяжело выдохнул, будто напор Рампо давил на него, словно огромный валун.
— Ладно… — наконец сдался он.
— Отлично! — отозвался Кенджи.
Куникида был не против, что Миядзава заметил Накаджиму. Честно говоря, ему было наплевать, кто будет писать отчет. Главное чтобы он лежал у него на столе к концу рабочего дня. Собрав все свои вещи, Ацуши со спокойной душой отправился домой. До выхода из ВДА его сопровождал настойчивым взглядом пара малахитовых глаз.
Не спеша прогуливаясь до дома по городу, тигр погрузился в себя и свои мысли. Его окутала прожигающая насквозь неприязнь к себе — своим действиям, словам, чувствам, — которые он старается каждый день подавлять. Все больше и больше ему хочется обнять Дазая и наконец сказать три заветных слова. Показать весь спектр своих чувств и переживаний. Что он боится даже на несколько минут оставить Дазая одного — боится, что тот убьет себя и всю оставшуюся жизнь придется мучатся от нескончаемого потока боли. Может это и эгоистично, но он не хочет отпускать Дазая туда, где они не смогут встретиться. Лучше уж его чувства будут отвергнуты, но главное — чтобы Осаму не умер. В такие моменты понимаешь — лучше уж ничего не чувствовать, чем эту безысходность и сдавливающую грудь боль.

~ Продолжение следует ~

Надеюсь, вам понравилась глава. Следующая часть будет последней.
Так что, как всегда, 8 звёзд — прода в течение двух-трех дней.
Спасибо за прочтение 🌸
До скорого❤❤❤