Глава 15.
Меня поражает это электрическое поле высокого напряжения – осязаемое, мерцающее, – возникающее вдруг между мужчиной и женщиной, без видимых причин, просто так, всего навсего потому, что они друг другу понравились и изо всех сил стараются себя не выдать.
***
спустя несколько дней
Очередное утро могло бы стать обычным, если бы это не была моя жизнь. В уже привычной суете ученики после урока стремятся в главный холл, где Кроули должен произнести «важное объявление». Галдёж со всех сторон буквально давил на мою невыспавшуюся голову, разрывая ту на части, так что я была несказанно рада, когда Директор и другие Серафимы, включая мою мать, появились на площадке вверху лестницы и одним лишь своим видом и коротким кашлем остановили болтовню. Все наконец устремили свои взоры наверх.
— Дорогие ученики, в связи с последними событиями, мы вынуждены предпринимать меры. Как вы уже знаете, было совершено нападение на непризнанного ученика школы, Джеймса Хартера, — конечно знаем, я же его к жизни возвращала на глазах у всех. — Джеймс смог рассказать нам о том, что, по его словам, это был бессмертный, личность которого неизвестна, — по холлу прошёлся гул недовольных вздохов и высказываний. — Тишина! Это, конечно, вопиющее нарушение всех правил, а потому, мы вынуждены ввести комендантский час. После ужина все ученики обязаны находиться в своих комнатах.
Сказать, что данное объявление вызвало массу негодования — значит не сказать ничего. В большинстве своём, именно сторона демонов яро выражала своё несогласие каким-то выкриками и отрицательными возгласами.
— Тихо! — вновь угоманивал всех Кроули, — Такие меры необходимы для вашей же безопасности.
— Ну как же, — раздражённая фраза знакомого низкого голоса выделилась на фоне общих перешёптываний слишком громко.
— У тебя есть, что сказать, Люцифер? — явно недоброжелательно спросил Директор.
— Вы думаете, что это поможет? Забавно, — демон усмехнулся, тряхнув головой, — если это какой-то «злой страшный убийца», то что ему помешает пробраться в чью-то комнату?
— К твоему сведению, за последний месяц это не первое нападение или попытка убийства. И все жертвы были подвержены столь ужасным обстоятельствам именно ночью, на улице. На данный момент, мы посчитали это благоразумным решением для сохранения вашей же безопасности.
Я замечаю лишь, как демон недовольно вздыхает, закатывая глаза к самому потолку, и игнорируя всё и всех вокруг, стремительно удаляется из холла. Кроули всё замечает, но не удосуживается остановить его или даже отчитать. Сын Сатаны, что тут скажешь.
Остатки речи я уже не слушала, отвлечённо разглядывая красоту идеально выполненных колонн, пока нас не отпустили.
***
От моей незаменимой подруги за ужином я узнала, что владеют древнеангельским языком лишь некоторые преподаватели, Высшие демоны, и, конечно же, Принц Тьмы. Здорово. К учителям подойти будет неразумно, раз уж я исследую неизвестные даже мне самой вещи, скрывая свои догадки, к Высшим меня никто даже близко не подпустит, остаётся только «дружелюбный» Дьявол. Я в жопе. Последний кусок салата я проглотила с протяжным отчаянным стоном, осознавая всю свою ношу, и примерно представляя себе, как дьяволёнок откажется мне помогать со своей привычной, надменной ухмылкой.
А тем временем, дурацкий комендантский час уже действовал, и нам было положено направиться прямиком в свои комнаты. Лишь на выходе из столовой я почувствовала, как сильное мужское плечо задело моё хрупкое и обернулась посмотреть на этого клоуна. Ах, да, Его Величество!
— Зайди ко мне сегодня, — я смотрела в упор на демона, но он совсем не шевелил губами.
«Чё за херня? Я схожу с ума?»
— Да не пались ты так, Непризнанная, — по его многозначительному взгляду было понятно, что демон недоволен, — объясняю: я передаю тебе свои мысли и читаю твои.
«Охренеть! Ну, конечно, то, что мы стоим посреди идущей толпы прямо у выхода и молча пялимся друг на друга — совсем не палевно. Зачем мне к тебе идти?»
— Если бы ты не тянула время глупыми фразами, этого бы не было заметно, — демон вздыхает так, как если бы я провалила безумно важное задание, — зайди, нужно поговорить.
«У нас вообще-то комендантский час ввели, умник ты наш.»
— Пройдёшь аккуратно, эти придурки же ещё не додумались поставить охрану. Всё, иди, — как в подтверждение своих слов, и явно не желая больше разъяснять мне что-либо по кусочкам, демон проходит мимо меня, направляясь в свои покои.
***
Взяв обещание с Мими, что, в случае чего, она сможет меня прикрыть, я буквально на цыпочках вывалилась из своей комнаты, теперь уже, оглядываясь по сторонам каждую секунду, в испуганном ожидании услышать любой шорох и быть пойманной с поличным.
Благополучно дойдя до места назначения, я тихо стучусь, но, скорее от волнения, открываю дверь быстрее, чем до меня доходит ответ. Так же быстро закрываю деревянную опору своей же спиной и поворачиваю замок, лучезарно улыбаясь демону, сидящему, по обыкновению, за письменным столом.
— Ты как будто смерть свою увидела, Непризнанная, — язвительно прыскает демон, оглядывая меня сверху вниз своим пронзительным взглядом алых огоньков.
— Вообще-то, это я рисковала быть замеченной, — так же язвительно отвечаю на его высказывание. — И почему это я, в очередной раз, иду у тебя на поводу?
— Смею предположить, всё лишь потому, что я неотразим и ты не можешь устоять передо мной.
— Самовлюбленный... — не могу подобрать слова, чтобы описать этого парня, — ...Дьявол. Так что ты хотел? И к чему такая скрытность с передачей мыслей?
— Какая нетерпеливая, мне даже нравится, — на его очередной выкид я лишь закатываю глаза и прохожу дальше по комнате, усаживаясь в кресло рядом со столом. — Я нашёл кое-какую занимательную информацию. Информацию, которую пока лучше сохранить в секрете ради твоей же безопасности.
— Ну-у-у? Чего ты тянешь-то?
— Нравится смотреть, как ты бесишься. Выглядишь, точно гномик, — брюнет разливает свой бархатный низкий смех по всей комнате. — Ладно. Тот факт, что у тебя проявляются способности рано для Непризнанной, и ещё куча моментов, которые не подходят твоему статусу, лишь уплотняют мои предположения, что ты — не так проста, как кажешься.
— Люцифер, это всё уже известно. Что-то новое у тебя есть? — я произнесла эти слова с неожиданным, даже для себя, напором. Настолько я любопытна и прямолинейна, что не умею сдерживаться.
— Да не суетись ты так, Уокер, — устало выдыхает парень, — есть одно «Но». Низший ангел или, в твоём случае скорее демон, которым становится после Просвещения Непризнанный, не имеет нескольких даров. Один, да и то, пока слабый. У тебя же, напомню, уже имеются влияние на сознание и исцеление, к этому неизвестная сила, способная победить соперника на несколько рангов выше. Да и, наверное, сам Шепфа не знает, скрывается ли в тебе что-то ещё.
— К чему ты клонишь, Денница?
— Наличием нескольких сильных даров отличаются лишь Высшие Демоны или Ангелы.
— Но я же Непризнанная, в любом случае.
— Уокер, иногда ты тупишь, — парень устало потирает прикрытые глаза, прежде чем продолжить, — я не утверждаю, но вполне смею предположить, что после Просвещения ты станешь не низшим демоном, а кем-то выше.
— С чего ты так уверен, что я стану именно демоном? — почему-то его частые упоминания об этом напоминают мне разговор с мамой, отчего я медленно, но верно начинаю злиться.
— Очевидно, Уокер, — парень указывает пальцем за мою спину, — у тебя рога на тёмно-синих крыльях. Да и поверь, какой бы милой ни была твоя мордашка, характер у тебя точно демонический.
— Милая мордашка? Ты серьёзно?
Парень ничего не отвечает, лишь ухмыляясь каким-то своим мыслям, он, не прикладывая особых усилий, двигает кресло вместе со мной, наклоняется ближе ко мне, резко меняя взгляд с усталого, вечно недовольного необходимостью разъяснять для него столь простые вещи, на хищные, пляшущие в его тёмных зрачках огоньки, параллельно прикусывая нижнюю губу, тем самым оголяя белые клычки.
— Милая и сексуальная, особенно, когда ты злишься, Уокер, — от его низкого шёпота и жаркого дыхания у меня резко перехватывает дух.
Демон, абсолютно не церемонясь, но всё же медленно, примыкает к моим губам, вначале лишь касаясь их своими, и не получив от меня отпора, он углубляет поцелуй, завладевая ими всецело и полностью. Резкое, столь тянущее желание близости внизу живота отражается участившимся дыханием у нас обоих, лишь увеличиваясь, когда брюнет притягивает меня ещё ближе за шею, а затем и вовсе лёгким движением рук усаживает на свои колени. Его сильные ладони располагаются на моей тонкой талии, временами сжимая её от возбуждения до приятной боли, отрываясь от жаркого поцелуя лишь на долю секунды, дабы вдохнуть каплю нехватающего воздуха.
Всего несколько минут назад я чуть не вспыхнула от ярости на его очередное высказывание, но сейчас, совсем позабыв об этом, я нетерпеливо хватаюсь за чёрную, приятную ткань его рубашки, желая поскорее избавить демона от ненужного предмета одежды, чувствительным местом ощущая его взаимное желание в виде твёрдого бугра, который я задела уже ни раз, ёрзая на коленках парня.
Томно, яростно, словно хищник, готовый броситься на жертву, он рычит мне в губы, прежде чем схватить за талию и на руках поднести к огромной бардовой постели. С непривычной Дьяволу нежностью он укладывает меня на прохладные шёлковые простыни, нависая надо мной, и вновь закусывая губу, рассматривает меня горящим взглядом со своей доминантной позиции.
— Такая нетерпеливая, — шепчет брюнет, когда я стараюсь расстегнуть дурацкие пуговицы его рубашки, а его голос отдаётся новой волной желания во мне.
Парень, наконец, стягивает чёрную ткань, оголяя украшенные многочисленными татуировками шею и грудь, и так же быстро справляется с моей одеждой, оставляя меня в одних лишь тёмных кружевных трусиках. Касаясь горячими пальцами причинного места, он заставляет меня подавить тихий стон, но ощутив заметную влагу, он не церемониться и стягивает с меня кружева. Избавившись и от остатков своей нижней одежды, парень наклоняется ко мне и прожигает многозначительным, выжидающим взглядом, будто спрашивая согласия на дальнейшие действия. Вместо ответа я лишь притягиваю его за шею ближе к себе, впиваясь в желанные горячие губы Дьявола, он же, в свою очередь, входит в меня столь резко и глубоко, что я громко простанываю от его внушительного размера и характера движений.
В агонии страсти, где от накалённой до предела комнаты и жара, исходящего от тела Люцифера, непрошенные капельки пота обрамляют все линии, а рычание демона добавляет дров в этот ни капли не тлеющий костёр между нами, я извиваюсь от удовольствия, от его резких толчков, отзывающихся приятными импульсами внизу живота. Крепко сжимаю гладкую кожу демона на спине, беспрепятственно царапая её коготками, от чего его и так томное дыхание становится ещё громче. Стараясь изо всех сил сдерживать порывы своих вскриков, которые могут быть услышаны кем угодно, я сгораю от предвкушения, но демону моя затея не слишком нравится. Своим взглядом, нетерпящим возражений, и хриплым голосом, он ясно даёт понять, что ему нужно.
— Громче.. Я хочу слышать тебя, куколка.
Эта фраза вызывает во мне бурю эмоций, заставляя всё тело раствориться в дрожи, не унимающейся после яркого оргазма, хотя бы потому что Дьявол ни на секунду не остановился и не сбавил темп своих движений, и лишь спустя ещё несколько мгновений, показавшихся мне блаженной вечностью, я слышу характерный рык и ощущаю приятную тёплую жидкость на своём животе. Брюнет падает на кровать рядом со мной и мы оба, не в силах унять разбушевавшееся дыхание, утопаем в эйфории.
***
Проснувшись, я жмурю глаза от лучей солнца, попадающих на моё лицо. Кровать рядом со мной пустует, но виновника тому я нахожу достаточно быстро, когда, ещё сонно, оглядываю всю комнату и вижу его возле шкафа.
— Выспалась? — спокойный голос доносится до меня, когда я поудобнее натягиваю простынь.
Да, вчера я осталась здесь. Снова. Высший Демон сам загрёб меня под своё тёмное крыло, не позволяя уйти, и вскоре, молча, видимо из-за усталости, уснул.
— Нет, — бурчу я, разглядывая его оголённую спину.
— Непривычно просыпаться в постели с кем-то, учитывая, что происходило это всего дважды, и оба раза — с тобой, — размышляет вслух брюнет, натягивая на себя привычную чёрную рубашку, одну из десятков в его коллекции.
— Жалеешь?
— А ты?
— Если ты снова будешь вести себя, как заносчивый мальчишка, и делать вид, что ничего не...
— Обещать ничего не могу, Вики, — перебивает меня его будничный голос, — я — Дьявол, ты же знаешь.
Мой недовольный вздох вышел уж слишком громким, но чего я от него ожидала?
Я, наконец, в тишине, вылезла из постели и натянула на себя одежду, валяющуюся по полу. Желая прекратить неловкое молчание, и вспомнив о листке бумаге, я подала голос.
— Ты ведь знаешь древнеангельский? — мой вопрос заставил парня зацепиться со мной взглядами.
— Конечно.
— Сможешь перевести? — протягиваю ему бумажку, вырванную из древней книги, и на удивление, не пострадавшую во вчерашнем торопливом процессе скидывания одежды. Демон долго её рассматривает, явно о чём-то задумываясь.
— Где ты её взяла?
— В одной из книг в библиотеке.
— Не советую больше вырывать листы из реликвий, — его холодный, серьёзный тон проходится по комнате, но он тут же меняет его на чуть более мягкий. — Оставь на столе.
— Кто изображён на ней?
— Не забивай пока этим свою голову, Уокер. Я изучу клочок бумажки и расскажу твоему пытливому носику всё в подробностях.
— М.. Ладно, — нахмурившись, сводя бровки у переносицы, я кладу лист на стол и намереваюсь покинуть покои будущего Короля Ада.
— Каково это — иметь власть над сыном Сатаны? — будто стараясь задержать меня от неизбежного ухода, он бросает эту фразу так резко и загадочно, что моё любопытство останавливает меня всего в нескольких сантиметрах от двери.
— О чём ты?
Демон молчит, но одаряет меня своей идеальной, хитрой ухмылкой и блеском в глазах. Поняв, что это очередной вопрос, который он оставит без ответа, заставляя меня думать над его словами ещё несколько часов, я всё же нахожу в себе силы и выхожу в коридор, полная смятенных чувств.