3 Глава: Ледяной лотос
После ужина было тихо. Гул голосов в общем зале стих, и Со Ён, под предлогом умыться, отправилась в туалет, стиснув в кармане тонкий лезвие. Его вес был почти незаметен, но сама мысль о нем — тяжела, как бетон. Она смотрела на своё отражение в тусклом зеркале. Губы без макияжа, кожа бледная, глаза потухшие. Раньше на них были вспышки, камеры, обложки... Теперь — только серые стены и усталость.
Она достала нож из кармана.
“Просто… немного усилия. Никаких слёз. Никакой боли. Я исчезну, и они забудут… а может, они уже забыли„
Пальцы дрожали. Не от страха, а от напряжения внутри. Сердце било медленно, но противно громко. И всё же — что-то не давало. Может, гордость. Может, остатки надежды. А может, банальное: "А вдруг кто-то всё ещё помнит?"
Она закрыла нож, спрятала его обратно.
— Чёрт, — прошептала она, глядя в зеркало, — ты всё ещё боишься.
Когда вернулась в общую комнату к своей кровати, взгляд метался — как инстинкт, как страх быть замеченной или, наоборот, не замеченной. И вдруг… глаза остановились. В толпе — знакомый силуэт. Знакомое лицо. Не лицо из кошмаров, а из воспоминаний.
Намгю.
Он тоже заметил её и замер, потом медленно подошёл.
— Со Ён?.. — его голос был мягким, чуть хриплым.
Она замерла. Слова не сразу нашли дорогу из её горла.
— Намгю?.. Ты... ты что тут делаешь?
— Играю, как и ты, — попытался улыбнуться, — но сейчас мне кажется, будто я снова в школе.
Со Ён усмехнулась — сухо, едва заметно.
— Мы тогда были другими.
— Ты была… настоящей, — он сел рядом на её койку, осторожно, не навязчиво, — мне казалось, ты всегда улетала куда-то, но я… всегда ждал. Хотел писать, но думал — ты слишком занята.
— Я… — она сглотнула, — потеряла всё. Модельную карьеру, репутацию… себя.
Он смотрел на неё серьёзно, искренне.
— А я нашёл тебя. Здесь. И не верю всему, что пишут. Внутри ты — та же Со Ён. Только без глянца.
Она почувствовала, как за щёкой щёлкнула эмоция. Нечто болезненное и тёплое одновременно.
— Ты слишком добрый для этого места, Намгю.
— Тогда давай не отпустим друг друга. Хватит терять.
Они обнялись. Эти объятия нужны были Со Ён. Она почувствовала, что кто-то не отвернулся от нее. Он ушёл, а она осталась сидеть, не в силах лечь. Мысли снова атаковали.
"А если завтра он исчезнет? А если это ложь? А если я всё равно одна?"
__________________________________
Танос подошёл к её койке неуверенно, будто чувствовал, что каждое неверное слово может заставить её замкнуться. Со Ён лежала, уставившись в потолок, её пальцы сжимали край одеяла. Он присел рядом, оставив между ними достаточно пространства, чтобы она могла отстраниться — но не захотела.
— Ты выглядишь… не как обычно, — начал он тихо.
— Здесь сложно быть “обычной”, — ответила она, не отводя взгляд от трещины на потолке.
Он промолчал, потом добавил:
— Я не сразу понял, что это ты. Раньше ты была везде — реклама, интервью, глянец… казалась неприкасаемой.
— Это было раньше. И ненастоящее.
— Ты не была ненастоящей. Просто тебе приходилось притворяться, — он взглянул на неё, — я знаю, каково это.
Со Ён повернулась к нему, приподнявшись на локте:
— А ты кем притворяешься?
— Тем, кто не боится. Тем, кому всё равно. Но… мне страшно. И мне не всё равно. Особенно сейчас.
Она молча смотрела на него, пытаясь уловить, лжёт ли он. Но в его голосе не было фальши.
— Тебе можно доверять? — спросила она внезапно.
— Не знаю. Попробуй. Но я рядом. И если захочешь говорить — я буду слушать.
— А если не захочу?
— Тогда просто помолчим. Иногда это тоже помогает.
Он вытянул руку, не для прикосновения — просто жест понимания, границы, честности. Она не взяла её, но и не отвернулась.
— Я думала, меня никто не вспомнит, — прошептала она, — они называли меня “ледяной лотос”, как будто я была красивой, но холодной. Я просто боялась. Всегда.
— Страх — это не слабость, — тихо сказал Танос, — это память тела. Оно говорит: ты выжила, значит, умеешь бояться правильно.
Эти слова — странные, не пафосные, но точные — задели её.
Она кивнула. Медленно. И впервые за долгое время — с внутренним согласием.
— Спасибо, — прошептала она.
— Не за что, — ответил он и встал, — может, завтра всё будет хуже. А может — чуть лучше. Если ты рядом, я бы предпочёл второй вариант.
Он ушёл, оставив её наедине с собой. Но теперь — не в полной тишине.
А она легла, укуталась в тонкое одеяло и подумала: "Может, мне повезло. Может, Танос… это тот, кому можно попробовать доверять. А Намгю — тот, кто помнит меня до всего. И если я не сломалась сегодня — значит, не всё потеряно."