46 глава
— Гарри, родители на подходе! — кричу я из гостиной.
Гарри сейчас на кухне готовит индейку. Джемма и Лиам ему помогают, а я отвечаю за стол и за гостей. Не знаю, как вам, но меня вполне устраивает такая позиция.
Улыбка, наверное, с самого утра не сходит с моего лица. А всё потому, что мои родители приедут. Да, они согласились приехать к нам в Бредфорд на Рождество, и это не может не радовать меня. К тому же, они взяли с собой Кимберли.
— Да, моя мама тоже звонила, они собираются! — отвечает Гарри, и я слышу, как что-то шумно падает.
Да, Гарри - это не Гарри, если он не уронит или не разобьет что-то.
Внезапно кто-то звонит в дверь, и я тут же вскакиваю с дивана, на котором прежде сидела.
— Джессика, привет! — тут же выкрикивает Луи, как только я открываю ему дверь.
Он крепко обнимает меня и проходит в дом.
— Привет, Луи.. а где Стив? — спрашиваю я, вопросительно посмотрев на парня. Тот уже принялся снимать кроссовки.
— Он паркует автомобиль, — беззаботно отвечает Луи, — купил себе новенький Porsche, теперь носится с ним, как курица с яйцом.
Брюнет усмехается, снимает с себя куртку и протягивает её мне, чтобы я её повесила.
— А где остальные? — спрашивает он и оглядывается по сторонам, в надежде кого-то найти.
— О, они на кухне, — быстро отвечаю я и нервно улыбаюсь, — вместе с Гарри, готовят праздничный ужин.
После упоминания имени Гарри Луи начинает почему-то смеяться, на что я лишь хмурюсь. Парень подходит ко мне ближе и нагибается, чтобы что-то прошептать.
— Что, взяла его уже за яйца? — усмехается он, и я непроизвольно улыбаюсь, — правильно, правильно, давно надо было его припохать.
Луи прокашливается и отстраняется, делая вид, что только что ничего не было. Он чешет затылок и смотрит на себя в зеркало, висящее на стене.
— А то выпендриваться начал. А ты правильно его, правильно.
Томлинсон снова усмехается, и я не успеваю возразить, как кто-то снова стучит в дверь.
— Привет, Джессика, — тут же здоровается Стив. Он также обнимает меня и встает рядом с Луи, чтобы разуться.
— Припарковался? — спрашиваю я, и Стив поднимает удивленный взгляд на меня, — не волнуйся, с твоей машиной ничего не случится.
Луи начинает тихо хихикать себе под нос, а Стив пихает его в бок, что-то недовольно буркнув.
— Твою мать, Луи, — бурчит он, — когда ты уже перестанешь ревновать?
Теперь и я взрываюсь от смеха, эти два парня просто убивают меня.
— Кто ревнует? Я ревную? Да я не ревную! — возмущенно вскрикивает Луи, и я даже прикрываю рот.
— Конечно. А кто говорил: «ты постоянно со своей машиной, мы стали реже гулять»?
— Я не говорил такого.
Луи складывает руки на груди и недовольно смотрит на Стива.
— Да, но ты думал об этом, — парень тыкает пальцем в грудь брюнета и начинает хихикать.
— Ничего я не думал об этом! — возмущается Луи.
— Думал, — уперто продолжает Стив. Мне даже страшно вступать в этот маленький конфликт. Кажется, они уже забыли, что пришли ко мне домой.
— Нет, не думал.
— Да, думал.
— Нет.
— Да.
— Нет.
— Да.
Им когда-нибудь надоест спорить?
— Да не думал я! Чего пристал? — вскрикивает Луи и возмущенно вскидывает руками.
Тогда я решаю вмешаться, иначе это не закончится никогда.
— Так, вы оба, марш на кухню помогать остальным, — строгим голосом указываю я.
Парни одновременно наклоняют головы и послушно движутся в сторону кухни, словно провинившиеся дети.
— Ох, да черт тебя подери, — выругивается Луи, когда врезается в дверь. Но он не подает виду и просто уходит вслед за смеящимся над ним Стивом.
Я смеюсь, но мне приходится унять смех, так как в дверь снова звонят.
— Джессика, милая, — тут же охает мама, она тут же зажимает меня в своих объятиях, будто бы мы не виделись лет десять.
Но я, конечно же, не против этого.
— Привет, дорогая, — здоровается со мной папа.
Он заходит следом за мамой и также затягивает меня в свои крепкие медвежьи объятия. Всегда любила его объятия.
— Кимберли, — улыбаюсь я и нагибаюсь к девочке, чтобы обнять её. Я поднимаю сестру и распрямляюсь в спине.
Мы серьезно ведем себя так, будто бы мы не виделись десять лет.
Но это еще не всё.
Вслед за мамой, папой и Ким заходят Стайлсы. Сначала Энн, и она тут же захватывает меня в объятия. Я, честно говоря, уже наобнималась на месяц вперед. За Энн заходит Робин, и как вы думаете, что он делает? Правильно, тоже обнимает меня.
— Эм, ужин почти готов. Проходите в гостиную и.. пока общайтесь.
Я буквально выбегаю из коридора и мчусь по направлению к кухне.
— Всё, теперь все в сборе, — первое, что говорю я, когда забегаю на кухню.
Все взгляды вмиг переводятся на меня, но потом куда-то правее меня. Я поворачиваю голову, чтобы убедиться, что Кимберли стоит рядом со мной и с улыбкой на лице машет всем присутствующим рукой.
— О, невестка Луи! — весело вскрикивает Стив, — он сейчас придет. Он пошел.. ну, не важно.
И как раз в этот момент на кухню заходит Томлинсон. Его лицо хмурое и недовольное, но как только он видит Кимберли, на его лице тут же расцветает улыбка.
— Принцесса!
Луи буквально подбегает к девочке и садится на корточки, чтобы они были на одном уровне. И первое, что он делает - это обнимает Ким. Это мило. Это действительно мило.
Но сейчас мне надо думать о другом. А именно об ужине, за который я отвечаю головой.
— Гарри, уже всё готово? — спрашиваю я и нервно оттягиваю подол своего платья.
Парень подходит ко мне и наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы. Вот так, ни с того ни с сего. Но я бы не сказала, что я возражаю.
— Всё готово, прекрати нервничать, — успокаивающим тоном произносит он, когда отрывается от моих губ.
— Как мне не нервничать, если...
Но Гарри прерывает меня, не дав закончить предложение.
— Если что? Всё идет хорошо, ужин готов, гости собрались.
Не знаю, почему Гарри решил успокоить меня таким образом, но я определенно не жалуюсь.
— Ладно, давайте разносить еду, — вздыхаю я и натягиваю на губы улыбку.
Серьезно, я слишком сильно нервничаю перед предстоящим ужином, чтобы улыбаться натурально.
Все понимают с первого раза, поэтому сразу хватают по тарелке с блюдом и относят их в гостиную. Вскоре, спустя всего пару минут, стол уже накрыт.
Я сажусь на стул между мамой и Гарри. Парень тут же сжимает мою руку, вероятно, чтобы я не волновалась, и я благодарна ему за то, что он поддерживает меня сейчас, хотя это вовсе не обязательно.
— Итак, предлагаю поднять бокал за то, что мы, прежде всего, собрались здесь, — тут же вскакивает со своего места мой папа.
Мы все дружно улыбаемся и чокаемся бокалами, прежде чем сделать глоток напитка.
Далее все принимаются за употребление приготовленной нами пищи, и только я одна ничего себе не кладу. Не знаю, я слишком волнуюсь и переживаю за то, что что-то может пойти не так, и ужин будет испорчен.
И, видимо, Гарри замечает это, поэтому тут же накладывает мне какой-то салат.
— Я сказал, прекрати переживать,
— шепчет он мне на ухо и делает еще один глоток вина, — посмотри, моя мама нашла общий язык с твоей мамой, а мой папа с твоим папой.
— Гарри, ты же знаешь, что они были знакомы прежде, — замечаю я, — конечно, они нашли общий язык. Они были соседями около шестнадцати лет.
На мои замечания Гарри лишь хихикает и принимается есть кусок индейки, которую он сам же и приготовил. Я тоже принимаюсь за поедание салата, который мне наложил брюнет. Признаться честно, я ни чуть не голодная, но было бы странно, если бы я просто сидела и периодически пила вино.
Проходит около пяти минут, все общаются, в том числе и мы с Гарри. Внезапно Луи поднимается со своего места, он высоко держит бокал с вином, а значит, он собирается произнести тост.
— Я хочу поднять этот бокал за наши молодые пары, — торжественно произносит он, и глаза Гарри, в прочем, как и мои, расширяются, — в прочем, и не за молодые тоже, — уже гораздо тише добавляет он и прокашливается.
— Луи, о чем ты говоришь? Какие молодые пары? — спрашивает мама.
Видимо, они уже успели познакомиться с Луи. Ну или мама знала друзей Лиама, ведь мой брат с Луи дружат давно, соответственно, моя мама должна была быть в курсе.
— Ну как же, Мисс Палмер, — отвечает он, взглянув на нас с Гарри, — Джессика и Гарри, Джемма и Лиам.
Мама округляет глаза, а это значит, что она шокирована. Я оглядываю всех родителей, и они в точно таком же состоянии, что и моя мама.
Тогда я перевожу взгляд на Лиама и Джемму. Они что-то обсуждают с такими же широко выпученными глазами.
— Погодите, вы не знали? — опомнившись, произносит Луи. Он еще раз прокашливается, прежде чем сесть на свое место.
— Упс, — тихо шепчет Гарри, так что слышу это только я.
— И как долго вы собирались от нас это скрывать? — спрашивает Энн, выжидающе смотря то на нас с Гарри, то на Джемму с Лиамом. Кстати, теперь я стопроцентно уверена, что эти двое вместе.
— Да мы и не скрывали, в общем то, — пожав плечами, тихо произносит Гарри, — просто не было времени сказать, вот и все.
— Вы против? — спрашивает Джемма.
Похоже, я единственная, кто до сих пор ничего не сказала. Ну как и Кимберли.
— Это, конечно, слишком неожиданно для нас, — решается ответить Энн, она чему-то улыбается и смотрит на своего мужа, — но нет, мы с Робином не против.
— Мама? Папа? — обращается Джемма к родителям. Она, как и я, выжидающе смотрит на них.
— Лично я не вижу в этом ничего плохого, да, Кайли? — папа переводит взгляд на маму и широко улыбается.
— Думаю, в этом действительно нет ничего такого, Джефф, — также широко улыбаясь, отвечает мама, и у меня будто бы груз падает с плеч.
И не только от того, что родители не против наших отношений.
— Мам, пап, вы помирились? — спрашиваю я, и мое сердце пропускает удар.
Для меня очень важно, чтобы они сохраняли общение.
— Да, теперь мы друзья, — весело отвечает папа и тыкает маму в плечо, на что та заливисто смеется.
И я по-настоящему счастлива, ведь и мама и папа улыбаются и выглядят абсолютно счастливыми.
— Мы ведь так и не выпили, — вспоминает Робин, и все начинают тихо хихикать, — Луи, а ну-ка повтори тост.
Луи снова встает со своего места и повторяет всё то, что он сказал прежде. Все чокаются бокалами, после чего опустошая их, и я больше не чувствую напряженной обстановки. И, что немаловажно, я больше не волнуюсь, что что-то может пойти не так.
— Могу я украсть тебя на разговор? — внезапно шепчет мне на ухо Гарри, благодаря чему мурашки приятно распространяются по моему телу.
— Да, конечно.
Я улыбаюсь ему. Мы встаем из-за стола, и, кажется, никто даже не замечает того, что мы вышли. Все бурно что-то обсуждают, и до нас им нет никакого дела.
Гарри ведет меня за руку на улицу, но не забывает при этом надеть на меня куртку и шапку. И в этот раз я не сопротивляюсь, но заставляю Гарри надеть пальто.
Мы выходим из дома и зачем-то идем за задний двор. Я вижу место, украшенное светящейся гирляндой и тут же направляюсь к нему. Это лавочка, просто кто-то положил сверху гирлянду. Сейчас идет снег, поэтому на свету я вижу тысячу снежинок, падающих вниз на землю.
— Итак, зачем мы здесь? — спрашиваю я, как только мы садимся на эту самую лавочку. Гарри улыбается и снимает у меня с щеки, очевидно, снежинку.
— Во-первых, у меня для тебя хорошая новость.
Он специально медлит, чтобы помучать меня.
— И? Что за новость?
— Я ездил к Томасу в больницу сегодня утром, когда ты спала, — говорит Гарри, и улыбка слетает с лица при упоминании его имени.
— Ты уверен, что это хорошая новость? — уточняю я, от чего улыбка на лице Гарри становится еще шире. И пока что я не понимаю почему.
— Подожди, дослушай до конца, — говорит он, — я ездил к Томасу сегодня утром, и мы поговорили.
И Гарри замолкает. Ненавижу, когда он просто прерывает предложение посередине, ничего не объяснив, да еще при этом и глупо улыбается.
— Поговорили о чем? — спрашиваю я, и меня начинает порядком раздражать тот факт, что Гарри медлит.
— Теперь Томас отстанет от нас, — объясняет Гарри, и мои глаза слегка расширяются.
— То есть, как отстанет? — спрашиваю я, положив свои руки на колени Гарри. Теперь наши лица ближе друг к другу, и я могу наблюдать его глубокие ямочки.
— Как там говорят? Зарыли топор войны, верно? — произносит Гарри,
— В общем, теперь он не знает нас, мы не знаем его, и все счастливы, и все хорошо.
Парень начинает хихикать, видя мое выражение лица. Я бы тоже, наверное, начала смеяться, если бы видела его сейчас.
— Хорошо, а вторая новость? — спрашиваю я, и Гарри начинает смеяться еще громче, будто бы я только что пошутила.
— Ты не рада новости про Томаса? — спрашивает Гарри, когда ему, наконец, удается хоть немного унять смех.
— Про Томаса? Про какого такого Томаса? — я хмурюсь и оглядываюсь, делая вид, что кого-то ищу, — не знаю я ни про какого Томаса.
Гарри сказал, что Томас не знает нас, мы не знаем его, верно? Парень, кажется, понимает к чему я веду и просто меняет тему.
— Хорошо, а вторая новость заключается в том, что я люблю тебя.
Сердце замирает на секунду, я всё еще не могу привыкнуть к тому, что кто-то признается мне в любви. Но я не подаю вида.
— Это не новость, Гарри, — хихикаю я, и брюнет шуточно толкает меня в бок.
— Хей, могла бы просто сказать, что тоже меня любишь, — обиженно произносит он, и я вынуждена прикрыть рот, чтобы не смеяться громко.
Вместо ответа я быстро нахожу губы Гарри. Он явно не ожидал этого от меня, так что он отвечает не сразу. Но его руки уже находятся на моей талии. Но я сейчас думаю совсем не о его руках, и где они сейчас располагаются. Я думаю о его губах и только о них. Эти мягкие, полные и нежные с привкусом мяты губы, которые с любовью целуют мои - это всё, о чем я могу думать в данный момент.
Я люблю его. Я действительно люблю его. Не то, чтобы я поняла это только сейчас. Нет. Я поняла это уже давно.
Черт, я серьезно не могу адекватно мыслить в данный момент. Он и его губы - это все мысли, находящиеся в моей голове. И я не могу объяснить, но я просто забываюсь, когда его мягкие, полные губы касаются моих. И я просто не могу здраво мыслить.
Мы отрываемся друг от друга. Гарри прижимается своим лбом к моему лбу, мы тяжело дышим, наши глаза направлены друг на друга. Боже, какие красивые его глаза. И не только глаза. Знаю, я много раз уже это говорила, но я не могу перестать повторять, что это не законно — быть настолько красивым, как Гарри.
— Я люблю тебя, Джессика, — тихо, почти шепотом произносит Гарри, и я буквально задыхаюсь от его слов.
Но всё же нахожу в себе силы ответить.
— Я люблю тебя, Гарри.