7 глава
Сегодня. Я выхожу на работу сегодня, как я и обещала вчера Томасу. Я, конечно, ещё болею, но точно не хочу, чтобы меня уволили. Ну уж нет. Это работа слишком важна для меня, и в большей части из-за Гарри. Мы проработали вместе почти неделю, но я всё ещё не поговорила с ним. Либо я слишком стеснительная, либо слишком глупая. Тут одно из двух, если не всё сразу.
Захожу в кофейню, и колокольчики, подвешенные над дверью, не очень приятно звенят, оповещая о моем приходе. Немного кривлюсь, стараясь не обращать на это внимание. Оглядываюсь и встречаюсь с яркими нефритовыми глазами, которые тут же скрываются, потому что парень отворачивается, обращаясь к одному из посетителей. Опускаю взгляд, немного прикусывая нижнюю губу, и прохожу на кухню, всё ещё смотря в пол. С поварами я так и не наладила общения. В общем то, я даже не пыталась сделать этого.
Захожу в гардеробную, сразу подходя к своей полочке, на которой распологается фартук и именной бейджик, который мне выдали на третий день работы. Откашливаюсь. Очень надеюсь, что не чихну, пока буду отдавать или принимать заказ. Слабо улыбаюсь, представляя лицо посетителя в этот момент, но тут же моё лицо принимает серьезный вид, когда понимаю, что меня точно уволят, если это произойдет.
Иду в зал, ища глазами столик, где нужно принять заказ.
— Джесс, ты вышла!
Слышу женский голос, и останавливаюсь, поворачиваясь в сторону звука. Мия стоит возле барной стойки и машет мне рукой.
— Привет, — говорю я, подходя к девушке.
— Где ты пропадала? Я уже думала, что Мистер Стоун тебя уволил.
Мия хмурится, когда говорит это, но тут же на её губах появляется улыбка. Это, определенно, самая веселая и жизнерадостная девушка, которого я когда-либо встречала. После Джеммы, конечно.
— Нет, я просто нехорошо себя чувствовала.
Улыбаюсь ей, оглядывая зал. Иногда мы можем позволить себе поболтать немного, потому что по утрам обычно не очень много народу, и сегодняшний день не стал исключением. Сейчас в кофейне занято лишь три столика.
— Привет, Джессика.
К нам подходит Том, кладя меню на барную стойку. Хмурюсь, когда слышу, что он опять называет меня полным именем. Он улыбается, видя мою реакцию. В голове всплывают воспоминания вчерашнего дня. Мы проиграли, но всем было наплевать на это, нам просто было весело. Да, по началу мне было неудобно, неловко, когда Томас показывал мне как встать, при этом слишком близко находясь ко мне, но всё же от самого процесса игры я получила неописуемое удовольствие. Как оказалось, эти парни и вправду профессионалы в боулинге, хоть я поняла это сразу, как только Том с первого раза сбил почти все кегли. Как будто они в боулинг клубе проводят время каждый день на протяжении года. Как оказалось, Лиам играет в боулинг примерно также, как и я. То есть, никак не играет. После моей первой удачной попытки, которую я совершила благодаря Томасу, у меня так хорошо больше не получалось. Я либо сбивала кегли с краю, либо вообще ничего не сбивала. Согласна, игрок из меня паршивый, не могу спорить. И самое, наверное, обидное было то, что разрыв между очками нашей команды и очками противоположной, составляет около ста. То есть из всей нашей команды нормально играл только Том, а мы с Лиамом были бесполезны. Однако, нам было весьма весело, но не думаю, что я ещё когда-то соглашусь на боулинг с этими парнями, они слишком сильная команда.
Вижу, что посетители одного столика начинают собираться, поэтому выжидаю, пока они окончательно выйдут из заведения, чтобы забрать грязные тарелки и отнести их на кухню. Я уже почти у столика, но меня опережает другой официант, забирая всё со стола. Кудрявые волосы сразу дают понять, кто помешал мне, и я хмурюсь, уже который раз за день. Нам определенно надо поговорить за обедом.
— Нужно быть быстрее, — слышу хриплый голос, и поворачиваюсь в сторону Гарри, который постепенно уходит от меня. Он даже не обернулся, и я уверена, что он ухмыляется сейчас.
Недовольно фыркаю, и, кажется, мои щеки сейчас красные. То-ли от злости, закипающей во мне, то-ли от стыда, ведь нас могли услышать остальные посетители. Слышу колокольчики, визящие над дверью, и оборачиваюсь, видя новых клиентов. Ну уж их у меня Гарри точно не отнимет. Подхожу к барной стойке, чтобы взять меню, после чего направляюсь к посетителям, здороваясь, перед тем как протянуть им его.
— Можно мне сразу принести одну чашечку латте? — спрашивает мужчина, даже не успев посмотреть в меню.
— Конечно.
Я киваю, после чего подхожу обратно к барной стойке. Честно говоря, я даже не знаю имени бармена. По-моему его зовут Шон, но я в этом не уверена.
— Одно латте, — говорю я бармену и поворачиваюсь, осматривая зал.
Спустя примерно пять минут кофе готов, поэтому я могу спокойно отнести его посетителю. Но меня вновь опережают, когда я хочу взять напиток в руки.
— Тебе определенно надо быть побыстрей, — снова этот хриплый голос, но теперь он сопровождается смешком в мою сторону. Наблюдаю за тем, как Гарри подходит к столику, у которого я была не так давно, и отдает кофе, после чего принимает заказ. Он следил за мной, чтобы вновь опередить? Зачем ему это? Чтобы мне не достался этот столик? Это глупо.
Скрываю злость, подходя к другому столику, чтобы в очередной раз убрать пустые тарелки, которые оставили посетители, ушедшие только что. Одно радует, Гарри не успеет так быстро принять заказ, и в этот раз я сама уберу грязную посуду. Знаю, это звучит не очень, но ничего поделать с этом не могу. Это моя работа.
После этого столика убираю ещё один, теперь на пару с Найлом, так как тарелок для меня одной слишком много, и блондин понял это, поэтому вызвался мне помочь.
— Обед!
Мы вдвоем поворачиваемся, когда слышим голос Томаса, зовущий нас на кухню. Добираем последние тарелки себе на подносы и направляемся в соседнее помещение. Аппетита у меня совершенно нет, думаю, это из-за болезни. Кстати, пусть я и не общаюсь с поварами, но на меня порции еды они всё же рассчитывают. Спасибо и на этом.
Ставлю тарелки в раковину и буквально бегу на поиски Гарри. На обед у нас отводится не так много времени, а поговорить мне с ним нужно срочно. Знаю, я могла сделать это, когда посетителей было мало, и их обслуживали другие официанты, но я не видела его в этот момент ни в зале, ни на кухне.
Нахожу кудрявого парня возле двери гардеробной, он стоит, облокотившись о стену, и поедает свой обед.
— Гарри!
Он поворачивается, когда я зову его, и он пару секунд оглядывается вокруг, в поиске того, кто назвал его имя только что. Когда Гарри видим меня, его лицо не меняется. В этот раз он даже не хмурит брови, что должно быть хорошим знаком. Подхожу к нему, неловко становясь рядом, и также опираясь о стенку. Я смотрю куда-то в пол, мои руки сомкнуты за моей спиной.
— Нам надо поговорить, — не очень громко произношу я, поднимая на него взгляд, и он, на удивление, смотрит мне прямо в глаза, а не через меня, как делает это обычно, общаясь со мной.
— Не думаю. Если ты хочешь поговорить о сегодняшнем, то я всё сказал ещё в зале, — он говорит также тихо, будто думает, что нас кто-то подслушивает. Как и я, в прочем.
— Не о сегодняшнем, — я вздыхаю, всё ещё не отрывая взгляд о зеленоглазого парня, — Гарри, прошу, просто выслушай меня.
Мне приходится просить, иначе он не согласится. Я прошу его, будто натворила что-то совсем ужасное, хотя я просто переехала из одного города в другой. И бросила его. На пять лет. Я не могу понять кудрявого, потому что я не испытывала тех же чувств, и я сейчас не говорю о том, что я не скучала. Конечно же, я скучала. Он чувствовал предательство, наверное. Чувство предательства не знакомо мне, и я надеюсь, что оно так и будет оставаться для меня неизвестным.
— Не думаю, что это хорошее место для разговора, — он хмурится, съедая очередную ложку супа.
— Ну, мы можем пойти в гардеробную.
Я указываю на дверь возле нас, но брови парня всё ещё нахмурены.
— Там Мия и Найл, — Гарри прокашливается, на время прекращая свою реплику, — они.. в общем то, тоже разговаривают.
— Оу.
Он снова смотрит мои глаза и, видимо, видит в них разочарование, так как неожиданно берет меня за руку и тащит по направлению к двери, ведущей в зал. Мы проходим поваров, и я оборачиваюсь, ожидая взгляды на себе, но все спокойно продолжают обедать, не обращая внимание на нас. Я понимаю, куда Гарри ведет меня, когда он стремительно движется к барной стойке, как только мы выходим за дверь. Он уже не держит мою руку, просто идет вперед. Мы заходим в помещение, куда Том привел меня в первый день, чтобы познакомить с рабочим персоналом. Кудрявый парень резко останавливается посередине комнате, и я чуть не врезаюсь в его спину, но вовремя останавливаюсь. Обхожу его, вставая так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза. Мне приходится поднимать голову, Гарри намного выше меня. Я молча смотрю в его глаза, не зная, как начать разговор.
— Ты, кажется, хотела поговорить.
Я медленно киваю, всё ещё не отрывая взгляда. Мне не хочется разрывать с ним контакт, пусть и зрительный, но всё же контакт.
— Тогда не молчи, Джессика. Обед скоро заканчивается.
Он называет меня полным именем. Опять. Опять эти мурашки по телу, мне кажется, что я даже вздрагиваю, стоя на месте.
— Я не знаю с чего начать, Гарри. Наверное, с того, что я не понимаю тебя. Не понимаю твоей обиды. Твоей грубости. Я еле уговорила тебя на этот разговор, неужели тебе так противно вести со мной диалог? И это раздражение в голосе, позволяющее мурашкам устроить марафон по моему телу. Ты даже не объяснил, даже не пытался. Прошло пять лет, Гарри. Пять. Ты всё ещё дуешься, что я сказала тебе об этом слишком поздно? Неужели ты не скучал по мне всё это время? Ты не хотел разговаривать со мной по телефону, тебе совсем плевать на меня? На то, что я чувствовала и чувствую сейчас? Понимаю, тебе тоже было не сладко, но..
— Ты не можешь говорить как мне было, не можешь. Ты не чувствовала всего того, что чувствовал я, — он прервал меня за полуслове. Его глаза стали почти черными, очевидно, из-за скопившейся внутри него злости. Мне хочется сделать шаг назад, но я точно уверена, что он не поднимает на меня руку. Он, конечно, поменялся за всё то время, что меня не было, но только внешне. И, возможно, он стал грубее. И это чисто моя вина, я совершенно спокойно признаю это.
— Послушай, мне, правда, безумно жаль. Я чувствовала, что-то подобное на предательство, когда ты игнорировал мои звонки. Но и это моя вина. Мне следовало сказать тебе раньше, что я уезжаю, просто... я думала, что ты возненавидишь меня за это. Мне просто хотелось провести побольше времени с добрым Гарри, ведь я знала, что ты бы дулся до самого моего уезда. В последние дни мне хотелось просто веселиться. С тобой. И это жутко эгоистично с моей стороны, я знаю. Я понимаю все твои чувства, хоть мне и не удалось испытать их на себе. Но если ты думаешь, что я не скучала по тебе, Гарри, то ты глубоко ошибаешься. Я скучала, очень. Просто поверь мне. Я не понимаю единственного: почему ты не хочешь возобновить общение со мной? Я же вернулась, видишь, я здесь, и уж точно никуда не собираюсь уезжать больше. Так, почему бы нам не общаться, не быть друзьями как прежде?
Весь мой монолог Гарри стоял, не двигавшись, но я четко вижу, как его мышцы напряглись, а кулаки сжались, будто бы он хочет избить меня прямо на месте.
— Ты не можешь понимать меня, ты не чувствовала всего этого, — хриплым голосом повторяет парень, и я вижу, как сильно он сжимает зубы.
Затем он молчит, и я молчу. Мы просто стоим и смотрим друг другу в глаза. Хоть его глаза сейчас почти черные, я могу увидеть в них боль. Боль, принесенную мной. Я вздрагиваю, когда он немного улыбается. Но это не та добрая улыбка, по которой я скучала.
— Снова быть друзьями? Не думаю, что это хорошая идея.
Парень качает головой, улыбка всё ещё на его лице. Будто бы он смеется надо мной. Я вновь вздрагиваю, так как он резко разворачивается и просто выходит из этого душного помещения, не забыв закрыть за собой дверь. Но забыв меня здесь. Одну. Со своими мыслями. И, честно говоря, мне просто хочется разрыдаться прямо на месте, не обращая внимания на то, что я работаю, и что меня могу уволить, если узнают, что я прохлождаюсь здесь. Я не могу позволить себе плакать, по крайней мере не здесь. Делаю очень глубокий вдох.
— Всё будет хорошо.
Я шепчу, и мне кажется, что мой голос дрожит. А может и не кажется, может, он и впрямь дрожит. Я не знаю. Я ничего не знаю сейчас. Мне надо сконцентрироваться на работе, но я понимаю, что этого сделать у меня не получится.
Делаю ещё один вдох, сгоняя единственную слезу с щеки, которую я даже не заметила. Не плакать, не здесь, не сейчас. Прокручивая эти слова в голове, выхожу из помещения, подходя к очередному столику, чтобы принять заказ.