Часть 31
Наруто и Минато стояли друг напротив друга, и время словно застыло.
Вокруг бушевала война — гремели взрывы, кричали шиноби, рушилась земля, — но для них двоих не существовало ничего, кроме этого взгляда. Взгляда отца и сына, которые впервые встретились лицом к лицу, живыми глазами, а не через рассказы, фотографии и обрывки воспоминаний.
— Наруто… — тихо произнёс Минато. Его голос был ровным, но в нём слышалась боль. — Мне жаль, что мы должны встретиться именно так.
Наруто сглотнул. Он опустил взгляд, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.
— Я тоже… — хрипло ответил он. — Я не хочу сражаться с тобой, папа.
Минато грустно улыбнулся, но в этой улыбке была твёрдость Хокаге — человека, привыкшего принимать тяжёлые решения.
— Тогда сражайся не со мной, — сказал он мягко. — Сражайся с тем, кем меня сделали.
Он на мгновение закрыл глаза.
— Я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за нас. Поэтому… мы уйдём подальше от остальных.
Он сложил печати. Пространство вокруг исказилось, словно воздух сжался в тугую спираль. В следующий миг мир резко сменился.
Они оказались в разрушенной долине, вдали от основного поля боя. Камни были испещрены трещинами и следами старых сражений, обломки скал лежали, как немые свидетели былых катастроф. Ветер выл между утёсами, будто предчувствуя новую битву.
— Ты готов? — спросил Минато, и вокруг него вспыхнула знакомая золотая чакра.
Метки Хирайшина словно ожили, а воздух задрожал от его скорости.
Наруто поднял голову. В его глазах вспыхнуло оранжевое сияние, чакра Курамы окутала его тело пламенным покровом.
— Я готов, папа… — тихо сказал он. — Но я всё равно тебя остановлю.
Они столкнулись.
Минато исчезал и появлялся в золотых вспышках, его движения были почти невидимы — словно сама молния обрела форму человека. Но Наруто успевал реагировать: чувства Курамы предупреждали его за долю секунды, а сила Рикудо позволяла выдерживать удары, от которых рушились скалы.
Их кулаки сходились с глухим громом.
Земля трескалась под ногами.
Воздух рвался от чакры.
Это была не просто битва. Это был разговор без слов — о потерянных годах, о несбывшемся детстве, о боли и гордости, переплетённых в каждом ударе.
***
Тем временем Саске вышел на поле боя после тяжёлой победы над Итачи. Его дыхание всё ещё было неровным, одежда порвана, а в груди стояла пустота. Но его взгляд сразу начал искать лишь одного человека.
— Где Наруто?! — резко бросил он, оглядываясь.
Шикамару, всё ещё переводя дыхание после недавнего боя, медленно поднял на него взгляд.
— Здесь был… Четвёртый Хокаге. Минато Намикадзе, — сказал он мрачно. — Наруто ушёл с ним.
Саске сжал кулак так, что хрустнули пальцы.
— Значит, он сражается с собственным отцом… — сквозь зубы процедил он.
На мгновение в его глазах мелькнула тень воспоминаний.
— Чёрт… — тихо добавил он. — Это больнее любого удара.
Их разговор оборвал резкий голос Сая:
— На горизонте новые цели!
Все обернулись.
Над равниной поднималась пыль. Из неё, словно призраки прошлого, выступили две фигуры. Второй Хокаге — Тобирама Сенджу — с холодным, пронизывающим взглядом. Рядом с ним — Третий Хокаге, Хирузен Сарутоби, с посохом и знакомым силуэтом, от которого у многих сжалось сердце.
Их глаза были пустыми. Но их чакра давила, как тяжёлый камень на грудь.
— Это… легенды… — прошептал один из шиноби, не в силах отвести взгляд.
— И это ещё не всё, — добавил Сай, получив срочное донесение. — Другие отряды сообщают: на их участках тоже появились воскрешённые Каге. Первый и Второй Казекаге. Третий Райкаге. Второй Цучикаге…
Он на секунду замолчал.
— Их вернули всех.
Шикамару стиснул зубы, его тень дрогнула под ногами.
— Значит, Мадара решил выложить все козыри сразу.
Саске медленно активировал вечный мангекьё шаринган. Его взгляд был холодным и решительным.
— Если Наруто сейчас сражается с Четвёртым… — сказал он. — Значит, этих мы берём на себя.
Он сделал шаг вперёд.
— Иначе… мы все проиграем.
Над полем боя снова поднялся ветер.
Война входила в новую, ещё более жестокую фазу.
***
Схватка Наруто и Минато продолжалась, и казалось, будто сама земля не выдерживает их противостояния. Камни разлетались в стороны, почва трескалась, воздух дрожал от столкновения чакры.
Они двигались с невообразимой скоростью: золотые вспышки Минато мелькали между метками Хирайшина, переплетаясь с ослепительным сиянием чакры Курамы вокруг Наруто. Каждый их удар был выверен, каждый шаг — отражением опыта и инстинкта.
Ни один не мог получить решающего преимущества. Отец и сын были слишком похожи.
— Ты силён, Наруто, — сказал Минато, едва успев уйти от очередного Расенгана, что прошёл в считаных сантиметрах от его плеча. — Но не забывай… твоя сила не только в Девятихвостом. Она — в твоём сердце.
— Я знаю, папа! — выкрикнул Наруто, бросаясь вперёд без колебаний. — Но я не позволю тебе меня остановить!
Минато на миг замер. Его взгляд стал серьёзнее, глубже — таким Наруто ещё не видел. Он сложил печати.
В следующий момент тело Минато окутало яркое золотое сияние. Чакра вспыхнула мощной волной — тёплой, тяжёлой, до боли знакомой.
Режим Курамы.
— Что?.. — Наруто застыл всего на секунду, не веря своим глазам.
Внутри него раздался хриплый, низкий голос:
— Не удивляйся, Наруто, — произнёс Курама. — Половина моей чакры была запечатана в твоём отце в день твоего рождения.
Наруто стиснул зубы. Теперь всё стало ясно.
Перед ним стоял не просто отец. Перед ним был противник, равный ему по силе.
И всё же… отступать он не имел права.
Их схватка вспыхнула с новой яростью. Удары сливались в единый поток — настолько стремительный, что глаз не успевал за движениями. В какой-то миг они почти синхронно сформировали огромный спиральный расенган — два вихря чакры столкнулись и взорвались, превращая долину в гигантский кратер.
Но даже тогда ни один не пал.
И всё же… что-то изменилось.
Наруто собрал всё — чакру Рикудо, силу Курамы, волю, боль, любовь и решимость — в один последний удар. Он бросился вперёд, не сдерживаясь.
Минато не уклонился.
Он принял атаку — и мягко улыбнулся.
Свет Эдо Тенсей начал рассыпаться по его телу.
— Ты стал сильнее меня, сын… — тихо сказал он. — И это правильно. Так и должно быть.
— Папа… — голос Наруто дрогнул. Все слова застряли в горле.
Минато сделал шаг ближе и положил ладонь ему на плечо. В этот момент поток чакры хлынул в Наруто — мощный, тёплый, родной. Вторая половина Курамы слилась с первой.
Внутри раздался глухой, глубокий рык.
Девятихвостый стал целым.
— Наруто, — произнёс Минато, уже почти исчезая, — я всегда любил тебя. И всегда буду рядом… даже если ты меня не увидишь.
— Папа! — выкрикнул Наруто, больше не сдерживая слёз. — Спасибо… за всё!
Фигура Минато растворилась в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое золотое мерцание.
Чакра вокруг Наруто вспыхнула ярче, чем когда-либо прежде. Его сила стала цельной, завершённой. Он чувствовал Кураму не как тяжёлую ношу — а как союзника.
***
Когда Наруто вернулся на поле боя, картина была пугающей. Земля была изрыта, деревья повалены, воздух пропитан гарью и остатками техник.
На горизонте сотни шиноби пытались сдержать сразу двух врагов — Второго и Третьего Хокаге.
Водные драконы Тобирамы сметали целые отряды, не оставляя шанса на оборону. Огненные техники Хирузена прожигали землю, заставляя союзников отступать снова и снова.
Саске заметил Наруто первым.
— Ты жив… — сказал он, прищурившись. — И даже не ранен. Что произошло?
Наруто кивнул, его голос был спокойным, но наполненным силой:
— Я победил отца. Он отдал мне вторую половину Курамы. Теперь девятихвостый снова целиком во мне.
Саске хмыкнул:
— Значит, теперь ты ещё сильнее.
Он перевёл взгляд на Хокаге.
— Отлично. Значит, шансы у нас всё-таки есть.
— Этих Каге невозможно просто уничтожить! — перекричал грохот взрывов Шикамару. — Эдо Тенсей делает их бессмертными. Их можно только запечатать!
— Тогда будем запечатывать! — отозвался Наруто, сжимая кулаки. — Я помогу вам их остановить!
Битва вспыхнула с новой силой.
Наруто создавал десятки клонов, сдерживая Второго Хокаге и одновременно вытаскивая союзников из-под смертельных атак.
Саске, призвав Сусаноо и используя силу Риннегана, прикрывал тыл, перехватывая удары Хирузена.
Команды запечатывания пытались приблизиться, но Каге безжалостно разрушали любые барьеры.
Тобирама холодно посмотрел на Наруто:
— Ты сын Четвёртого… Я чувствую его чакру в тебе. Но это не спасёт тебя от моего водного стиля.
Хирузен добавил, и в его голосе прозвучала боль:
— Наруто… я горжусь тобой. Но я не могу себя контролировать. Останови нас, пока мы не причинили ещё большего вреда.
— Мы вас остановим! — крикнул Наруто, формируя гигантский расенган. — Я обещаю!
Сражение вступало в решающую фазу.
Но с каждой минутой становилось ясно: одной лишь силой эту битву не выиграть. Нужен был план. И время работало против них.
***
Сакура работала без передышки. Пот стекал по вискам, пряди розовых волос прилипали ко лбу, но она даже не пыталась их убрать. Переломы, ожоги, рваные раны, внутренние кровотечения — каждый новый раненый требовал её абсолютной концентрации. Чакра текла через ладони непрерывным потоком, мышцы ныли, но она не позволяла себе замедлиться ни на секунду.
Очередной крик боли — и она уже рядом, накладывает печати, стабилизирует дыхание, приказывает ассистентам не паниковать.
В этот момент кто-то резко откинул полог палатки.
Сакура вздрогнула, но не обернулась.
— Сакура, всё в порядке? — раздался знакомый голос. — Ты ведь слышала… где-то здесь бродит предатель.
Она узнала его сразу. Неджи.
— Слышала, — коротко ответила она, не поднимая головы и продолжая работу. — Но у меня нет времени отвлекаться. Если ты ранен — садись. Если нет, не мешай.
Неджи шагнул ближе. Слишком близко.
— Ты не видела капитана Шизуне? — спросил он после короткой паузы. — Мне нужно срочно с ней поговорить.
Сакура наконец подняла взгляд. Внутри что-то едва заметно сжалось.
— Что случилось? — настороженно спросила она.
— Ничего серьёзного, — ответил он слишком спокойно. — Просто… кое-что лучше сказать лично.
Сакура задержала дыхание всего на долю секунды, а затем кивнула:
— Возможно, она с Тонтон. У неё лёгкий вывих ноги.
Неджи слегка усмехнулся, почти насмешливо:
— Ну, это же не рука. Пройдёт быстро.
Внутри Сакуры всё похолодело.
— «Рука»?
Мысль вспыхнула мгновенно, как вспышка молнии.
— «У Тонтон нет рук. У неё лапы».
Она опустила взгляд, делая вид, что снова полностью поглощена пациентом, но каждое чувство в её теле обострилось до предела.
— Да, именно рука, — намеренно чётко произнесла она, не глядя на него. — Думаю, Шизуне сейчас помогает ей.
Она медленно выпрямилась, словно собираясь дотянуться до бинтов. В то же время чакра уже концентрировалась в её кулаке — плотная, тяжёлая, готовая к удару.
В следующую секунду Сакура резко развернулась.
Хлёсткий, прямой удар — быстрый, без предупреждения.
Тело «Неджи» дёрнулось. Контуры дрогнули, словно расплылись, и иллюзия рассыпалась, обнажая истинную форму.
На полу палатки рухнул Белый Зецу.
— Что?! — выкрикнул он, пытаясь уйти под землю, его тело начало растворяться в почве.
Но Сакура была быстрее.
Точечный удар в основание шеи — и враг обмяк, парализованный.
— Я сразу поняла, что что-то не так, — холодно сказала она, глядя на него сверху вниз. В её голосе не было ни капли дрожи. — У поросят нет рук.
Зецу злобно оскалился:
— Ха… значит, ты догадалась… Но нас больше, чем вы думаете. Мы повсюду…
В этот момент в палатку ворвались бойцы охраны. Двое из АНБУ мгновенно заняли позиции, а следом появился Киба с Акамару.
— Сакура! Всё в порядке?! — крикнул Киба, оглядываясь по сторонам.
— Порядок, — спокойно ответила она. — Только этот «Неджи» оказался не тем, за кого себя выдавал.
АНБУ без лишних слов активировали печати. Зецу был скован и запечатан в специальный свиток, не успев уйти под землю.
— Отличная работа, — сказал один из них, проверяя устойчивость печатей. — Похоже, враг научился проникать даже в медотряд.
Сакура вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и тут же развернулась обратно к раненым.
— Разберётесь без меня, — бросила она. — Здесь пострадавшие важнее.
Она на секунду замолчала и добавила жёстко:
— Проверяйте каждого. Даже тех, кого знаете с детства. Они могут быть кем угодно.
Киба мрачно кивнул:
— Чёрт… теперь придётся прогонять всех через сенсоров и защитные печати.
Сакура сжала кулаки, снова чувствуя, как усталость накрывает волной — но она не позволила себе остановиться.
Если они смогли подобраться так близко…значит, настоящая битва ещё впереди.
Полог палатки снова колыхнулся от ветра, а война за её пределами продолжала набирать обороты.
Продолжение следует…