Зима в Монтоории
- Итак, домашнее задание: учебник страницы с двести третью по двести восемнадцатую - конспектировать.- сказал профессор Хайер.- По желанию подготовить доклад про обеззараживающие травы.
Мы записали. Я с наслаждением вдыхала запах травяного настоя, варившегося в моём котелке. Рядом с ним на столе лежали сушеные пучки розмарина, мяты, кипрея, медуницы, зверобоя и мать-и-мачехи. Над котелком поднимался густой пар с запахами леса, круживший нам голову. Наш класс перешел к разделу исцеляющих снадобий и трав, так что теперь мы учились создавать разные тоники, отвары и настои.
Большую часть дня наша группа просидела в холодных лабораториях биологии, что располагались чуть ли не в катакомбах, и рассматривали там заспиртованные ошмётки жертв профессора Йерихона. Тот с упоением рассказывал о каждом мученнике, плавающем в спирте, его истории и способе смерти в руках врачей. Под гнетущим впечатлением мы пришли на урок Шута, который не собирался нам сочувствовать и погнал на улицу - наяривать круги вокруг Академии причем без курток. Чтоб бежали быстрее. От холода нас согревал только бег, поэтому в этот раз никто и не думал падать, притворившись дико уставшим и немного мертвым. И теперь, в теплом и спокойном кабинете профессора Хайера я расслаблялась. Мышцы гудели, спина болела, зато в душе у меня царило спокойствие.
Я уже где-то с неделю вернулась к привычной жизни в Академии. Ну как привычной... Кое-что, конечно, изменилось... Во-первых, теперь я считалась звездочкой покруче Скарлетт... Это стало очень мешать мне в общении.
Люди, которым я могла не нравится раньше, тот, кто не нравился мне, абсолютно незнакомые... Все хотели со мной общаться. Им было не важно, что я говорила, согласны они со мной или же нет, им был важен лишь факт их дружбы со мной. И иногда я просто не могла понять, на самом ли деле тот или иной студент хочет по-настоящему общаться со мной... Поэтому, после того, как я вернулась в Академию, никого больше не записывала в свой список друзей, кроме тех, кто там уже был.
После Счастливой Больницы я даже как-то изменилась. Привычные вещи внезапно начали радовать. Я наслаждалась жизнью. С удовольствием ходила на учебу, в школьной столовке еда стала как будто вкуснее и лучше. Я частенько засиживалась в библиотеке, составляя компанию одинокому Серафиму... И много ещё таких мелочей, которые грели мне душу.
Я старалась по большей части избегать общества, так как уже по горло им была сыта, и старалась не думать о плохом. Это была моя своеобразная передышка.
Пару раз мне, конечно, снились кошмары о Больнице, но в конце за мной всегда приходил Арлекин, поэтому просыпалась я в смешанных чувствах. И, кстати, в плане отношений с ним, дело никуда не сдвинулось. Я помню его признание и то, как он пришел за мной, но я была слишком морально измучена, чтобы опять влезать в то, что может принести мне новые моральные терзания.
Сам парень меня никуда не торопил. Мы всё так же сидели за разными столами, смотрели друг на друга издалека, встречались в коридорах, когда шли на уроки... Казалось, даже, что ничего из того, что случилось со мной за эти два месяца не было... Арлекин знал, что мне нужно передохнуть, поэтому просто радовался тому, что я вновь была в зоне его досягаемости. Иногда я ловила на себе его взгляд, но он тут же отводил его и делал вид, что занят чем-то другим.
По предметам я, естественно отстала. Но нагонять всё, беря науку штурмом, не торопилась. Да, я ходила на дополнительные и старалась подтянуться, но старалась уже не с такой силой, как в сентябре. Просто... жила.
Прозвенел звонок, и все начали кидать свои тетради и учебники в сумки, рассовывать травы по ящикам и шкафам. Многие, у кого получилось снадобье, сливали его себе в флаконы - хорошие лекарства на дороге не валяются. Никому не хочется лишний раз таскаться к профессору Иерихону в его лаборатории, поэтому каждый студент старался посещать уроки целителя, чтобы самим научиться лечить себя. А с наступлением зимы это стало более актуально.
Я тоже стала собираться, подхватив свой экземпляр книги о травах.
- Мисс Кроу, задержитесь, пожалуйста.- попросил профессор Хайер, когда я вместе со всеми собралась утечь в коридор.
Я задержалась, а потом и вовсе отошла к преподавательскому столу, чтобы не мешать группе выходить. Профессор тем временем тоже наводил порядок на столе.
Демон заговорил, когда все вышли.
- Знаешь, Даймонд, я давно хотел тебя пригласить на внеклассные занятия.- сказал профессор Хайер.- Но то я не мог найти времени, то ты потом пропала...
- Что за занятия?- спросила я.
- Боевая магия дальнего действия.- ответил он.- Я веду этот предмет как дополнительный. Я слышал, что с физическими нагрузками... у тебя не очень... И я мог бы попросить Шута вместо боевых искусств отправлять тебя ко мне.
- А что, так можно?- удивилась я.
Это была шикарная новость. Учитывая, что скоро по боевым искусствам у нас экзамен и практика.
- Да, пока все будут на практике, ты будешь ходить ко мне.- кивнул профессор Хайер.- Признаться, я был несколько удивлен, когда ты впервые проявила свою магию... Причем, таким нехорошим способом. Это было неожиданно. Но, полагаю, даже твоим способностям можно найти применение. Заодно подтянем тебя физически.
- Я согласна.- улыбнулась я.- Кстати, профессор... Спасибо, что приютили меня и Карасу, когда мы вернулись из Счастливой Больницы...
- Не стоит.- в ответ улыбнулся профессор Хайер.- И "спасибо" надо сказать Арлекину. Когда в газете написали, что ты попала в Больницу, он такой кипишь поднял!.. Хороший у тебя парень.
Я смутилась.
- Он не мой парень!- окрестилась я; пока ещё нет...
- Ой, да?- удивился профессор.- Прости, но мне показалось что вы пара. Когда я вернулся с чаем в комнату, он обнимал тебя, пока ты спала. Вы двое выглядели так мило! Прямо как голубки. Вот я и подумал...
Он специально это говорил, ещё больше вгоняя меня в краску. Я поняла это по тому, как он улыбался.
- Профессор!- возмутилась я, чувствуя, как начинает пылать моё лицо.- Хватит! Я всё поняла...
Профессор Хайер засмеялся. Не смотря на то, что этот демон был на много столетий старше меня, я не могла отнестись к нему, как к дряхлому старичку - уж слишком он хорошо сохранился как внешне, так и внутренне, поэтому довольно часто студенты при разговорах с ним тет-а-тет быстро скатывались с "вы" на "ты". Таких учителей в Академии было не много, поэтому профессора Хайера все очень ценили.
- А если серьезно - держись за этого парня.- сказал он, отсмеявшись.- Такие мужчины на дороге не валяются.
Я, кажется, покраснела ещё больше, но уже от того, что взрослый мужчина начал раздавать мне - девушке - советы по личной жизни.
- Ну... Я пойду?- спросила я, желая уже побыстрее свалить от этого разговора; к тому же кабинет начал заполнять другой класс.
- Да, конечно.- кивнул профессор и напомнил.- Когда у тебя снова начнутся боевые искусства, приходи ко мне.
- Хорошо.- отозвалась я, уже находясь в дверях.
Покинув кабинет целителя я с облегчением выдохнула. Вот что значит, когда о твоей жизни много кто знает - сразу начинают раздавать советы все кому не лень, как будто я и сама не в состоянии разобраться со своими проблемами.
Оказавшись в столовой, я набрала себе на поднос всё, что было горячим. По всей Академии с наступлением зимы начали гулять сквозняки. Вот теперь-то я в полной мере пожалела Арлекина. В комнатах с отоплением и так было не очень - батареи старые: то нагревались, то нет. Иногда мы со Скарлетт просыпались в стылой комнате, а изо рта шел пар. Поэтому теперь у нас на кроватях лежало три или четыре слоя пуховых одеял и обязательно плед. Склад кастелянши, где хранились одеяла, совсем опустел. И в какую комнату ни загляни, везде одна и та же история. Не представляю как кролик живёт с Ледяным Джеком в одной комнате... Что касается коридоров, то они не прогревались вообще, поэтому я забила на форму и начала носить одно из своих платьев из шерстяной ткани, обшив его мехом. Учителя меня не ругали. Многие студенты кутались в кофты и куртки. Некоторые девушки ходили с вязанными платками и шарфами или в свитерах. В Драконьем Дворце было ужасно холодно.
Часто после занятий студенты стали собираться в небольших гостиных, разбросанных по всему Замку наподобие учительской столовой, где были камины. Это были единственные места, где было тепло и уютно. Туда приходили учить уроки, просто посидеть и пообщаться с кем-то. Таких гостиных было много, поэтому студенты не особо боролись за места в них. Там были и кресла, и подушки, и пушистые ковры. Полежать было где. Но самые крутые места были, конечно, у больших каминов, где весело плясал теплый огонь. Многие подкладывали подушки, подтягивали ковры поближе и лежали прямо возле очага. Совсем близко подкладываться было опасно - рискуешь опалить волосы, да и пепел часто оседал на одежде.
Мы со Скарлетт стянули со студенческой кухни две сковородки с крышками и, когда огонь в камине затухал, закидывали в сковородки совком ещё тлеющие угли. Накрывали их крышкой и тащили в комнату, а там уже клали в свои постели, чтобы они быстро прогрелись. Хорошо, когда после душа приходишь, а кровать уже теплая... Главное не забыть надеть но ночь носки, а то я однажды, ворочаясь во сне, задела ногой сковородку, обожглась и проснулась, а потом ещё пол ночи нехорошими словами сотрясала стылый воздух.
Усевшись за свой привычный элитный стол, начала быстро поглощать горячий суп. А чтобы было не скучно, достала учебник по травам и сразу стала заниматься домашкой, пока в голове ещё не потухла информация с урока. Минут через пятнадцать, я приступила к горячему чаю, который обжигал мои холодные руки даже через стакан, и к новой главе о корнях, шелфее, цветах рябины и горицвете. Отвлекло меня то, что рядом с шумом начали садиться девочки, которые пришли с занятий.
- Фух, ну я так больше не могу...- простонала Лекси, поставив на стол свой поднос с тем же супом и горячим чаем.- Этот профессор Иерихон с каждым уроком становится все маньячнее и маньячнее!
- И не говори.- согласилась Лив.- Будь я на месте Лорда, давно бы изолировала его от общества.
- Что, он и вам показал свою коллекцию органов?- догадалась я.
Лив и Лекси передёрнуло.
- Просто кошмар.- хором сказали они.
У всех девочек на подносах обнаружились знакомые супчик и чай. Все студенты замерзали, поэтому выбирали только горячую еду, забыв на время о салатах и фруктах. Лишь одна Скарлетт пришла вместе с чаем и апельсинами.
- А ты есть не собираешься?- спросила я.- Я конечно, знаю, что ты их очень любишь, но это не еда. Ты их ешь на завтрак, обед и ужин.
- Нет.- качнула она блондинистой шевелюрой.- Апельсины вкуснее.
- Ну как знаешь...- пробурчала Джейн, садясь рядом с ней.- Лично я дико замёрзла, поэтому собираюсь нарастить себе подкожный куртец.
- Замучаешься потом весной круги нарезать, чтобы его сбросить.- сказала Лив.
- Ну и что.- отозвалась та.- Я лучше буду чуть-чуть толстенькой и в тепле, чем худенькой и замёрзшей.
Я усмехнулась. Хорошее замечание.
- Кстати, кого-то не хватает...- заметила я, оглядев нашу кучку.
- Кенди.- ответила Лекси.
- А где она?- спросила я.
- Наверное, опять бегает за своим таинственным неприступным парнем... Или придумывает новый план по его соблазнению.- пожала плечами Скарлетт.- Она до сих пор не может смириться с тем, что ей дали от ворот поворот. Пока тебя не было, она так психовала по этому поводу...
Внезапно Скарлетт замолчала, мельком глянув на меня. Остальные тоже ничего не говорили, молча обедая.
Блондинка коснулась темы моего отсутствия. Вообще, никто у меня до этого не спрашивал о том времени, что я провела в психушке, хотя я часто ловила любопытные взгляды девочек на себе и желание расспросить, что там было. Я не особо горела желанием с кем-то этим делиться. Счастливая Больница чуть не сделала из меня сумасшедшую.
- А там очень страшно?- вдруг прервала молчание Джейн.
Все скосили на меня взгляд в ожидании ответа. Я уставилась в свой учебник. Текст поплыл перед глазами, и мне вспомнился Бетховен.
- Это тяжело.- сказала я.- Когда постоянно находишься рядом с сумасшедшими, невольно начинаешь сомневаться - нормальна ли ты сама.
Все сразу же уткнулись в свои тарелки, Скарлетт увлеченно начала начищать свои апельсины. Больше вопросов не последовало.
Должна признаться, мне было жалко тех, кто там остался. Мне бы очень хотелось забрать оттуда Кристофера. Когда Клара рассказала мне его историю, я невольно прониклась к нему чем-то вроде сочувствия. Ведь он тоже был... нормальным, когда попал туда впервые, как и я. И он, наверное, до сих пор считает меня своей сестрой, которая снова куда-то пропала...
После уроков и столовки я пошла в комнату, чуть ли не ползком добралась до восьмого этажа в своей башне, скинула сумку с учебниками и тетрадями, наблюдая, как Карасу вьёт гнездо на моей подушке, и поплелась обратно вниз в кабинет шитья.
Пока я отсутствовала, наш кружок закидали заказами из драмкружка. У театралов вовсю шла подготовка с мьюзиклу "Поющие на мосту". Даже художникам дали задание - нарисовать афиши. Без меня работа двигалась медленно. Младшекурсницы то и дело стопорились в технике пошива, не зная иной раз, что делать дальше. Шить одежду - это как решать примеры по математике. Выглядит легко, но на деле ты захочешь от всего этого повеситься.
В цеху царил бардак. Помещение наполнял гул работающих машинок, на полу валялись обрезки тканей и каких-то клочков бумаги. По стенам были развешаны чертежи, эскизы моделей и лекала. На столах тоже был кавардак: инструменты лежали в перемешку с обрезками, катушками ниток и рулонами ткани. На паре манекенов уже висели готовые наряды. На других частично сделанные: у фиолетового и светло-зеленого не хватало рукавов.
В нашем кабинете шитья было тепло, но не потому что батареи вдруг хорошо заработали. По большей части это было благодаря утюгам. Мы с девочками то и дело подходили к ним, чтобы отгладить вещи, и поэтому кабинет быстро нагрелся. Иней на больших стрельчатых окнах растаял, и стекла запотели.
Зима в Монтоории странная. Кажется, что весь мир на это время становится монохромным. Всё черно-белое. Ну или серое. Темные кирпичные дома покрылись белым снегом. Стирт замёрз, и теперь на нем каталась на коньках детвора.
Парк вокруг Академии растерял свой изумруд, а потом и золото, и теперь стоял голый, растопырив ветки. Черные корявые деревья на белом фоне выглядели несколько угрожающе, поэтому, когда я выгуливала Карасу, далеко от Академии не отходила. Мне вначале хотелось снова прийти на старую детскую площадку, где мне так часто помогал Арлекин с домашкой, но стоит подумать, что там всё занесено сугробами, как желание быстро отпадает. Лишний раз морозиться и мочить вещи в снегу не хочется. И так слишком холодно. Оставлю это до весны.
Девочки начали потихоньку расходиться, когда стало темнеть, а темнело теперь рано. Некоторые брали какую-то работу с собой, другие говорили, что они слишком заняты домашними заданиями. Я осталась одна из последних. Теперь я часто уходила последней, наверстывая упущенное.
Когда я закончила с работой, то поняла, что осталась в кабинете одна. Окна, где пару часов назад было зимнее серое небо, теперь зияли чернотой. Я подошла к одному из них и посмотрела на улицу. Там, сквозь кривые ветви черных деревьев приакадемического парка, были видны далёкие жёлтые огни города. Всё, на что падал оконный свет из нашего кабинета, сверкало, но всё остальное поглощала темнота.
Монтоория зимой была похожа на сумрачную сказку. Черные башни Дворца с многочисленными карнизами, узкими бойницами окон, маленькими декоративными башенками, балюстрадами, каменными драконами и грифонами, которые венчали множество черепичных крыш замка, чёрно-белые витражи, и узкие стрельчатые окна в больших залах, кованый забор из черного железа, которым была обнесена вся Академия... И всё это отлично сочеталось с пушистым белоснежным снегом.
В этом действительно было своё мрачное очарование... Смесь железа и чёрно-белых витражей чем-то притягивала к себе... Этот мир был пугающе красивым.
Потушив свет и закрыв кабинет, я отправилась в комнату. Уставшая я до восьмого этажа доползла с большой отдышкой. Надо что-то делать с этой лестницей... Не возможно каждый раз таскаться на восьмой этаж! А я ведь всего лишь хотела заскочить за учебниками...
Собрав сумку с завтрашними предметами, пошла искать гостиную, чтобы заняться наконец домашкой. В комнате стоял дубак, а из окна по подоконнику и стене полз иней - не представляю как мы в этой холодрыге спать будем! На всякий случай я прихватила с собой сковородку для углей.
Драконий Дворец являл собой странное место - смесь прошлых эпох и новых технологий. Это хорошо заметно в той части дворца, где проходят занятия. Кабинеты оборудованы по последнему слову техники, везде электричество, и лаборатории имеют газовые плиты. В лаборатории профессора Иерихона вообще спускаться страшно - там вечно что-то вспыхивает, и отовсюду свисают провода. Но стоит сделать шаг в незнакомый коридор, и ты оказываешься в средневековом дворце с фресками, гобеленами и факелами на стенах. Создавалось впечатление, что в этом Дворце не было времени, а все эпохи тут смешались друг с другом. Выглядело это очень удивительно.
Я направилась в ту гостиную, в которую мы со Скарлетт приходили чаще всего. Она была маленькая и туда приходило не очень много человек.
Сама гостиная была выполнена в вишнёвых и золотых тонах. После чёрно-белых цветов, в которых была выполнена основная часть Дворца, другие цвета выглядели очень яркими и насыщенными. Полосатые красно-вишневые обои, темно-красные гардины с узорной вышивкой подхвачены золоченными веревками с кистями. Паркет был застелен большим ковром с коротким ворсом и замысловатым орнаментом. По углам была расставлена мебель: у одной из стен приютилось фортепиано из красного дерева. Крышка его была всегда закрыта, но когда мы со Скарлетт впервые попали в эту гостиную, то с удовольствием побренчали на клавишах. По-моему, мы расстроили инструмент ещё больше.
У другой стены стояла софа тоже из красного дерева на изогнутых ножках и с золотой обивкой. В углу стояло соответствующее ей кресло. Перед софой был маленький и низенький кофейный столик, предназначенный скорее всего для небольших чайных сервизов. Сейчас он был завален учебниками и тетрадями. На софе сидела какая-то незнакомая девушка, обложившись учебниками и картами. Кажется, гора на кофейном столике принадлежала ей. В кресле, поперек подлокотников, лежала Лив в пижаме, халате сверху и тапочках. Она что-то увлеченно писала в своём блокноте, не обращая ни на что внимания.
У противоположной стороны расположился камин - самое главное, ради чего посещают эти гостиные. Он был сделан из какого-то бордового камня, а сверху, на нем, стояли фигурки из янтаря. Пылающий огонь в нем прикрывала каминная решка.
Возле камина лежало несколько студенток, рядом с ними лежали учебники или же просто какие-то журналы. Среди них я опознала Скарлетт. Блондинка, подложив под себя красную подушку с кисточками, стянутую с софы, листала... "Убийственный стиль".
- Зачем ты покупаешь эту макулатуру?- спросила я, кидая на пол сумку и присаживаясь рядом с ней.- Кто знает, чьи идеи они ещё своровали...
- Надо знать, что пишет враг.- отозвалась она.- Кстати, у меня есть хорошая новость. Они попытались тебя заменить...
- И что же тут хорошего?- буркнула я, доставая свои тетради с учебниками.
- Ты не дослушала.- с укором взглянула на меня Скарлетт, а потом продолжила.- Общественности это не понравилось. Смотри, в газетах пишут, что - цетирую: "новое лицо Дома Сияния не имеет ничего примечательного..."
Я заглянула в журнал. Оттуда смотрела на нас девушка с типичной внешностью барби. Мда. И стоило ли мне проталкивать свой стиль, чтобы на моем месте снова оказалась типичная и вездесущая барби?
- Но это ещё не всё.- продолжила подруга.- Близнецы Найтштед после твоего заключения в Больницу сказали всем, что ты добровольно пошла туда...
- Чего?!- возмутилась я.- Да кто в своем уме туда пойдет добровольно?! Туда даже психи добровольно не хотят идти, что уж говорить о нормальных!..
- Я знаю.- прервала мой поток возмущения Скарлетт.- Остальные тоже в курсе, что значит загреметь в Счастливую Больницу. Твои фаны начали собственное расследование и обвинили Дом Сияния в том, что они сдали тебя туда насильственно. Кто-то даже пытался подать на них в суд, но дела быстро замяли. Однако пресса пользуется этой историей во всю, и теперь у Дома Сияния черная-причерная репутация. Их никто никуда не приглашает, а на показы приходит очень мало людей. Так ведь и разориться можно... Кстати, а почему близнецы Найтштед решили от тебя избавиться?
Внутри надулся небольшой шарик гордости за тех, кто оказался предан мне. Надо же, у меня есть фанаты, которым не просто нравится мой стиль, а я сама...
- Не знаю.- отозвалась я, невольно вспомнив тот день, когда Аманита сдала меня Коллекционерам.- Я начала увиливать от работы послушной марионетки... Возможно, Аманите не понравилось то, что она теряет надо мной контроль.
- Что ж... Теперь они, похоже, крупно пожалели об этом.- сказала Скарлетт.- Газеты просто пестрят гневными письмами и критикой на счёт этой истории: "Диамант воплощала в себе черты тех людей, что не вписывались в каноны идеальной красоты, пропагандировала индивидуализм и естественность. Её нельзя заменить типичной внешностью!". Или: "Как мог Дом Сияния предать своё же творение?!"... Здесь куча таких писем. Редакция ещё не скоро исчерпает этот запас народного гнева...
- Что значит "не вписывались в каноны красоты"?- удивилась я.- Причем тут я?
Скарлетт повернулась и оглядела меня.
- Ну...- протянула она.- Ты не очень высокая... И у тебя нет груди... Для большинства девушек без фигуры твой стиль стал настоящим облегчением, когда им перестали тыкать под нос худыми моделями с третьим размером и ростом метр семьдесят пять... К тому же, заметь, ты почти на всех фото выглядишь естественно. Никакой красной помады и тонны макияжа. А это значит, что красота может быть естественной.
- Вот тут ты ошибаешься.- возразила я.- Мой визажист каждый день тратила на меня кучу тоналки... Но, да, помады особо не было...
- Твоя работа моделью сменила слово "сексуальная" на слово "милая" и тысячи девушек это оценили - не у всех идеальная фигура.- прокомментировала Скарлетт, продолжая листать страницы журнала.- Поэтому общество возмутилось, когда тебя решили убрать.
Вместо выполнения домашки мы ещё довольно долго листали газеты и журналы, которые принесла Скарлетт. Читая гневные письма, которые отправляли мои фанаты в редакцию, я очень приободрилась. Оказывается, всё, что я делала, было не зря.
Когда же я наконец приступила к заданию по макеноведению, которое должно быть завтра, в моей голове утвердилась мысль - отомщу близнецам. Не знаю, получится или нет, но я точно попробую.