8 глава
Андрияненко проснулась ближе к вечеру и, не сразу сумев оторвать голову от подушки, попыталась понять, который час. В сознании начали всплывать обрывки утренних событий, которые она предпочла бы никогда не вспоминать. Но память услужливо преподносила ей все самое стремное. Нащупав бутылку с водой, она приподнялась, чтобы попить и в следующий момент уже была этому не рада. Голова просто раскалывалась. И как будто прочитав ее мысли об аспирине, в кабинет вошла Ира со стаканом какой-то жидкости в руках.
-Хотела проверить, как вы... - нерешительно произнесла девушка в ответ на ее вопросительный взгляд и сделала несколько шагов в ее сторону. - Вот, возьмите. Это помогает с похмелья.
Ева не понимала, почему она все еще здесь после того, что случилось утром, но была ей за это благодарна.
-Который час? - поинтересовалась начальница и, поднявшись в положение сидя, взяла стакан у нее из рук.
-Почти шесть вечера, - ответила Ира, затем, подождав, пока она допьет, поставила стакан на журнальный столик. - Сильно плохо?
-Да так, терпимо, - произнесла Елизавета и, посмотрев на нее, после недолгой паузы, добавила. - Прости, Ира... Прости меня, пожалуйста. Все, что я говорила с утра - это отстой.
Она взяла девушку за руку и потянула на себя, заставляя присесть рядом. Не выпуская ее ладонь, Лиза поднесла ее к губам и, поддаваясь внезапному порыву, коснулась тыльной стороны легким поцелуем.
-Я не в обиде, - ответила Ира, пряча взгляд и стараясь не дрожать от такого волнующего прикосновения. - Хотя, если честно, это больно, когда вы судите меня по каким-то дурацким стереотипным меркам. Но, учитывая ваше состояние, я не могу злиться. Давайте просто забудем. К тому же есть кое-что, за что вы тоже должны меня простить.
-Например? - тут же насторожилась начальница и, отпустив ее руку, уронила голову обратно на подушку.
-Пока вы спали, звонили иностранцы...
Ира замолчала, с опаской поглядывая на Лизу и не зная, как продолжить.
-Ну и?
-Директор требовал ответа в течение часа, а вы не могли. Так что я сделала это сама. Завтра в час дня у нас поезд. Они уже взяли билеты. Мы едем в столицу открывать филиал.
Елизавета удивленно сверлила ее взглядом, даже не зная, что ответить. Не считая чертовой Ангелины, за нее еще никогда в жизни не принимала решений секретарша, и сейчас она просто не понимала, как реагировать. Девушка и сама знала, что от таких предложений не отказываются и ехать по-любому надо. Но сам факт, что Ира все решила без нее, вызывал привычное недовольство.
-Что еще ты успела нарешать, пока я спала?! Надеюсь, не продала мою фирму и не уволила пол штата? - с сарказмом спросила она, гневно поглядывая на девушку, которая тут же встала и отошла на пару шагов.
-Что по-вашему, я должна была делать?! Позволить вам испортить отношения с важными клиентами? Рассказать им правду? Что? - игнорируя ее вопросы, секретарша перешла в атаку. - Если хотите, езжайте без меня. Можете уволить меня прямо сейчас. Мне уже все равно. Я делала это исключительно ради вас. Ай, короче...
-Ну все, хватит. Остынь! - Ира направилась прочь из кабинета, но властный голос начальницы заставил ее остановиться. - Притормози, пожалуйста. Я понимаю, что у тебя не было выбора, но и ты меня пойми. Я не готова, чтобы кто-то ворвался в мой офис, в мою жизнь и за несколько недель поменял там все привычные порядки. Не знаю, умышленно или нет, но это именно то, что ты делаешь.
-У меня нет никакого коварного плана, в котором вы подозревали меня утром, если вы об этом, - ответила девушка, снова поворачиваясь к ней.
-Я знаю, что нет, Ира. Не уходи сейчас, пожалуйста. Мне так хреново, - снова поднимаясь в сидячее положение, попросила Лиза.
-Давайте я отвезу вас домой. Все равно вы не сможете работать сегодня, а лежать в офисе на диване не так хорошо, как дома в постели. Тем более до завтра надо отойти, - предложила Ирина, делая несколько шагов в ее сторону.
-Я и сама в состоянии сесть за руль, но сейчас у меня очень болит голова. Я полежу еще немного. Десять минут... - обессиленно падая обратно на диван, произнесла Елизавета и прикрыла глаза от резкой боли.
Неожиданно теплые ладони секретарши коснулись ее висков и стали медленно растирать по бокам, а большие пальцы нежно массировали сверху. От этих движений боль постепенно отошла на второй план, а пульс Андрияненко тут же участился, разгоняя по телу приятную дрожь. Но в какой-то момент Лазутчикова убрала руки, и девушке сразу же стало не хватать этих доводящих до мурашек прикосновений.
-Не останавливайся, прошу... - севшим голосом попросила Лиза, даже не подозревая, почему она разорвала контакт.
А Ира тем временем сидела сверху на подлокотнике дивана над ее головой, пытаясь восстановить дыхание и справиться с желанием касаться ее гораздо ниже, чем требуется. Ее руки снова вернулись к голове начальницы, а прикосновения стали какими-то другими, плавными и скользящими, все больше походящими на предварительные ласки, чем на массаж головы. С губ Лизы сорвался тихий стон, а ее дыхание стало тяжелее, что не могло не отразиться на ощущениях в теле девушки.
-Как же хорошо... - снова прокомментировала начальница таким голосом, что у Ирины начал туманиться рассудок, и она чуть было не ответила «мне тоже», но вовремя прикусила язык.
Ее руки спустились на затылок, чуть приподнимая голову Елизаветы, затем переместились вниз по шее и заскользили по плечам. Она и сама не заметила, когда начала спускаться еще ниже по рукам, но, поймав себя на этом, тут же поднялась на ноги и сделала несколько шагов назад.
-Вот черт! Простите, я не знаю, как... - все ее тело просило продолжения, но здравый смысл все-таки победил и заставил вовремя среагировать, за что она была ему благодарна.
-В том, что ты сделала, нет ничего, за что надо было бы извиняться. Ира, мне приятно, когда ты ко мне прикасаешься.
-Я не могу...
«Если я продолжу, боюсь, у меня просто сорвет от тебя крышу...»
Закончив фразу уже про себя, девушка по-прежнему смотрела на нее в упор.
-Пожалуйста, еще немного... Боль реально уходит, когда ты это делаешь. Прошу, еще пару минут.
Предложив ей привстать, Ирина положила ее голову к себе на колени и снова принялась массировать, стараясь контролировать каждое свое движение. Периодически подрагивающий от приятных спазмов живот, кажется, выдавал ее запредельное возбуждение, и девушка молилась, чтобы Елизавета этого не заметила. В какой-то момент начальница повернула лицо в ту сторону, и Ира почувствовала ее прерывистое дыхание через тонкую ткань рубашки. Рука девушки зарылась ей в волосы, легонько сжимая их в кулаке, от чего начальница снова издала тихий неконтролируемый стон. Ее губы прижались к животу, и больше всего на свете Лазутчиковой сейчас хотелось, чтобы чертова рубашка была подальше от тела.
-О Боже, я не могу... - простонала девушка, уже не скрывая своего желания, которое и так было очевидным из-за внезапной, ощутимой не только для нее дрожи в теле и неосознанного импульса прижать ее к себе еще сильнее. - Остановись, пожалуйста, потому что у меня не хватит сил.
-Просто расслабься, - прошептала Елизавета, обдавая ее горячим дыханием, и, расстегнув нижнюю пуговицу на рубашке, коснулась губами оголенной кожи.
-Я безумно хочу, чтобы ты продолжала, но мы не можем. Завтра ты будешь жалеть, - хрипло произнесла Ира, не представляя, как будет жить дальше, если она сейчас остановится.
-А если перестану, то буду жалеть прямо сейчас, - расстегнув еще две пуговицы, начальница провела ладонями по ее животу, заставляя выгнуться ей навстречу, и поднялась еще выше, к краю нижнего белья. - Ты ведь хочешь этого. Скажи, я хочу услышать!
«О, нет, только не этот тон...»
-Господи, да! - ощутив ее руки на своих сосках, Ира чуть не потеряла сознание. - Особенно, когда ты говоришь вот так...
-Я знала, что тебя это заводит... - сжимая ее грудь, прошептала Елизавета и, расстегнув последние пуговицы на рубашке, добавила. - Сними ее сейчас же, вместе с бельем!
Желание выполнить ее просьбу было настолько сильным, что руки Ирины автоматически стали делать то, что она сказала. Но в последний момент, собрав волю в кулак, девушка внезапно остановилась.
-Нет, я так не могу. Прости. Не сейчас. Не так... - вспомнив все слова, которые она говорила утром, девушка лихорадочно принялась застегивать на себе рубашку.
«Кто я для нее? Очередная шлюха, которая готова отдаться прямо в ее кабинете по первому требованию...»
В голове все отчетливее звучала ее фраза «все вы, бляди, одинаковые» и Эля осознала, что сейчас своими действиями только подтверждает эти слова. Наверное, с бывшей она тоже трахалась на этом диване. А теперь хочет сделать это с ней, чтобы завтра презирать, уже не без причины утвердившись в своем мнении, что все секретарши готовы спать с начальством. От этих мыслей на глаза навернулись слезы, и Ира прикусила губу, пытаясь встать с дивана. Приподнявшись, Лиза без слов позволила ей это сделать, а сама легла на спину и повернула голову в другую сторону.
-Прости меня. Я такая дура... Ты права, нам не стоило это начинать.
-Поехали по домам. Я не знаю, как это выдержать.
-Что именно? - зачем-то спросила начальница, только усугубляя ситуацию.
-То, что я смогла вовремя взять себя в руки, еще не значит, что я не хочу тебя. Черт, Андрияненко, ты же сама все это чувствуешь. Зачем я должна говорить?
-В таком случае, почему ты остановилась?
-Ты правда не понимаешь? Я не хочу подтверждать стереотипы, в которые ты так искренне веришь! - резко выпалила девушка и направилась к двери. - Давай просто уедем, прошу тебя!
-Это из-за того, что я сказала утром? - начальница встала с дивана и быстрым шагом направилась к ней. - Я не считаю тебя такой, Ира. Это был пьяный бред! Во мне говорила обида, и совсем не на тебя. Просто ты попалась под руку.
-Эта обида превратилась в убеждение. Ты правда так считаешь. И то, что я готова отдаться тебе на этом диване, только подтверждает данную глупость. Давай закончим разговор. Мы не должны этого делать. По всем пунктам это неправильно.
-Я знаю. Черт! Это бред какой-то! Ты должна понимать, что когда я прикасаюсь к тебе, у меня нет даже мысли о том, чтобы подтвердить дурацкие предрассудки. Меня просто тянет к тебе, вот и все! Даже вопреки тому, что я зарекалась никогда больше не смешивать личное с работой.
-Нам и правда не стоит этого делать. Если идти на поводу у своих желаний, ни к чему хорошему это не приведет. Одна ночь удовольствия, а что потом? - девушка вышла в приемную и подошла к шкафу, чтобы взять свою куртку. - Нам еще неделю работать вместе, а дальше наши дорожки разойдутся. Надо выдержать только эту неделю.
-Давай по домам, - коротко ответила Елизавета, пряча взгляд, и тоже принялась одеваться.
-Вас отвезти? - снова переключаясь на официальный тон, поинтересовалась Ирина. Но девушка отрицательно покачала головой.
-Я в порядке. Сама справлюсь.
-Возьмите это, - протянув ей пакет из аптеки с углем и аспирином, произнесла Лазутчикова и, попрощавшись, почти бегом вылетела из приемной.
Следующий день начался настолько обычно, что Ира могла бы поверить, будто все, что происходило вчера, ей просто приснилось. Елизавета Владимировна, как всегда, ворвалась в приемную и, смерив ее строгим взглядом, попросила кофе. А когда девушка принесла напиток в кабинет, начальница даже не посмотрела на нее. Она просто бесцельно пялилась в компьютер, хотя на мониторе не было ничего, кроме заставки.
Билеты на поезд пришли по электронке уже с утра, и Ира сразу же распечатала их на всякий случай. Теперь оставалось только уладить все вопросы с документами перед отъездом и перенести несколько встреч, которые были запланированы на эту неделю. Время до обеда в делах пролетело невероятно быстро, и, посмотрев на часы, девушка постучалась в кабинет начальницы, чтобы напомнить ей, что пора выдвигаться.
-Возьми свой чемодан. Поедем на моей машине, - скомандовала Елизавета Владимировна уже на парковке, и девушка не стала спорить. Стоянка у вокзала платная, а у нее не так много свободных средств, чтобы держать там свою развалюху целую неделю. - Мы успеваем пообедать? Я не ела с позавчера. Надо бы куда-то заехать.
-До поезда еще целый час, так что я думаю, успеем. Но лучше в центре, ближе к вокзалу. Мало ли...й
-Так и сделаем, - коротко резюмировала Елизавета и дальше всю дорогу они ехали молча.
Только у ресторана Ирина сказала, что подождет ее в машине, но девушка настояла на том, чтобы та пошла с ней.
-Не хочу обедать в одиночестве. К тому же питание в командировке за счет фирмы, так что можешь не переживать. Это никак не отразится на твоем бюджете.
-Тогда пойдемте. Я тоже со вчерашнего дня ничего не ела, а завтрак сегодня как-то проспала.
-Бессонная ночь? - спросила начальница, когда они уже шли к ресторану и бросила на Иру заинтересованный взгляд.
-Было трудно уснуть после всего, что случилось накануне... - смущенно произнесла девушка, не поворачиваясь к ней и, открыв дверь, вошла в зал ресторана.
Они выбрали столик у окна и, заказав себе поесть, некоторое время молча поглощали пищу, пока начальница первой не нарушила тишину.
-О том, что было вчера... Надеюсь, ты понимаешь, что я была не в себе, - обдавая Иру волной арктического холода, уточнила она. - Мы должны забыть об этом. Особенно о том, что произошло вечером.
Некоторое время Елизавета смотрела исключительно в свою тарелку, но в какой-то момент все-таки подняла ледяной взгляд и направила его на девушку. Ира ощущала этот лед буквально на своей коже, от чего инстинктивно обняла себя руками, но, осознав, как это выглядит со стороны, опустила их на колени и выпрямилась.
-Скорее должны делать вид, что ничего не случилось. Забыть такое вряд ли получится, - с ноткой раздражения в голосе ответила девушка.
-Не обязательно цепляться к словам. Главное, чтобы ты понимала суть, - отстраненно произнесла Лиза, что задевало еще больше.
Да, Ирина сама вчера все прекратила, и у нее не было никаких сомнений в правильности такого решения. Но все равно слова начальницы отзывались внутри волной гнева.
-Вчера утром вы назвали меня шлюхой. А сейчас говорите, что прежде всего забыть следует вовсе не это и даже не ваше пренебрежительное отношение ко мне. Забыть нужно самое лучшее, что случилось в тот гребаный день!
-Я уже извинилась за это. Не надо устраивать сцен. Мне правда жаль. Это было непрофессионально с моей стороны, и этого больше не повторится, - все так же отчужденно и сухо процедила она, затем, выдержав небольшую паузу глаза в глаза, продолжила. - А сейчас я извиняюсь за то, что сказала и сделала вечером. Этого не должно было произойти. Просто ошибка по пьяни. Наверное, алкоголь все еще держал меня после пробуждения.
-Хватит! Я поняла. Давайте больше не будем об этом говорить. Ничего ведь не произошло, - не в силах терпеть этот ее тон, перебила Ирина. - Могло быть и хуже.
В поезде они работали до самого вечера и не говорили ни о чем, кроме рабочих моментов. Потом просто молчали, каждая в своих мыслях. Ира позвонила детям и напомнила Остину, что если он не ходит в школу, это еще не значит, что не надо заниматься уроками. Попросив маму дать ему тетради по разным предметам, она, наконец, положила трубку и принялась готовить себе постель. Затем девушка достала из рюкзака сменные вещи и, сняв с себя офисную одежду, осталась в полупрозрачном кружевном белье, сразу приковывая к себе загоревшийся взгляд начальницы.
Андрияненко наблюдала за ее переодеванием с противоречивыми чувствами. Все ее тело моментально вспыхнуло желанием, когда, подняв взгляд на полную грудь Ирины, она вспомнила, каково это было - ощущать ее у себя в руках. Встретившись с ней взглядом, секретарша отвернулась и сразу же принялась натягивать на себя спортивные штаны, скрывая шикарную задницу, от которой, как назло, Елизавета не могла оторвать взгляд. Девушку бесила собственная реакция, а еще больше бесило то, что Ира заметила, куда и с каким неприкрытым желанием в глазах она смотрит.
-Ты бы еще догола здесь разделась! - раздраженно бросила Лиза, пытаясь снова сосредоточиться на книге, которую читала, но смысл теперь ускользал от ее сознания. - Могла бы предупредить. Я бы вышла.
-А в чем, собственно, проблема? Помнится, вы говорили, что я вызываю у вас волнение только под алкоголем. Я не думала, что это может вас смутить. Вы вроде как сами предложили делать вид, что ничего не случилось.
-Нет никаких проблем! Просто хватит со мной играть, Ира. Это может плохо кончиться. Я тебе не советую, - раздраженно произнесла начальница, захлопывая книгу и поднимаясь со своего места.
-У вас паранойя. Разберитесь сначала в себе и в своем прошлом. Если вам кажется, что все вокруг хотят вас кинуть или еще что-то в этом роде, то причина как раз в вас, а не в других людях, - спокойно ответила девушка, несмотря на то, что внутри бушевал ураган эмоций.
Бросив на нее испепеляющий взгляд, Елизавета рванула прочь из купе, громко захлопнув дверь, и оставила Ирина наедине со своими переживаниями. Сунув наушники в уши, девушка включила музыку и, погасив свет, легла в постель. Она надеялась отвлечься, но как только закрыла глаза, в сознании сразу всплыл возбужденный взгляд начальницы. Низ ее живота и без того ныл в свете последних событий, а теперь желание ощущалось еще сильнее. Она вспоминала руки Андрияненко, скользящие по ее животу, а потом сжимающие грудь, и до безумия хотела ощутить их на себе еще раз.
Между ног и без того все горело, а чертова музыка только усугубляла положение, вырисовывая в ее фантазии кадры с танцующей для нее полуголой начальницей. Как же она хотела вчера освободить Лизу от лишней одежды и увидеть ее округлые формы. Отказав ей, девушка только усилила эту пытку над собой и, кажется, теперь хотела ее еще сильнее. Рука автоматически потянулась вниз, к мокрому от желания центру. Ей просто катастрофически были необходимы сейчас эти прикосновения. Но, осознав, что делает, Ира резко вскочила со своего места и, выдернув наушники из ушей, включила свет.
Дверь купе открылась в ту же секунду, и Елизавета со своей манерой врываться в помещение на всех парах, налетела прямо на девушку, чуть не сбивая ее с ног. Ира рефлекторно ухватилась за начальницу, прижимая ее к себе всем телом, и поймала глазами ее темно зеленый взгляд. Еще одно движение вперед, и она могла бы почувствовать эти манящие губы. Боже, как сильно она этого хотела! Но здравый смысл снова взял верх и, отступив на шаг назад, Ирина освободила ей проход, присаживаясь на свое место.
Похоже, Андрияненко прочитала в глазах все ее сумасшедшее желание. Ведь то, что она сделала дальше, нельзя было назвать никак иначе, кроме как местью. Она раздевалась неспеша, как будто дразнила, а Лазутчикова, хоть и понимала, что тупо на нее пялится, не могла ничего с собой поделать. Пиджак полетел на полку, а вслед за ним и блузка, оголяя аппетитные полушария, едва прикрытые черным бельем без чашечек. А то, что она сделала дальше, сбило сердце девушки с привычного ритма и заставило ее с силой вцепиться руками в простынь.
Расстегнутый бюстгальтер полетел к остальным вещам и, уставившись на ее напряженные соски затуманенным взглядом, Ира нервно заерзала на месте. Как же ей хотелось прямо сейчас впиться губами в эту шикарную грудь! Она почти почувствовала у себя на языке эти твердые центры и мягкую кожу вокруг.
-Зачем ты так? - севшим голосом произнесла она, когда Андрияненко отвернулась и спустила с себя штаны.
Лазутчиковой пришлось очень постараться, чтобы не встать со своей полки и не сорвать с нее трусики вслед за брюками. Она так дико этого хотела. Казалось, каждый ее атом тянется к этой девушке, которая уже плавно надевала на себя футболку.
-Я просто переодеваюсь. Что в этом такого? - с сарказмом повторила ее недавний ответ Лиза и повернулась, чтобы видеть ее лицо.
-В отличие от тебя, я вчера была полностью трезвая. И если ты забыла, то я не отказывалась от своих слов после. Я хотела тебя искренне, по-настоящему, понимаешь?! И сейчас ничего не изменилось, - как на духу выдала Ира, не сводя глаз с ее рта и улавливая каждое движение губ или языка, периодически плавно скользящего по их поверхности. - Молодец! Отомстила! Я тебя поздравляю! Только какой в этом смысл? Что ты хотела доказать?
-Вот ты и выдала себя! Ты первая все это начала, причем совершенно осознанно, как провокацию в ответ на мои слова в ресторане. А сейчас я всего лишь показала тебе, что не надо со мной играть, потому что эти игры могут обернуться против тебя! - гневно произнесла Андрияненко и, убрав свою одежду с постели, принялась ее расстилать, а когда забралась под одеяло, добавила. - Теперь выключи свет и ложись в кровать. Я надеюсь, мы больше не будем возвращаться к этой теме, иначе, обещаю тебе, ты будешь не рада.
-Это не кровать, а полка, - зачем-то уточнила Ира. Как будто это было самым важным из всего, что сказала начальница.
А может быть, она просто хотела оставить за собой заключительное слово, прежде чем отвернется к стене и закончит этот неконструктивный диалог.