3 глава
После того, как секретарь покинула кабинет, Ирина еще некоторое время сидела неподвижно, просто уставившись на дверь. Ее сердце теперь билось в два раза быстрее, и это не могло не беспокоить. Она же клялась себе, что никогда больше не возьмет на работу ни одну привлекательную особу женского пола. После истории с этой шлюхой Ангелиной, которую она, как назло, до сих пор не может забыть,Лиза зареклась впредь не повторять своих ошибок.
Еще на прошлой неделе, увидев Ирину в приемной, девушка сразу поняла, что откажет ей. Эта чертова шатенка с ее темно-карими глазами и убийственно привлекательным взглядом уже тогда вызывала в ней бурю противоречивых эмоций. Собеседование было лишь формальностью. Не могла же она выгнать ее прямо из приемной. Хотя других выгоняла без объяснений и малейших угрызений совести. Почему не смогла повторить это с ней? На этот вопрос Андрияненко до сих пор не знала ответа.
Как она вообще умудрилась поменять свое решение и отклониться от плана? Неужели из-за ноутбука? Хотелось верить, что да, но Андрияненко прекрасно понимала, что это не такие уж большие деньги, чтобы из-за них уступать своим принципам.
Дверь кабинета открылась, прерывая ее размышления, и внутри снова появилась секретарша, теперь уже с тряпкой в руках. Испуганно посмотрев на босса, девушка присела и принялась вытирать следы своего недавнего прокола, открывая ей вид на свою чертовски аппетитную грудь, сексуально обрамленную в черное кружево бюстгальтера. Нет, она не должна туда смотреть. С силой зажмурив глаза, Лиза ощутила мимолетное состояние дежавю. Давно уже никто так не выводил ее из равновесия, не считая этой проклятой стервы Ангелины, о которой она теперь не может вспоминать без боли и разочарования. И хоть Лазутчикова внешне совсем на нее не похожа, она тоже выделяется из всех, кто когда-либо работал на Лизу.
Глаза снова открылись и уставились на привлекательное декольте. Ее рубашке явно не хватало еще одной пуговицы, а Андрияненко не хватало силы воли, чтобы перестать пялиться куда не надо. Карандаш, который она вертела в руке, внезапно треснул пополам, и, разозлившись на себя за глупое поведение, девушка повысила голос.
-Где, черт побери, мой кофе?! По-твоему, эта гребаная лужа сейчас важнее?
-Простите, я думала... - выпрямившись в полный рост, Ира посмотрела на нее растерянным взглядом и попятилась к двери. - Сейчас принесу.
«Ранимая...» - пронеслось в голове у Елизаветы.
«Зачем я с ней так? Она ведь не Ангелина и не должна платить за ее ошибки... Хотя все они одной породы. Сука!»
Неприятные воспоминания накатили с новой силой, и, психанув, Андрияненко швырнула какую-то папку с бумагами в сторону двери. Затем обессиленно опустила голову на стол, не понимая, что с ней творится.
Таких сильных эмоций она не испытывала уже давно. За два года после той ужасной истории боль притупилась, и девушка старалась к этому не возвращаться, подавляя любые воспоминания. А сейчас они все стремительно поднимались на поверхность, сводя ее с ума.
В кабинете снова появилась она и, увидев разбросанные по полу рисунки, резко остановилась. Это были вовсе не документы, как думала Лизы, а непонятно как оказавшиеся на офисном столе ее старые работы. К счастью, на этот раз кофе был доставлен до места назначения без происшествий. Развернувшись, чтобы пойти и, наконец, распечатать документы на подпись, девушка принялась собирать рисунки с пола, задерживая взгляд на каждом из них, а на последнем даже улыбнулась. Так тепло, нежно и искренне, что у Андрияненко внутри невольно что-то дрогнуло. Но быстро подавив в себе эти ощущения, она обратилась к Лазутчиковой ледяным тоном.
-Я просила тебя принести документацию или разглядывать мои работы?
-Это ваши? - в конец обнаглев, спросила секретарша, бросая на нее удивленный взгляд, что совершенно выбивало из колеи. - Извините, просто очень красиво. Я не знала, что вы рисуете.
-Тебе и не надо этого знать. Достаточно выполнять мои приказы и не лезть не в свое дело, - грубо ответила начальница и, заставив ее положить папку на стол, выгнала прочь из кабинета.
Любопытство взяло верх, и, решив посмотреть, что же такое вызвало ее улыбку, Лиза потянулась к рисункам. На бумаге черным по белому вырисовывались линии женской фигуры. Той самой фигуры, что так прочно засела в ее памяти. Той самой, что так безжалостно вонзила ей нож в спину. Когда она это нарисовала?Елизавета даже не могла вспомнить, когда в последний раз бралась за карандаш. Наверное, ни разу с тех пор, как она ушла. Что делает эта чертова папка у нее на столе?! Почему она не сожгла ее при первой же возможности? Как можно было игнорировать ее все это время? На глаза навернулись слезы, но Лиза давно уже научилась их сдерживать, поэтому быстро взяла себя под контроль и, залпом выпив наполовину остывший кофе, включила компьютер, чтобы заняться работой.
-Возьми эту папку и сожги все ее содержимое, - приказала она, когда Ира вернулась к ней с документами на подпись.
-Но это же...
-Я не спрашивала, что ты об этом думаешь, - резко перебила ее девушка и подвинула папку через стол ближе к краю. - Запомни себе на будущее. Мои приказы не обсуждаются.
-Это безумие... - тихо ответила она, уставившись на Лизу неверящим взглядом, и дрожащими руками взяла рисунки со стола
-По-твоему, мои решения безумны?
Она могла бы и промолчать, но почему-то тот факт, что секретарша, не зная причину ее поступка, делает выводы, взбесил девушку.
-Не все решения. Только это, - робко ответила Лазутчикова, сделав несколько шагов в сторону двери. - Рисунки прекрасны. Я не знаю, почему вы хотите их сжечь, да и это не мое дело. Но сейчас я чувствую себя так, будто собираюсь бросить в огонь самую искреннюю часть вашей души. Если честно, я не уверена, что у меня хватит смелости.
-Нечего бояться. Эта часть моей души уже давно умерла, - неожиданно тихо произнесла Андрияненко, сама удивляясь своему тону, и чуть грубее добавила. - Иди и сожги это. Не испытывай мое терпение. Когда закончишь, жду тебя здесь. Заберешь документы и прочитаешь мое расписание на день.
Остаток понедельника прошел без новых историй, но от этого Лиза не перестала жалеть о своем опрометчивом решении взять на испытательный срок эту чертову секретаршу. Ей не нравилось то, что поднимается на поверхность в присутствии этой девушки. Она не намерена проходить через это снова. Но почему тогда не может просто послать ее ко всем чертям и найти кого-то другого? Это плохо скажется на делах компании? Да, но это не веская причина. Тогда какого хрена?! Эти вопросы не покидали ее всю дорогу домой. И только переступив порог своей огромной пустой квартиры, она решила перестать изводить себя понапрасну.
«Конечно она будет уволена. Сразу, как только отработает долг. А я заранее подыщу на ее место новую кандидатуру...» - подумала Лиза и, удовлетворенно кивнув, решила, что теперь самое время выспаться.
***
«Интересно кто эта девушка?» - теперь уже более детально разглядывая каждый рисунок, рассуждала про себя Ирина.
Были и другие изображения. Шумный проспект с бесконечным потоком машин, тихие морские волны с закатом на фоне, бескрайнее ромашковое поле, морская звезда на теплом песке, а на заднем плане несколько пальм и гамак. Пейзажи были цветными, а все рисунки с девушкой - черно-белые. Ее было много. Красивое, запоминающееся лицо с родинкой на подбородке, идеальные изгибы тела. Про таких снимают кино или зовут на подиум. Наверное, она была дорога Лизе. Но почему сейчас она хочет все это сжечь?
Услышав шаги за дверью,Ира быстро сгребла рисунки в кучу и бросила в открытый ящик стола, после чего уставилась в монитор компьютера, делая вид, что усердно работает. Она так и не смогла выполнить просьбу начальницы вчера. Теперь Лазутчикова видела в ней больше, чем просто стервозную богачку, которая ставит себя выше других. А ведь вчера, когда та на нее наорала, она полностью разделяла мнение Эмили и всех секретарей до нее. Пока случайно не наткнулась на часть ее души, небрежно разбросанную по полу. И тот единственный короткий момент, когда ее тон стал мягким и искренним, окончательно убедил девушку в том, что она знала всегда. Плохих людей не бывает. Есть те, кому сделали больно.
-Доброе утро, Елизавета Владимировна, - с улыбкой произнесла Ира, увидев ее в приемной.
Ну и пусть она не здоровается в ответ, пусть игнорирует или говорит что-то недовольным тоном. Девушка теперь точно знает - это всего лишь маска, за которой она прячет свой хрупкий внутренний мир.
-Завари мне турецкого чаю и быстро в мой кабинет с расписанием на день, - коротко распорядилась она и скрылась за дверью, как делала каждое утро.
Снова этот властный тон. Живот Лазутчиковой мгновенно свело, а в комнате вдруг стало безумно жарко. Интересно, было ли так жарко минуту назад или ее тело уже окончательно начало жить своей жизнью? Почему она реагирует на девушку так, как должна бы на мужчину? Наверное, год воздержания все-таки дал о себе знать. Других объяснений здесь быть не может.
«Чай. Я должна сделать ей чай, а не пялиться в стену и представлять ее без одежды...» - взяв над собой контроль, подумала Ирина и направилась к столику с чайником.
-Через час у вас встреча с представителем Seven Industries, - заглядывая в свой блокнот, произнесла девушка уже у нее в кабинете. - Потом презентация в конференц-зале и ланч с зарубежными клиентами. После обеда все более спокойно. Никаких встреч, только текущие дела.
-Что по поводу отчетов по проектам? Они должны были прийти на почту еще вчера.
-Да, все пришло. Осталось только распечатать и принести вам на проверку.
-Так почему они до сих пор не у меня? - раздраженно спросила Елизавета Владимировна и жестом указала на дверь. - У тебя десять минут.
Вернувшись с документами, Ира неуверенно остановилась у ее стола, и пока начальница просматривала бумаги, взгляд девушки непроизвольно блуждал по ее лицу, опускаясь все ниже. А там было на что посмотреть. Полупрозрачная черная блузка была расстегнута так, что сверху без труда просматривалось очертание ее шикарных сисек. Осознав, куда смотрит, Ирина почувствовала, как ее лицо вспыхнуло пламенем. И оно было не единственным, что горело на тот момент. Несмотря на стыд, который она испытала от осознания, что происходит, между ног разразился настоящий пожар. А когда начальница подняла свои глаза и перехватила ее взгляд, девушка невольно вздрогнула от рвущихся наружу чувств.
-Почему ты все еще здесь? Мне не нужна группа поддержки, пока я читаю отчеты. Иди, занимайся своей работой. Если понадобится, я тебя позову.
«О нет, умоляю, не говори со мной так...» - мысленно ответила Ира, направляясь к выходу и думая о том, что было бы, если бы она понимала, какой эффект оказывает на девушку ее приказной тон.
Нормально ли так реагировать на подобное общение? Очевидно, нет. Что-то она ни разу не слышала от Эми, как та кайфует от стервозности начальства.
«Со мной явно что-то не так...» - подвела итог Лазутчикова, но даже боялась подумать о том, что это «не так» может означать в данном контексте. Думать такое о себе было для нее слишком. Но, вспоминая девушку на рисунках, она могла бы предположить, что у Лизы были с ней далеко не дружеские отношения. Друзей так никто не рисует.
Неделя близилась к концу, и, подумав о том, что завтра вечером наконец-то заберет своих малышей, Ира с ужасом вспомнила, какое сегодня число. Тут же, разблокировав телефон и заглянув в календарь, девушка убедилась, что первое сентября выпадает на понедельник, а у нее по-прежнему ничего не готово к школе и нет никакой информации о том, что нужно купить Августу в садик. Но все это было не так страшно, как осознание того факта, что ей просто не на что покупать необходимые детям вещи.
«Алименты придут только через неделю. Придется звонить Саше...» - расстроенно подумала она и пнула ногой тумбочку, не замечая, что начальница вошла в приемную и наблюдает за ней уже некоторое время.
-Я так понимаю, это у вас семейное - крушить все в моем офисе, - язвительно заметила Елизавета Владимировна, сверля ее недовольным взглядом. - Что за агрессия на рабочем месте?
-Простите, вы здесь ни при чем. Я не хотела, чтобы вы это увидели...
-То есть ты решила ломать мою мебель втайне от меня, - продолжала издеваться начальница, вгоняя Иру в краску и заставляя теряться в поисках ответа, но к ее облегчению через несколько секунд добавила. - Жду тебя в кабинете с турецким чаем и документами по новому проекту. Только не залей их кипятком, прежде чем они окажутся на моем столе.
Уже ближе к вечеру, разобравшись с текущими делами и заскучав на рабочем месте, Лазутчикова все-таки решилась набрать бывшего мужа. Она хотела поскорее покончить с этим вопросом и, если он откажет в финансировании, начать обдумывать другие варианты.
-Алименты через неделю, - как ни в чем ни бывало заявил Куркмаев в ответ на ее речь о том, что детям нужны деньги на первое сентября.
-Слушай, придурок, ты тоже участвовал в процессе их зачатия, так что теперь это и твоя ответственность! Я не обязана содержать их самостоятельно.
Встав со своего стула, девушка нервно зашагала по приемной, сдерживая себя, чтобы не пнуть уже полюбившуюся тумбочку еще раз.
-Я плачу тебе алименты, - снова повторил бессмысленную фразу бывший муж, и Ирина сорвалась на крик.
-Ты хоть представляешь себе, сколько денег уходит на двоих детей в месяц?! Не говоря уже о форс мажорах, когда твой сын разбивает чужой компьютер и на тебя автоматически падает долг в две тысячи зелени!
-А я чем виноват? Надо было нормально смотреть за ребенком, чтобы он ничего не ломал, - монотонно ответил бывший, давая понять, что устал от этого разговора.
-Просто возьми их, отведи в магазин и купи все, что нужно. Или тебе вообще пофиг на детей?
-Я скину тебе денег на тетради. Это все?
-Какое все? А одежда? Спортивный костюм и кроссовки Остину? Он вообще-то растет. Прошлогодние вещи уже на него маленькие, - немного смягчив свой тон, ответила Ира и, сев обратно на свое место, обнаружила, что жалюзи на перегородке между приемной и кабинетом почему-то открыты.
-У меня у самого зарплата через неделю. Откуда по-твоему приходят алименты? Короче, я не знаю, чем тебе помочь, - нагло ответил парень, затем добавил. - Если это все, у меня начинается футбол. Так что мне некогда с тобой разговаривать.
-Так напрягись и придумай что-нибудь. По-твоему я одна должна это делать?
-Вот отдашь их мне, тогда и буду напрягаться. А если взялась воспитывать, пожалуйста, довольствуйся алиментами и не звони мне по поводу денег, - грубо ответил он и прежде чем шокированная девушка успела что-то возразить, положил трубку.
Бросив телефон на стол, Лазутчикова уронила туда же свою голову, но быстро вспомнив, что начальница теперь видит ее даже из-за стены, поднялась и уставилась в компьютер. Неожиданно пришла идея посмотреть онлайн кредиты. И хоть она понимала, что это не лучшая мысль, когда-либо ее посещавшая, у нее не было выбора.
-Зайди в мой кабинет, - спустя несколько минут скомандовала Елизавета Владимировна, нажав на кнопку селектора.
-С чаем или кофе? - уточнила девушка, но, услышав грозный ответ, тут же поднялась на ноги.
-Ты что, издеваешься?! Просто зайди. Я бы сказала, если бы мне что-то было нужно.
-Поняла, Елизавета Владимировна. Уже иду.
-Кто разрешал тебе разговаривать по личному телефону на работе? - грубо спросила начальница, когда Ирина оказалась перед ее столом.
-Извините. Этого больше не повторится.
-Много извинений за один день. Свои личные проблемы надо решать дома. Где отчеты, которые я просила тебя распечатать?
-Их еще н-не прислали, - дрогнувшим голосом ответила Ира и опустила глаза, не выдерживая ее взгляда.
-Если тебе нечем заняться, отнеси это иллюстраторам и скажи, что все нужно переделать, - протягивая ей стопку плакатов, произнесла Елизавета. - Это совершенно не то, чего хочет заказчик. Подробности я скину им на почту.
-Будет сделано, - тихо ответила Ирина и, развернувшись, направилась к выходу.
Когда она вернулась обратно, начальницы в кабинете уже не было, что показалось Ирине довольно странным, ведь она всегда уходила последней. Посмотрев на часы, девушка пожала плечами и тоже принялась собираться домой. Но вспомнив, что Андрияненко вечно ругает ее за творческий беспорядок на столе, решила немного прибраться и складывая документы в папку, увидела среди бумаг какой-то конверт. Подняв его и открыв с мыслью, что там может быть что-то важное, что она видимо забыла передать боссу, девушка не поверила своим глазам и уронила его из рук обратно на стол.
В конверте были деньги, а также небольшая записка, которая моментально развеяла все возможные вопросы о том, как они здесь оказались. Несколько слов, написанных ровным почерком Лизы, говорили о том, что Ире не следует слишком радоваться, ведь это не благотворительность и никакой не жест доброй воли. Теперь девушка у нее в долгу, и в ближайшее время начальница обязательно придумает для нее дополнительную работу. Просто ей не нужны сотрудники с плохой кредитной историей. Да и дети Ирины не должны страдать из-за того, что им не особо повезло с родителями.
Подумав о том, что, скорее всего, это ей не особенно повезло с боссом, Лазутчикова сунула конверт во внутренний карман куртки и, погасив монитор компьютера, направилась к двери. Конечно, она была рада. По крайней мере, теперь в ее жизни стало на одну проблему меньше. Но этот талант начальницы оскорблять и отталкивать, даже помогая, выводил девушку из себя. Она не понимала, что творится у Лизы в сознании. Что вообще должно произойти с человеком, чтобы он так дистанцировался от других? Или эта ее отстраненность касается только подчиненных? Лазутчикова могла бы просто назвать Андрияненко надменной, но она точно знала, что причина не в этом. Что-то подсказывало ей, что девушка не всегда была такой. И это же что-то давало надежду на лучшее. Возможно, в будущем Ирине удастся узнать ее по-настоящему. А сейчас нужно просто смириться с ее загонами и не принимать это близко к сердцу.