Эдельвейс

****

За неделю до.

В роскошном зале резиденции Шварцев, где хрустальные люстры отражали яркий свет, темноволосый Аарон, облаченный в элегантный костюм, с интересом наблюдал за младшей сестрой Жизель. Она сидела у окна, в задумчивости рассматривая сад, раскинувшийся за пределами их поместья. Очевидно, вновь далека мыслями.

— Жизель, — произнес он с тонкой улыбкой, — ты не собираешься провести остаток дня, глядя в окно, не так ли?

Она обернулась, зелёные глаза искрились недовольством.

— Аарон, ты знаешь.. Больше всего я бы хотела увидеть Исайю. Он обещал приехать, и мне так хочется его увидеть. — в её глазах всё ещё был очередной телефонный разговор с другом, который совсем скоро обещал приехать в Германию. Он не бросает слов на ветер, это было бы точно не в духе Исайи.

Аарон наклонился ближе, и его голос стал мягким и обманчиво заботливым.

— Исайя приедет, не сомневайся. Но ты должна понять, что у него есть дела, и он занят. Дай ему немного времени. В конце концов, у нас с тобой есть важные дела, которые требуют внимания.

— Что ты имеешь в виду? — Жизель нахмурилась, не понимая, куда клонит брат.

— Эдельвейс Колетт. Ты ведь слышала о ней, верно? — Аарон с хитрой улыбкой обвел взглядом комнату, словно проверяя, не подслушивает ли кто. — Она такая привлекательная, и наш отец уже задумал о помолвке.

— Помолвка? — удивилась Жизель. — Но она уехала в Испанию..— (Да и врядли вернеться) в мыслях добавила младшая Шварц. — Неужели ты действительно думаешь, что это возможно? — скептически продолжила девушка, брови домиком, что говорило о её глубокой задумчивости.

Аарон сделал шаг к сестре, его лицо стало более серьезным.

— Всё возможно, если уметь манипулировать обстоятельствами. Я уже продумал план. Если я смогу наладить контакт с её отцом, Габриэлем Колеттом, он не сможет отказать мне в встрече. А потом… — он сделал паузу, чтобы усилить эффект, — потом ты сможешь увидеть Исайю.

Старший Шварц явно мог стать актёром, не иначе. Привлекательная наружность и лёгкая, обезоруживающая улыбка. Да и ум. Изворотливый. Он знал своё дело.

— Ты собираешься поехать в Испанию? — Жизель приподняла брови, её доверие к брату было безграничным.

— Возможно, да. Но ты должна пообещать мне, что не будешь вмешиваться. Я знаю, что ты наивна, и это может стать твоим слабым местом.

— Я обещаю, — быстро ответила она, не задумываясь. — Но только если ты сможешь устроить встречу с Исайей.

Очевидно, что брат имел большое влияние в её жизни. Старший Шварц всегда помогал младшей, будь даже перед родителями, что относились к их дружбе с Колетт не особо снисходительно, а брат же.. Аарон умел усмирять их. Сглаживал углы.

Парень кивнул, его глаза блеснули хитрым светом.

— Поверь мне, Жизель. Я знаю, как заставить людей поверить в то, что им выгодно. И Габриэль Колетт, не сможет игнорировать мою просьбу, если я представлюсь достойным партнёром для его дочери.

В этот момент в комнату вошли их родители, Август и Гертруда, с высокомерными лицами, словно они только что сошли с картины, изображающей идеальных аристократов.

— Что происходит? — спросил Август, его голос звучал властно.

— Мы обсуждаем Эдельвейс Колетт, — ответил Аарон, не теряя уверенности. — Я думаю, что ее отец был бы рад познакомиться с человеком, который мог бы стать частью их семьи. — раскованный парень сел в тёмное кресло, одним поспешным движением растегнув верхние пуговицы тёмной рубашки. Длинные пальцы задумчиво прошлись по губам, которые изогнулись в острой усмешке. Он был до безумия привлекателен. И ужасен.

Гертруда, с её жёстким характером и вспыльчивостью, наклонилась вперед, явно недовольная резкими движениями сына. И чем-то ещё.

— Ты не должен забывать, Аарон, что наша семья всегда ставила на первое место благополучие. Не стоит подводить нас своими амбициями.

— Мама, я действую в интересах семьи, — мягко ответил Аарон. — Эдельвейс может стать отличным связующим звеном с другими аристократами.

И неважно, что семья Гутенберг с каждым годом медленно уходит на дно.. Лилит однако решит что-то масштабное да выкинуть.

Август кивнул, не замечая безумности замысла сына, и произнес:

— Хорошо, Аарон. Я доверяю твоей интуиции. Но помни, что наше имя должно оставаться чистым.

Аарон, чувствуя поддержку от родителей, с улыбкой посмотрел на Жизель, которая, казалось, не осознавала, что ее брат плетет сложную паутину, в которую она может попасть.

— Не переживай, Жизель. Вскоре ты увидишь Исайю, и все будет так, как ты хочешь. Просто доверься мне.

С этими словами Аарон, словно стратег на шахматной доске, начал планировать свой следующий ход, не подозревая, что его безумие может привести к неожиданным последствиям.

***

1 августа, вечер.

Исайя Колетт сидел за столиком в одном из самых изысканных ресторанов Барселоны. Его отец,  обсуждал детали предстоящей встречи с Аароном Шварцем. В воздухе витала атмосфера ожидания, и Исайя чувствовал, что что-то не так. Его интуиция, как всегда, была на высоте.

— Исайя, ты не слушаешь, — заметил Габриэль, взглянув на сына с легким беспокойством. — Это важная встреча. Аарон — перспективный молодой человек.

— Да, отец, — откликнулся Исайя, но его мысли были далеки от обсуждаемого. Он вспомнил ту странную встречу два дня назад у Греты, где они с Эдельвейс встретили Аарона. Исайя не мог избавиться от ощущения, что что-то в этом парне было не так. Он был слишком обаятельным, слишком..расчетливым?.

В этот момент в ресторан вошёл никто иной, как Аарон Шварц, его уверенная осанка и стильный наряд привлекли внимание окружающих. Он подошёл к столу с самоуверенной улыбкой, и Исайя заметил, как его взгляд на мгновение зацепился за него. Воспоминания о недавней встречи заставляли глубоко задуматься, а молчание сестры..оглушило. Да и её нервные движения сестры в тот день не ускользнули от его внимания.

— Добрый вечер, господа! — произнес Аарон, садясь за стол. — Рад вас видеть.

— Мы тоже рады, Аарон, — ответил Габриэль, протянув руку для приветствия. — Надеюсь, ты не слишком утомился с дороги?

— Вовсе нет, — весело отозвался Аарон. — Барселона полна жизни, и я рад быть здесь.

Исайя внимательно наблюдал, как его отец и Аарон начали обсуждать политику и экономику, их разговоры были полны умений манипулировать фактами и общественным мнением. Исайя же думал о чем-то другом. Он также не мог не вспомнить, что Аарон — племянник Греты, а это значит, что между ними с Эдельвейс есть нечто большее, чем просто случайная встреча.

— Я слышал, что ваша семья очень влиятельна в Германии, — заметил Габриэль, его голос был полон интереса. — холодные глаза цепко прожигали такие же, напротив, но ледяные глаза Аарона были прочно высечены словно из айсберга и рассмотреть "душу" не представлялось возможным.

— Да, моя тетя Грета действительно была вхожа в высшие круги..в своё время, — ответил Аарон с лёгкой грубостью от немецкого акцента, но что более интересное, так это то, что голос звучал успокаивающе, парень говорил с легким смущением. Что то определено не так. — Она всегда говорила мне, что семья — это главное. И я горжусь тем, что могу представлять традиции.

Исайя почувствовал, как внутри него нарастает подозрение. Он вспомнил, как Эдельвейс вела себя, когда Аарон появился в доме Греты.. — её нервозность, искоса брошенные взгляды. Что связывало её с этим аристократом?

— И как же твоя тетя отнеслась к твоему решению приехать в Испанию? — спросил Исайя, пытаясь вывести Аарона на чистую воду.

— Грета всегда поддерживала мои стремления, — ответил Аарон, его голос стал немного более серьезным. — Она считает, что я должен развивать связи с другими аристократами.

Исайя заметил, как Аарон изредка смотрел на него, и ненароком, но в голове появлялись взгляды ледяных глаз по отношению к Эдель, там был интерес и, что самое ужасное..вожделение, ожидание чего-то..О, боги, Исайю чуть не вывернуло. Парень чувствовал, как его защитные инстинкты активизировались.

— Эдельвейс — замечательная девушка, — произнес Аарон, его тон стал чуть более щепетильным. — Я имел честь проводить с ней несколько светских вечеров. Она обладает удивительной харизмой.

Исайя, почувствовав, как его сердце забилось быстрее, он вновь вспомнил об Эдельвейс, как та отводила взгляд, словно пытаясь скрыть свои эмоции. Он знал, что в её поведении было что-то, что не укладывалось в его представления о её характере.

— Она очень ценит свою семью, — заметил Исайя, стараясь держать тон спокойным. — Семья для нас важна.

Шварц кивнул, но его взгляд был полон расчетливой хитрости, которая не могла уйти от внимательного глаза Исайи.

— Да, семья — это святое, — произнес Аарон, и Исайя уловил в его словах нечто двусмысленное. — Именно поэтому я здесь. Я хочу укрепить связи и, возможно, предложить что-то более серьезное.

Исайя почувствовал, как его тело напряглось. Он знал, что Аарон строит какие-то планы, но пока не мог понять, какие именно. В его уме вновь всплыли образы их недавней встречи и Эдельвейс, что казалась такой уязвимой рядом с Аароном.

— Я надеюсь, что вы получите то, что хотите, — произнес Исайя, его голос стал твердым.

Аарон встретил его взгляд, и в его глазах Исайя увидел что-то, что заставило его внутренний голос закричать: «Береги Эдельвейс».

Разговор продолжал течь, но в голове Исайи уже разрабатывался план, как защитить свою сестру от этого темноволосого манипулятора, который, казалось, был не так прост, как хотел казаться.

Габриэль Колетт, холодными отрезвляющими глазами, внимательно следил за манерами молодого аристократа. Его властный характер не оставлял места для легкомысленных разговоров.. И всё же он вдоволь дотерпел короткий разговор молодых людей и наконец:

— Аарон, — начал Габриэль, его голос звучал строго и уверенно, — расскажи, какова была твоя цель приезда в Испанию. Что ты надеешься добиться, кроме светских знакомств?

Вновь.

Аристократ, не теряя уверенности, ответил:

— Я приехал, чтобы развивать деловые связи и укрепить отношения между нашими семьями. Я верю, что сотрудничество между аристократами может быть взаимовыгодным. — как-то слишком заученно на взгляд старшего Колетт.

— И что ты можешь предложить нашей семье? — продолжал Габриэль, прищурив глаза. — Мы ценим честность и открытость.

Исайя заметил, как Аарон на мгновение задумался, прежде чем ответить.

— У меня есть доступ к определенным влиятельным кругам в Германии, — произнес Аарон с легкой улыбкой. — Я уверен, что совместные проекты могут принести пользу обеим сторонам.

— Проекты? — Габриэль поднял бровь, его холодный взгляд не оставлял шансов на неуверенность. — Какие именно проекты ты имеешь в виду? Это же не просто светские вечера.

Рядом появился официант с бутылкой вина, мужчина в накрахмаленной униформе появился почти что бесшумно.

— Позвольте, — благодарно, едва заметно кивнув, Исайя перенял правой рукой бутылку, пробка от которого оказалась на маленьком блюдце, красная жидкость разлилась на половину в отцовский бокал "Бордо", младший Колетт с лёгкой ухмылкой на пухлых губах, лил красную жидкость и Аарону.

— Например, я думаю о возможности культурного обмена и совместных мероприятий, — ответил Аарон, стараясь сохранить спокойствие. — Это может укрепить наш имидж и создать новые возможности для инвестиций.

— Инвестиции? — Габриэль наклонился вперед, его интерес явно возрос. — Ты уже говорил с кем-то о возможности инвестирования?

— Да, у меня есть несколько идей, которые могли бы заинтересовать как вашу семью, так и мою, — продолжал Аарон. — Я готов обсудить детали, если это вас интересует.

Ещё и интриган.

Исайя, погруженный в размышления, не мог не заметить, как его отец тщательно выслушивает Аарона, но его интуиция подсказывала, что за этим разговором скрывается нечто большее.

— Эдельвейс не упоминала о тебе, когда мы обсуждали свои планы, — заметил Габриэль, его голос стал еще более настойчивым. — Почему ты не поговорил с ней напрямую?

— Я только недавно вернулся в Испанию, — быстро ответил Аарон, его уверенность чуть поколебалась. — Я надеялся, что смогу создать более крепкие связи с вашей семьей и, возможно, предложить Эдельвейс возможность расширить ее горизонты.

— Расширить горизонты? — переспросил Габриэль, его холодный взгляд стал еще более проницательным. — Скажи, как ты видишь свою роль в жизни Эдельвейс? Ты ведь понимаешь, что она — не просто девушка, а представительница аристократической семьи?

Аарон на мгновение замялся, и Исайя заметил, как его глаза на секунду потемнели, но затем он снова улыбнулся.

— Я ценю Эдельвейс и вижу в ней потенциал. Она обладает уникальными качествами, которые могут принести пользу как ей, так и нашей семье, — ответил Аарон, стараясь сохранить уверенность.

— Ты говоришь о ее потенциале, но как ты собираешься поддерживать ее, если ваши отношения станут более близкими? — продолжал Габриэль, не упуская ни одной детали. — Это не просто игра, Аарон. Это серьезно.

Исайя почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает и поспешно пригубил вино. Он не мог не заметить, что его отец ставит Аарона в сложное положение, и это лишь подогревало его подозрения.

— Я готов взять на себя ответственность, — ответил Аарон, его голос звучал уверенно, но в его глазах Исайя уловил нечто мимолетное. — Я убежден, что с Эдельвейс мы сможем построить крепкую семью.

— Крепкую семью? — Габриэль задал вопрос, словно взвешивая каждое слово. — Ты не боишься, что такие отношения могут стать лишь частью политической игры?

— Я не считаю, что это игра, — произнес Аарон, его уверенность вновь возросла. — Я искренне заинтересован в Эдельвейс и в том, чтобы помочь ей реализовать свои мечты.

Исайя, наконец, не выдержал:

— Аарон, ты не был знаком с Эдельвейс достаточно долго, чтобы делать такие заявления. Как ты можешь быть уверен в своих чувствах? — лёгкий наклон головы, темно рыжая прядь спала на альбастровую кожу, синие глаза вцепились в ледяные. Холодные.

Аарон, уверенно встретил его взгляд, улыбнулся, но в его улыбке не было искренности. Слишком холодно.

— Иногда чувства возникают внезапно, Исайя. — пояснил он, словно маленькому ребёнка. Младший Колетт был готов захлебнуться. Но выдержка. Он не вспыльчивый. Вот был бы здесь Исаак..взбалмошный хитрец точно бы поставил на место Шварц. — Я просто хочу, чтобы Эдельвейс знала, что она не одна, и что я готов поддержать её, чем бы это ни обернулось. — закончил немец.

Габриэль, видя, как напряжение нарастает, решил сменить тему.

— Хорошо, давайте поговорим о чем-то более конкретном, — произнес он, его голос стал более спокойным. — Какие шаги ты готов предпринять для укрепления связей между нашими семьями?

Исайя знал, что разговор лишь начинает раскрываться, и его интуиция подсказывала, что эта встреча может стать поворотным моментом не только для них, но и для Эдельвейс. Он внимательно слушал, готовясь к любым неожиданностям..