Эдельвейс

То, что не представляет
трудности, вас не изменит.
Пусть ваше сердце горит.

****

Кухня Греты была окутана атмосферой, наполненной теплом и ароматами свежезаваренного чая, но напряжение, которое витало в воздухе, было почти осязаемым.  Колетт лишь благодаря брату сохранила своё лицо, бледнота медленно отступала, а знакомый голос, лишь выводил, её сердце продолжало колотиться быстрее от пристального взгляда Аарона.

Эдельвейс едва взглянула в холодные глаза, цвета льда. Исайя поднялся, приветливо пожимая руку двадцатилетнему парню. Учтивая улыбка появилась на мальчишеском лице.

— Добрый вечер, я Исайя Колетт, а это.. моя сестра — Эдельвейс, — рыжий кивнул на сестру, которая вынудила из себя то-ли улыбку, то ли усмешку.

— Приятно познакомиться, я Аарон Шварц. — улыбка на бледном лице была знакомой для Исайя. Парень ещё сильнее сжал ладонь Аарона, что не укрылось от Эди. Но Колетт больше не могла рационально мыслить. Она сохраняла лицо и это было единственное, что её сейчас волновало.

Он сел напротив неё, его ледяные глаза, казалось, прожигали её насквозь. Каждый его взгляд был полон неожиданного интереса, и это вызывало у Эди смешанные чувства — от любопытства до тревоги.

Аарон был странным. Его поведение иногда казалось одержимым, и Эдельвейс начала опасаться этого притяжения (хотя, то было уже давно.), которое возникало между ними. Его внимание к ней было одновременно лестным и пугающим. Она знала, что он привлекался к ней, но не могла понять, что именно он искал в её глазах. Это ощущение заставляло её чувствовать себя уязвимой, и она старалась отвлекаться, поднимая чашку с чаем к губам.

— Так, дорогой, племянник, как ты оказался в Барселоне? — спросила Грета, пытаясь разрядить атмосферу. Но её попытки были тщетны. Эдельвейс заметила, как Аарон продолжал смотреть на неё, даже когда его внимание должно было быть сосредоточено на разговоре.

— Я приехал сюда по делам, — ответил Аарон, не отрывая взгляда от Эди. — Но, честно говоря, мне бы хотелось остаться здесь подольше.

Эдельвейс ощутила, как внутри неё закипает протест. Она не могла позволить себе поддаться этому взгляду, который, казалось, проникал в самую глубину её души. Она отвела взгляд, стараясь сконцентрироваться на Грете, но её мысли снова и снова возвращались к Аарону.

— Тебе действительно нужно остаться, — произнесла Грета, её голос был мягким, но в нём проскальзывала настойчивость. — Барселона полна возможностей.

— Да, — согласилась Эдельвейс, хотя её голос звучал почти механически. Она не могла избавиться от ощущения, что Аарон смотрит на неё не просто как на девушку, а как на нечто большее, более значимое, чем она могла себе представить.

Исайя, сидящий рядом, заметил, как напряжение сгустилось в воздухе, и его взгляд скользнул между сестрой и Аароном. Он чувствовал эмоции, которые переполняли кухню, и в его глазах читалось беспокойство. Не дождавшись продолжения разговора, он решил вмешаться.

— Эди, — произнес Исайя с лёгким нажимом в голосе. — Нам стоит идти. Нас заждались.

Эдельвейс кивнула, но её сердце колотилось от противоречивых чувств. Она не могла уйти, не выяснив, что скрывается за взглядом Аарона. Но Исайя, как всегда, был прав. Им нужно было уйти, прежде чем эта напряжённая атмосфера поглотит их целиком.

— Да, возможно, нам действительно пора, — произнесла она, стараясь скрыть растерянность.

Аарон, казалось, не собирался отпускать её. Его глаза оставались прикованы к ней, и в них читалось какое-то странное понимание. Он не говорил ничего, и это было ещё более тревожным. Эдельвейс чувствовала, как её охватывает страх, когда она сопоставляла его тихую одержимость с собственным желанием сохранить дистанцию.

— Эдельвейс, — произнес он, его голос звучал низко и уверенно, — вы не должны бояться открыться. Я вижу в вас что-то особенное.

Эти слова эхом отозвались в её сознании. Она не могла понять, что именно в ней он видел, и это только усиливало её страх. Аарон был загадкой, которую она не могла разгадать, и эта загадка манила её, притягивала, как магнит.

— Я не боюсь, — ответила она, хотя её голос дрожал, и она знала, что лжет. Она старалась выглядеть уверенной, но внутри чувствовала себя уязвимой.

Исайя снова бросил на сестру внимательный взгляд, словно спрашивая, как она себя чувствует. Эдельвейс поймала его взгляд и попыталась улыбнуться, но это вышло натянуто. Темноволосая почувствовала, что между ней и Аароном образуется невидимая связь, и это пугало её.

— Спасибо за беседу, Грета, — произнесла она, стараясь перевести разговор на другую тему. — Надеюсь, мы сможем поговорить ещё.

Грета кивнула, её лицо вновь озарилось доброй улыбкой, но Эдельвейс чувствовала, что всё это лишь маска. Аарон продолжал смотреть на неё, и в его взгляде было что-то, что заставляло её нервничать.

В тот момент, когда Эдельвейс встала из-за стола, она ощутила, как Аарон хочет что-то да выкинуть в её адрес.

— Эди, — произнес он, и её имя звучало как заклинание. — Мы ещё встретимся. — в голосе проскользнула уверенность, он всегда был уверенным. Но.. улыбка. Колетт точно могла поклясться, что стоит ей обернуться, в глазах парня появиться странный проблеск, а на губах будет играть улыбка.

Эдельвейс покачала головой, её сердце сжималось от страха и желания обернуться одновременно.

— До скорой встречи.

В последний раз послышался старческий голос, и Исайя лёгким жестом ухватил сестру за локоть. Эдельвейс Колетт была благодарна брату.

***

В это же время.

На заднем дворе дома Колетт, среди уходящего солнечного света, Форт пытался достать шестилетнюю Анет, которая, смеясь, устроилась на одной из веток дерева. С её кудрявыми рыжими волосами она выглядела как весёлое солнце, сверкающее среди листвы.

— Слезай оттуда,— принялся за старое Эктор, протягивая к ней руки. — Ты же можешь упасть!

— Нет! — весело ответила Анет, свесившись с ветки. — Я быстрее всех! Смотри, как высоко!

Исаак Колетт, прислонившись к забору, наблюдал за этой сценой, но его мысли были заняты чем-то другим. Внезапно его осенило.

— Эктор, — сказал он, раздумывая вслух, — а ты не думаешь, что Эдельвейс и Исайя могли застрять у..Греты?

Эктор на мгновение замер, его внимание переключилось с Анет на Исаака.

— Почему ты так решил? — спросил он, всё еще пытаясь дотянуться до Анет.

— Может, они просто забродили там, — предположил Исаак, стараясь не выдать своей тревоги.

Анет, не унимаясь, продолжала весело дразнить Эктора.

— Я супергерой! Я могу остаться здесь навсегда!

Брюнет, наконец, оторвался от своих мыслей и снова посмотрел на Анет.

— Ты не супергерой, а просто маленькая бестия, — с улыбкой сказал он. — Слезай, и мы все вместе поиграем.

— Но я не хочу! — Анет покачала головой, весело смеясь. — Я могу смотреть на вас сверху!

Исаак, поправляя светлые штаны, снова сказал:

— Если они действительно у Греты, то это меня никак не успокаивает.

Эктор кивнул, но всё ещё обращал внимание на Анет.

— Ладно, — произнёс он, — но сначала давай убедимся, что Анет в безопасности.

Младшая Колетт, заметив, что разговор стал серьезным, вдруг спрыгнула с ветки, приземлившись на землю с легким смехом.

— Я всегда в безопасности! — заявила она, расправляя свои кудри.

Эктор и Исаак обменялись взглядами, и в этот момент их разговор о тревоге был на время забыто, пока маленькая Анет продолжала развлекать их своими выходками.