Romantic films
Любопытно увидеть лицо Джейка, когда Сонхун сказал ему, что на вечер у него уже есть планы. Не думаю, что в нем заиграло пламя ревности, — Шим не тот, кто ревнует к каждому столбу. Однако, я убежден, он точно хотел побольше выведать об этих планах, потому что осторожничал и не до конца еще доверял Паку. И если подумать, то Сонхун, у которого несомненно остался осадок от тех услышанных слов Джеюна во время их ссоры, решив отомстить, не сказал, куда и с кем он идет. Ну, и славно.
— На какой мы вообще фильм идем? — спросил я у него, ведь идея сходить в кинотеатр была его.
— Да какая-то... романтика, — подумав, ответил тот, вряд ли заморачиваясь насчет выбора фильма.
В том кинотеатре крутили фильмы без перерыва, разные, но то, что мы попали именно на романтический, — случайность или?..
— Думаешь, я такие люблю?
— Даже если не любишь, какая разница? — за этим последовала хитрая улыбка. — Мы же не будем его смотреть.
«Не будем его смотреть»? Это звучало как прямой намек на... на то, что я как раз и собирался сделать. Точнее на то, что мне придется сделать, вне зависимости от того, хочу я или нет. Возможно, я перевожу стрелки и в действительности все совершенно не так, однако подобное слышать от Сонхуна было редким явлением, тем более что на тот момент у него был Джейк.
Я ничего не ответил, но улыбнулся, ведь образ влюблённого мальчика нужно было поддерживать. Мы сели на один из последних рядов, и теперь это все ещё больше походило на романтический фильм или мелодраму с каким-то до боли примитивным сюжетом. Хотя, пока в этом сюжете есть мы — люди анти-соулмейты, — то примитивнее телепередач на каналах, что смотрят престарелые люди, уж точно не будет.
— Здесь немало людей, — между прочим заметил я.
— Нам это не помешает. — Эта фраза звучала так слащаво, что я усомнился, так ли необходимы все эти «свиданки» и не легче ли поступить так, как я хотел сразу, плевав на дальнейшее отношение Пака ко мне.
Нет, бросить дело на полпути — не лучший вариант.
Начало фильма было настолько затянутым, что некоторые зрители начали шептаться между собой, будучи вообще не заинтересованными картиной перед ними. Некоторые заснули или же начали отвлекаться на смартфон, а некоторые вовсе ушли, наверное, полностью разочарованные в этом походе в кинотеатр. В любом случае, от скуки моя голова уже лежала на плече Сонхуна, пока я думал, что вот-вот усну под монотонную речь из фильма. Затем, сквозь плотное покрывало дремы, я почувствовал, как меня обхватили рукой и начали поглаживать плечо. Но поскольку я к тому времени был на грани сна, не обратил на это внимание.
— Сону... — услышал я голос, вытаскивающий меня из-под корки сна. — Просыпайся.
Перед глазами возникли другие глаза: темные, глядящие прямо на меня, будто видят насквозь. Наверное, Сонхун находился достаточно близко, потому что его светлые пряди волос касались моего лица, щекоча кожу. Но как только я распахнул глаза, Пак отодвинулся и убрал руку с плеча.
Я проспал. Понапрасну потратил время, ведь так ничего и не предпринял. Когда еще представится такой случай, как сегодня? Это же был мой шанс, который я упустил.
— Что?.. Уже конец? — промямлил я.
— Похоже, что да. Всё близится к концовке.
— Ну и ну, я всё проспал...
— Фильм и так скучный, — после паузы он спросил: — Может, уйдем?
На что я согласился. Я не знал, можно ли еще было все исправить, смогу ли не упустить шанс в этот раз, но довести дело до конца нужно было. Нужно было еще и потому, что совесть моя не успокоится, пока я не сделаю то, чего от меня требует этот мир. Думаю, с Хисыном точно также.
Так как в кинотеатр мы ходили самым вечером, сейчас над нами простерлись сверкающие звезды да полная и словно вылитая из жемчуга луна. Она просвечивала сквозь густую листву деревьев, что росли вдоль дорожки, поэтому, если бы не фонари, что привлекали мотыльков своим теплым ярким светом, то темнота поглотила бы наши фигуры, скрывая их завесой непомерной тьмы. Мы направлялись к побережью моря, когда в этот час на нем не должно было быть ни души. Поднялся порывистый ветер, и я было подумал, что скоро нагрянет дождь, а то и гроза, но все было спокойно.
Пляж так пустовал, что выглядел мрачнее старого, обшарпанного особняка из фильмов ужасов, но тем же и притягивал. Песок был коричневым и искрился, камушки и ракушки на нем заметно выделялись, как будто намеренно привлекали взгляды. Волны беспрерывно накатывали на берег, омывая его морской солью, а шум от них, точно как музыка, успокаивал и являл собой сонливость. Небо, как будущее, — неизведанное, загадочное, непонятное и непредсказуемое, с россыпью звезд и созвездий — решений, что на это самое будущее влияют.
— Завораживает, — сказал Сонхун, остановившись рядом так, чтобы мы касались плечами.
— Согласен. Так тихо и... одиноко. — И тут в мою голову стрельнула мысль, заключающаяся в том, чтобы сыграть на этом «одиноко». — Пляж одинок, как и я.
— Неправда, — возразил Пак. — У тебя есть мы.
— Да, но... у каждого из вас есть кто-то другой, кто для вас дороже, чем я. Это факт, и я не обижаюсь, конечно же. Просто чувство ненужности немного гнетёт... каждый раз, когда обо мне забывают.
— Забывают? — Он ненадолго замолчал. Губы сжались, на лбу появилась складка. Нахмурившись так, он над чем-то раздумывал. — Прости, если время от времени тебе приходится такое чувствовать. Теперь, когда ты мне рассказал об этом, я сделаю все возможное, чтобы ты как можно реже ощущал себя одиноким.
Я молчал, глядя на луну. Это вновь был спектакль. Честно, я не мог уже терпеть притворяться, но, кроме этого, другого выхода не видел.
— Потому что среди остальных ты дорог мне больше всего, — внезапно добавил Сонхун.
И вдруг передо мной оказался кто-то на полголовы выше — Пак Сонхун. Не задействуя руки, что позволяло мне оттолкнуть его сразу же в случае чего, своими губами он прильнул к моим, так мягко и боязливо, будто сам осознавал, что делает ошибку. А ошибку он как раз-таки и сделал. Из-за меня он останется несчастным, из-за меня больше никогда не познает радость жизни, если она у него, конечно, заключалась в любви.
— Хун... — прошептал я, чуть остранившись.
— Что?
Вместо слов зашумели волны, перехватив и тем самым прервав мои мысли.
— Что, Сону? — Он оставался всё так же близко, ни на шаг не отойдя.
— Зачем ты это сделал?
Мои глаза были на мокром месте. Мне было обидно за него... Обидно за то, что я так поступил, обидно за то, что у меня всё равно не было выбора, обидно за то, что я исключил любовь из его жизни. Я не имел на это права. Никакого.
— Ты же нравишься мне, — просто ответил он.
— Серьезно? А Джеюн?.. — Я не понимал. Я правда не понимал всего, что он делал. И почему.
— Если мы будем встречаться втайне, никто ведь не узнает.