часть 7
Лишь когда машина остановилась, Дженни обернулась к Тэхену. На ее лице отражались обуревающие ее сомнения.
— У нас все получится, — успокоил он ее.
— Хотела бы я разделить твой оптимизм. Но есть одна вещь, которую ты не учел.
— Сомневаюсь, я все продумал.
— Что подумает твоя девушка, когда узнает, что ты провел вечер со мной, пусть я всего лишь притворяюсь твоей возлюбленной?
— Я не поощряю в своих девушках ревность.
Дженни закатила глаза: наверняка в первую очередь его интересуют длинные ноги и большая грудь. Может быть, это заложено у Ким в генах? Чонгук тоже предпочитал девушек такого типа.
— Ты можешь этого не поощрять, но вряд ли твоя девушка обрадуется, когда узнает, что ты флиртовал со мной.
— Ты успокоишься, если я скажу, что на данный момент ни с кем не встречаюсь? — По правде говоря, уже три месяца он был слишком занят, чтобы найти время еще и на секс. Может быть, из-за этого он не может перестать думать о том, чтобы поцеловать Дженни еще раз?
Ее и без того большие глаза стали размером с блюдца.
— Серьезно? Почему? Прости, я понимаю, это не мое дело, просто это немного...
— Немного?
— Ну, знаешь, немного странно.
— Почему ты считаешь странным факт, что у меня сейчас нет девушки? — В его глазах заплясали озорные чертики. — Знаешь, по-моему, ты немного зациклена на моей сексуальной жизни, Нини.
В свое оправдание Дженни могла бы заявить, что это произойдет с любой женщиной, которая слишком долго будет находиться в зоне поражения источаемой им ауры сексуальности.
— Это не так, и не называй меня Нини, — зло ответила она, стараясь избавиться от мелькающих под ее полуопущенными веками образов, включающих его обнаженное тело, сплетенное с ее собственным. Похоже, у нее помутился рассудок.
— Но оно тебе очень подходит, — улыбнулся он, изучая ее лицо, с пылающими щеками и чуть прикушенной нижней губой. — И оно мне нравится.
— Ах, оно тебе нравится. Ну, тогда, конечно, все в порядке. — Ее ядовитый сарказм заставил Тэхена рассмеяться.
Дженни опустила взгляд, словно защищаясь, но не от его смеха, а от того, насколько ослепительной оказалась искренняя улыбка Ким Тэхена. Она преобразила, смягчила точеные черты его лица, стерла с него жестокость и сарказм, отразилась в бездонных глазах. Она и раньше признавала, при всей своей нелюбви к Тэхену, что он очень красивый мужчина, а теперь, когда выяснилось, что он может так улыбаться... Если у него и не было девушки, то явно не из-за недостатка претенденток, но был вопрос, который так и остался без ответа.
— Почему?
Сам Тэхен тоже не раз задавал его себе в течение последних трех месяцев. Почему? У мужчины с его деньгами и внешностью никогда не было недостатка в женщинах, мечтающих скрасить его вечер, а лучше жизнь, но он предпочитал оставаться в одиночестве.
Ему не нужны были рафинированные красавицы, мечтающие получить доступ к его деньгам и власти, которые больше интересовались тем, что он имел, чем им самим.
Одно время это устраивало его, ведь с женщиной, которая бы любила его, Тэхен быть тоже не хотел. Она бы потребовала, чтобы он открылся ей, отдал ей больше себя, чем готов был дать. Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать ее на романтические увлечения и призрачную любовь, которой нет места в реальном мире. Но даже этого призрака он всячески избегал.
Когда она озвучила этот вопрос во второй раз, он лишь чуть пожал плечами.
— Мне казалось, что ты из тех мужчин, которые всегда имеют при себе полный набор необходимых аксессуаров: дорогая машина, дизайнерские часы и обязательно длинноногая блондинка.
— Сегодня у меня будет брюнетка, — с хитрой усмешкой прошептал он, чуть склонившись к ее шее, почти спрятав лицо в ее кудрях.
— Ты что, нюхаешь мои волосы?
— Нет, тебя.
От этого она должна была почувствовать себя спокойнее?
Тэхен с улыбкой оглядел ее обескураженное лицо, вышел из машины и открыл дверцу для Дженни.
— Твой выход, — сказал он, чуть приобнимая ее за талию.
Когда они вошли в ярко освещенный зал ресторана, из кухни выглянул шеф-повар, которого Дженни недавно видела по телевизору, и, на ходу распахивая объятия, бросился к Тэхену. Пару минут мужчины оживленно разговаривали по-французски, затем Тэхен представил Дженни, удостоившуюся долгого восхищенного взгляда.
— Приветствую вас в нашем ресторане, меня зовут Луис Жоре, для друзей Тэхена просто Луис, тем более таких очаровательных. — Он поднес руку Дженни к губам, ни на секунду не переставая осыпать ее комплиментами. Раньше галльский шарм Луиса казался Тэхену забавным, но, к своему изумлению, он понял, что, направленный на Дженни, он начинает, его ужасно раздражать. — Твоя семья уже здесь, приятель.
Дженни почувствовала, как сжалась на ее плече рука Тэхена, когда он услышал эти слова. Его волнение было понятно. Сама Дженни, если бы у нее была такая возможность, уже бежала бы в противоположном направлении, но вместо этого она, двигаясь почти механически, последовала за ним, стараясь не обращать внимания на устремленные в их сторону любопытные взгляды.
— Как тебе Луис? — спросил Тэхен, пока они шли по залу вслед за метрдотелем.
Погруженная в свои мысли, Дженни не сразу поняла, что он обращается к ней.
— М-м-м... На экране телевизора он казался гораздо выше.
— Ты не должна принимать всерьез все, что он тебе наплел, — строго предупредил ее Тэхен.
— Ты хочешь сказать, что на самом деле я не завораживающе прекрасна? Ты буквально разбил мне сердце, — фыркнула она.
Тэхен раздраженно закатил глаза. Ну зачем переиначивать все, что он говорит?
— Я хотел сказать, что этот мужчина известный дамский угодник и размер его либидо может соревноваться разве что с его же собственным самомнением.
Дженни в недоумении подняла глаза на Тэхена. С каких это пор он записался в сторонники твердой морали и нравственности?
— Я думала, этот человек — твой друг. Хотя тебе виднее, в вопросе размеров «эго» ты, должно быть, эксперт.
— Он мой друг, но это не значит, что я бы доверил ему присматривать за своей младшей сестрой.
Этот образец мужской логики заставил Дженни рассмеяться.
— Но я не твоя сестра.
Тэхен косо взглянул на ее черноволосую макушку. Если его план сработает, эта девушка действительно могла с ним породниться. Но эта перспектива не вызвала у него восторга. Чем больше он узнавал Дженни, тем больше убеждался в том, что она совершенно не подходит его ветреному братцу. Обычно интерес Тэхена к личной жизни Чонгука был минимальным, но в этот раз все было иначе.
Он задумчиво оглядел идущую рядом с ним девушку. Возможно, решая одну проблему, он создает другую. Что ж, пусть будет так, сейчас главное — избавить Чонгука от этой гадюки Лисы.
Дженни тем временем одолевали совсем другие мысли. Чем ближе они подходили к столику, за которым сидели родные Тэхена, тем сильнее дрожали ее колени. Почувствовав это, Тэхен склонился к ее уху и прошептал:
— Все будет хорошо, ты прекрасно держишься.
— Скажи, у меня паранойя или все правда говорят о нас? — спросила она, испуганно обведя взглядом зал, ощущая, как оценивающие взгляды находящихся в зале женщин вонзаются в нее, словно кинжалы.
— Пусть, какая тебе разница, о чем говорят эти люди? Ты не нуждаешься в их одобрении.
Дженни вздохнула, мечтая о том, чтобы и она могла быть настолько спокойна и уверена в себе, как Ким Тэхен. Возможно, он даже не догадывается о том, какую роль играет для большинства людей мнение окружающих.
— Зачем волноваться из-за их зависти?
— Если они и завидуют мне, то лишь потому, что я с тобой.
— Они завидуют тебе, потому что ты прекрасна, — с мимолетной улыбкой ответил Тэхен.
— Очень смешно, не знала, что у тебя есть чувство юмора. — Но когда Дженни подняла взгляд на лицо Тэхена, то почувствовала, что пол уходит у нее из-под ног, — он явно не шутил.
— Расслабься, Дженни, — прошептал он, пробежав кончиками пальцев по ее обнаженной спине, и отвел глаза, стараясь следовать собственному совету и не обращать внимания на то, как поднимаются и опускаются при каждом вдохе соблазнительные полушария ее груди.
Как, интересно, он мог расслабиться, если его выводила из себя одна лишь мысль о том, что каждый мужчина в этом проклятом ресторане раздевает взглядом его очаровательную спутницу?
«Расслабься! Ему легко говорить, с его-то комплексом полноценности!» — ворчала про себя Дженни, украдкой рассматривая греческий профиль Тэхена. Конечно, его опыт длиною в жизнь позволяет ему сохранять хладнокровие, находясь в центре внимания толпы любопытствующих. Возможно, он даже научился получать от этого удовольствие?
Хотя, надо признать, сейчас Тэхен не выглядел счастливым, под бронзовой кожей на его щеках ходили желваки, а губы были плотно сжаты. Что привело его в такую ярость?
Но вопрос Дженни остался без ответа, потому что метрдотель распахнул дальнюю дверь, приглашая их войти в небольшой кабинет, где за красиво сервированным столом ожидала их прихода семья Ким. Дженни показалось, что у нее отнялись ноги, а в животе свернулся в кольцо небольшой, но очень голодный василиск.
— Ты выглядишь так, словно собираешься на прием к стоматологу, — тихо рассмеялся Тэхен. — Улыбнись, Дженни.
— Мне нравится мой стоматолог, — прошипела Дженни. — Он замечательный человек, и благодаря ему у меня прекрасные зубы.
— И прекрасное тело. — Его дыхание обжигало ей шею, распространяя по всему телу сотни электрических разрядов, а сильная рука обвилась вокруг затянутой в черный шелк талии.
— Что ты делаешь? — возмутилась Дженни, слегка хлопнув его по руке, но это не возымело никакого эффекта.
— Ты любишь меня, не забывай об этом.
Она не поднимала глаз, но знала, что он улыбается.
— А ты любишь только себя! — прошипела Дженни. — Нет, Тэхен, я не смогу.
— Ты прекрасно справляешься. Неужели все так страшно? — тихо спросил он, обнимая Дженни.
— Тэхен, я...
Он не дал ей договорить, прижав палец к ее губам.
— Дженни, если ты сейчас же не замолчишь, мне придется снова тебя поцеловать. — Он опустил взгляд на ее полные соблазнительные губы и понял, что мечтает о том, чтобы она не послушалась его.
«Интересно, это была угроза или обещание?» — размышляла тем временем Дженни, которая весь последний час прилагала максимум усилий, чтобы не вспоминать о прикосновении его требовательных губ к своим. Теперь, когда упоминание о поцелуе сломало ее ментальный барьер, воспоминания хлынули в сознание, такие яркие и детальные, словно это произошло минуту назад: его антрацитовые глаза, ставшие еще чернее от страсти, тепло его дыхания, солоноватый вкус его губ и, наконец, чувственное вторжение его языка. Словно заслоняясь от нахлынувших картин, Дженни прикрыла глаза рукой.
Тэхен один за другим оторвал ее тонкие пальчики от лица и сжал их в своей ладони.
— Я готова, — тяжело вздохнув, кивнула Дженни.
«К чему конкретно?» — язвительно поинтересовался ее внутренний голос.
И, словно услышав эту безмолвную реплику, Тэхен лукаво улыбнулся:
— Хорошая девочка.
«Осталось только потрепать меня по волосам — и сходство с домашним питомцем станет полным», — обиженно подумала она.
— Моя жизнь — это служение тебе, — ядовито огрызнулась она.
— М-м-м, этот настрой мне нравится, — промурлыкал Тэхен. — Сразу появляются мысли о чем-то куда более интимном. Кивни — и мы прямо сейчас поедем ко мне.
От его слов мысли Дженни смешались, наполнившись образами обнаженных разгоряченных тел. Она замерла, глядя на чуть усмехающегося Тэхена широко распахнутыми изумрудными глазами, чувствуя, как полыхают жаром ее щеки.