Падая в его ад

Я сидела в машине; рядом — Марко. Сейчас должна была состояться встреча с человеком, которого считали моим отцом. Я не знала, как всё пройдёт. Марко уверял, что он — опасный человек, и я должна следовать его плану.

Я обернулась на Марко; он смотрел на меня. Синяки на его лице — свежие, жуткие — подтвердили то, о чём я догадывалась: это сделал Дамьен. Сердце сжалось.

Страх сидел во мне глубоко. А что, если Дамьен действительно меня найдёт? А что, если Марко обманывает? Доверия к нему у меня почти не было.

Марко мягко положил руку мне на запястье и сжал.

— Ты всё поняла? — спросил он.

Я кивнула.

— Не бойся, — добавил он, заметив моё напряжение. — Я чувствую, что ты нервничаешь.

— Нет, — я качнула головой, стараясь выдать ровный голос, — я в порядке.

— Не переживай. Делай по плану, и я обещаю: ты сможешь жить спокойно. Дамьен тебя не найдёт.

Я кивнула снова, но внутри всё тряслось.

— Твой отец продаст тебя, как только получит — добавил Марко тихо. — В мафиозных делах «испорченная» женщина не нужна. Он отдаст тебя какому-то старику. Поэтому, мы должны следовать плану. Ты должна слушаться меня.

Я никому здесь не доверяла и не знала, что правильнее. Идти за Дамьеном — точно нет.

Оставаться с ним — значит жить с психопатом. Предложение Марко звучало заманчиво, но вызывало сомнения. А Сильвестора я даже не знала.

Машина замедлила ход и свернула на узкую гравийную дорогу, ведущую к заброшенному складу на окраине города. Фары выхватили из темноты ржавые ворота, два чёрных внедорожника и несколько силуэтов в длинных пальто.

Водитель заехал на территорию склада, и наша машина остановилась у самой двери. Значит, Марко собирался, чтобы я выбежала именно через неё. Все, кто меня охранял, вышли из машин и заняли позиции, приготовившись встретить «гостей» — то есть врагов. Мне стало не по себе: напряжение росло с каждой секундой.

В ушах звенел голос Дамьена: «Я найду тебя, Сара!» — и слёзы сами потекли по щекам; я быстро вытерла их рукавом. Марко наклонился ко мне и шёпотом сказал:

— Если начнётся перестрелка — беги через эту дверь.

— Поняла, — ответила я, хотя внутри всё дрожало.

Почему здесь должна начаться перестрелка?

Мне не позволили выйти из машины. Я увидела Фрэнка, который давал указания своим людям.

Люди Фрэнка заняли позиции вдоль стен и за старыми контейнерами: тени в полумраке, стволы автоматов поблёскивали тускло. Марко вышел из машины.

С другой стороны склада раздался тяжёлый лязг ворот. Они открылись медленно, будто нехотя, впуская внутрь поток холодного воздуха и запах мокрой земли.

Сначала вошли двое — широкоплечие, в чёрных плащах, автоматы наизготовку. Потом ещё четверо. Потом ещё. Их было больше десятка, и каждый шаг отдавался эхом по бетонному полу.

Впереди шёл он.

Высокий, но не громоздкий. Седые виски, пальто расстёгнуто, под ним — костюм, слишком дорогой для такого места. Руки в карманах, походка спокойная, будто он не на встречу с врагами пришёл, а на деловой ужин.

Сильвестор.

Фрэнк вышел навстречу. Они остановились в центре склада — под единственной лампой, тусклый свет которой падал сверху, вырезая их тени на бетонном полу.

Я не слышала, о чём они говорили, но по их движениям было ясно: разговор шёл напряжённый. Фрэнк говорил резко, Сильвестор — холодно и сдержанно. Охрана держалась настороже, контролируя периметр и следя за машиной, в которой я сидела. Рядом с дверью стоял Марко — неподвижный, сосредоточенный.

Внезапно один из людей Сильвестора — тот, что стоял ближе всех к дверям, — сделал шаг вперёд и кивнул своим. Двое из них повернулись к внедорожникам и открыли багажники. Оттуда они вытащили тяжёлые чёрные сумки, по две на каждого. Сумки шлёпнулись на бетон с глухим стуком, и молнии заскользили, открывая пачки денег. Доллары, аккуратно перевязанные резинками, стопки толщиной в кулак. Миллионы. Я видела это даже из машины.

Фрэнк оглядел сумки, провёл рукой по одной из пачек, будто проверяя на подлинность, и удовлетворённо кивнул. Его губы шевельнулись — что-то сказал Сильвестору, тот лишь усмехнулся уголком рта. Потом отец повернулся к нашей машине и махнул рукой.

Дверь рядом со мной резко распахнулась. Я не успела даже понять, что происходит — чья-то рука грубо схватила меня за локоть и выдернула из машины.

Меня повели вперёд, не давая сопротивляться. Пальцы охранника врезались в кожу, шаг за шагом приближая к центру склада. И вот — я оказалась перед ними.

Фрэнк стоял рядом с мужчиной с холодными, пронзительно-синими глазами. Стоило мне всмотреться — и дыхание перехватило. Я знала его.

Мои глаза расширились. Этот человек... он приходил к нам домой. Представлялся знакомым мамы. Всегда вежливый, внимательный, приносил нам подарки. Тогда я спрашивала, кто он такой, и мама отвечала: «Просто друг».

Нет.

Не может быть.

Значит, всё это время он приходил увидеть нас с ней?

— Вот твоя дочь, целая и невредимая, Сильвестор, — произнёс Фрэнк.

Сильвестор перевёл взгляд с него на меня. Его глаза — те самые, когда-то тёплые, — теперь были ледяными, оценивающими. Он выглядел безупречно: высокий, в идеально сидящем костюме, спокойный и опасный одновременно.

— Сара, — произнёс он тихо, но голос эхом разнёсся по складу. — Иди сюда.

Я застыла. Сердце билось так громко, что я была уверена — они все слышат. Фрэнк резко подтолкнул меня вперёд, пальцы впились в локоть до боли.

— Она твоя, — буркнул он. — Как договаривались.

Сильвестор кивнул, не отрывая взгляда от моего лица.

— Я знаю, что натворил твой сын с моей дочерью, — сказал он ровно. — И я это просто так не оставлю, Фрэнк. Вы все заплатите.

— Ты не лучше, Сильвестр, — ответил Фрэнк с хриплой усмешкой. — Это тебе за мою жену.

— Я не виноват в её смерти.

— Но у вас ведь была связь, — Фрэнк ухмыльнулся. — Так что мой сын просто уравнял счёт. Теперь мы квиты.

Сильвестр не ответил. Только шагнул ближе. Протянул руку — медленно, будто собирался коснуться моей щеки. Я инстинктивно отшатнулась, но охранник Фрэнка сжал плечо ещё сильнее.

— Не бойся, Сара, — произнёс Сильвестор мягко. — Ты будешь в безопасности. Пойдём со мной.

Фрэнк разжал пальцы, и я сделала шаг назад, но не к Сильвестору — в сторону. Марко стоял у машины, его глаза встретились с моими.

Сильвестор кивнул своим людям.

— Забирайте её.

Один из телохранителей Сильвестора шагнул ко мне, но в этот момент...

БАХ!

Выстрел разорвал тишину, как гром. Пуля врезалась в плечо телохранителя Сильвестора, стоявшего ближе всех у ворот. Кровь брызнула на бетон, мужчина заорал, схватился за рану и повалился на колени. Его автомат выпал, лязгнув о пол.

— Предатели! — заревел Сильвестор, выхватывая пистолет из-под пальто.

И тут начался ад.

Автоматные очереди загремели со всех сторон. Люди Фрэнка открыли огонь из-за контейнеров, пули рикошетили от металла, выбивая искры. Телохранители Сильвестора ответили — стволы вспыхивали в полумраке, как молнии. Кто-то закричал, тело упало с глухим ударом.

Я не думала. Инстинкт сработал сам: я рухнула на пол, ударившись коленями о бетон, боль пронзила, но я поползла, упираясь локтями, прямо под машину. Пули свистели над головой, одна врезалась в пол рядом, выбив крошку. Я вжалась в тень под кузовом, сердце готово было выскочить, руки дрожали, царапая пол. Сквозь просвет между колёсами я видела ноги — бегущие, падающие. Марко нырнул за другую машину, отстреливаясь. Фрэнк орал приказы, Сильвестор укрылся за углом, его лицо исказилось яростью.

"Беги через дверь", — эхом отозвался голос Марко в голове. Но как? Вокруг — хаос, крики, кровь. Я зажмурилась, молясь, чтобы это кончилось. Или чтобы я проснулась.

Я не знала как действовать. Идти с ними, или же убежать. Никто из них не вызывал у меня доверия.

Пули визжали впиваясь в металл и бетон. Под машиной пахло маслом, пылью и моей собственной кровью — я разбила колени, но не чувствовала боли. Только страх заполнял всё внутри.

Где-то рядом взорвался выстрел — кто-то крикнул. Я открыла глаза. Сквозь щель между колёсами видела: Марко отстреливается, прижимаясь к другой машине, его лицо в крови, но он жив. Сильвестор кричит своим, указывая на сумки с деньгами. Никто не смотрит на меня.

Сейчас.

Я вжалась животом в пол, поползла. Локти горели, ладони скользили по полу. Дверь — метрах в пяти. Открытая.

Ещё рывок. Пуля ударила в кузов над головой — металл вздрогнул. Я не остановилась. Выскользнула из-под машины, как тень, пригибаясь, побежала. Ноги подкашивались, но я бежала. Дверь. Холодный воздух ударил в лицо, дождь хлестнул по щекам.

Снаружи — тьма. Гравийная дорога, ржавые ворота, два внедорожника, дымящиеся фарами. И в стороне, почти в кустах, серая машина. Без света. Дверь приоткрыта. Кто-то внутри? Ждёт?

Я застыла на месте. Марко говорил, что нужно садиться в эту машину, — но я ему не доверяла. Что, если это ловушка? Если всё это — очередная игра, и стоит мне сделать шаг внутрь, как выхода уже не будет?

Нет.

Я развернулась и сорвалась с места, бросившись в сторону леса.

Ноги вязли в грязи, ветки хлестали по лицу, царапая кожу. Дождь лил как из ведра, промочил мгновенно — мой свитер и юбка прилипли к телу, волосы липли к щекам. Я не оглядывалась. Только вперёд. В темноту. В чащу. Где нет людей, нет выстрелов.

Сердце колотилось в ушах громче, чем перестрелка позади. Я споткнулась о корень, упала, ладони врезались в мокрую землю. Поднялась. Бежала дальше. Лес глотал меня.

Только бы не нашли. Только бы не нашли.

Где-то далеко раздался ещё один выстрел. Потом тишина. Только дождь. И моё дыхание — хриплое, рваное, живое.

Я бежала, не чувствуя ног, не чувствуя холода, только биение крови в висках и хруст веток под ботинками. Лес был густым, мокрым, пахнущим прелой листвой и дождём. Света не было — только редкие проблески луны сквозь тучи.

И вдруг — рука.

Твёрдая, как сталь, обхватила меня сзади за талию. Вторая ладонь легла на рот — грубая, пахнущая табаком и порохом. Я дёрнулась, попыталась закричать, но звук утонул в ладони. Тело прижало к стволу дерева, спиной к коре, мокрой и холодной.

— Тихо, — прошептал голос у самого уха. — Пойдёшь со мной. Не дёргайся.

Я замерла. Страх — не просто страх, а чёрная волна, залившая всё внутри. Лёгкие сжало, дыхание стало рваным, прерывистым. Я не знала этого голоса. Не Марко. Не Сильвестр. Не Фрэнк. Кто-то другой.

Он прижал меня сильнее. Пальцы на губах сжались — я едва могла дышать через нос.

— Если закричишь — прирежу, — шепнул он. — Поняла?

Я кивнула. Едва. Слёзы жгли глаза, смешиваясь с дождём.

Он отнял руку от рта, но тут же схватил за запястье — больно, до хруста. Повернул меня лицом к себе. В темноте я видела только силуэт: высокий, в тёмной куртке, капюшон, лицо в тени. Глаза — два тусклых блика.

— Двигайся, — сказал он и потащил меня вглубь леса, в сторону, противоположную складу.

Я не сопротивлялась. Ноги шли сами. Голова кружилась. Кто он? Чей? Дамьен? Сильвестор? Или кто-то третий?

Лес смыкался вокруг. А я шла — в неизвестность, в чьи-то чужие руки, с сердцем, готовым разорваться от ужаса.

Он тянул меня за запястье, пальцы врезались в кожу, и я едва поспевала за его широкими шагами. Мокрые ветки цеплялись за одежду, рвали ткань. Я не видела тропы — только тьму и его спину впереди.

Вдруг — резкий, громкий выстрел.

Мужчина дёрнулся, как от удара током. Его хватка ослабла. Он сделал шаг, другой — и рухнул лицом в грязь. Кровь хлынула из шеи, тёмная, блестящая под лунным проблеском. Тело конвульсивно дёрнулось и замерло.

Я стояла, парализованная. Глаза расширились, рот открылся в беззвучном крике. Он мёртв. Прямо передо мной.

Новый страх — острый, как нож - пронзил грудь. Я развернулась и побежала. Не думая. Не оглядываясь. Ветер бил в лицо, слёзы смешивались с дождём. Ноги скользили по мху, но я бежала.

Боже помоги...

Шаги. Быстрые. За спиной.

— Стой! — крикнул голос. Мужской. Грубый. Не тот, что был раньше.

Я не остановилась. Бежала быстрее, сердце колотилось. Ветка хлестнула по щеке — больно, но не важно. Только бы уйти. Только бы...

Рука схватила за плечо. Вторая — за рот. Я упёрлась, попыталась вырваться, но он был сильнее. Прижал к себе.

— Тихо, Сара, — прошептал он у уха. Голос был... знакомым? Нет. Не Марко. — Я не враг. Дыши.

Я дёргалась, но он держал крепко. Он потащил меня назад, сквозь кусты, в сторону, где лес редел. Я пыталась кричать, но ладонь заглушала всё.

— Внедорожник там, — сказал он тихо. — Если хочешь жить — иди со мной. Сейчас.

Мы вышли на гравий. Дверь открыта. Он втолкнул меня на заднее сиденье, захлопнул. Сам сел за руль. Мотор взревел. Фары не включил — только тьма и дождь.

Машина рванула вперёд, визжа шинами по грязи. Меня бросило назад — я вжалась в сиденье, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Воздух дрожал от шума мотора. Дверь — заблокирована.

Я попыталась разглядеть лицо водителя в зеркале — но увидела только тёмный силуэт.

— Кто ты? — выдохнула я, едва различая собственный голос.

— Меня прислал твой отец. Не волнуйся, ты в безопасности, — ответил он спокойно.

Безопасности?

Я горько усмехнулась про себя. Какое ещё «в безопасности»?

Внедорожник выехал на дорогу, фары резали тьму. Всё вокруг было мокрым, скользким, будто само небо хотело меня утопить. Я чувствовала, как вода стекает по волосам на плечи, как холод пробирает под одежду.

В голове снова всплыло лицо Дамьена.

Если бы он был здесь... Я бы не успела и шагу сделать. Он бы поймал меня.

Он всегда находит.

Он не отпустит меня просто так. Никогда.

Я сжала руки на груди, пытаясь согреться, но дрожь не проходила — не только от холода. Я не знала, кто сидит за рулём. Не знала, куда он меня везёт. И, может быть, хуже всего было то, что я не знала, кто мой отец... и чего он хочет от меня.

А может, я просто еду к новой клетке. Только с другими решётками.