Глава 23
Следующие две недели я провела в лазарете под пристальным наблюдением имперской комиссии. Эрик, Каролина, Рауль, несколько ребят, которые сильно пострадали в битве с Михаилом, лежали вместе со мной. Но только меня так подробно допрашивали о встрече с Мерсидой, как только я пришла в себя. Это было крайне неожиданно и довольно неприятно.
Я только открыла глаза, голова трещала, все тело ломило, и я буквально не могла двинуть ни рукой, ни ногой, не испытав при этом ужасной боли. И в ту же минуту в палату ворвались незнакомые мне люди во главе с Кармелин Максвильсон.
– Добрый день, мисс Джонс, – пробасил высокий мужчина–скала. Я вздрогнула и посильнее натянула одеяло, почти до подбородка, не понимая, что происходит. – Мы пришли поговорить с вами о недавнем происшествии.
Я испуганно замычала, практически полностью залезая под одеяло. Меня хотят посадить в тюрьму за убийство Михаила? Но почему? Или я нарушила какой–то магический закон? Но Кармелин не дала моей панике разрастись, она вышла вперед и присела на стул рядом с моей кроватью, глядя на меня по–матерински нежно.
– Здравствуй, Декада, это главы магического круга, они хотят поговорить с тобой о встрече с Мерсидой, – женщина кивнула своим коллегам, и те подошли. Затем осторожно усадила меня на кровати, чтобы я могла быть примерно на одном уровне с гостями. – Господин Жанву, пожалуйста, будьте с ней помягче, она только что пережила ритуал.
Жанву кивнул. Это был тот самый высокий широкоплечий мужчина. Он снял капюшон, и остальные последовали его примеру. Теперь я могла увидеть его странные глаза: один серый, а другой покрыт белой пеленой, судя по всему, слепой. Он пристально посмотрел на меня, от чего захотелось залезть под одеяло и никогда не вылезать.
Однако расспрос прошел довольно быстро и безболезненно. Меня несколько раз спросили, почему я участвовала в ритуале, и я объяснила, что это был план убийства Михаила. Расспрашивали, как вела себя Мерсида, что произошло потом. Я терпеливо отвечала севшим голосом. И после того, как главы узнали все, что хотели, меня оставили в покое.
Через две недели и один день (я считала дни, потому что было просто отвратительно снова находиться в лазарете) меня отпустили, и я вернулась к своим друзьям. Никто больше не поднимал тему недавних событий, но я видела, что слова Мерсиды гложут Эрика, Ви и Ильдара так же, как меня. Но никто ни о чем не спрашивал и не пытался понять. Мы просто жили до конца июня, пока у выпускников Академии не закончились экзамены.
Имперская комиссия назначила временного ректора академии – мужчина по имени Давиан Хердес, который был магом. Дни тянулись, уроки закончились, турнир в этом году решили не продолжать. Однако прибывшая в академию спустя неделю после окончания экзаменов Кармелин заявила, что в этом году победила наша академия, и через несколько дней состоится бал. Но не привычный для всех, а с частью прощания с павшими в бою с Михаилом студентами, преподавателями и ректором Хейгенсом.
Сейчас я сидела в своей комнате, уже уложив волосы и надев очень красивое платье, которое мне купила Каролин в Лиогейте. Погладила приятную бархатную ткань изумрудного цвета, вздохнула и поднялась с кровати. Нужно было взять себя в руки и выйти из комнаты. Вот только никуда идти не хотелось. Академию украсили цветами и ленточками красного цвета, который в здесь означал скорбь, и мне было так жутко ходить по коридорам... Я надела черные туфли–лодочки, поправила платье и наткнулась на зеркало у входа. В нем отражалась взрослая, красивая девушка с рыжими волосами, уложенными в аккуратную прическу. Это уже не была привычная мне девушка–подросток, я неожиданно быстро повзрослела. И это было даже приятно. Я провела ладонью по зеркалу и улыбнулась девушке в отражении. За этот год я прошла через многое, и все это время рядом со мной были люди, которых теперь я без труда могу назвать друзьями. Столько боли, радости, страха и счастья было в этом году, черт возьми! Буквально несколько месяцев назад я бы ни за что не подумала, что моя жизнь будет такой. Но, черт, теперь это была и в правду моя жизнь.
Послышался стук в дверь, и я, кивнув самой себе, схватила сумку–клатч со стола и открыла дверь. Дмитрий застыл на пороге, рассматривая меня восхищенным взглядом. Он перевел взгляд на мое лицо, улыбнулся и так привычно протянул мне руку, что сердце сжалось до размеров изюминки.
– Ты готова?
Кивнула, вложив свою руку в его. Да, теперь я была готова войти в этот новый восхитительный мир. И меня никто не сможет остановить.