Глава 19
1
Я шла по чему–то мокрому босиком, повсюду была темнота, хоть глаз выколи. А еще было безумно холодно, меня трясло. Наверное, из–за того, что на мне была мокрая насквозь одежда. Когда наконец впереди забрезжил крохотный огонек, я ускорила шаг, чтобы, наконец, понять, что происходит. Огонек начал увеличиваться, и постепенно я начала различать очертания узкого прохода, по которому шла. Под ногами была мокрая, грязная плитка, покрытая слякотью. А я босиком! Но не успела я прочувствать все это омерзение, передо мной появился настенный факел, а сразу за ним – старая деревянная дверь. О да, наверное, это выход! Толкнула плечом дверь, и она с жутким скрипом поддалась, открывая передо мной вид на огромный подвал без окон, освещенный одним–единственным факелом. Сделав два шага вперед, я закашлялась от жуткого запаха разложения, непонятно откуда взявшегося, потому что сначала я ничего такого не увидела ни на полу, ни на стенах. Но пройдя чуть дальше и оглядев все помещение, я вскрикнула и попятилась.
У правой стены, прикованный к ней цепями, буквально висел Эрик. Не знаю, как я вообще поняла, что это он, потому что его лицо было изуродовано огромными язвами и порезами, на теле тоже живого места не осталось, а рядом валялись оторванные крылья, от которых и исходил этот отвратительный запах. Я не сразу поняла, что он жив, но Эрик неожиданно дернулся, с огромным усилием поднял голову и посмотрел на меня заплывшим глазом, другой его глаз вообще не открывался. Он выдавил какой–то звук, будто пытаясь мне что–то сказать, но я только вздрогнула и застыла, улавливая движение из дальнего угла подвала, который был освещен гораздо хуже. Эрик из последних сил мотнул головой в сторону темноты, а затем его голова безвольно рухнула на грудь и больше не поднималась. Пересилив отвращение и рвотные позывы, я сделала несколько шагов к факелу и сняла его со стены. Аккуратно ступая по земляному полу, я перешагнула через крылья, не дыша, и осветила дальнюю часть подвала.
– Нет!
То, что я увидела, шокировало меня даже больше, чем вид изуродованного Эрика. Огромный волк лежал на полу, истекая кровью, потому что его задние лапы были оторваны от тела. Осветив фигуру, я увидела иссиня–черную шерсть и закричала от ужаса, потому что это был Дмитрий! Это, черт побери, был Дмитрий! Волк заскулил и поднял на меня ярко–желтые глаза. По лицу заструились слезы, я почувствовала головокружение и пошатнулась. От неожиданности уронила факел на пол и согнулась от головной боли, и тьма тут же поглотила меня.
Очнулась я от того, что меня вырвало. Мерсида, нет! Я вскочила с кровати в лазарете и закричала, все еще не понимая, что это было просто видение. Чьи–то сильные руки поймали меня и усадили на другую кровать, но я кричала и кричала, пока голос не охрип. Тогда меня затрясли, но я будто была в трансе и не могла замолчать и успокоиться. Меня трясло от страха, отвращения и холода.
– Декада, Декада, пожалуйста, успокойся! – закричал голос Дмитрия, но я снова вспомнила тело волка и начала плакать. – Декада, все хорошо, успокойся!
Но я не могла успокоиться. Перед глазами все еще стоял волк с оторванными лапами, истекающий кровью, изуродованный Эрик с вырванными крыльями...
Хлоп! Щёку обожгло болью, и я тут же вернулась в реальность. Дмитрий смотрел мне в лицо, в его глазах застыло непонимающее выражение.
– Прости, прости, пожалуйста, я не знал, как еще привести тебя в чувства!
Я не сразу поняла, что Дмитрий залепил мне пощечину, но когда до уставшего мозга, наконец, дошло, я выдохнула и пригладила волосы.
– Все х–хорошо... – прошептала практически. Меня все еще немного потряхивало, но стало уже гораздо лучше. По крайней мере, я понимала, что нахожусь в реальности и в безопасности. Хотя насчет безопасности я сомневалась после двух видений за несколько дней. Ужасных, причем, видений. Дмитрий смотрел на меня серьезно, изучая мое лицо, будто пытаясь понять, что происходит, по нему. Он сжимал мою ладонь, но как–то машинально, даже не обращая на это внимания. Так прошло минуты три, мы молча смотрели друг на друга: он пытался прочитать в моих глазах, что произошло, а я пыталась уложить в голове это ужасное видение.
– Что это было, Декада? – наконец, спросил Дмитрий, и я вздрогнула. Я не знала, что ему ответить. Вот уже второй раз он застает меня после видения, и в прошлый раз я так и не объяснила ему, почему на самом деле оказалась на полу. Нет, в этот раз не выйдет, слишком яркое и настоящее оно было. Вот только для начала мне нужно было увидеть Викторию, Ильдара и Эрика, чтобы понять, схожу ли я с ума. Или, может, это коллективное помешательство?
– Прости, пожалуйста, я расскажу тебе немного позже... – тихо сказала я ослабевшим голосом и улыбнулась, стараясь показать, что все хорошо. И попросила, взяв его вторую руку в свою. – Пожалуйста, позови Эрика, Викторию и Ильдара.
Дми нахмурился и внимательно посмотрел на меня. Видимо, перспектива оставить меня наедине с моим бывшим не очень его прельщала. Но я попросила еще раз, потому что сейчас это действительно был вопрос жизни и смерти.
– Пожалуйста, поверь, это очень важно! Я все тебе расскажу, но сначала мне нужно поговорить с другими падшими.
При слове «падшими» Дмитрий вздрогнул и кивнул, моментально встал с места и исчез за дверью. Похоже, понял, насколько все серьезно. Я встала с кровати и подошла к зеркалу над раковиной, чтобы понять, как я вообще сейчас выгляжу.
– Черт, – прошипела я своему отражению. Да, видок был не самый лучший. Особенно запутавшиеся волосы и остатки рвоты на лице. Одежда еще ладно, она просто помялась от того, что я в ней лежала. Поэтому я умылась, как могла пригладила и распутала волосы, и вернулась на кровать. И в тот же момент в дверь постучали. Я как можно громче хрипло крикнула: «Входите!» и глубоко вздохнула, стараясь собрать мысли воедино и придумать, как рассказать им все помягче.
Дверь открылась, в комнату вошла Ви, следом за ней Ильдар, и последним шел Эрик, в спортивной форме и явно вытащенный с тренировки.
– Привет, – улыбнулась Виктория и присела рядом со мной. Ильдар сел на кровать напротив, а Эрик остался стоять, недовольно сложив руки на груди. Он буквально прожигал меня взглядом, будто собираясь наброситься с обвинениями. Только вот в чем? И какого черта я вообще должна перед ним в чем–то оправдываться?!
– Привет. Дмитрий должен был сказать, что разговор очень важный... – начала я и поерзала на месте. Да, мы были хорошо знакомы с ребятами, с Эриком даже слишком хорошо, но почему–то мне было некомфортно рядом с ними сейчас.
– Ага, давай уже быстрее, – фыркнул Эрик и посмотрел на экран телефона, видимо сверяясь с часами. Черт, точно, он же участвует в крылатых боях! Мне стало неловко, но откладывать разговор не было смысла. Что–то внутри шептало мне, что потом будет поздно. Что скоро произойдет что–то страшное.
– Ребята, у вас в последнее время часто происходят видения?
Падшие переглянулись и покачали головами.
– У меня никогда не было видений, но в последнее время зачастили кошмары, – сказала Ви, заламывая пальцы. Ильдар кивнул, соглашаясь с девушкой. Эрик несколько секунд смотрел в пустоту, а затем тоже кивнул, подтверждая мои мрачные мысли.
– О чем они?
Этот вопрос был самым важным, «контрольным». Этот вопрос мог помочь мне разобраться в том, что со мной происходило. Каждый из падших пересказал свои последние кошмары. Сначала казалось, что сходств в них нет вообще, но когда Эрик закончил рассказ, я вдруг осознала одну ужасную вещь. В каждом кошмаре так или иначе фигурировал Михаил или академия.
– У меня за последние три дня было два видения... – прошептала я и, прокашлявшись, пересказала все вкратце. Упустив, правда, момент с Эриком и Дмитрием. Незачем им знать такое. Виктория в шоке посмотрела на меня, а затем взяла за руку и сжала, показывая свое сочувствие и поддержку. Эрик молчал. Но я видела, как изменилось его раздраженное выражение. Во взгляде читалась растерянность. Он, как и я, не знал, что делать. Потому что все эти кошмары и мои видения не предвещали вообще ничего хорошего.
– Так, давайте не будем заранее паниковать, – решительно произнес Ильдар и встал с кровати. – Мне кажется, это все стресс, и ничего более. В конце концов, мы ведь ничего не можем сейчас сделать! Нам всем нужно отдохнуть, ребята.
Эрик согласно кивнул, снова посмотрел на время и, извинившись, ушел. Удивительно! Он извинился в такой мелочи...
– Спасибо, что рассказала, – Ви обняла меня и улыбнулась, хотя ее губы подрагивали, выдавая волнение. – Иль прав, нам всем нужно отдохнуть. И тебе в первую очередь. Отлежись здесь, поспи, все будет хорошо.
Я только кивнула. Ага, отдохнуть, как же... Мне еще предстояло рассказать обо всем Дмитрию. Пока я ждала оборотня, пыталась понять, что я могла вообще сделать в этой непонятной ситуации. Во мне боролись две стороны: одна, которая до безумия верила Михаилу и хотела рассказать ему обо всем, и другая, более рациональная, которая требовала выяснить все без вмешательства ангела. Да, в конце концов, это не мой лучший друг, он только притворялся им всю мою жизнь... Я должна была прислушаться к рациональной стороне и как–то выяснить, что происходит, не обращаясь к Михаилу. К тому же, подсознание твердило, что рассказывать ангелу о моих видениях было просто опасно. Вот только почему, я не могла понять.
– Итак, я слушаю, – Дмитрий сел напротив меня на кровать и посмотрел на меня. Золотисто–карие глаза будто проникали в самую душу. Я пересказала Дмитрию наш разговор с падшими, но снова утаила подробности последнего видения. Он бы не так понял. Когда–нибудь... я все ему расскажу, обязательно.
Дмитрий молчал, глядя в пол, несколько минут. Я уже начала переживать, но он поднял голову и взял меня за руку.
– Я не знаю, чем помочь тебе, но обещаю, что буду рядом, что бы ни случилось.
Голос Дми звучал настолько серьезно, что я чуть не улыбнулась, но подавила порыв, поняв, что он действительно настроен серьезно. Это читалось в его взгляде. Он как будто признавался мне в любви по–своему, и от этого мне почему–то захотелось спрятаться, хоть я и испытывала к нему схожие чувства.
– Спасибо.
Я не знала, что еще ответить, просто сжала его руку и улыбнулась. Мы просто сидели в лазарете и смотрели друг другу в глаза несколько минут. И это молчаливое переглядывание было невероятно комфортным и уютным. Но время приближалось к двум часам дня, а значит, скоро должно было начаться первое испытание. Дмитрий поднялся с кровати, и я потеряла его теплую руку. Я попросила дать мне 20 минут, чтобы я смогла переодеться, сходить в душ и в принципе привести себя в порядок. Дмитрий только кивнул и, проводив меня до моей комнаты, почти мгновенно исчез. Какой–то он стал задумчивый после нашего разговора... Я почувствовала себя виноватой. Черт, ну почему я не могу просто поделиться чем–то с близким человеком, не чувствуя вину за это? Это убивает меня. Я зашла в пустую комнату и вздохнула, поняв, что до начала испытаний осталось 15 минут. Что ж, ладно, я никогда не была копушей!
Мне хватило 10 минут, чтобы снова почувствовать себя живой. Натягивая черные джинсы, я услышала стук в дверь и без раздумий крикнула: «Открыто!», вообще не подумав о том, что это может быть Дми, а я тут стою в одних джинсах и придирчиво выбираю рубашку. Послышался звук открывающейся двери, но я в этот момент была слишком занята тем, что пыталась достать черную рубашку с верхней полки. И только когда мне нужно было закрыть дверцу, чтобы посмотреть в зеркало на ней, я повернулась к двери, вскрикнула и прикрылась рубашкой.
– Открыто, говоришь? – рассмеялся Дмитрий и продолжил в прямом смысле пялиться на меня. Идиот!
– Отвернись! – закричала я и, взяв с кровати подушку, кинула в него. Конечно, он моментально ее поймал и вовсе не собирался отворачиваться. Он улыбался и смотрел на меня. Тогда я рыкнула и сама повернулась к нему спиной и стала надевать рубашку. Чертов идиот! Неужели сложно сделать то, что я прошу?! Ему что, вообще плевать на мои чувства? Застегнув пуговицы и заправив рубашку в джинсы, я повернулась к Дмитрию и недовольно прошла мимо, в коридор. Я услышала, как он вышел следом. Сгорая от злости и стыда, я не обратила никакого внимания на него и просто закрыла дверь, проверив два раза, все ли взяла и точно ли дверь заперта. Только после этого я решительно зашагала к выходу в сад, все еще недовольно вздыхая.
– Декада... – тихо сказала Дмитрий и дотронулся до моего плеча. Даже не взял за руку, как это бывало обычно. Я обернулась и удивленно подняла брови. Все мое недовольство пошло на убыль, когда я увидела его поникшее выражение лица. Казалось, он действительно раскаивается. Дми поднял на меня глаза и также тихо продолжил: – Извини, мне не стоило... Я думал, будет хорошая шутка.
Черт, ну как я могла злиться? Он был таким милым. Я улыбнулась и сама взяла его за руку, показывая, что не злюсь. Но оставлять так просто эту ситуацию мне не хотелось, и я все же добавила:
– Просто в следующий раз, пожалуйста, слушай меня... Мне неприятно, когда мои просьбы не слышат.
Дми кивнул и, поцеловав меня в щеку, потянул за собой в сад. Нужно было спешить, если мы хотели успеть занять хоть какие–то нормальные места.
Трибуны в нашей секции, которая находилась около входа и давала хороший обзор, были заняты полностью. Видимо, всем хотелось посмотреть самое зрелищное состязание в турнире. Дмитрий посмотрел по сторонам и, заметив кого–то, потащил меня в другую сторону, к трибунам академии Мактира. Черт! Мне не очень хотелось сидеть рядом с этими странными оборотнями, но сказать это Дмитрию я не решилась. И не зря, потому что на верхнем ряду, куда привел меня Дмитрий, сидела Каролина со своими друзьями. Имен их я, к сожалению, не запомнила, отчего ситуация становилась все более неловкой.
– Привет! Садитесь скорее, сейчас начнется! – Лин похлопала по месту рядом с собой, и я благодарно опустилась на кресло, приветственно кивнув ребятам с другой стороны от Каролины. Дмитрий сел на пустующее рядом со мной кресло, и в ту же секунду раздался голос Михаила:
– Добро пожаловать на крылатые бои, участники и зрители Турнира Магических Академий!
Трибуны взорвались аплодисментами.
– Спешу напомнить правила этого испытания, как участникам, – Михаил кивнул на парней, стоящих в центре поля, – так и вам, дорогие зрители! Сейчас жюри разделит участников на пары, тот, кто победит в первом раунде, выходит во второй. В следующем раунде число участников уменьшится вдвое, и в финал выйдут двое сильнейших. Не забывайте, что при малейшем намеке на магию вас ждет дисквалификация из испытания. Дуэль длится 10 минут, тот, кто первый коснется земли, проигрывает. Я жду от каждого из вас честной игры, а сейчас я передаю слово госпоже Максвильсон!
Михаил сделал галантный жест рукой, как бы пропуская женщину вперед. Кармелин встала со своего места и подошла к балкончику, равнодушно глядя на всех. Она заглянула в свои бумаги и произнесла, будто вынося смертный приговор:
– Эрик Крайм, команда Академии святого Уильяма, против Асмедея Кроули, команда Имперской Академии!
Я присмотрелась и увидела, что Эрик и его соперник отошли в сторону. Парень, которого ректорша назвала Асмедеем, казался слишком изысканным для этого соревнования. Его светлые, практически белые волосы были зачесаны назад, скулы выступали настолько, что казалось, они вот–вот вылезут из–под кожи. Да и в целом парень выглядел очень хрупко, его черная, с золотой эмблемой форма висела на нем, будто на скелете. А еще, судя по всему, он тоже был падшим. Либо я слишком мало знала об это мире, потому что ничего от химеры в нем не было...
В своих раздумьях я пропустила объявление остальных 3 пар и повернулась к Дмитрию, чтобы узнать, с кем будет соревноваться Йон. И столкнулась с пристальным взглядом золотисто–карих глаз. Дмитрий смотрел на меня, прищурившись.
– Что?
– Ничего, – пожал плечами Дми и отвернулся. Я раздраженно вздохнула и решила не спрашивать. Видимо, он не в духе сегодня. Мое внимание привлек голос Михаила, снова оккупировавшего место ведущего.
– Участники готовы? – он обращался к Эрику и Асмедею. Они практически синхронно кивнули и встали в боевую позу. Асмедей в моих глазах все еще выглядел очень нелепо. – Расправить крылья!
Эрик призвал свои серые крылья и расправил их. Когда Асмедей сделал то же самое, я ахнула и воскликнула:
– Он что, демон?!
У Кроули были темно–красные крылья, но совершенно не ангельские. Костлявые, обтянутые кожей, я такие видела только в фильмах. Выглядели они жутко. Дмитрий, услышав мой возглас, усмехнулся и кивнул. Черт. Как же многого я, оказывается, еще не знаю об этом мире.
– Приготовиться! – прогремел голос Михаила, и я отвлеклась от самобичевания. Подавшись вперед, я затаила дыхание. – Вперед!
Эрик и Асмедей взмыли в воздух, оказавшись примерно на уровне нашей трибуны. Несколько секунд они кружили в воздухе, прицеливаясь, а затем Эрик метнул несколько перьев в соперника. Тот без труда увернулся и сильно ударил крыльями по воздуху, по–другому это не назвать. Волна вибраций снесла Эрика на несколько метров, но равновесия он не потерял. Хлопок. Это Эрик послал в Асмедея волну воздуха, которая ненадолго вывела его из строя. Это позволило Крайму приблизиться к сопернику и нанести сильный удар крылом. Асмедей, не ожидавший такого, потерял равновесие на несколько секунд и полетел вниз, однако быстро выровнял полет и вернулся. Быстрым движением он послал еще одну вибрацию в Эрика. Тот успел закрыться крыльями, но все равно отлетел назад, настолько близко к трибунам, что я испугалась. Еще несколько неудачных попыток подлететь к Эрику. Асмедей, судя по всему, не на шутку разозлился. Он сделал еще несколько сильных ударов по воздуху, посылая в Эрика сразу несколько вибраций. Эрик уклонился от каждой и резко метнул в Асмедея несколько перьев. Одно перо попало демону в крыло, и он взревел от боли, быстро теряя высоту. Эрик же решил закрепить свой успех и хлопнул крыльями, полностью сбивая Асмедея. У самой земли парень попытался затормозить и выровнять полет, но это помогло ему только не врезаться в землю с огромной скоростью. Однако звук все равно был такой, словно он сломал несколько костей.
– Победитель первой дуэли – Эрик Крайм! – провозгласил Михаил и махнул рукой в сторону входа. Оттуда выбежали несколько целителей в белых халатах и увели пострадавшего Асмедея. Трибуны нашей академии буквально сошли с ума. Ребята вскакивали с мест, свистели и кричали.
Черт, да что с ними со всеми? Парень только что чуть не умер, а они радуются! Заметив мою реакцию, Дмитрий взял меня за руку и, наклонившись ко мне, спросил:
– Что такое?
Я посмотрела на него и несколько секунд даже ответить не могла, настолько была шокирована.
– Ты... Ты... Считаешь, это нормально?! – вспылила я, не потрудившись снизить тон до шепота. Плевать, пусть все слышат! Это неадекватно!
– А что такого? Никто бы не умер, – пожал плечами Дми. Я задохнулась от негодования, вырвала руку и встала со своего места, намереваясь уйти. Дмитрий удивленно следил за моими действиями. – Эй, ты куда?
– Ухожу!
И, бросив на ликующих однокурсников ненавистный взгляд, спустилась вниз и быстрым шагом вышла со стадиона. Черт возьми, и он еще спрашивает «что такого»?! Ненормальные! Как можно так спокойно относиться к жизни?! Вернувшись в комнату, я открыла книгу о проклятии падших и до самого вечера перечитывала ее, чтобы хоть как–то отвлечься.
2
На ужин я шла одна, не ответив ни на одно сообщение Дмитрия и даже не пустив его в комнату. Надоел! После этого соревнования даже исчезло все желание участвовать в турнире. Ведь если я пострадаю, все также будут реагировать. Может, я чего–то и не понимаю, но считаю, что это бесчеловечно. Впрочем... что человечного может быть в Неординарии? Не было желания даже с кем–либо разговаривать, поэтому я села за дальний пустующий столик у стены, намереваясь отгонять каждого, кто подойдет. Но стоило мне приземлиться на лавочку, рядом тут же оказались все мои друзья. Дмитрий, Каролина, Рауль и даже Эрик уселись рядом со мной и посмотрели на меня, будто это я оправдываться должна. А что я сделала?! Мне не хотелось смотреть на то, как эти ребята падают, ломают себе кости, а остальным все равно!
– Так и будешь молчать? – удивительно, но первым голос подал Эрик, глядя на меня очень серьезно. Наверняка почувствовал мое раздражение. Да что уж там, его мог почувствовать любой за этим столом. Я пожала плечами, напустив на себя равнодушный вид.
– Кто выиграл в крылатых боях? – как будто не понимая, о чем он, спросила я. Эрик закатил глаза и отвернулся. Ответила мне Лин, глядя на меня очень встревоженно.
– Йон выиграл, Эрик вылетел в полуфинале. Декада, пожалуйста, скажи, что с тобой?
Мне начинало надоедать такое внимание к моей персоне. Я раздраженно отодвинула от себя тарелку с рагу.
– А сами не понимаете? Этот турнир бесчеловечный! – громче, чем нужно было, сказала я, и несколько студентов за соседними столами обернулись. Я понизила тон и продолжила: – Этот парень, Асмедей, сломал себе несколько костей, наверное, а все только и делали, что радовались победе Эрика!
– Декада, он в полном порядке, у него всего лишь пара синяков.
Я удивленно посмотрела на Рауля. Вся моя злость куда–то разом делась. В смысле, пара синяков? Он упал метров с десяти!
– В каком смысле?...
– На поле стоит эластичный барьер, который действует как ваша... страховочная сетка, вроде бы, называется, если не ошибаюсь? Он не позволяет получить студентам серьезные травмы, – произнес Дмитрий, глядя на меня странным взглядом. Я покраснела. Черт! Ну и почему я всегда заранее делаю выводы, даже не зная всей картины?
– Я же не знала об этом! – будто оправдываясь, воскликнула я. Мне было очень неловко за свой необоснованный гнев. Каролина погладила меня по руке и ободряюще улыбнулась. Мерсида, ну ангел же во плоти!
– Все в порядке, ты же не знала. Думаю, в твоем мире... прости, то есть, в людском мире такие вещи не очень распространены, – ласково произнесла девушка и принялась за еду. Я только усмехнулась.
– «Не очень» – слабо сказано.
И в уже более дружелюбной атмосфере мы приступили к ужину. Ребята рассказывали об интересных моментах сегодняшнего соревнования, шутили, что Йон мог бы легко победить Эрика, Эрик недовольно бурчал, что он непобедим, и это было просто недоразумение. Как оказалось, во втором туре Эрик сражался с парнем из Академии Стихий, который был химерой. Я же про себя подумала, что у химер в этом соревновании действительно есть преимущество – они пользуются своими крыльями как руками, потому что крылья всегда с ними. А вот падшим и демонам гораздо сложнее научиться ими управлять, кроме того, требуются определенные усилия, чтобы их удерживать.
После ужина мы с Раулем и Дмитрием вышли в лес, чтобы побегать. Я все больше нервничала перед завтрашним испытанием. В последний момент выяснилось, что это будет не просто бег, а бег с препятствиями! И черт, я не была к этому готова. Поэтому сейчас, на закате, мы стояли у входа в лес и разминались. Лес снова «подслушал» наши намерения и выстроил перед нами настоящую полосу препятствий. Почему–то я никогда не спрашивала и даже не задавалась вопросом, почему так. Мне казалось все это в порядке вещей. Впрочем, сейчас тоже было не до этого, поэтому мысли быстро улетучились.
– Ты уверен, что мы сможем за один вечер подготовиться? – я нервно хрустела пальцами и все время оглядывалась. Дмитрий подошел ко мне и положил руку на плечо. Это заставило меня немного отвлечься от моих переживаний.
– Все будет хорошо, не переживай, – Дми улыбнулся, и его золотистые глаза блеснули. Мне очень нравилось в них смотреть, могла бы это делать вечно. Такие красивые, с интересным рисунком... Внезапно, когда кроме его взгляда не осталось ничего, я решительно вынырнула из омута и раздраженно хлопнула его по руке.
– Дмитрий! Прекрати!
Волк невинно захлопал глазами, мол, я здесь вообще не при чем. Но я–то прекрасно знала, что он использует свою волчью способность укрощения. На мне! Рауль, наблюдавший за этой картиной, нахмурился и ткнул Дмитрия кулаком в плечо.
– Друг, нельзя так делать, – он покачал головой и развернулся к лесу. – Када, давай, побежали!
Я кивнула и сорвалась с места вслед за Раулем. В этот раз я прибежала первой, потому что голова не была забита глупыми и тревожными мыслями, мне было важно выложиться на все сто, чтобы завтра мы победили. Конечно, не обязательно было побеждать в каждом соревновании, чтобы выиграть в турнире, гораздо важнее был лабиринт, но я ненавидела проигрывать. Наверное, в этом и была моя проблема. Но когда я прибежала первой к поляне, где стоял Дмитрий, я радостно закричала и подпрыгнула. Дмитрий с удовлетворенной улыбкой наблюдал за мной.
– Ну что, не так сложно, правда?
Я закатила глаза.
– Прости, с тобой не побегаю, мне нужно идти на тренировку с Викторией, – сказала я парню и распустила хвост. Блаженство! И, попрощавшись с Дми и Раулем, я побежала на следующую тренировку. С Ви мы тренировали мою магию уже несколько недель. Иногда эти тренировки давались мне очень тяжело, а иногда они пролетали за один миг. Но с девушкой всегда было весело, а вдобавок к этому я чувствовала, что мои заклинания с каждым днем улучшаются. И черт, это было так здорово! Я чувствовала себя своей, частью этого удивительного мира! Сегодня тренировка текла очень медленно и тяжело, поэтому в комнату я вернулась полуживой, упала на кровать и моментально заснула.
3
Испытание было в самом разгаре, мы с Раулем стояли под палящим солнцем, разминались и ждали своей очереди. Мне казалось, что еще чуть–чуть, и солнце выжжет мне глаза! Такая жара, около 80 градусов по Фаренгейту, в конце мая для Кресент–сити была очень странной. Возможно, это можно было бы списать на странности Неординария, только вот я знала, что погода в Неординарии ничем не отличается от погоды в человеческом мире. Земля ведь одна.
– Я пить, – заявил Рауль и, стерев пот со лба, посмотрел на меня: – Идешь?
Я только и смогла, что кивнуть. Нет, и как они думают мы должны бегать в такую жару?! К тому же, время подходило к полудню, а мы были практически последними в списке! Поэтому я решила, что размялись мы достаточно, и ушла за Раулем в тень под трибуны. Там стояли «волонтеры» со стаканами и одной–единственной бутылкой воды. Я скептически оглядела бутыль и удивленно вскинула брови. И как им этой малютки хватает на всех?!
– Привет, – произнесла миловидная светловолосая девушка за стойкой. Я помахала ей рукой и хотела было уже попросить воды, как она протянула мне наполненный бумажный стаканчик. Что? Только что он был пуст, буквально секунду назад!
Заметив мое удивление, девушка рассмеялась и пояснила:
– Я учусь в академии стихий и управляю водой.
Стало еще более непонятно. Я всегда думала, что создать что–то из воздуха невозможно! Но вот, она ведь только что это сделала. Я удивленно смотрела на стакан в своей руке, но спросить не решалась. Протягивая второй Раулю, девушка сказала:
– Я знаю, о чем ты хочешь спросить, не переживай, это совсем не глупый вопрос! Вот эта бутыль с водой нужна нам для копий. Мы берем каплю оттуда, копируем ее, и возвращаем обратно. Так мы не расходуем воду, а создаем свою собственную, которая ничем не будет отличаться от оригинала.
– Ого! – вырвалось у меня, и я покраснела. Но, черт, это было так здорово! Светловолосая девушка улыбнулась.
– Спасибо, – засмеялась она. – Это сложная магия, мы изучаем ее только на пятом курсе, но мы с Даниэлом преуспели в этом уже на третьем курсе, поэтому нас взяли сюда!
Ее напарник, Даниэл, закатил глаза и уткнулся в книгу, не обращая на нас совершенно никакого внимания. Наверное, быть «волонтером» ему не очень нравилось. Я быстро потеряла к нему интерес и вернулась к разговору с девушкой.
– Это так здорово! Меня зовут Декада.
– Джессика, – девушка пожала мою руку и снова улыбнулась. Я повернулась туда, где стоял Рауль, и уже хотела было представить его моей новой знакомой, но не обнаружила волка.
– Э... А ты не видела, куда ушел мой друг? – я растерянно оглядывалась, пытаясь понять, почему Верлен ушел и даже не сказал мне. Джессика пожала плечами. Черт! Извинившись перед девушкой, я схватила еще один стаканчик с водой и побежала обратно к месту сбора всех бегунов.
Я нашла друга именно там, он разговаривал с Дмитрием, отчего я удивленно подняла брови и затормозила в метре от них. Что–то случилось, точно. Иначе бы Дмитрий не пришел сюда. Или это у меня крыша едет?
– Декада, подойди, пожалуйста, – прозвучал серьезный голос Новикова, и я медленно подошла к ребятам. Дмитрий выглядел очень, очень странно. Нахмуренные брови выдавали его тревогу и недовольство. Он посмотрел на меня и покачал головой: – Декада, нам только что сообщили, что от нашей команды участвует только один бегун.
Я распахнула глаза. Что?! Какого черта?! Они не могут сообщать об этом буквально за несколько минут до начала забега! Это просто, черт возьми, нечестно!
– Как это? Мы тренировались днями напролет, а теперь, получается, я в пролете?! – возмущенно закричала я, размахивая руками. Злость поднималась во мне черной волной. Появилось очень сильное желание кого–то ударить. Дмитрий нахмурился еще больше и положил руку мне на плечо. Но я была слишком возмущена, чтобы этот жест сейчас мог меня успокоить!
– Ди, от других команд выступает по одному участнику. Нам сделали исключение, так как турнир проходит в нашей академии, но несколько минут назад Михаил сообщил мне, что он не смог уговорить остальных судей, – объяснил волк, и я стиснула зубы. Черт, все эти дни упорных тренировок коту под хвост! Дмитрий заметил мою реакцию, положил вторую руку мне на плечо и, глядя в глаза, добавил: – От нашей академии выступать будешь ты.
От удивления я чуть не упала. Как я? А Рауль? Почему–то мне казалось, что Дмитрий непременно выберет его. Но он... он выбрал меня. И от осознания этого в груди разлилось тепло, а на лице появилась глупая улыбка. Которая, впрочем, быстро сползла, когда я вспомнила о Рауле, стоящем рядом.
– А как же ты?... – растерянно спросила я, обращаясь к Верлену. Он только улыбнулся и махнул рукой – его любимый жест.
– Все в порядке, я сам так решил. Ты этого заслуживаешь.
Я чуть не кинулась обнимать этих двоих. Ну просто лучшие! Но я ограничилась простым «Спасибо» и счастливой улыбкой. А вот Дмитрий приобнял меня за талию и прошептал на ухо:
– Удачи, моя солнечная девочка. Порви их всех!
Он чмокнул меня в щеку на прощание и ушел на трибуны. И, черт, теперь я была просто обязана выиграть этот забег! Я не могла проиграть, зная, что мои друзья верят в меня.
– Академия Святого Уильяма, участница – Декада Джонс!
У меня задрожали колени, когда все внимание снова обратилось на меня. Но я заставила себя не думать обо всех этих зрителях, которые смотрели на меня оценивающе. Я встала у старта и поставила одну ногу вперед, сосредоточившись только на этой дорожке передо мной. Когда голос Михаила скомандовал «внимание!», я больше не видела трибуны, не видела Рауля, стоящего на площадке справа от меня. Я видела только длинную изгибающуюся полосу прорезиненной площадки, усыпанной различными препятствиями. Когда прозвучало «марш!», я мгновенно побежала. Теперь этот забег мне казался спасительным, а значит, я во что бы то ни стало должна его выиграть! Казалось, что, если буду бежать недостаточно быстро, что–то страшное сзади догонит меня. И это помогало бежать изо всех сил, перепрыгивая через искусственные рвы, поваленные бревна, проскакивая под брусьями и скользя по грязной, мокрой земле. Эта полоса казалась бесконечной, но я все еще не могла думать ни о чем, кроме ее прохождения. И когда раздался громкий сигнал, я пробежала еще несколько метров и только тогда смогла остановиться. Сколько времени прошло, я узнала по радостным возгласам с трибун и громкому возгласу Михаила.
– Три минуты! Благодарим всех бегунов, сейчас нам нужно 10 минут для обсуждения, после чего мы огласим победителей испытания!
Я стояла, уперев руки в колени, и пыталась отдышаться. Три минуты?! Я пробежала километровую дистанцию с препятствиями за такое короткое время?! Я не могла поверить своим ушам. Но ликующие возгласы говорили о том, что это все правда. Для меня такой результат был невероятным. Я никогда не пробегала километр за три минуты, даже без препятствий!
– Декада, ты лучшая! – ко мне подбежал Рауль и обнял меня. Я, все еще не осознавая реальность происходящего, обняла его в ответ. Следующим подошел Дмитрий, обнял меня и закружил в воздухе. Я рассмеялась и прижалась к нему, обхватив шею. Черт возьми, это правда я сделала!
Ждать результаты было самым мучительным. Мы сели на первый ряд рядом с Каролиной, она все щебетала о том, что я выглядела на дорожке невероятно. Я только смущенно отмахивалась. Однозначно, мне начинало нравиться внимание. Ну, совсем немного. Но даже Каролина замолчала, когда Михаил появился в воздухе. Он еще даже ничего не сказал, а публика уже затихла.
– Итак, дорогие участники и зрители, настало время объявить победителей этого испытания!
Он сделал многозначительный жест рукой, предоставляя слово ректору Академии Мактира – Рудольфу Элроду. Все вокруг меня настолько часто повторяли его имя, что я запомнила его почти моментально. Грозный мужчина вышел к ограждению и обвел взглядом трибуны. Когда он объявил третье место, его слова звучали как приговор:
– Венрик Массульсон, команда Академии Мактира, – третье место.
Ему явно не нравилось то, что он сказал, но он прекрасно скрывал эмоции. При объявлении следующего победителя его голос звучал все также сурово:
– Амелинда Урма, команда Северной Академии, – второе место.
Я все еще не услышала своего имени. Черт, неужели я проиграла? Не смогла? Я нервно хрустела пальцами и кусала губу, отчего та уже опухла. Вера в собственную победу становилась с каждой секундой все прозрачнее. Но в следующую секунду я уже ничего не слышала и не видела.
– Декада Джонс, команда Академии Святого Уильяма, – первое место.
От шока я встала со своего места и смотрела на трибуну преподавателей во все глаза. Кто–то тронул меня за руку, потом мне на ухо закричали, а потом перед глазами все поплыло, и я буквально заставила себя сесть и осознать происходящее. Это была реальность. Я, черт возьми, выиграла это испытание! Наша трибуна просто обезумела. Меня подхватили на руки и понесли толпой на стадион. Шок и радость смешались в одну непонятную эмоцию, и я просто плыла по течению, пока не оказалась на траве.
– Ты просто умница, моя солнечная девочка! – воскликнул Новиков, держа меня за руки. Я вдруг вынырнула из дымки и улыбнулась. Да, да, я на самом деле победила! Я взвизгнула от восторга и буквально прыгнула на Дмитрия, повиснув на его шее. Он смеялся и обнимал меня за талию, прижимая к себе крепко–крепко. Я была счастлива. И только сгустившиеся на небе тучи предвещали перемены. Не в лучшую сторону.