Глава 18.
За делами и учёбой время бежало просто с бешеной скоростью. Гарри и оглянуться не успел, как настало заседание попечительского совета. Люциус сказал, что кроме прошлого года его всегда собирали в школе, вот и теперь решили возродить эту традицию, ведь, несмотря на разрушения, замок оставался огромным, и в нём было множество помещений. Нашёлся и торжественный зал с камином, который открыли для всех попечителей. Теперь-то Поттер понял, как совет мог функционировать совершенно незаметно для учеников. Вернее, как: все знали о его существовании, о некоторых членах, но никто никогда не видел их вместе.
Оказалось, в попечительский совет входило больше двадцати волшебников, и не менее половины были из древних семей. Гарри увидел немало знакомых лиц. Например: Августа Лонгботтом, лорд Гринграсс, лорд Паркинсон. Кого-то он встречал в министерстве, и хоть и не знал имени, но в лицо помнил. Помимо попечителей на совете присутствовала исполняющая обязанности директора Макгонагалл и Снейп как её заместитель. По пояснениям Малфоя-старшего Поттер знал, что заседания могут проводиться и без них, тогда решение попечителей оформлялось письменно, подписывалось всеми присутствующими, и если таковых было больше двух третей от общего числа, то указания считались обязательным к исполнению руководством Хогвартса.
Появление Гарри вызвало удивление, хоть и не такое бурное, как могло. Видимо, попечители просто не предполагали, что молодой лорд действительно будет участвовать. А вот Минерва, кажется, осталась единственной, кто отказывался верить, что Гарри пополнил ряды попечителей. Она посмотрела на парня с видом нашкодившей кошки и спросила:
- Мистер Поттер, зачем вы здесь?
- Во-первых, лорд Поттер, - неожиданно для всех поправила директриса леди Лонгботтом. - Минерва. ты же чистокровная волшебница, должна знать разницу.
- Хорошо, - поморщилась Макгонагалл. - Лорд Поттер, мне несколько непонятно ваше присутствие здесь.
- Оно вполне обосновано, - ответил уже Люциус. - Лорд Поттер теперь является одним из попечителей Хогвартса.
- Невозможно, он же здесь учится! - попыталась возразить директриса.
Гарри чувствовал, что это решение почему-то вызывает у Минервы острую неприязнь, хоть она и старается всячески её скрыть.
- Очень даже возможно, - снова возразила бабушка Невилла. - Он лорд и имеет непосредственное отношение к процессу обучения в Хогвартсе. Нигде в документах нет оговорки, что член попечительского совета не должен учиться в школе, так как обстоятельства, в которых пребывает Гарри, случались и ранее.
- К тому же, насколько я понял, у лорда Поттера в Хогвартсе учится член семьи, - неожиданно поддержал разговор лорд Гринграсс.
- Это уже вообще какие-то выдумки, - возмутилась Макгонагалл.
- Почему? - удивился Гарри. - Небезысветная вам Гермиона Грейнджер принесла мне клятву вассала и вошла в мой род младшей ветвью.
Пару секунд декан Гриффиндор удивлённо моргала, потом посмотрела на Снейпа и каким-то осипшим голосом спросила:
- Ты был в курсе?
- Да, - кивнул Северус, глядя на подопечного.
Гарри успел хорошо узнать этот взгляд: искорки тщательно скрываемого смеха делали его светлей, словно где-то внутри загорались звёздочки. Хотя парень наверняка знал, что некоторые думают, что Снейп так сердится. Мужчина тщательно оберегал свой титул ужаса подземелий.
- Но... но почему мисс Грейнджер, а не мисс Уизли? - растерянно проговорила Минерва.
- Уж позвольте мне самому решать, кто достоин войти в род Поттеров, а кто нет, - нахмурился Гарри. - И кажется мы тут не по мою душу собрались.
- Совершенно верно, - подтвердил Люциус. - И вообще, не понимаю вашей реакции, Минерва. Когда вы просили лорда Поттера сделать пожертвование в пользу школы, то вас ничуть не заботился его статус ученика.
Макгонагалл поджала губы, словно её поймали за чем-то непристойным, но с ответом так и не нашлась. Тем более под осуждающими взглядами попечителей. Положение спас Северус, сказав:
- Всё же предлагаю перейти к делу, господа. Полагаю, у совета накопилось немало вопросов и предложений, ведь последнее заседание проводилось больше года назад.
- Да, как время-то летит - протянула миссис Забини.
- Верно, - согласилась леди Лонгботтом. - Хогвартс выстоял в битве, хоть и пострадал. Но, насколько я вижу, восстановление уже на стадии завершения?
- Практически, - подтвердила Минерва. - Хотя Гриффиндорская башня станет прежней лишь к концу учебного года, не раньше, иначе на это уйдёт вся магия замка.
- Следов войны почти не видно, - кивнул Гарри. - Но я одного не могу понять: почему те части замка, что находятся на реконструкции, не отгородили от учеников?
- В смысле не отгородили? - насторожилась одна из попечителей - статная дама с длинными медными волосами, закрученными в высокую причёску, и ореховыми глазами.
Поттер её не знал, видимо, мать кого-то из младшекурсников.
- Миссис Ноллен, уверяю вас, все школьники в первый же день учёбы были предупреждёны о том куда ходить нельзя. - поспешила заверить женщину Макгонагалл.
- Да, но ограждений нет, - уточнил Люциус. - Ни обычных, ни магических?
- Нет, они могли бы вступить в конфликт с защитой замка...
- Замок ни за что не стал бы уничтожать то, что сделано для благополучия его обитателей, - возразил Северус, которого подобная ситуация тоже возмущала.
- Согласен, - проговорил Малфой. - И, думаю, остальные меня поддержат в том, что необходимо в кратчайшие сроки оградить все опасные помещения от учеников.
Члены совета одобрительно закивали, а Люциус продолжил:
- Вообще необходимо особое внимание уделить безопасности, а не пускать всё на самотёк как это было до сих пор.
- Вы хотите меня в чём-то обвинить? - нахмурилась Минерва.
- Скорее напомнить, что одного аврора и кое-как восстановленные защитные заклинания - это слишком мало. Да, основные испытания позади, но дети есть дети. Насколько мне известно, уже произошло два несчастных случая, которые едва не закончились трагически.
- Какой кошмар! - сдержалась миссис Ноллен. - Я так же слышала, что уход за магическими сущетвами опять ведёт этот ужасный полувеликан.
- Он не ужасный, а герой войны, - возразил Гарри. - Но я с вами согласен, преподаватель из него никакой. Хагрид слишком буквально воспринимает равенство всех живых существ, и для него жизнь какого-нибудь огнекраба также ценна, как и ученика.
- Вот как, - поджала губы Августа. - В таком случае, Рубеус и в самом деле не должен обучать детей. Особенно первокурсников. Вы ведь наверняка знали об этой его особенности, Минерва?
- Да, - отнекиваться было попросту глупо.
- В таком случае, зачем рисковать? - недоумённо поинтересовался один из попечителей, тоже явно отец ученика или ученицы с младших курсов.
- Мистер Салливан, у нас не было другого выхода, - сухо процедила Макгонагалл. - Мы прежили войну, если вы не в курсе.
- В курсе, более чем, - возразить уже Гарри. - Но всё-таки надо было как-то проработать этот вопрос. Да и прорицания, насколько я знаю, снова преподаёт Трелони, хотя Ференц справлялся с этой ролью не сравнимо лучше.
- Сивилла в трудной жизненной ситуации, - сочла нужным напомнить Минерва.
- Весь магический мир после войны в трудной ситуации, - парировала леди Лонгботтом. - И это не повод превращать Хогвартс в богадельню.
- Абсолютно согласен, - кивнул Малфой. - Образование - это главная основа личности будущего волшебника. А мы им пренебрегаем уже долгие годы.
- Вы в чём-то ещё хотите нас обвинить? - нахмурилась Макгонагалл.
- Вопросы скорее к прежнему руковдству, - ничуть не смутился Люциус. - Ваша задача как нынешнего справиться со всеми этими недостатками, а не усугублять их.
- И в первую очередь обратить внимание на тех, кто преподаёт нашим детям, - добавила миссис Ноллен. - А то я смотрю, к обучению допускают всяких посредственностей. Всего четыре мастера на всю школу! Уж не говорю о том, что многим необходимым вещам просто не учат. Например, магическим ритуалам и традициям. Представляете, одна из магглорождённых ученица всерьёз пыталась доказать моей дочери, что проводить ритуалы возобновления защитных чар дома на Самайн - глупость и средневековье. Такое невежество в тринадцать лет! Страшно подумать, что дальше будет.
- А дальше они не понимают в чём отличие главы рода от обычного волшебника, и какая это ответственность, - фыркнула Августа.
- Какой снобизм, - поморщилась Минерва. - Леди Лонгботтом, такое можно ожидать от лорда Малфоя, но вы...
- Это не снобизм, а правда жизни, - резко осадила директрису бабушка Невилла. - Уж ты-то должна знать. Чистокровная волшебница, всё-таки. Хотя иногда я в этом сомневаюсь. Именно на твоём факультете разгорелся конфликт между учениками, когда два юных лорда, как того требует обычай, получили отдельные комнаты.
- Скромность - главная добродетель, - продолжала настаивать на своём Макгонагалл. - И кичиться достатком и особым положением...
- Неужели ты говоришь это всерьёз? - со вздохом покачала головой Августа. - Мой внук и Гарри последние в списке тех, кого можно обвинить в гордыне и нескромности. Но они более не дети, а главы рода. Да будет тебе известно, это огромная ответственность, котораяя требует не малых знаний и подготовки. Я уж молчу о том, что никто не сказал юному лорду Поттеру о его наследии. А это в первую очередь обязанность декана.
- Я действовала в соответствии с распоряжением магического опекун Гарри - Альбуса Дамблдора.
- Хм, - кашлянул парень, напоминая о своём присутствии. - Вообще-то, Дамблдор никогда официально не был моим опекуном, хоть и любил заявлять обратное. Он не имел права распоряжаться моей жизнью. К тому же, недавно я узнал, что скрытие информации от единственного наследника рода является преступлением.
- Вы собираетесь выдвинуть против меня обвинения? - Гарри ощущал, что Макгонагалл едва сдерживала ярость.
- Нет. Я подозреваю, что Дамблдор пытался всем внушить, что я обречён и просто не доживу до совершеннолетия, выполняя ту миссию, к которой он меня готовил. Но не хочу, чтобы меня держали за незнающего дурака. Больше нет. И да, забывчивостью я тоже не страдаю.
Минерва после этих слов выглядела так, словно откусила что-то несвежее и теперь пыталась придумать, как бы это незаметно выплюнуть.
- Неужели всё так и было? - несколько спав с лица, спросила миссис Ноллен.
Эта женщина всё больше и больше нравилась Гарри, в ней чуствовался неподдельный интерес к судьбе школы, поэтому он вежливо улыбнулся, ответив:
- Именно так. К сожалению, слишком многие старались, чтобы я так ничего и не узнал.
- Подтверждаю, - кивнул Люциус.
- Не слишком ли много вы на себя берёте, лорд Малфой? - наконец-то обрела голос Макгонагалл.
- Ровно столько, сколько входит вмои обязанности, - холодным, полным достоинства голосом ответил аристократ. - Во-первых, мы с лордом Поттером родственники, довольно близкие, кому не известно. Во-вторых, это мой долг - помогать юному лорду. И это готовы засвидетельствовать и лорд Гринграсс, и леди Лонгботтом.
- Совершенно верно, - кивнула Августа.
- И ещё раз повторю, - снова подал голос Гарри. - Мы собрались сегодня обсуждать не мою скромную персону, а будущее Хогвартса.
- У вас есть ещё какие-то требования? - сухо спросила Минерва.
- Кажется, основные моменты мы озвучили, - задумчиво проговорил Люциус. - Во-первых, необходимо обеспечить безопасность учеников, во-вторых, обратить внимание на качество образования. И, конечно же, не пытаться скрыть что-либо от попечителей. Политика Дамблдор больше не пройдёт. Думаю, остальные меня поддержат, что необходимо вернуться к старым правилам, когда попечительский совет главенствует над дирекцией школы.
- Хотите меня смеестить? - поинтересовалась Макгонагалл.
- К этому вопросу мы вернёмся через год, когда можно юудет подвески итоги, возразила леди Логботтом. - Но лучше не забывать, что директора назначает именно попечительский совет, равно как с ним необходимо обсуждать и кандидатуры всех преподавателей. Причём до заключения контракта, а не после.
- Хорошо, - процедила Минерва. - У вас ещё остались какие-то вопросы?
Попечители переглянулись, и лорд Гринграсс заключил:
- Полагаю, это всё. Ах да, надо выбрать председателя на этот год. Дамы и господа, есть ли какие-то предложения на этот счёт?
- Идеальной кандидатурой был бы лорд Поттер, - ответила миссис Ноллен.
Остальные готовы были её поддержать, к полному удивлению Макгонагалл, но Гарри ответил:
- Мне очень лестно подобное доверие, но я только-только вступил в попечительский совет. Необходимо какое-то время, чтобы освоиться. Минимум год. Поэтому я предлагаю передать председательство лорду Малфою.
Конечно, после подобной рекомендации кандидатуру Люциус все поддержали. Минерва и высказалась бы против, но, увы, тут её голос ничего не решал. Ей и присутствовать-то разрешили при решении этого вопроса только затем, чтобы потом не уведомлять. Ну, и чтобы не возникало сомнений в добровольности голосования.
Слишком свеж в памяти был любимый приём Альбуса - обвинить, что не выгодные ему решения попечительский совет принял под действием угроз или подкупа. Такое ощущение, что старому интригану в голову не приходило, что родители могут искренне беспокоиться о благополучия своих детей.
На этом заседание попечительского совета завершилось. Что до Люциус и Гарри, то они отправились к Северусу, в подземелья, чтобы обсудить произошедшее. Правда, гостям пришлось ждать зельевара больше часа. Лорд Малфой успел навестить сына, а Поттер - переделать все домашние задания. Они также перекинулись парой слов. Гарри сразу сказал:
- Прости, что, фактически, навязали тебе председательство.
- Право, это пустяки, - отмахнулся Люциус. - Я обязан куда большим - это раз. Во-вторых, роль председателя мне не в новинку, а тебе сейчас явно не до того.
- Точно, - согласился молодой лорд. - Ещё все эти маги, которым не терпится сделать из меня пример непонятно чего.
- Ты сейчас о Макгонагалл?
- Не только. Ещё есть Кингсли, Уизли и прочее, и прочее. По их мнению, я вечно должен чему-то соответствовать, но это "что-то" постоянно идёт разрез не только с кодексом моего рода, но и со здравым смыслом. Например, Минерва всячески жаждала заполучить от меня пожертвования для школы, но её просто перекосило, когда она увидела меня среди попечителей.
- К сожалению, эта женщина никогда не отличалась последовательностью, - вздохнул Малфой. - Что даже влияло на исполнение обязанностей декана. Ей бы обследование в Мунго пройти.
- На какой предмет?
- Признаки похоже на длительную, но аккуратную коррекцию поведения: не замечать определённых вещей, всегда подчёркивает другие.
- Думаешь, это Дамблдор?
- Кто же ещё, - фыркнул Люциус. - Он любил крепко держать за горло... своих соратников. И если ему было что предложить Кингсли или Уизли, чем прижать Северуса, то с Минервой всё не так просто. Она не нуждалась в средствах и не совершала противоправных действий. Вот Альбус и решил прибегнуть к другим методам, как мне кажется.
- Может быть. Но Макгонагалл же не пойдёт на обследование.
- В этом-то и проблема. Плюс непомерная гордыня.
- Это вы о нынешней директрисе? - едко поинтересовался Северус, так влетевший в собственные покои, будто за ним гнались.
- Совершенно верно, - кивнул Малфой. - Вижу, она и тебя достала.
- Не то слово! - зельеваром явно еле удерживался от ругательств. - Я больше часа выслушивала её занудную тираду о том, что с попечителями стало ещё сложнее, они стали слишком много на себя брать, хотя у некоторых ещё молоко на губах не обсохло.
- Догадываюсь, о ком она, - хмыкнул Гарри.
- Твоё поведение на заседании её особенно разъярило, - подтвердил Снейп. - И ещё минерва очень сожалела, что Альбусу не удалось воплотить в жизнь свои замыслы.
- Это какие же, стесняюсь спросить? - насторожился Поттер.
- Абсолютно карманный совет попечителей, - ответил Люциус, - Который не помеха ни в чём, а только вовремя отстёгивает деньги на всё, что нужно. Это почти получилось на вашем шестом курсе, а потом произошли известные события. Честно говоря, последствия такой пагубной политики мы наблюдаем до сих пор. Несмотря на героизм отдельно взятых учеников, выпуск нынешнего года станет одним из самых слабых за всю историю Хогвартса. Только Макгонагалл это, кажется, не волнует. Я прав, друг мой?
- Да, - вздохнул Северус. - Минерва большое значение придаёт репутации школы, вот только забывает, что её куда больше создают выпускники, чем учителя и всё прочее. Она слишком увлеклась тем, чтобы восстановить всё как было.
- Хотя гораздо проще внедрить некоторые изменения уже сейчас, - поддержал Гарри. - У меня создалось ощущение, что Макгонагалл не замечает реальных проблем, но одержима мнимыми.
- Точно подмечено, - хмыкнул Малфой.
- Соглашусь, - кивнул Снейп, передрнув явно перенапрягшимися плечами.
- Вижу, тирадой о вредных попечителях дело не закончилось, - проницательно заметил Люциус.
- Да, - кивнул зельевар, откидываясь на спинку кресла. - Минерва также активно промывала мне мозги всякими намёками и недосказанностями, общий смысл которых сводился к тому, что надо быть благодарным минестерству и, на правах старшего товарища, указать тебе, Гарри, нужный путь, что иногда не вредно и оказать давление, и прочее в таком же духе. Хорошо ещё нынешняя директриса не владеет легиллименцией, как её предшественник, иначе у меня сейчас вдобавок и голова бы раскалывалась.
- Дамблдор воздействовать на тебя ментально? - нахмурился Гарри.
- Временами. Чаще мне удавалось противостоять, создавая видимость успешного проникновения в мой мозг. К счастью, я в этой области более искусен.
- Вот ведь стерва старая, - тем временем не сдержался Малфой, и Поттер был с ним полностью согласен. - Хорошо хоть не отличается дальновидность. Таких можно переиграть их же оружием.
- Соскучился по интригам? - поинтересовался Северус.
- Не то чтобы... Скорее хочу обезопасить свой род в будущем. У меня же скоро ребёнок будет, и ему тоже здесь учиться.
- И ты решил совместить приятное с полезным?
- Ну, в общем да, - не стал отпираться Люциус. - Хочешь вернуться на пост директора?
- Дай мне для начала этот год пережить.
- Ладно, обсудим этот вопрос позже, - покладисто согласился Малфой.
Даже чересчур. Видимо, Северус и Гарри подумали об этом одновременно а зельевар даже спросил:
- Признавайся, что ты ещё задумал?
- Ничего такого. Пока это так, лишь мысли. Сдаётся мне, не грех подобрать компромат на нашего кандидата в министры.
- Чтобы не дать ему дойти до финиша? - подозрительно поинтересовался Поттер.
- Вот это ещё вопрос, - Люциус задумчиво потёр подбородок. - Ситуация такова, что из возможных вариантов на этот пост Кинглси, как ни прискорбно, наиболее подходящая кандидатура. Но необходимо иметь козыри, способные обезвредить его активность в ненужных нам направлениях.
- Нагнал тумана, - фыркнул Северус. - Тут все свои. Признавайся сразу, что сам нацелился на этот пост, но необходима пара-тройка лет, чтобы вокруг твоей светлой личности поутихла шумиха.
- А что, я бы за тебя голосовал, - усмехнулся Гарри.
- О как, - удивился Малфой. - Могу я поинтерсоваться, откуда такое доверие к моей скромной персоне?
- Ты, конечно, интриган, каких ещё поискать. Но, в отличие от Кингсли, не пытался меня использовать втёмную. Не старался ввести в заблуждение.
- Ты уверен, что нет? - как бы между прочим спросил Люциус, но глаза его при этом горели неподдельным интересом.
- Да, - кивнул Поттер и продолжил заговорщеским шёпотом - Открою небольшую тайну: после того, как я вернулся с того света, меня невозможно обмануть. Я утром чую фальшь.
- Мне кажется, появились и другие... таланты, - задумчиво протянул Люциус.
- Возможно, - согласился Гарри, но от подробностей воздержался.
- Пусть многие и остаются в неведении, только ты стал очень опасным противником.
- Будет, чем удивить при случае, - нехорошо так усмехнулся Поттер. - А то достали уже всеми силами вытягивать меня в политику, вернее даже пользоваться моей славой, но при попытке разобраться тотчас возражать, что я ещё слишком молод. Такое лицемерие!
- Сам стань министром и сможешь менять ситуацию по желанию.
- Не хочу. Совсем, - Гарри аж скривился от такой перспективы. - Подобное занятие мне не по нутру, да и грязи столько польётся! Кингсли уже пространно намекнул, что не грех меня проверить, вдруг я это не я, а возрождённый Тёмный лорд.
- Он совсем? - фыркнул Люциус.
- Мне иногда кажется, что да, - согласился Северус. - Влияние Грюма, не иначе.
- Конечно, доказать у Шекболта ничего не получится, но...
- Крови он попьёт изрядно, - кивнул Малфой.
- Вот именно, - подтвердил Поттер, а сам подумал, что так и его истинное происхождение может вылезти на поверхность.
И не известно ещё, что хуже. Он не собирался более решать проблемы чужих ему магов. Всё, все долги выплачены.
- Почему-то чем дальше, тем больше у меня вопросов к светлой стороне, - проговорил Люциус. - Прости, Северус, но я рад, что Дамблдор не выжил. Иначе всё могло быть гораздо хуже.
- Старый интриган всё сосредотачивал в своих руках, - вынужден был признать Снейп. - Без него никто из орденцев не знал плана до конца, поэтому они расстерялись, и каждый стал тянуть одеяло на себя.
- Что многих спасло, - подчеркнул Люциус. - Извини, Гарри, если мы разрушили какие-то твои иллюзии.
- Они рухнул уже давно, - отмахнулся молодой лорд. - Ещё тогда, когда я практически умер. Мне стало известно достаточно, чтобы, как и вам, не сожалеть о смерти Альбуса.
- Что ж, лучше горькая правда, чем сладкая ложь, - кивнул Малфой. - Мне остаётся пожелать тебе, Гарри, только стойкости перед теми, кто раньше якобы заботился о тебе.
- Спасибо. Я уже понял, что будет не просто, но от своего не оступлюсь.
Люциус не стал больше развивать эту тему, а вскоре и вовсе предпочёл откланяться. В последнее время аристократ старался не покидать мэнор, а главное, совю супругу надолго. Нарцисс прекрасно переносила беременность, но воспоминания об испытаниях ещё свежи. Предусмотрительность Малфоя-старшего порой грозилась перерасти в паранойю. Он коршуном вился вокруг супруги, стрясь защитить её от всего и вся.
Впрочем, Поттер и не думал осуждать подобное поведение. Не исключено, что на месте Люциус он вёл бы себя даже хуже. Уже сейчас защите молодого лорда, которой он окружили себя и своих близких, позавидовал бы даже Хогвартс.
Когда Северус остался с Гарри наедине, он счёл нужным напомнить парню:
- Постарайся быть ещё более осторожен с Макгонагалл. Да, она во многом уступает Дамблдору. Но не стоит превращать кошку в тигра. Я не говорю, что нужно отказаться от намеченной цели, и всё-таки...
- Я буду действовать осмотритеьнее, - пообещал Поттер. - Ну, насколько смогу. Некоторые вещи я просто не способен... пустить на самотёк.
- Понимаю, - невесело усмехнулся Снейп.
- Она чем-то угрожала тебе?
- Пыталась, - не стал отрицать зельевар. - Но у неё ничего не вышло. Во-первых, благодаря твоему содействию я признанный герой войны, всё-таки награждённый орденом Мерлина.
- Это полностью твоя заслуга, - тотчас возразил Гарри.
- Пусть так. Но до моих заслуга никому не было дела, если б не ты.
- Всегда пожалуйста, - не стал отказываться молодой лорд. - могу ещё дракона убить, если нужно.
- Хм, - протянул Северус, словно, в самом деле задумался о такой возможности. - Пожалуй, нет. Это слишком дорого обойдётся школе. В твоё прошлое столкновение с драконом пару маленьких башенок смело и мост едва устоял.
- Но вдь устоял же, - хохотнул Поттер.
- Всё равно. Я не могу так рисковать главой и единственным представителем древнего рода.
- Ну, уже не единственным...
- Неважно. Мисс Грейнджер не может стать твоей наследницей. И, думаю, очень не обрадуется перспективе немедленно рожать этого самого наследника.
- Это да, - вынужден был согласиться Гарри.
Гермиона сейчас была вся в подготовке к поступлению в академию, почти не реагирую на прочие "раздражители". Мне даже иной раз неудобно рядом находиться. Северус подозрительно покосился на юношу, после чего сказал:
- Возможно, тебе будет удивительно слышать подобное от меня, но расслабься.
- То есть?
- Ты и так занят более чем. Ещё немного и, боюсь, просто лопнешь от перенапряжения или твоя магия снова сорвётся. К сожалению, в отличие от мисс Грейнджер, ты не можешь позволить себе сосредоточиться только на одной цели.
Гарри какое-то время смотрел на мужчину, хлопая глазами, потом уже привычным жестом уткнулся лбом в его плечо, пробормотав:
- Спасибо, что понимаешь.
Северус лишь улыбнулся и провёл ладанью по непокорным вихрам парня, которые стали довольно длинными. Не объяснять же Гарри, что его до сих пор удивляет, как тот преобразился, буквально в один миг став из взбалмошного, внушаемого мальчишки - вдумчивым, осмотрительным юношей. Не наблюдай Снейп за процессом от и до, точно решил бы, что под личиной Поттера находится кто-то другой.
Как ни странно, но сейчас Северус почти не видел в Гарри черт отца, так донимавших его всё это время, а вот схожести с матерью прибавилось. Уверенность, рассудительность, а ещё необычная сила, притаившаяся на дне глаз в месте с извечной искорокой какого-то озорства.
У Снейпа, кажется, само собой вырвалось:
- Ты повзрослел.
- Угу, - кивнул Гарри, не удержавшись от комментария: - И всё-таки, кажется, ещё недостаточно, чтобы ты перестал переживать из-за разницы в возрасте.
- Дело не только в годах, но и в опыте, - тихо ответил Северус, пряча глаза. - Я не хочу стать помехой.
- Иногда мне кажется, что ты сам выдумываешь препятствия, - буркнул Поттер. - Глупости всё это. Только не говори, что мне надо нагуляться, и всё такое.
-Разве нет? - усмехнулся Снейп, только как-то горько.
- Важно то, что хочет сердце. А подобные фразы... Вот скажи, как ты представляешь меня "нагулявшимся"? Мне что, справку принести? Типа: "Дана Гарольду Джеймсу Поттеру, лорду Поттеру и лорду-регенту Блэку, что он нагулялся"? И кто её должен выдать? Шеф борделя? Или колдомедик Мунго? Надеюсь, не из венерологического отделения.
Эта фраза оказалась последней каплей, и Северус засмеялся так, что аж слёзы из глаз брызнули. С большим трудом, спустя по меньшей мере несколько минут, зельеваром сумел проговорить:
- Ты невозможен, Поттер!
- Какой есть, - фыркнул парень, едва сдерживая смех.
Вообще, он был доволен собой. Очень уж привлекательное зрелище представлял Снейп сейчас, позволив себе немного оттаять и вот так вот смеяться, от души.
Гарри очень хотелось поцеловать Северуса, и в то же время внутренний голос призывал воздержаться, дабы не испортить момент. Одновременно где-то в глубине души поднималась что-то иное, как волна силы или магии, но незнакомое Поттеру. Приятное, и в то же время настораживающее. Молодой лорд и не понял бы, что происходит нечто из ряда вон, если бы не заметил взгляд Снейпа, ставший каким-то растерянным, зачораванным. Это позволило помниться и ясно различить в голове мысленный приказ отца:
- Уходи!
Поняв по тону, что сейчас не время и не место для подробностей, Гарри тепло, но быстро попрощался с зельеваром и ринулся к себе.
Тщательно закрыв дверь комнат, да ещё наложив на неё охранные и заглушающие заклинания, Поттер уже понимал, что с ним что-то происходит. Всё тело ощущалось как-то иначе, а главное, окружающий мир, особенно люди, тоже.
- Что со мной? - спросил Гарри, находясь на грани паники и даже не веря до конца, что ему ответят, но отец откликнулся почти тотчас:
- Не тревожься, ничего страшного. Это такая же способность, как и другие. Ночью я объясню подробнее. А сейчас постарайся взять себя в руки, окружи себя барьером так же, как ты делаешь, чтобы оградить окружающих от воздействия особых сил.
- Я... я попытаюсь.
- Вот, уже выходит. Молодец. И постарайся сегодня ни с кем не общаться. В крайнем случае, недолго.
- Хорошо.
Эту просьбу исполнить, на самом деле, оказалось легко, так как заседание попечительского совета заняло большую часть дня, потом ещё беседа у Снейпа. Ужин в Большом зале Гарри уже пропустил, поэтому просто попросил домовика принести еду в комнату. На этом, собственно, его общение с кем бы то ни было и ограничилось. Пара фраз с Гермионой через камин не в счёт.
Поттер специально лёг спать пораньше, очень уж не терпелось узнать, что же происходит. Правда, парень опасался, что на эмоциях просто не заснёт, но, видимо, и тут не обошлось без вмешательства отца. Сон пришёл, едва голова Поттера коснулась подушки.
Гарри обнаружил себя в уе знакомом зале где-то в чертогах Локи, ну, или в астральной проекции зала. Вдаваться в подробности было как-то не досуг, тем более всё вокруг казалось очень реальным: и огонь в огромном камине, и шкура возле него, и два кресла. Бог обмана обнял парня:
- Рад видеть тебя, мой дорогой!
- И я тебя! - Поттер и не думал возражать, что он уже взрослый для подобных объятий, а, наоборот, наслаждался каждой минутой.
- А теперь присаживайся и рассказывай, что ты сейчас ощущаешь?
- Хм... Внутри немного странно, будто под кожей то и дело пробегает пузырящаяся волна, как от газировки, но это даже приятно. Но тогда, рядом с Северусом... Меня словно волной света накрыло, причём изнутри. Я не знаю, как объяснить понятнее.
- Не нужно, я понял, - мягко улыбнулся Локи. - Подумать только... Из всех возможных талантов ты в первую очередь взял это. Даже странно немного.
- Но что это?
- Мы называем дар "сиянием". Считается, что оно одно из немногих, что присуще исключительно тем, в ком есть искра божественного. Правда, не думаю, что кто-то, кроме нас, об этом помнит. Что к лучшему. Суть же дара в том, что ты можешь целенаправленно расположить к себе людей скучно или кого-то конкретного в радиусе до ста метров. Во всяком случае, тебе на большее лучше не замахиваться, всё-таки ты лишь наполовину бог.
- Расположить? - переспросил Гарри, всё ещё не совсем понимая, что отец имеет в виду.
- "Сияние" не ограничивается одним чувством, как, например это происходит у вейл. С его помощью можно внушить довольно широкий спектр эмоций: от дружбы до любви. Нет, можно и неприязнь, но какая в том нужда? Дар был необходим нам, так как раньше боги часто спускались на землю в образе смертных и не только. А ты сам знаешь, что люди довольно часто бывают... агрессивны. "Сияние" - чаще всего защитный механизм.
- И если бы ты меня не одёрнул, то я бы мог заставить Северуса...
- Влюбиться, сделать что-либо, что хотелось тебе, но сам он ещё был не готов совершить... Да хоть молиться на тебя. Правда, не думаю, что на тот момент это являлось твоим желанием.
- Совсем нет! - честно говоря, Гарри подобная перспектива перепугала не на шутку.
- Поэтому я и позволил себе вмешаться. По незнанию ты не мог контролировать степень и время воздействия.
- А значит, это не навсегда?
- Зависит от тебя. Поэтому необходимо учиться владеть этим даром. Использовать сознательно. Хотя я догадываюсь, почему у тебя проявился именно он. Слишком часто приходилось бороться с мнением окружающих.
- Да уж. А я точно никак не повлиял на Северуса?
- Точно. Или эффект уже выветрился, так как ты сумел взять себя в руки. Но на будущее я также научу тебя делать амулет, защищающий от такого влияния. Он должен быть изготовлен тобой же, иначе не подействует. Отдашь тому, кому сочтёшь нужным.
- И долго его делать?
- Пару минут, пожалуй, - усмехнулся Локи. - Главное плести часть себя, своей силы.
- Здорово!
- Но прежде ты должен овладеть самим даром.
- Наверное, это дело не одного дня.
- Сейчас посмотрим. У тебя же это врождённое, поэтому, думаю, надо просто подтолкнуть развитие дара.
Как обычно, Локи объяснял всё легко и просто, будто речь шла о самой банальной вещи, а не о божественно даре. Но, главное, Гарри его прекрасно понимал и где-то через час тренировок действительно начал ощущать эту способность, сумел концентрироваться на её применении. Ещё через пару часов всё стало получаться значительно лучше.
- Вот видишь, - заключил отец. - Всё хорошо.
- А вдруг я опять применю "сияние" как-то не сознательно?
- Всё ещё не уверен в себе?
- Ну, честно говоря, не очень. Эти способности для меня в новинку.
- Что ж... думаю, я смогу тебе кое-чем помочь. Давай руку.
Мало понимая, к чему отец клонит, Гарри протянул ладонь. Но Локи на нисколько не заинтересовала. Он дотронулся до запястья сына, на котором буквально из воздуха соткался серебряный браслет с циферблатом.
- Часы? - удивился Поттер.
- Не совсем, - возразил бог обмана. - Пусть все думают, что это часы, а на самом деле - это артефакт. Он будет предупреждать тебя о спонтанном применении какой-либо из твоих способносей: нагреется, и на циферблат стрелка уажет на символ дара. Так и быть, дам тебе ещё и защиту. Если нажмёшь на кнопку сбоку - то на полчаса тебе окружит невидимый силовой купол, который избавит окружающих от твоего влияния.
- Как здорово! Наверное, надо было на меня это сразу надеть, - задумчиво проборматал Гарри, и тут же воскликнул: - Прости, я ни в чём тебя не обвиняю!
- Расслабься, - улыбнулся Локи, потрепав парня по волосам. - Ты мой сын, а не слуга. Никогда не бойся выражать своё мнение.
- Ага, - немного растерянно кивнул Поттер. - Просто я не очень хорошо понимаю, как это - общаться с родителем.
- Поверь, у тебя прекрасно получается. А возвращаясь к артефакту... Наверное, я просто не думал, что ты так много возьмёшь от меня, малыш. Ведь я родил тебя от смертного, будучи в смертном теле. Но, видимо, человеческая оболочка не стала должным препятствием для плода. Только тебе пришлось серьёзно повредить свою, чтобы проклюнулась истинная суть.
- Так чудно, - проговорил Гарри, обняв отца за предплечье, словно маленькая коала.
Почему-то рядом с ним Поттер ощущал себя именно маленьким мальчиком. Видимо, пытался наверстать недополученное в детстве.
Локи на это лишь рассмеялся бархатным, переливчатым смехом и снова запустил тонкие пальцы в непокорную шевелюру парня. В такие моменты богу обмана хотелось предложить сыну остаться здесь, в его чертогах. Но он понимал, что это неправильно. У его мальчика собственная судьба. Возможно позже, значительно позже...
- А ты не хочешь приходить ко мне не только во снах? - Гарри словно подслушал мысли отца. - Или тебе нельзя?
- Не то что нельзя, но излишне тесные контакты со смертным не приветствуются. Наши с ними пути сильно разошлись в последние несколько веков. Возможно, я буду изредка заходить к тебе домой через какое-то время. Если захочешь.
- Было бы здорово!
- Да. Но Северус пока определённо не готов ко встрече со мной.
- Хм... пожалуй, да. Честно говоря, пока я не представляю, как можно подготовить к такому.
- Подожди подходящего момента, и слова придут сами, - посоветовал Локи. - Главное, не торопись. Понимаю, не терпится, чувства бурлят, но...
- Я понял, - кивнул Гарри. - Постараюсь.
- Не паникуй, мой дорогой. Всё у тебя получится. Ты же мой сын.
Когда Поттер проснулся, то артефакт, подаренный отцом, находился на руке, как ни в чём не бывало. Пожалуй, это больше всего восхищало парня в сверхъестественных талантах: появление вещи из ничего. Магия всегда утверждала обратное: что можно трансфигурировать, как-то изменить, но не создать вещь из пустоты. А тут - как само собой разумеющееся. На чистой силе.
Опытным путём выяснив, что дар по-прежнему при нём, Гарри первым делом взялся за создание амулетов от него. К счастью, можно было добавить нужное свойство уже к тем артефактами, которые его близкие носили. Это радовало, так как если Гермиона спокойно носила фамильные обереги, то Северус каждый раз морщился, временами ворча, что чувствует себя обвешаной ёлкой. А уж найти повод прикоснуться к артефактами и плести нужные заклинания - сущие пустяки.
Чары вплетались невербальные и без использования палочки, но при этом Поттер совершенно не чувствовал никакой усталости, даже намёка. Похоже, он теперь вообще не нуждался в подобных "условностях". Возможно, если только нужно будет сделать что-то глобальное
- Кажется, ты меня уже от всего на свете защитил, - улыбнулась Гермиона.
- Иначе никак, ты же теперь член семьи, - уклончиво ответил Гарри.
- Я не возражаю, просто так необычно.
Снейп же воспринял происходящее спокойно. Его куда больше волновало состояние самого Поттера. Острое чутьё Северуса, видимо, позволило ему уловить некоторые колебания силы, происходившие тогда в комнате, а также пометить перемены в поведении юноши.
Гарри не стал от всего отпираться, просто сказал, что у него случился всплеск силы, но он уже достаточно владеет собой, чтобы справиться с подобными колебаниями. Неожиданно для Поттера, Снейп понимающе кивнул, а потом тихо спросил:
- Твоя магия всё ещё растёт?
- Не совсем. Скорее она показывает новые грани. Древний род и богатая история, оказывается, не просто слова. Кровь предков имеет свойство просыпаться, - как ни странно, но в этих словах не было ни капли лжи.
- Это так плохо?
- Нет, совсем нет, - улыбнулся Гарри. - Просто бывает двовльно неожиданно, как вчера.
- Похоже, магия рода стремиться защитить тебя всеми возможными способами, и от меня тоже.
- Глупости! - немедленно возмутился Поттер. - Если хочешь знать, эта новая... грань призвана вовсе не отталкивать тебя от меня, скорее наоборот. Ты нравишься моей магии, если честно.
- Вот как, - протянул Снейп.
Не похоже было, что слова Гарри его убедили. Но, вовсяком случае, сняли зарождавшееся чувство вины за произошедшее, мол, даже сама магия против их союза, поэтому не стоит и пытаться. Поттер старался не допустить даже тени подобных мыслей.
- Ага, как и мне самому.
Северус всё ещё не до конца верил подобным признаниям, вернее, не позволял себе верить. Но, как говорится, вода камень точит.