5
Проходит неделя, а они всё ещё в этом дерьмовом мотеле с этим чёртовым автоматом для льда, который всё ещё слишком шумно работает.
Юнги бездельничает на кровати, уставившись в потолок, и слушает «4 Your Eyez Only» Дж. Коула (чертовски хороший альбом, Юнги восхищён).
Чимин уже некоторое время находится снаружи, и через небольшую щель в открытой двери Юнги видит облако дыма.
Надо признать, что Юнги чувствует себя ужасно. Он практически выкрал Чимина из его старой жизни, пообещал ему приключение, новые места. А вместо этого, всё, что он предложил ему до настоящего времени, это поздние ночные поездки на своей детке, этот дешёвый мотель и секс.
Песня внезапно прерывается, и Юнги хмурится, его телефон начинает гудеть. Юнги снимает свои наушники и отсоединяет их от устройства, а потом отвечает на звонок.
- Да?
- Юнги.
- О, Джунс, - Юнги садится и массирует свою шею. - Всё хорошо?
- Всё просто замечательно, брат, - смеётся Намджун. - Пора.
- Пора?
- Я определился с датой.
Юнги чувствует, как его сердце пропускает удар.
- Чёрт, когда?
- Через пять дней. Мы собираемся в Амарилло, в закусочной Джина.
Юнги моргает.
- Всего лишь... пять дней? А потом мы поедем?
- Ну... - усмехается Намджун. - Ещё нужно будет сделать уйму всего, прежде чем мы на самом деле отправимся в дорогу, но ты знаешь, как это происходит. Подготовка - это половина поездки, правильно?
- Да, - улыбается Юнги. - Я не могу поверить в это, Джунс.
- Мы почти у цели, Юнги. Почти у цели. На самом деле, я уже нахожусь в Амарилло.
Юнги закатывает глаза.
- Конечно, ты там. Джин с тобой хорошо обращается?
- Заткнись, чувак. Всё, что я хочу сказать - ты можешь просто приехать пораньше. Тэ и Кук тоже приехали сюда вчера. Хосок появится через два дня, поэтому...
- Хорошо, это круто. Мы находимся в пригороде Лаббока, и поэтому просто можем выехать завтра.
На другой стороне трубки возникает пауза, Юнги слышит шум, возможно, проезжающего мимо грузовика.
- Мы?
Ах, дерьмо.
- Юнс?
- Я же могу приехать не один?
- О, Боже, ты, наконец-то, переспал с кем-то спустя столько времени, - чуть ли не в ужасе шепчет Намджун.
- Я бросаю трубку, тощая задница.
- Моя задница в полном порядке, - отвечает Намджун своим обычным голосом. - В любом случае, просто приезжай сюда побыстрее, прошла целая вечность с тех пор, как я в последний раз видел твоё лицо.
- Не своди всё к голубизне.
- Поцелуй мою задницу, придурок.
Намджун хохочет, и Юнги понимает, что тоже начинает смеяться.
- Тогда, до скорой встречи, брат.
- До скорого, Джунс.
Юнги заканчивает звонок. Он буквально вскакивает с кровати и идёт к двери.
- Эй, угадай что? - говорит Юнги, как только оказывается снаружи.
Чимин поворачивается к нему с недокуренной сигаретой в губах. Он одет в одну из больших рубашек Юнги и короткие шортики, едва доходящие до края его рубашки. Больше на нём ничего нет, потому что младший может иногда быть бесстыдным, если у него такое настроение.
- Автомат для льда сломался?
- Лучше, - Юнги улыбается. - Мы убираемся отсюда.
- Мм?
- Джунс звонил.
Услышав это, Чимин улыбается.
- Мы едем?
- Мы едем. Мы уезжаем завтра утром.
- Да! - кричит Чимин и поднимает руки, подпрыгивая несколько раз на месте. - Я так взволнован, чёрт побери!
Юнги улыбается, ничего не говоря, он позволяет Чимину прыгать вокруг от волнения, пока парень не берёт в ладони его лицо и не оставляет на его губах влажный поцелуй.
- Юнги, это будет удивительно! - кричит Чимин. - Это будет чертовски удивительно!
- Да, - Юнги кладёт руки на талию Чимина и притягивает его немного ближе. - Это будет чертовски удивительно.
***
Особенность путешествия с Чимином заключается в том, что он на самом деле замечательный пассажир. У Юнги было это несколько раз, когда люди сидели позади него на его мотоцикле, и ему никогда не было с ними удобно. Они не могли крепко держаться за его тело, не умели следовать за движениями мотоцикла, казалось, что они никак не могли научиться не ударяться своим шлемом в заднюю часть шлема Юнги.
Но Чимин? Чимин, кажется, родился для этого.
Он лёгкий и крошечный, поэтому он отлично вписывается в пассажирское место детки Юнги, он крепко держится за талию и прижимается коленями к бёдрам старшего, если мотоцикл наклоняется, он следует за его движением.
Юнги думает, что это должно быть просто потому, что ему действительно нравится ездить на его мотоцикле. Каждый раз, когда Юнги бросает взгляд в зеркало заднего обзора, он видит глаза Чимина в форме симпатичных полумесяцев и его пухлые щёчки, означающие, что он улыбается под шлемом.
Во время своих поездок Юнги никогда не чувствовал потребности в ком‑то ещё. Ему всегда было комфортно одному, никаких пассажиров, просто он и дорога.
Но следующим утром, когда они снова в дороге, и солнце находится высоко в небе, они забывают о жаре, настолько сильно ветер обдувает их тела. Ноги Чимина крепко прижимаются к нему, и Юнги понимает, что он не сможет больше чувствовать себя комфортно, если когда‑нибудь снова поедет один. Не тогда, когда тело Чимина так приятно прижимается к его спине, не тогда, когда Чимин смеётся каждый раз, когда Юнги заставляет двигатель реветь, не тогда, когда Чимин отпускает его талию только за тем, чтобы поднять руки и подставить ладони ветру, его крик почти теряется в таком громком шуме от воздуха и двигателя. Только не после Чимина. Юнги больше никогда не сможет сделать этого.
***
Юнги глушит двигатель, как только они оказываются перед автозаправочной станцией. Он снимает свой шлем и вздыхает, потом промокает тыльной стороной ладони лоб, где от лёгкого пота его волосы прилипли к коже.
- Сколько времени у нас в запасе? - спрашивает Чимин, как только снимает свой шлем. Он треплет свои волосы и шмыгает носом.
- Полтора часа или около того. Мы можем ехать медленнее и не спешить.
Чимин дуется.
- Но я хочу добраться туда как можно скорее! Я хочу познакомиться с твоими друзьями, ты всегда говоришь о них.
- Да, но... - Юнги опускает подножку, тянет мотоцикл назад, чтобы установить его, и слезает с него. - Ты всегда становишься таким вредным без сладкого, поэтому я схожу в этот «7-Eleven» и куплю тебе что‑нибудь, а ты пока заправишь бензином мою детку, мм?
Чимин усмехается и радостно хлопает в ладоши.
- Я хочу холодный капучино с корицей.
Юнги хихикает, он сбрасывает свою кожаную куртку и оставляет её на сидении мотоцикла. Становится слишком жарко, когда он не за рулём.
- Что ещё?
Чимин пожимает плечами.
- Просто купи мне мармеладных мишек. Ах! Вообще‑то, нет, я хочу кислую вишню.
- Понял. А ты заправь детку бензином, - говорит Юнги, вручая Чимину сорок долларов, а потом разворачивается и направляется к «7-Eleven».
Кондиционер внутри магазина работает настолько сильно, что Юнги, на мгновение, охватывает дрожь, и он чувствует, как на его коже начинает сохнуть пот.
Юнги проходит мимо многочисленных полок с закусками, находит кислую вишню Чимина и берёт два пакета (Чимин всегда говорит, что он хочет только один, но потом всё заканчивается тем, что он съедает их оба). Он осматривается в поисках того, что ему нужно, просматривая все упаковки, пока его взгляд не падает на пакетик с жареными солёными орешками кешью. Издав тихое и победное «у-у!», Юнги хватает пакетик и направляется к одному из холодильников, чтобы взять напиток для Чимина и что‑нибудь для себя. Он видит энергетический напиток из арбуза и решает, что он не может быть плохим, поэтому берёт и его тоже.
Паренёк за кассовым аппаратом сканирует его покупки, даже не глядя на них, кажется, что он сходит с ума от скуки и отчаянно хочет спать. Юнги предполагает, что он, должно быть, устроился сюда на лето, надеясь заработать немного денег, чтобы купить себе свой первый подержанный автомобиль. Юнги, вроде как, жалеет его. Паренёк запихивает все его покупки в полиэтиленовый пакет и вручает его Юнги, который расплачивается и собирается уходить.
Он смотрит на улицу из витрины магазина и замирает на месте. Чимин должно быть закончил с заправкой, потому что он практически позирует, сидя на мотоцикле Юнги, как будто это чёртово шоу «Victoria's Secret».
Юнги медленно подходит к витрине и видит, что там выставлены разные журналы. Он выбирает один, даже не потрудившись проверить, какой именно, и притворяется, что читает его, только для того, чтобы улучить ещё несколько секунд и понаблюдать за Чимином.
У Юнги всё ещё нет ни одной подсказки относительно того, как он удостоился такой чести, чтобы быть рядом с Чимином. И, Боже, он всё ещё никак не может привыкнуть к тому, как чертовски великолепно смотрится Чимин на его мотоцикле.
Его подбородок приподнят, солнце так приятно ласкает его медовую кожу, заставляя её буквально переливаться золотистыми оттенками. Чимин снял свою кожаную куртку (голубую кожаную куртку, которую Юнги купил для него на небольшой барахолке после того, как Чимин глазел на неё, не находя мужества попросить его. Когда Юнги купил её и отдал ему, Чимин поцеловал его так крепко, что они чуть не упали на свои задницы). Поэтому сейчас куртка висит у него на руке. Сегодня так жарко, и Юнги знает, что сам он, наверное, выглядит ужасно, красный и потный. Но Чимин? Боже, Чимин похож на чёртово видение на его «Харлее».
Чимин ещё больше раздвигает ноги, несчастные джинсы, которые надеты на нём, выставляют напоказ слишком много обнажённой кожи для того, чтобы Юнги мог нормально соображать, особенно, зная то, что под штанами у Чимина надеты те проклятые чулки в сетку, а его бёдра всегда так чертовски хорошо выглядят в сетке и...
Если Юнги не прекратит пялиться на него сейчас, то возбудится прямо посреди этого дурацкого «7-Eleven», а у него всё-таки осталось какое‑то достоинство, чтобы не позволить этому произойти.
Юнги возвращает журнал на своё место и уже собирается уходить, как замечает парня, который всё это время стоял рядом с ним. Он выглядит примерно его возраста, с очень светлыми крашенными волосами, и он определённо смотрит на его мотоцикл... нет, он уставился на его парня. И метафорически пускает на него слюни.
Юнги выгибает бровь, цокает языком, а потом поднимает руку и щёлкает пальцами прямо перед лицом чувака.
Мужчина моргает пару раз, прежде чем хмурится и смотрит на Юнги.
- Я могу чем‑то помочь?
- Да. Парень, которого ты трахаешь взглядом уже некоторое время? Он - мой, - Юнги видит, что чувак вспыхивает, но он игнорирует это. - Поэтому, закатай губу, ясно тебе? И попридержи то, что у тебя там в твоих чёртовых штанах.
Он уходит, даже не дав парню возможности объясниться, и едва сдерживает усмешку, появившуюся у него на лице. И что с того, что он мелочный? Забавно связываться с белыми людьми.
Как только Юнги оказывается снаружи, ему сразу же начинает не хватать кондиционера, потому что солнце сегодня такое, как будто вышло по его душу.
- Купил твоё дурацкое холодное... как там его.
Чимин открывает глаза и выпрямляется.
- Спасибо, любимый.
- Вот, - Юнги вручает ему бутылку с капучино и два пакетика с кислой вишней. - Ты залил бензин?
- Да, - Чимин открывает бутылку и делает большой глоток напитка, потом он открывает первый пакет с конфетами и закидывает одну себе в рот. - Знаешь, а ты мог бы сделать снимок?
Юнги хмурится и открывает свой собственный напиток.
- Мм?
- Мог бы сделать мою фотографию и добавить её к своей коллекции для мастурбации, - усмехается Чимин. - Нет никакой нужды, чтобы пялиться на меня тайком.
Юнги усмехается, чувствуя, как начинают гореть кончики его ушей.
- Я не пялился.
- О, правда?
- Читал журнал.
Чимин выгибает бровь.
- Ты читал «Cosmo Girl»?
Юнги тут же захлёбывается своим напитком со вкусом арбуза, и Чимин начинает хохотать, хлопая себя по бедру.
- О, Боже, ты даже не заметил, какой журнал ты взял, да?! - еле дышит от смеха Чимин, и Юнги неловко кашляет.
- Заткнись.
- Ай, нет, не дуйся. Это так мило, правда, наблюдать, как сильно ты стараешься.
- В следующий раз не сиди на моей детке так, как будто находишься на обложке «Плейбоя», и мне не придётся прятаться за «Cosmo Girl».
Чимин ухмыляется.
- Но может я сделал это нарочно.
- Может ты хочешь, чтобы я шлёпнул тебя.
- Возможно.
- Не здесь, любимый, не хочу, чтобы бедный чувак, который пускал на тебя слюни, вызвал полицию.
- О, да, - Чимин морщит нос. Чертовски мило. - Что ты ему сказал? Я видел, что ты разговаривал с ним, и он побледнел как труп.
Юнги допивает свой напиток. Он был слишком сладким, но теперь старший чувствует себя посвежевшим.
- Сказал ему закатать губу.
Чимин сжимает губы, он изо всех сил пытается не улыбнуться.
- Ты такой собственник?
Юнги пожимает плечами.
- Не хотел бы, чтобы ты сбежал с кем‑то ещё.
- О, но ни у кого нет такой же красивой куртки, как у тебя, и никто, кроме тебя, так хорошо не выглядел бы в ней. - Чимин засовывает в рот ещё одну конфету. - Не убегу ни с кем в ближайшее время.
Юнги фыркает и качает головой, прежде чем наклониться к нему и украсть быстрый поцелуй. Губы Чимина сладкие и у них вишнёвый вкус.
- Приятно слышать. Хочешь закурить?
Чимин кивает, Юнги достаёт из кармана своих джинсов сигареты и вручает ему одну. Чимин прикуривает её от «Zippo» Юнги и возвращает зажигалку старшему.
- Расскажи мне ещё немного о Намджуне, - говорит младший, когда Юнги прислоняется к мотоциклу. - Ты всегда упоминаешь о нём.
- Намс и я, мы были друзьями с тех пор... чёрт, как мне было шесть лет. Он был моим соседом.
Чимин хмыкает и выдыхает облако дыма, Юнги постукивает по сигарете, прежде чем поднести её к губам.
- Мы играли в его саду, днём его мать угощала нас лимонадом и сэндвичами. Мы вместе пошли в среднюю школу, и он познакомил меня с мотоциклами. У него была мечта проехать по трассе 66 на собственном мотоцикле, и, ну, в общем, у Джунса язык неплохо подвешен. Он может уговорить тебя на что угодно. - Юнги хихикает. - Боже, он такой придурок. Он запал на мотоциклы из-за этого фильма, «Дневники мотоциклиста».
- О, я видел его! - оживляется Чимин. - Тот, что про Че Гевару, правильно?
- Да.
Чимин застенчиво улыбается.
- Я начал смотреть его только потому, что Гарсия Гаэль Берналь очень горячий. Но в итоге я полюбил этот фильм.
- Хороший фильм, - Юнги пожимает плечами. - В конце мы пообещали друг другу, что отправимся вместе в эту поездку, после средней школы мы очень много путешествовали с ним вдвоём. Он попробовал учиться в колледже, но, будучи хиппи-позёром, вскоре бросил его. Мы пахали как проклятые в дешёвых ресторанах, купили себе мотоциклы и поехали в нашу первую поездку.
- Вместе? - Юнги кивает. - Почему же тогда ты был один в Марфе?
- Ах, Джунсу нужно было съездить по своим собственным делам, а мне по своим. Мы поддерживали связь и продолжали назначать встречи, чтобы спланировать эту поездку. Потом мы связались с другими байкерами, которые тоже хотят проехать по трассе 66, и теперь это время настало.
Чимин стряхивает пепел с сигареты и смотрит на него.
- Я... ну... это глупо, забудь.
Юнги хмурится, и Чимин смотрит вниз на свои колени.
- Эй, - Юнги сжимает колено Чимина. - Что не так?
- Нет, ничего. Просто... я не знаю, может я навязываюсь?
- Навязываешься?
- Ты и твои друзья планировали это так долго, и... и внезапно появляюсь я и сажусь вам на хвост, такое чувство, что я навязываюсь.
- Чёрт... детка, нет, что ты такое говоришь? - Юнги качает головой. - Ты хочешь поехать?
Чимин отводит взгляд от своих ног и кивает.
- Тогда ты не навязываешься. Правда, тебе не нужно волноваться. Намджун уже пребывает в полном восторге от одной только мысли, что познакомится с тобой.
- Подожди, это правда?
- Умоляю тебя, - Юнги усмехается и бросает свою сигарету на землю. - Он затрахает меня своими шуточками, потому что я взял с собой такого милашку как ты.
Чимин хихикает, его щёки порозовели от жары, светлые волосы в беспорядке.
- Хорошо, Юнги. Если ты так говоришь.
- Кроме того, я хочу, чтобы ты поехал. Так что, нет, ты не навязываешься, Чимин. Определённо, нет.
Чимин улыбается, сверкая красивыми карими глазами, он наклоняется и целует его в щёку, прежде чем поторопить Юнги, чтобы снова отправиться в дорогу.