Если бы ты знал

  Билл наблюдал, как Алиса солнечно улыбается молодому арабу, отвечая ему что-то на французском, которого Билл не знал. Араб же смотрел на Алису, как на рахат-лукум, которым все гости сегодня угощались, а девушка продолжала смеяться над репликами своего собеседника.
Когда Билл представил Алису гостям, он уловил несколько насмешливых улыбок людей, которые сразу поняли, что Алиса ему не просто друг, и этот араб явно был в их числе.
- Черт, теперь я понимаю, куда ты срываешься каждый вечер, бросая нас всех в офисе – Георг, один из лучших друзей Билла, чуть подтолкнул его локтем. – Алиса действительно хороша.
- Да – Билл, с мрачным видом наблюдавший за флиртом Алисы и арабского бизнесмена, искоса глянул на друга.
- Гляди, этот носатый субъект так смотрит на нее, будто хочет перекинуть через седло и умчать в пески пустыни – хихикнул Георг, но тут же заметил, что его другу отнюдь не весело. – Да ладно тебе, Билл, я же шучу.
Билл наблюдал за тем, как араб попытался приобнять ее за талию, но Алиса ловким незаметным движением ушла от прикосновения, но не прекратила улыбаться, отвечая что-то собеседнику. Тот явно воспринял маневр Алисы за попытку набить себе цену.

Алиса уже десять минут пыталась вежливо отвязаться от назойливого араба, который ощупывал ее масляным взглядом, и периодически пытался облапать неухоженными руками. Поэтому появление рядом с ними одного из музыкантов восприняла как манну небесную.
- Фрау Шейн, танцовщицы готовы. Можем начинать?
Алиса посмотрела на большие настенные часы и кивнула.
- Да, начинайте.
Верхний свет в гостиной медленно погас, из освещения остались только несколько мерцающих светильников, заиграла ритмичная восточная мелодия, и в комнате появились две красивые девушки в традиционных нарядах. Они начали резко извиваться под ритм. Их тела блестели и переливались, приковывая взгляды мужчин, смотревших на представление с огромным интересом.
Алиса обратила внимание на то, как Билл застыл на месте, не выпуская бокала из тонких пальцев, его карие глаза неотрывно следили за соблазнительными движениями бедер белокурой танцовщицы, которая как раз сняла с головы платок. В глазах парня Алиса увидела хищный огонек, который был так хорошо ей знаком, и это, почему-то едва не заставило ее разреветься. В груди поселилось болезненное чувство обиды, хотя Алиса и пыталась убедить себя, что ей не должно быть дела до увлечений Каулитца. Не выдержав, она незаметно покинула комнату, не увидев, что тот приставучий араб проводил ее насмешливым взглядом.

Подробнее: После представления гости стали расходиться, прощаясь с хозяином дома, а Билл озирался вокруг, пытаясь понять, куда подевалась Алиса. Проводив последнего гостя, Билл спросил у одной из официанток, которые убирали последствия вечеринки:
- Вы не видели, куда направилась фрау Шейн?
Молодая девушка остановилась, удерживая стопку тарелок и ответила, махнув рукой в сторону библиотеки:
- Минут двадцать назад она и один из ваших гостей зашли туда.

Алиса остановилась возле окна, наблюдая за тем, как по ночному саду то и дело пролетают маленькие птички, иногда садясь на ветки аккуратно подстриженного кустарника. Тишина библиотеки помогала девушке справиться с внезапно нахлынувшими эмоциями.
«Какое мне дело до того, кто нравится Каулитцу?... Я же его ненавижу…».
Алиса устало вздохнула и отвернулась от окна, присаживаясь на стоящий рядом небольшой диванчик. Алису достал молодой араб, который последний час не отходил от нее ни на шаг и постоянно намекал на то, что очень хотел бы познакомиться поближе. Алиса, осознавая, что не может просто послать важного делового партнера Билла, пыталась свести все к простому легкому флирту, но мужчина оказался слишком настойчивым и непробиваемым, деликатные намеки до него просто не доходили.
От размышлений ее отвлек звук открывающейся двери. В библиотеку вошел тот самый араб, про которого думала Алиса. Он хищно улыбнулся вскочившей на ноги девушке, рукой поглаживая короткую черную бородку.
- Абу-Касим, что вы здесь делаете? – на французском спросила Алиса, внимательно глядя на приближающегося мужчину.
- Вы скучаете в одиночестве…
- Я не скучаю, просто немного разболелась голова
- Наверно, от огорчения? – он усмехнулся, поймав непонимающий взгляд Алисы – Ваш любовник с таким желанием смотрел на танцовщицу.
- Билл мой друг.
- О, не стоит обманывать, это такая очевидная ложь – рассмеялся мужчина, обнажая острые белые зубы – Достаточно увидеть, как он на вас смотрит.
- Я не понимаю, о чем вы – твердо ответила Алиса – А теперь, позвольте мне пройти, пора возвращаться к гостям – девушка направилась к двери, но когда она проходила мимо араба, тот поймал ее за руку.
- Куда так торопиться? Билл все равно занят рассматриванием прелестей танцовщиц.
- Абу-Касим, отпустите меня!
- Ну уж нет – он толкнул Алису к стене так, что она довольно ощутимо ударилась затылком. Холодные ладони прижавшего ее всем весом мужчины залезли под рубашку, грубо сжимая тело.
- Какого черта?! Отпустите! – Алиса попыталась оттолкнуть араба, но получила довольно ощутимый удар в солнечное сплетение.
- Не ори, хуже будет – мужчина дернул ее за волосы, заставив запрокинуть голову назад и стал кусать нежные губы. Алисе все-таки удалось освободить одну руку и чуть оттолкнуть тяжело дышащего бизнесмена. Когда араб снова попытался поцеловать ее, Алиса с размаху ударила мужчину по лицу заставив отступить на шаг.
- Ах ты с*чка! – Абу-Касим осклабился и занес руку для удара, но его остановила чья то рука. Повернувшись, араб столкнулся с разъяренным хозяином дома, а в следующее мгновение полетел на пол от сильного удара в челюсть.
- Убирайся из моего дома – прошипел Билл мужчине, еле поднявшемуся на ноги. Араб только усмехнулся, и вышел за дверь, стирая с разбитых губ кровь.
- Спасибо.
Билл обернулся к Алисе, в его глазах горела настоящая ярость, заставившая ее вздрогнуть.
- Заткнись. Мне не пришлось бы вмешиваться, если бы ты не вела себя весь вечер, как шл*ха, предлагаясь этому арабу. Может, мне стоит чаще тебя тр*хать, чтобы ты вела себя прилично?
В газах у Алисы потемнело.
- {censored}! – закричала Алиса прямо в лицо Биллу, а потом размахнулась и ударила его по щеке. Холодное бешенство, вспыхнувшее в глазах Каулитца, заставило Алису побледнеть.
«Если он поднимет на меня руку сейчас, то убьет одним ударом» - девушка развернулась и выбежала из библиотеки...

 
Трудно ненавидеть того, кого сердце желает любить...
__________­_________­__________­__________­_________­___________­____

Билл­ обернулся к Алисе, в его глазах горела настоящая ярость, заставившая ее вздрогнуть.
- Заткнись. Мне не пришлось бы вмешиваться, если бы ты не вела себя весь вечер, как шл*ха, предлагаясь этому арабу. Может, мне стоит чаще тебя тр*хать, чтобы ты вела себя прилично?
В газах у Алисы потемнело.
- Убл#док! – закричала Алиса прямо в лицо Биллу, а потом размахнулась и ударила его по щеке. Холодное бешенство, вспыхнувшее в глазах Каулитца, заставило Алису побледнеть.
«Если он поднимет на меня руку сейчас, то убьет одним ударом» - девушка развернулась и выбежала из библиотеки...

  Через секунду Билл глухо зарычал и ринулся следом. Выбежав в холл, он заметил, что входная дверь настежь открыта, а по ступенькам сбегает Алиса, едва не поскальзываясь на мокром от идущего дождя камне. Билл тоже выскочил из дома, намереваясь догнать девчонку и хорошенько проучить за эту выходку. Он видел ее тонкую фигуру впереди, вспышки молний заставляли Алису вздрагивать, натыкаться на колючий кустарник, но она продолжала бежать, чувствуя, что Билл ее преследует. Однако, гонка долго не продлилась, через несколько мгновений Алиса почувствовала, как сильные руки хватают ее за талию, а в следующий момент она полетела на мокрую траву.
- Решила побегать?! – лицо склонившегося над ней Билла было темным от ярости,- Смотрю, ты стала очень смелой?... – Билл удовлетворенно улыбнулся, увидев небольшое каменное сооружение, оставшееся от прошлых построек, которое сейчас не использовали. Парень остановился у низкой двери и рывком открыл ее, – Посиди и подумай над своим поведением, детка! – под оглушительный раскат грома он втолкнул Алису в сарай, не услышав, как та споткнулась и упала, захлопнул дверь и закрыл ее на замок.
Каулитц вернулся в дом, и, расположившись в библиотеке, с бутылкой виски улегся на диван. За окном разыгралась настоящая буря, но пьяного парня это уже не волновало. Он потирал щеку, все еще злясь на Алису и продолжал накачиваться алкоголем. Через несколько минут он провалился в глубокий сон.

Алиса попыталась открыть глаза, но жуткая боль в голове заставила ее застонать.
- Боже, что со мной? – прошептала она и все же открыла глаза.
Ее окружал абсолютный мрак. Сырые каменные стены, малюсенькое окошко под низким потолком, подозрительное шуршание в углу, впрочем, едва различимое на фоне грохота и ярких вспышек молний разыгравшейся снаружи бури.
- Нет… нет-нет-нет…. Только не опять – зашептала девушка, забиваясь в угол и уставившись в темноту невидящим взглядом.
От каждого раската грома ее трясло, как будто, через тело проходили миллионы вольт. Она почувствовала, что по ее ноге кто-то пробежался, и это стало последней каплей. С диким криком она кинулась к двери, едва видной во мраке, и начала бить и царапать ее поверхность, не переставая заходиться истеричными рыданиями. Внезапно она остановилась, и посмотрела назад. За горой досок она увидела небольшую дыру, которая проливала свет в сырое помещение…

Билл проснулся от луча солнца, нагло скользнувшего по его лицу. Он попытался отвернуться, но в тот же момент почувствовал, что падает. Протерев глаза, он огляделся, вспоминая, почему он спит в библиотеке, и события прошедшего вечера всплыли в его сознании. Тревожно взглянув на часы, он с ругательствами вскочил на ноги – было уже десять утра, а это значило, что Алиса, которую он запер в сарае, провела там уже больше одиннадцати часов.
«Ну, она же не на улице осталась» - успокаивал сам себя молодой человек. У Каулитца не было намерений запирать ее на всю ночь, он рассчитывал продержать ее часик в этом сарае, а потом отвести в спальню и несколько раз тр*хнуть, чтобы у Алисы выветрились последние сомнения в том, кому она принадлежит. Но алкоголь сыграл с Биллом злую шутку – парень отключился до позднего утра.
Билл шел по саду, замечая, как погнулись ветки некоторых деревьев, насколько сильно намокла земля, хлюпающая под его ботинками. «Ничего себе, какая гроза была ночью. А Алиса сидела в это время в каменном мешке… Одна». Эти мысли заставили Билла прибавить шагу, и уже через минуту он был у сарая.

- Алиса.
Ответа не последовало, но парень в общем то и не ждал, что она заговорит с ним. Он открыл дверь и заглянул внутрь. Билл ворвался в сарай. Пусто.
-Алиса! Алиса!
Его взору привстала дыра – спасительница. «Черт! Черт! Я убью тебя! Убью!»

- Ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть, но...что-то мне не очень вериться что твой папаша отпустил тебя так далеко,- перед девушкой сидел ее давний друг, с которым она иногда позволяла себе попрактиковаться в поцелуях. Впрочем, это было давно.
- Его никто не спрашивал,- вспомнив о Билле, Алиса спрятала под стол свои трясущиеся руки.
- Я не понял. Ты... ты что, сбежала?- удивлению парня не было предела. Еще бы, девушка, которая никогда не шла против отца, пусть даже не родного - сбежала в Швейцарию.
- Да, но не от него
- А от кого?
- Пойду, прилягу.- Почувствовав, что сейчас заплачет, Алиса поспешно вышла из кухни и поднялась наверх.

Pov Alisiya
____________­

"Спасибо тебе, Алекс. Светлая комната, большие окна - все, как я люблю. А какой вид. Но та комната была лучше. Намного. Комната, в которой я испытала самые худшие моменты своей жизни.
Мама, Аманда, простите меня. Простите, прошу". По моей щеке скатилась очередная слезинка. "Почему я плачу? Я на свободе. Я свободна! Наконец-то. Не вернусь туда больше. Не вернусь. Никогда! Ненавижу! Ненавижу тебя, Каулитц!"

***

- Дура! Зачем она так вредит себе? - Роберт не был зол на Алису. Он знал, что девчонка найдется. А если нет, у него всегда найдется козырь. На данный момент это сестра и мать девушки.
- Как бы с ней ничего не случилось... Ее долго ищут. Значит, она далеко убежала. - Билл сам не мог поверить в то, что только что сказал. Переживать за дочь шантажиста - это что-то.
- Вот уж не думал, что ты сделаешь мне такой подарок… Влюбиться в Алису – это было очень глупо с твоей стороны.
- И что тебе это даст? – Билл понимал, что из увиденного политик попытается извлечь максимум выгоды, но большее беспокойство в парне вызвала мысль о том, что Роберт может навредить Алисе.
- Теперь в моих руках не только постыдные тайны твоей семьи, но и жизнь Алисы.
- Что? – Билл не мог поверить в услышанное, каким бы чудовищем не был Шейн, но угрожать убийством…
- Не веришь? – мужчина жестко прищурился – Напрасно. Спроси у Алисы как-нибудь, почему она так мне послушна – ее ответ многое для тебя прояснит.
Еще раз оглядев растерянного парня, Роберт развернулся и покинул кабинет.
Билл еще некоторое время смотрел на закрывшуюся за мужчиной дверь, но потом стряхнул оцепенение и выбежал следом.
Он не мог прийти в себя. В голове крутились последние слова Роберта.
"Теперь в моих руках не только постыдные тайны твоей семьи, но и жизнь Алисы." Билл вцепился в руль. "Черт! Как ты посмела сбежать? Я найду тебя! Где бы ты не была! Ты ответишь за это!"

После долгих уговоров со стороны Алекса, Алиса наконец решила выйти на свежий воздух. «Как это чудесно. Нет охраны. Нет Роберта. Нет Билла….». Воспоминания о Билле снова погрузили Алису в прошлое. Но на этот раз она не позволила себе пролить слез. Рано или поздно придется вернуться. И она это знала.
- Привет, милая. – Голос сзади заставил Алису остановиться. Она поняла, что сказанное было адресовано ей. – Не хочешь повернуться? – Выхода нет. Именно по этой причине Алиса медленно повернулась назад.
- Как ты меня нашел?
- Ты ведь знаешь, твой «папочка» может все!

Дом Билла
______________­___

-Ну что, доигралась? - Билл с коварной улыбкой оглядел Алису с ног до головы. Тебя нужно наказать. Поверь мне, я не собираюсь жалеть тебя. - Билл вышел из комнаты дав понять, что вернется. В глазах Алисы потемнело, словно она провалилась в черную дыру. Моменты проведенные в этой спальне дали о себе знать. Психика не выдержила такое. "Нет. Только не опять".

Спустя 5 минут Билл вошел в спальню, надеясь, что девушка тресется от страха. Увиденное привело его в ужас. Преодолев оцепенение, Билл подхватил тонкое холодное как лед тело на руки.
-Алиса! Алиса!
Девушка не реагировала, ее глаза были плотно закрыты, а руки безжизненно повисли. Билл похолодел – может быть, девушка была уже мертва.
- Нет, нет, ты не можешь умереть.

Билл осторожно положил девушку на кровать и тут же принялся искать пульс. Почувствовав ровное слабое биение под своими пальцами, парень выдохнул и принялся искать свой сотовый телефон. Алисе был необходим врач.
- Анна! Роза!
Когда никто не откликнулся, Билл вспомнил, что вчера он отпустил всю прислугу по домам на два дня. Кроме него и Алисы в доме никого не было. Чертыхнувшись, Каулитц все-таки нашел сотовый. Единственный, кому он мог позвонить в такой ситуации, был Густав Шеффер, его старый друг и потрясающий врач.
- Густав! Привет… Да, знаю… Густ, у меня проблема! Ты можешь приехать? В загородном доме. Хорошо, жду.
Он отключил вызов и присел на кровать рядом с девушкой. Дотронувшись до ее руки, парень почувствовал, что она совсем холодная.
- Что же делать?...

- Билл! – послышался крик с первого этажа.
Каулитц выглянул за дверь и крикнул другу:
- Густ! Я в спальне!
Через минуту в комнату вошел крепкий светловолосый парень, держащий в руках небольшой чемоданчик.
- Билл, что случилось?
Каулитц отошел в сторону, указывая на кровать. Густав подошел ближе и ахнул.
- Алиса? Билл, что ты сделал с несчастным ребенком?! Что она вообще делает в твоем доме? - Казалось, еще мгновение, и врач бросится на Билла. Каулитц опешил от новости, что его друг знаком с Алисией.
- Она здесь живет. Со мной.
Густав пораженно выдохнул, хотел что-то спросить, но врач в нем победил, и он снова повернулся к больной.
- Что с ней произошло?
- Я не знаю. Она провела ночь почти на улице – глухо ответил Билл. Рассказать про побег у него не повернулся язык. Густ прожег его яростным взглядом.
- Ладно, разберемся – молодой врач раскрыл худое тело и зашипел от злости.
Билл впервые посмотрел на открывшуюся картину как будто со стороны – на белых простынях лежала болезненно худая девушка, бледная, сквозь тонкую кожу можно пересчитать каждое ребрышко. На левом предплечье расползлось фиолетовое пятно, с четкими следами пальцев, и Билл вспомнил, как безжалостно сжимал нежную кожу. Бескровные губы были приоткрыты, выпуская горячее прерывистое дыхание, с легкими хрипами. Длинные белые пальцы кровоточили, кожа на ладонях была содрана, а на запястьях было несколько довольно глубоких порезов. Билл опустил взгляд ниже и наткнулся на уже побледневшие синяки на ногах и бедрах девушки.
«И в этом виноват только я. Из за меня эта девочка сейчас беспомощно лежит на кровати, не в силах даже открыть глаза» - внезапное осознание своей собственной жестокости так поразило Билла, что его едва не вырвало от омерзения, и слова своего друга Билл услышал, как будто сквозь толщу воды.
- Билл, выйди.
- Но…
- Билл, выйди, я тебя прошу – напряженно сказал врач – Мы потом обязательно поговорим, а сейчас не доводи до греха...
- Я буду ждать в коридоре – Каулитц кивнул и вышел за дверь.
Через полчаса он уже не находил себе места, расхаживая из конца в конец по коридору и все время кидая тревожные взгляды на запертую дверь спальни. Услышав щелчок, он мгновенно подлетел к вышедшему из комнаты Густаву.
- Как она?
- В норме, насколько это возможно в такой ситуации – врач не смотрел на него. – Нам нужно поговорить.
- Да – Билл уже понял, что от объяснений ему не уйти – Пойдем в библиотеку.
Оказавшись в дышащей спокойствием комнате, Густав первым делом налил себе немного коньяка и залпом отправил в рот, а потом, все так же не выпуская пустого стакана из рук, отвернулся к окну.
- Я буду задавать вопросы, и я рассчитываю, что ты не станешь мне врать. Ты изнасиловал Алису. Это не вопрос – предотвратил он попытку Билла что-то сказать. – За тебя мне все сказали синяки на ее теле. Меня интересует то, как эта девочка вообще оказалась в твоем доме? Насколько я знаю, последние годы она жила в Женеве.
- Она приехала чуть больше двух недель назад – глухо ответил Каулитц – Мы познакомились в Лондоне, а потом она приехала ко мне…
- Я, кажется, просил не врать – остановил его друг.
Билл понял, что ему придется рассказать правду. Тяжко вздохнув, он принялся пересказывать Густаву события последнего времени – про шантаж, про требования о публичном романе, о своих намерениях попытаться обхитрить Роберта. Умолчал он только о фактах, которыми его шантажировали, о побеге и не поведал некоторых интимных подробностей об их отношениях Алисой.
Шеффер долго молчал, но потом все же сказал:
- Как она оказалась здесь, мне понятно. Но, скажи мне, друг любезный, зачем ты изнасиловал ее? И как получилось, что она заработала воспаление легких?
Билл не знал, как рассказывать старому другу такие подробности, как неудавшаяся первая ночь, поэтому ограничился замечанием, что как такового изнасилования не было, просто в какой-то момент он не смог себя контролировать, но такое произошло всего раз. А потом рассказал о сарае. Густав слушал, все так же не отходя от окна, заставляя Билла созерцать только его напряженную спину.
- Значит, ты, приревновав ее, выкинул Алисию на улицу? – замороженным ничего не выражающим голосом переспросил врач.
- Нет. Я запер ее в старом сарае, а сам напился и уснул в библиотеке – теперь, рассказывая все это, Билл понимал, насколько нелепо, а главное, неоправданно жестоко он поступил.
Едва он закончил, как Густав резко повернулся и со всей силы врезал ему в челюсть, заставив упасть на пол.
- Ну ты и сволочь, Каулитц – прошипел врач – Как ты мог запереть Алисию в темном каменном мешке?! Хочешь, чтобы девушка опять попала в психушку?
- Опять?... – Билл все так же лежал на полу, не делая попыток подняться, но последние слова заставили его вскочить на ноги. – Что ты имеешь ввиду?
Шеффер недоверчиво прищурился, глядя другу в глаза, но, поняв, что Билл действительно не понимает, о чем речь, немного успокоился.
- Это долгий разговор. Давай, налей нам еще виски, и я тебе кое-что расскажу о девочке, над которой ты так поиздевался.
Молодые люди устроились на диване, поставив рядом на небольшой столик бутылку и стаканы.

- Алиса попала в психиатрическую больницу в состоянии шока, когда ей было пятнадцать – начал врач. – Я в это время как раз проходил практику, меня взял ассистентом один из лучших врачей Германии, герр Фрайдерман, который и стал лечащим врачом Алисии – Шеффер сделал небольшой глоток виски и поморщился. – Видишь ли, девочка стала жертвой конкурентов своего отчима. Они похитили Алису, чтобы попытаться шантажом добиться от Роберта Шейна каких-то там действий, каких именно я не вникал, конкретнее сказать не могу. Но это особо не важно. Они отвезли девочку в заповедник северу от Берлина и заперли в подвале старого домика, в котором когда-то останавливались лесничие. Но похищение было не самым страшным, что случилось с Алисой. Эти {censored} вышли на контакт с ее родителями, договорились о встрече, но по дороге к назначенному месту они попали в какую-то аварию, и погибли на месте. Ужас состоял в том, что кроме них никто не знал, где находится Алиса. Тогда ее искали все службы страны, а помог счастливый случай. Ее нашел какой-то отряд ученых, которые в заповеднике исследовали то ли птичек, то ли каких зверей, не помню…
- А дальше – хрипло спросил Билл.
- А дальше… - врач невесело усмехнулся – понимаешь, Билл, ее нашли, конечно, но только это произошло на восьмой день после похищения. И все эти восемь суток Алиса провела совершенно одна в темном подвале со связанными руками, девочка пила тухлую воду и пыталась не спать, чтобы ее не сожрали голодные крысы – Густав одним махом опрокинул в себя оставшийся в бокале алкоголь, а потом налил себе еще порцию.
- Сначала она провела месяц в обычной больнице, ее лечили от сильнейшего воспаления легких и от истощения. Ее физическое здоровье не вызывало опасений, все таки молодой организм справился, а вот ее психическое состояние… Когда ее привезли в психиатрию, она вообще не реагировала на окружающий мир. То есть, она сам ходила, ела, могла что-то рисовать, но на вопросы и действия окружающих не отвечала. Герр Фрайдерман обследовал ее и вынес вердикт – Алиса просто не хочет возвращаться. После всего случившегося, ее организм старался оградить психику от внешнего воздействия. Потребовалось два месяца, чтобы вытащить Алисию из ее скорлупы, а еще два – чтобы она снова заговорила, и вообще более-менее вернулась к нормальной жизни. Когда Алиса выписывалась, ее состояние все еще было не очень стабильным, но доктор Фрайдерман все-таки пошел навстречу ее отчиму и разрешил отправить девушку в эту зарубежную школу при условии, что и там Алиса будет находиться под наблюдением врача.
- Боже… Густ…. – Билл выпустил из руки стакан, не заметив, как по обивке и ковру потекла темная жидкость – И теперь, после того, что я сделал…
- Да – жестко ответил друг – После всего этого тебе остается только молиться, что Алиса все же откроет глаза и не впадет опять в психический анабиоз. Потому что в этот раз вытащить ее будет куда сложнее, а может, и вовсе невозможно.
Густав видел, что до его друга наконец дошло, что он натворил, и это вселяло в доктора надежду, что парень осознает свои ошибки и сможет их исправить.
- Я вколол ей сильные антибиотики и жаропонижающее – Шеффер достал из кармана блокнот и начал что-то быстро писать – Лекарства я оставлю, уколы ты делать умеешь, вот тебе дозы и расписание инъекций, еще оставлю успокоительное. Только его коли в самом крайнем случае, оно довольно сильное и имеет много побочных эффектов, так что осторожнее.
- Ты уходишь? – Биллу очень хотелось, чтобы друг остался с Алисой на ближайшие сутки.
- Да, у меня через три часа начинается дежурство в клинике, так что надо уже ехать, мне еще в город возвращаться – Густав заметил, насколько Билл растерян – Да не переживай, все под контролем, Алисе уже скоро станет лучше. Как только она придет в себя, позвони мне, хорошо? Все, мне пора, такси ждет – врач поднялся, оставив лист на столе – Иди к Алисе, я сам найду дверь. Все, друг, удачи.
Еще минуту после ухода Шеффера Билл просидел на диване, но потом быстро поднялся и отправился в спальню, не забыв прихватить написанные Густавом инструкции.
Алиса все так же лежала на спине, только иногда поворачивала голову, хрипло выдыхая и покашливая. Билл сел на постель рядом с девушкой и принялся легонько перебирать ее волосы, наблюдая за тем, как иногда нервно трепещут темные ресницы.
У Каулитца не укладывалось в голове, что такая хрупкая, слабая Алиса, на самом деле пережила такое, с чем далеко не каждый в состоянии справиться. Он по кусочкам собирал картину жизни девушки – отчим, который издевался над ней, учеба вдали от матери и сестры, единственных близких людей, похищение и болезнь, а теперь еще и вся эта история с фиктивным романом. Огромное чувство вины грызло молодого парня, он задавал себе единственный вопрос: как можно было заставлять расплачиваться за чужие ошибки такого чистого человека, как Алиса. Ведь Билл с первой встречи знал, чувствовал, что девушка непричастна к делам отчима, однако, все равно не изменил своих планов.
«Зачем? Почему я так поступил?» - эти мысли не давали ему покоя. – «Только потому, что хотел ее? И перед этим желанием меня уже ничего не могло остановить…».
Весь день Вильгельм просидел у постели девушки, несколько раз обтирал ее лицо влажной тканью, сделал несколько уколов, хотя ему было невыносимо втыкать в хрупкое тело острые иглы. Благо, Алиса все еще находилась под действием снотворного, поэтому ничего не чувствовала. Под вечер Биллу стало казаться, что из дыхания девушки исчезли хрипы, она задышала свободнее, а ее состояние из полузабытья перешло в спокойный целительный сон. Ближе к полуночи Каулитцу позвонил Густаву.
- Температура повышенная? Хрипы есть?
- Нет, я только вот мерил, жара у нее нет. Дышит вроде тоже ровно.
- Хорошо, значит, лекарства помогли. Часа через четыре сделаешь Алисе еще один укол, последнюю дозу антибиотика я введу ей завтра. Если снова будет жар, звони мне немедленно.
- Спасибо, Густ.
Вернувшись в спальню, Билл увидел, что Алиса сбросила с себя одеяла и уже начала замерзать. Девушка все еще была обнажена, и парень подумал, что, когда Алиса придет в себя, это может заставить ее волноваться, поэтому Билл нашел в вещах девушки какие-то тонкие спортивные штаны и одел их на стройные ножки. Потрогав ступню Алисы, Билл покачал головой – она была ледяной, и парень тут же достал свои теплые шерстяные носки, и немного улыбнулся, когда небольшие ступни Алисы практически утонули в них. Каулитц снова укутал Алису в одеяла и присел на кровать, намереваясь всю ночь наблюдать за ее состоянием. Алиса была все еще немного бледной, но в принципе, больной не выглядела. Билл пользовался возможностью хорошенько разглядеть свою девочку, не боясь, что его взгляд встретится с настороженными карими глазами.
Его Алиса казалась немного сказочной – такими рисуют прекрасных принцесс на иллюстрациях к детским книжкам. Вот и у Алисы было такое невероятно красивое лицо. В то же время с мягкими линиями губ и носика соседствовал волевой подбородок, говоривший о сильном характере своего владельца, брови вразлет, делающие ее огромные глаза немного кошачьими. Билл вспомнил, как в детстве читал знаменитую трилогию о Кольце Всевластья, его тогда до глубины души поразили эльфы – совершенные создания, нечеловечески прекрасные. Юный Вильгельм тогда спрашивал у матери, на кого эти мифические создания могут быть похожи. Симона смеялась и отвечала, предлагая в качестве кандидатов разных знаменитостей. Но Билл не соглашался, веря, что эльф должен быть не просто красивым, а… волшебным, завораживающим. И вот теперь у него в постели лежит самый настоящий эльф – но только не дивный персонаж волшебной истории, а просто девочка из плоти и крови. И все же, Билл не в ком не видел столько волшебства, как в Алисе. Детская мечта сбылась, наполняя душу Билла каким-то совершенно немотивированным восторгом. Вот уж, действительно, не было бы счастья…

  Осторожно устроившись на второй половине кровати, Билл повернулся на бок, оказавшись лицом к лицу с девушкой. Он еще долго любовался спящим созданием, не решаясь и на секунду отвести взгляда от этой картины, и сам не заметил, как постепенно погрузился в сон.

Билл проснулся от того, что что-то мягкое ударило его по лицу. Сев в кровати, парень пытался разглядеть в темноте, что произошло, но тут до него донесся тихий всхлип. Глаза немного привыкли к отсутствию света, и он смог разглядеть, что соседняя половина кровати пуста. Вскочив на ноги, Билл включил небольшую лампу, стоящую на прикроватной тумбочке, и с тревогой оглядел комнату. В углу, спрятавшись за боковиной комода, сидела Алиса. Она закрыла лицо, уткнувшись лбом в согнутые колени и тихо всхлипывала, дрожа всем телом. Каулитц бросился к девушке, падая перед ней на колени.
- Алиса – Билл старался говорить спокойным голосом, понимая, что резкие интонации могут спровоцировать Алису на еще большую истерику – милая…
Надеясь, что это не принесет вреда, Билл протянул руку и погладил что-то шептавшую девушку по черным растрепанным волосам. Сначала Алиса никак не реагировала, но когда Билл опустил руку и легонько сжал острую коленку, она наконец подняла на пареня взгляд. Билла словно током ударило, и он испытал самые противоречивые эмоции – радость, потому что взгляд девушки был вполне осмысленным, то есть прогноз Густава о возможном возврате в состояние психологической нестабильности не оправдался, и горькое чувство вины, потому что в глазах Алисы он увидел столько страха и страдания, что в душе парня болезненно напряглась какая-то струна и со звоном лопнула, заставив Билла податься вперед, заключая Алису в крепкие объятия.
- Прости… Прости меня… - шептал он, уткнувшись в худенькое плечико несопротивляющеюся объятиям Алисы – Алиса, прости меня.
- Билл – тихий голос, с едва ощутимыми хрипами – было так темно… опять… и холодно.
- Сейчас, милая – молодой парень поднял тонкое тело на руки, и уложил на кровать. Билл укрыл Алису одеялом, устроившись рядом, и потянулся к тумбочке, чтобы выключить лампу, но его остановила девушка, схватившая Билла за руку.
- Не надо…
Билл оставил лампу включенной, только чуть приглушил свет, и прилег совсем близко к ней, он даже чувствовал теплое дыхание Алисы на своем плече, а тонкая рука все так же тихонько сжимала запястье Билла. Ее пальцы дрожали и были совсем холодными, Билл увидел, что по телу Алисы бегают мурашки – было очевидно, что она замерзла, сидя на полу. Каулитц придвинулся чуть ближе, обнимая худенькое дрожащее тело и прижимая ближе к себе. Алиса не противилась, только уткнулась холодным носом в ключицу, заставив Билла чуть улыбнуться от такого необычного прикосновения.
- Так будет теплее. Спи, Алиса.
Билл вплотную притянул к себе девушку, ощутив беззащитность и уязвимость ее тела. Алиса доверчиво прижалась в ответ. Каулитц поцеловал Алису во все еще влажный лоб, и погрузился в сон.

Билл проснулся довольно рано и сам не сразу осознал, почему ему хотелось улыбаться. Открыв глаза, он тихонько хмыкнул, увидев перед собой черную растрепанную макушку. Алиса лежала рядом с ним, прижатая спиной к горячему животу, Билл даже чувствовал ритм ее дыхания.
Каулитц старался не шевелиться, чтобы не потревожить сон девушки, но так трудно было совладать с желанием погладить мягкую гладкую кожу животика Алисы, ведь его рука так удобно обнимала худенькое тело. Черные волосы Алисы, разметавшиеся по подушке и телу парня, щекотали лицо и шею, заставляя чуть отодвигать голову.
«Как бы она, проснувшись со мной в одной постели, не попыталась снова сбежать» - подумал Каулитц. Осторожно убрав руку с талии девушки, чтобы не искушать себя лишний раз, парень откинулся на подушку, уставившись в потолок. Его до сих пор преследовали воспоминания о том злосчастном вечере. Сейчас он мог признать сам перед собой, что все произошедшее было полностью его виной. Билл с отвращением думал о том, что его поведение было вызвано не столько ревностью, сколько обостренным чувством собственничества. Он успел привыкнуть к мысли, что Алиса – его личная игрушка, и тот факт, что кто-то хочет отобрать ее, заставил парня отреагировать очень по-детски. Только вот последствия такого поступка оказались по-взрослому серьезными.
Билл вспоминал, как он поднял руку, чтобы ударить Алису, как в глазах девушки загорелся дикий страх, заставивший бежать в темный сад, освещенный вспышками молний. Парня скручивало отвращение от воспоминаний о том, что он, как зверь, безжалостно преследовал обезумевшую от ужаса жертву. Никогда, никогда раньше он и не предполагал, что способен на такое животное поведение, и это пугало его, потому, что теперь он не знал, когда в следующий раз его внутренний монстр покажется наружу. «И если это произойдет, я должен быть как можно дальше от нее».

Ближе к обеду пришел Густав, врач сразу же поднялся к Алисе, заставив Билла ждать в коридоре, хотя тот и рвался присутствовать при осмотре. Пробыв к спальне около получаса, Шеффер вышел, и по выражению его лица Каулитц понял, что состояние Алисы не вызывает у доктора опасений.
- Ей еще несколько дней лучше провести в постели, чтобы организм хоть немного восстановил силы, еще нужно последить за ее питанием – Алиса должна есть много белка и витаминов, иначе могут проявиться разные нежелательные осложнения. Я сейчас вколол ей последнюю дозу антибиотиков и снотворное, так что она проспит до вечера, не стоит пытаться будить ее раньше.
Билл внимательно слушал наставления врача, пытаясь загнать поглубже желание спросить у друга, говорила ли Алиса что-нибудь о нем или нет. Густав видел терзания молодого человека, но хотел, чтобы тот сам задал свой вопрос.
- Густ, а что ты думаешь о ее психическом состоянии? – не выдержав, спросил Каулитц, решив начать издалека.
- У нее все еще шок, конечно, ведь тогда в сарае она действительно думала, что снова попала в тот жуткий подвал. Такое не проходит бесследно, Билл, поэтому ты должен быть готов к тому, что последствия могут проявиться в самое неподходящее время.
- Она проснулась сегодня ночью, и очень испугалась темноты. Я увидел ее на полу и помог подняться, ты знаешь, я был так рад, когда увидел ее осмысленный взгляд… А вот теперь думаю, может она просто не помнит, что произошло тем вечером… может, она не помнит, что это я запер ее в том сарае?
- Она помнит, Билл, прекрасно все помнит – покачал головой врач. – Весь ужас в том, что она не удивлена твоим поступком, именно такого Алиса от тебя и ожидала.
- Господи – Каулитц спрятал лицо в ладонях – Густ, я даже не подозревал, что могу быть таким… чудовищем.
- У тебя есть возможность все исправить.
- Я теперь боюсь даже подходить к ней – прошептал Билл – Я боюсь, что снова сделаю ей больно.
- И что ты собираешься делать в таком случае? – Шеффер удивленно приподнял бровь, но смотрел на друга одобрительно.
- То, что должен был с самого начала – буду искать возможность обезвредить Роберта Шейна. А Алисия… Ее я оставлю в покое. В конце концов, она точно такая же жертва интриг своего отчима, как и я.
«И ты только сейчас это понял» - горько подумал Густав. Врачу было очень жаль Алису, попавшую в тиски вражды между двумя такими жестокими и бескомпромиссными людьми.

  Как и обещал, Билл больше не пытался сблизиться с Алисой. Девушка довольно быстро поправилась, но все еще быстро утомлялась и не могла слишком много времени проводить на ногах. Билл практически не встречался с ней, проводя на работе большую часть суток, а если они и пересекались за ужином, то парень только желал Алисе приятного аппетита. Алиса недоумевала по поводу поведения Каулитца, поскольку это не очень укладывалось в то представление, которое сложилось у нее о парне за время их отношений. Она помнила, что именно Билл ухаживал за ней, помнила она и те объятия, в которых заснула, чувствуя себя на удивление спокойно, но все же Алиса не могла доверять ему, потому что изначально именно Билл заставил ее снова пережить самые ужасные мгновения своей жизни. К тому же, Алисе была неприятна мысль о том, что нынешнее отчуждение Билла – это просто проявление жалости.
Еще одной неожиданностью стало то, что Билл решил проводить ночи в другой спальне, и ни разу за несколько дней даже не зашел в ту, где спала Алиса. Первые несколько дней девушка считала, что как только она поправится, Билл снова предъявит на нее свои права, но этого так и не произошло. Каулитц действительно не желал больше проводить с ней время.
Алиса не понимала своих собственных ощущений, ведь она должна была быть рада тому, что больше не придется быть развлечением для парня, но в то же время где-то глубоко внутри ее не оставляло чувство разочарования. Конечно, подчиняться прихотям Каулитца было отвратительно, но так она хотя бы чувствовала, что живет. А теперь ее дни стали походить на бесконечные сумерки – однообразное скучное существование, которое не приносило ощущения спокойствия, а только будило безотчетную тревогу. Целыми днями девушка бесцельно бродила по саду, по вечерам она читала книги в библиотеке или просто рисовала что-то, устроившись на широком подоконнике в спальне. К тому же, Алиса стала замечать, что прислуга стала относиться к ней как то иначе, чем это было в начале. Анна теперь старалась побыстрее исчезнуть, если она появлялась в комнате, а дворецкий вовсе был с ней холоден и даже немного груб. Сначала Алиса не понимала причины таких изменений, но однажды случайно услышала разговор горничной и Розы, которые обсуждали ее.
- И почему Билл не выставит эту девчушку – вздохнула Анна.
- Не знаю, но мне совершенно очевидно, что из-за нее Билл несчастен. Эта живет себе в поместье, а Билл вынужден проводить все время на работе, чтобы не сталкиваться с ней.
- Они ведь даже спят в разных комнатах – шепотом поделилась с подругой Анна.
- Билл глупец – фыркнула Роза – Ему следует выгнать эту девку. Судя по всему, эта Алиса – причина всех его несчастий.
Алиса не стала слушать дальше, и тихонько поднялась наверх, в спальню.
«Господи, зачем я вообще живу?... Они ведь правы, я приношу всем только несчастья» - Алиса по привычке устроилась на подоконнике и стала водить пальцами по холодному стеклу. За окном опять шел дождь, убаюкивая своим мерным шелестом.
Тишину спальни разорвал резкий звук мелодии телефона, а девушка от неожиданности едва не свалилась с высокого подоконника. Пересев в кресло, Алиса все-таки взяла сотовый и увидела на дисплее имя «Роберт». Предчувствуя беду, девушка нажала на кнопку «ответить».
- Здравствуй, милая – ее передернуло от мерзкого голоса отчима.
- Что тебе от меня надо?
- Какая ты грубая. Не стоит со мной так разговаривать, не забывайся.
- Зачем ты звонишь? – Алиса старалась говорить спокойно, но голос все же подводил ее.
- Ничего сверхъестественного­­ – мерзко хихикнул Роберт – Хочу, чтоб ты передала Вильгельму, что вам необходимо появиться на благотворительном концерте в воскресенье. Его устраивает ассоциация бизнесменов Германии. Там будет много прессы, вы должны засветиться.
- Хорошо, я передам – Алиса надеялась, что на этом разговор с отчимом будет закончен.
- Милая, ну как, тебе нравится быть девочкой Каулитца, а? – политик оскорбительно расхохотался.
- Иди к черту.
- О, а я думал, что тебе придется по душе раздвигать ноги под мужиком, ты же прирожденная бл*дь. Часто ты ему отс***ваешь?
Не выдержав гнусных издевательств Роберта, Алиса со всей силы запустила мобильным в противоположную стену. Телефон ударился о край каменного камина, снес горшок с цветами, и разлетелся на куски, на полу перемешавшись с землей и глиняными осколками. В следующее мгновение распахнулась дверь, и в спальню с диким видом влетел Билл.
- Что случилось? – парень мгновенно оценил ситуацию, увидев разбитый телефон и едва держащую себя в руках Алису – Кто звонил?
- Роберт – Алиса глубоко вздохнула и забралась в кресло с ногами – Он сказал, что нам необходимо появиться на концерте в воскресенье.
- Это тот, что ежегодно проводит ассоциация бизнесменов? – немного успокоившись, Билл присел в кресло напротив – Я в любом случае должен быть там, моя компания – один из спонсоров мероприятия. Правда, я не планировал идти туда с тобой – внезапно парень подумал, что эти слова могут обидеть Алису – Я в том смысле, что ты еще не совсем оправилась после болезни, а вечер будет долгим.
- Теперь уже не важно. Придется идти туда в любом случае – как то безжизненно сказала девушка, прислоняясь щекой к спинке кресла и обнимая руками колени.
- Алиса – Билл обеспокоенно наблюдал за брюнеткой – Ты хорошо себя чувствуешь?
- Как обычно.
- Не хочешь погулять по саду? – Билл сам не ожидал от себя этих слов.
- По саду? – Алиса подняла удивленный и немного растерянный взгляд на парня – там дождь…
- Нет, он закончился – Билл встал и подошел к окну, пытаясь движением скрыть свое собственное замешательство.
- Х-хорошо – неуверенно кивнула Алиса, все еще пытаясь понять, что значит это неожиданное приглашение. Она опустила ноги на пол и достала из-под кресла белые кеды.
- Готова? - Билл оглядел девушку – Ты замерзнешь так. Вот, возьми – парень достал из шкафа большую толстовку.
- Спасибо.