Расплата
- Не переживай, - говорит он.
Он осторожно подходит к сверкающему великолепию. Такое ощущение, что торт сейчас превратится в Дамблдора. - Тут письмо, - он берет конверт со стола, - Это тебе.
Я перевожу дыхание и подхожу к столу. Меня одолевают сомнения. На конверте большая зеленая буква "S". Письмо не свистит и не шипит. Это хороший знак. Нет, директор захотел бы проклясть меня при личной встрече. Хорошие колдуны всегда так делают. Я ломаю печать и облегченно вздыхаю, когда нахожу там лишь пергамент с каракулями Дамблдора.
**С, пожалуйста, вернитесь. Торт - это портключ. Координаты уже установлены. Вы должны аппарировать. Я жду вас в своем кабинете в 13.00. Попробуйте торт. Насколько я помню, вы всегда любили лимоны. С наилучшими пожеланиями, Д.**
Я озадаченно смотрю на письмо. Выглядит совсем не так, как будто директор только что наблюдал, как любимчик всего волшебного мира только что трахнулся с профессором алхимии, которого все обожают ненавидеть. Язык письма неопределенный, как будто Дамблдор считает, что его могут перехватить. Или, может быть, он слишком взбешен, чтобы быть красноречивым. Я пытаюсь понять, что значат эти слова о лимонах.
- Что там?
Я отдаю ему письмо и падаю на стул. Мое сердце бешено колотится, как будто оно только что осознало, что могло произойти. Я начинаю гадать, почему мы должны вернуться. Я спрашиваю себя, почему он дает нам время, если хочет разлучить нас. Может, он дает нам возможность попрощаться? Нет, это глупо. Не так ли?
- Так... Он не знает.
- Может, он прислал торт в качестве последней закуски перед казнью, - лично я бы предпочел бутылку виски, но торт для Поттера ко дню рождения.
- Почему мы должны уехать?
Я смотрю на него. Он пытается скрыть разочарование.
Я вполне насладился своим пребыванием здесь. И я понимаю, что обязан удовольствием только его компании. Я ужасаюсь, что с восторгом смотрю на перспективу провести остаток лета здесь. С ним. Я отталкиваю эту мысль.
- У вас столько же информации, сколько у меня, Поттер.
- О, - его лицо вытягивается, - Хотите торт, профессор? - его голос холоден, и я гадаю, почему. Тут я понимаю, что назвал его Поттером. Мысленно я тоже называю его Поттером. Подозреваю, что это имеет непосредственное отношение к тому, что я одет. Или он одет. Очень просто. Голый: Гарри. Одетый: Поттер. Очень логично.
- Профессор?
Я смотрю на него. Ах, да. Торт. - Нет, спасибо. Предпочитаю не пытаться подсластить свою желчь, - я усмехаюсь в попытке рассеять напряжение, повисшее между нами. Он не отвечает. Он даже не двигается. Он смотрит на меня.
Черт. Мне пришло в голову, что он не даст мне закончить все это так изящно. Нам нужно *поговорить*. Внезапно мне хочется, чтобы Дамблдор прикончил меня. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не знаю, что. Кажется, все уже сказано. Границы, правила, возраст, этика... ля-ля бля про тополя.
Это не моя жизнь.
- Слушай, мы не могли бы просто пропустить ту часть, где ты мне скажешь, что все это было неправильно?
Я удивленно поднимаю бровь. Не знаю, радоваться или нет тому, что мы мыслим одинаково. - Кажется, все это уже было сказано? Не очень-то это помогло.
Он ухмыляется. Я не должен чувствовать благодарность за это.
- Я имею в виду, ну, ты знаешь, я не жалею об этом. Но... Он замолкает, и я напрягаюсь в ожидании. Видно, как он старается подобрать слова. Он вздыхает и садится на стул рядом со мной.
- Ты уже пожалел, да?
Я хочу сказать *да*, но вместо этого с губ срывается *я не знаю*. Странно. Конечно, я знаю. Я не должен был этого делать. Я сдался. Я пал.
Мне это понравилось.
Черт.
- Потому что если ты жалеешь, то я почувствую вину. Не за то, что сделал это... За то,... что заставил тебя это сделать.
- Ты меня не заставлял ничего делать.
Он фыркает. - Ой, да ладно. Я же практически затащил тебя в постель.
- Насколько я помню... - начинаю я и обрываю себя. Образ Поттера, растянувшегося на кровати в ожидании, оглушает меня. Я ерзаю на стуле. - Я сам отвечаю за свои действия. Сожалею я или нет, это не важно. Важно то, что мы должны обсудить, что происходит сейчас.
Нет. Это не нужно обсуждать. Все очевидно. Я бегу. Далеко.
- Ты правда хочешь это обсудить? Или ты все уже решил?
Мне вдруг приходит в голову, что пока я изучал его, становясь экспертом по Поттерам, он делал то же со мной. Кроме Дамблдора, никто еще не мог сказать, что знает меня. Какая-то часть меня проклинает себя за то, что я позволил этому произойти. Я хмурюсь.
- Единственная вещь, которую я могу сделать, как профессионал, это уйти в отставку.
Он бледнеет, его рот приоткрывается. - Ты не можешь это сделать, - говорит он хриплым шепотом, и я вижу, как его заполняет вина. Почему-то я чувствую облегчение. Желание уйти в отставку ускользает в трещину, появившуюся в моей морали. Я сказал трещину? Я имел в виду пропасть.
- Что ты предлагаешь? - это должно было звучать, как язвительно-нетерпеливое замечание, но слова вышли подозрительно беспомощными.
Он хмурит брови и вздыхает, потом закрывает глаза. - Мы сделаем так, как написано в письме. Я скажу Дамблдору, что наши уроки закончены. У тебя останется мой плащ... - он осекается. Я киваю и борюсь с волной... чего-то. Я откашливаюсь и говорю,- Это единственный реальный выход, - я пытаюсь заставить себя поверить в это.
Он заставляет себя улыбнуться, - Я знаю, - улыбка становится усмешкой, - Но после того, как я закончу школу, мы должны повторить это.
Я думаю, доживет ли он до этого. Он берет мою руку и тянет к своим губам - восхитительным, мягким, розовым губам. Я закрываю глаза и пытаюсь не думать о том, как несправедливо расставание с этими губами сейчас, когда я познал их.
- Я буду скучать.
Слова "Иди, собирай вещи" вылетают из моего рта. Я все еще чувствую тепло его губ на своей коже. Я слышу, как он уходит, и подавляю порыв остановить его. Я подавляю все странные чувства, царящие во мне, и собираюсь, чтобы вернуться в Хогвартс.
***
Я стою перед входом в кабинет директора. Логика говорит мне, что он ничего не знает. Торт был послан просто как портключ. Но я все еще не понимаю. Пока я не увижу лицо старикана, я не могу быть уверен, что все сошло с рук. Назойливый вопрос вертится в голове - *что если?*
Итак, меня уволят. И хорошо. Особенно после слов Поттера, - *Знаете, профессор, теперь я никогда не смогу видеть ваш свирепый взгляд и не вспомнить, как вы говорите, что хотите меня трахнуть*. Как, черт побери, я смогу вести у них уроки без своего фирменного взгляда? Лонгботтом учится в этом классе. Черт. Вести занятия с эрекцией - это что-то новенькое.
Внезапно дверь открывается, и я вижу Блэка. - Он хочет тебя видеть.
Так как я все еще не разорван на части, я прихожу к выводу, что он ничего не знает. Я немного расслабляюсь. В голове крутится фраза *я трахнул твоего крестника*. Вдруг я понимаю, что не жалею ни о чем. Наоборот, я доволен собой.
Я вхожу. Блэк за мной не идет. На пороге кабинета последние сомнения покидают меня. Дамблдор доброжелательно улыбается. Это не лицо человека, который собирается меня проклясть. Я готов поверить, что судьба благосклонна ко мне. Я ликую. Вдруг кто-то поднимается из кресла. Я понимаю, что все приятное когда-то кончается. Но почему так быстро? Я вижу Ремуса Люпина.
- Привет, Северус, - улыбается он.
Пусть люди ненавидят меня, но когда я презираю кого-то, я честно демонстрирую это. Я разрушил его карьеру. Как он смеет мне улыбаться? Я хмурюсь.
- Спасибо, Ремус. Увидимся завтра.
Он пожимает рук директору и уходит. Я вдруг снова думаю об отставке. Мне просто пришло в голову, что сейчас я услышу традиционную ежегодную проповедь на тему "будь добр к новому профессору Защиты от темных искусств". Я говорю себе, что совет управляющих никогда не разрешит снова преподавать оборотню. Но тут же вспоминаю о могуществе Дамблдора. Мы потакаем его безумию, потому что он могуществен.
Дверь закрывается, и я пересекаю комнату.
- Привет, Северус.
Я киваю в знак приветствия, и собираюсь с силами. Я почти слышу его слова *я хочу попросить вас, чтобы вы готовили ужасно сложное и трудоемкое зелье для человека, который пытался вас убить*
- Все нормально?
- Да, - *Хватит об этом*
Он хмурит брови. - Замечательно. Если ты не против, Северус, я хотел бы знать... Почему ты здесь?
На мгновение я растерялся. Я чувствую себя так, как будто упал со скалы. Невероятно, как такой простой вопрос может так много значить.
- Вы... Вы написали мне письмо, - мой голос срывается. Это меня не волнует.
Его лицо каменеет. Кажется, он готов убить кого-нибудь. Меня, например.
- Северус? Где Гарри?
- Он... Портключ... Торт... Албус, вы прислали письмо, - я не в силах сказать, поэтому протягиваю ему письмо как доказательство. Он не выглядит убежденным. Его лицо вытягивается, и мое сердце замирает.
Я его убил. Я его трахнул и послал на верную смерть.
- Ты не знаешь, куда его отправил портключ? - я молча качаю головой. Он исчез. Его убьют. Это моя вина. Слова "Мне очень жаль" слетают с моего языка, и я почти смеюсь над собой. Неподходящее извинение за то, что я разрушил тот мир, который мы знали.
Я всегда догадывался, что совершу великое дело. Только я не знал, что это будет так глупо.
Я понимаю, что держу в руках горячую чашку с чаем. Дамблдор что-то говорит, но я не могу уловить смысл. Я пытаюсь найти способ исправить то, что я сделал.
Тихий голос в моей голове говорит, что это не моя вина. Что я не мог знать. Но его заглушает другой голос, который кричит *Какого хрена ты наделал?*.
- Северус?
Я смотрю на него. Он терпеливо ожидает моего ответа. Мне хочется, чтобы он меня ненавидел. Вдруг горячий чай проливается, ошпарив мне руку. Боль отрезвляет меня. Паника уходит, сменяясь холодным расчетом. Я справляюсь с собой.
- Мы не должны терять надежду. Он может сбежать.
Я киваю, не доверяя своему голосу. Он встает и идет к камину.
- Минерва, пожалуйста, найдите Сириуса Блэка и скажите, что я хочу его видеть.
Замечательно. Меня все-таки убьют.
***
- Сириус, присядь, пожалуйста, - Блэк подозрительно смотрит на меня. На этот раз оправданно. У меня не хватает сил, чтобы бросить на него ответный взгляд.
- Сириус, у нас есть подозрение, что Гарри похитили, - я мысленно аплодирую директору за его тактичность и кидаю быстрый взгляд на Блэка. Я почти жалею его, и потрясен этим. Его рот приоткрылся. Он побледнел. Я вижу страх в его глазах.
Страх сменяется убийственной яростью, когда он смотрит на меня. Я невольно тянусь к своей палочке за защитой, но в короткий миг решаю не защищаться, если он захочет убить меня. Смерть будет милосердным избавлением от жизни, полной сожалений, которая меня ожидает.
- Что случилось? - спрашивает он сквозь зубы. - При чем здесь он?
Дамблдор вздыхает и спокойно говорит, - Северус присматривал за Гарри, когда ты покинул темницу.
- Вы заперли Гарри с этим?! - он указывает на меня, и тут же все подобие жалости к этому человеку исчезает во мне. Я снова обретаю свой свирепый взгляд. - Что ты с ним сделал? - рычит он, брызгая слюной.
- Нет, серьезно, неужели ты думаешь, что если бы я что-то с ним сделал, я бы сейчас сидел здесь? - ну ладно, практически я *что-то* с ним сделал, но это сейчас к делу не относится.
- Сириус, я гарантирую, что Северус не виноват. Он получил письмо, как будто от меня, и прибыл сюда, считая, что выполняет мои указания.
- И ты его не проверил? - спрашивает он, как будто я идиот.
Я сжимаю зубы и заставляю себя спокойно сказать, - Нет. Так как только Албус знал, где мы находимся, мне не пришло в голову проверить письмо.
- Понятно, значит, Волдеморт знал, где вы. Странно, что ты еще здесь, - его обвинение заставляет меня замереть. Я прищуриваю глаза с вызовом.
- Сириус... - начинает Дамблдор, но я перебиваю его.
- Что ты имеешь в виду, Блэк? - я сделал в этой борьбе больше, чем он и все его друзья, и рисковал своей шкурой чаще. Я не позволю этому дураку обвинять меня в связи с Темным Лордом.
Он усмехается. - Просто мне интересно, почему Волдеморт забрал Гарри и оставил тебя? Ты его предал, а он разрешил тебе уйти. Странно, не так ли? Или ты предал не его? Снейп, во сколько он оценил жизнь невинного мальчика?
Остатки моего терпения покидают меня. Я хватаюсь за свою палочку. Он тоже. Я быстрее.
- Хватит, - кричит Дамблдор, поднимаясь на ноги.
Я поджимаю губы. Я не хотел его убивать, только растворить его язык.
- Хватит ребячества. Вспомните, что вы оба взрослые люди. - Нет, это я взрослый человек. Он - пес.
Блэк отворачивается от меня. Я мог бы воспользоваться этим, но директор наверняка опередит меня. Разочарованный, я опускаю свою палочку. Я так надеялся увидеть, как он проклинает меня без языка.
- Сириус, прошу вас проверить окрестности школы. Гарри мог аппарировать.
- Аппарировать?
- Он учился. Идите, пожалуйста.
Бросив еще один уничтожающий взгляд на меня, он принимает форму, более соответствующую его интеллекту, и убегает. Я поворачиваюсь к Дамблдору, пытаясь успокоиться. Как ему удается заставить чувствовать себя так, как будто я все еще непослушный школяр?
- У тебя есть соображения по поводу того, как Волдеморт удалось вас найти? - его глаза изучают меня. Я не отвожу взгляд, пытаясь определить, сомневается ли он во мне. Если да, я хочу развеять сомнения. Возможно, я непрофессиональный, неэтичный и безвольный, но я не потерплю обвинений в предательстве.
- Нет. Я не знаю, где он.
Он кивает, и я вижу, что он мне верит. Я борюсь с желанием снова свалиться в кресло. Вдруг я вспоминаю сон Поттера. Я должен сказать ему все, что мне известно.
- Албус, может, это не важно, но... Мальчику вчера было плохо. Потом ему снился сон, что... - я замолкаю, вдруг поняв, почему Поттер не хотел мне рассказывать об этом. Это звучит абсурдно. - Он видел во сне, что Волдеморт... слился с дементорами.
Я изучаю его реакцию. Кажется, он понял.
-
Он не спал, когда шрам вдруг начал болеть. Он разбудил меня. В какой-то момент от боли он потерял сознание, - я отталкиваю мысль, что он потерял сознание в моей постели. Это не важно.
- Слился... ты имеешь в виду поцелуй?
Мой рот кривится от отвращения. - Да.
- Понятно, - голос серьезный. На его лице на мгновение появляется выражение побежденного. Он прогоняет его.
- Вы думаете, это было видение? Про Волдеморта.
- Я думаю, что это не было ни сном, не видением. Но я думаю, что это важно. Я не могу судить, пока не поговорю с Гарри, - по выражению его лица я понимаю, что дискуссия окончена. Я почти проклинаю его за это. Но я сейчас не в праве проклинать никого.
- Хорошо, Северус. Иди к себе. Я не хочу, чтобы все знали, что ты здесь.
- Албус, вы же не хотите сказать, что...
- Я скажу, если мы что-то узнаем. И ты не пойдешь его искать, Северус. Это понятно?
Я негодую. Хотя если пока моя метка меня не беспокоит, я даже понятия не имею, где его искать. Я совершенно беспомощен.
Я встаю и иду к двери. Он останавливает меня. Я бросаю в камин щепотку дымолетного порошка. Последней мыслью перед тем, как я покинул его кабинет, было *как несправедливо, что моя красивая, холодная темница теперь станет моей тюрьмой*.
***
Вместо того чтобы сидеть в своей комнате, думая над горькой судьбой этого чертового мальчика, я пытаюсь провести время с пользой. Я сижу за столом, заваленным книгами из моей большой библиотеки. Я слишком мало знаю о бессмертии. Я не понимаю, почему кто-то хочет жить сотни лет. По мне это было бы скорее наказанием. Конечно, пытаться понять, почему Волдеморт делает что-то, так же реально, как получить от Дамблдора какие-либо объяснения.
Я презираю их обоих.
Я не нахожу ответов в своих книгах. Если бы я не был прикован к своим комнатам, я отправился бы в библиотеку и поискал что-нибудь там. Отчаявшись, я иду за бутылкой виски. В ней я найду ответы.
Мои запасы спиртного уменьшаются, заметил я. Незаконченная бутылка виски напоминает мне о нем, и мое сердце сжимается. Я пытаюсь не думать, жив ли он. Прошло уже пять часов. Каждая секунда уничтожает надежду, за которую я все еще отчаянно цепляюсь.
Я оставляю виски и беру последнюю свою бутылку бренди. Я говорю себе, что виски мы отпразднуем с ним его счастливое спасение. Часть моего мозга критикует глупый оптимизм. Но я умышленно подавляю эту часть, и слепо верю в его спасение.
Я сажусь в *это* кресло и жду. Он вернется. Моя жизнь была бы слишком удобной без него, чтобы я это заслужил.