54 глава (2 сезон ) предпоследняя
Результаты прослушивания
Шери, мы рады сообщить вам, что вы прошли отбор. В понедельник ждём вас на собеседовании для подписания предварительного контракта и обсуждения условий сотрудничества. Добро пожаловать в команду.
Я перечитала письмо три раза. Потом — ещё один. И только потом, как будто разрешив себе, резко вскрикнула:
— А-А-ААААА!
Пэйтон, который только что ушёл в ванную, выскочил в коридор в одних шортах, с пеной на лице.
— Что случилось?! Кто-то умер?! — вытаращил глаза.
— Я ПРОШЛА! — заорала я, подпрыгивая на месте. — МЕНЯ ВЗЯЛИ!
Он замер. Потом сбросил пену с подбородка рукой и просто подошёл, крепко обнял меня.
— Я же говорил. Я знал. Шери, ты… ты летишь, понимаешь? И это только начало.
Я всхлипывала, смеясь и плача одновременно. В груди — мешанина из счастья, страха, надежды.
— В понедельник уже собеседование, контракт, всё серьёзно…
— Это твой новый этап. И я с тобой. До конца.
Он взял моё лицо в ладони. — Ты родилась, чтобы сиять. Просто не бойся.
---
Вечером я сидела на подоконнике, укутанная в плед, глядя на город. Улица жила своей жизнью — машины, прохожие, фонари. А у меня внутри всё изменилось. Казалось, что даже воздух стал другим.
На телефоне — голосовое от Райли:
> «Ты прошла? ШЕРИ, Я ПЛАЧУ, БОЖЕ, Я ГОРЖУСЬ! Если бы я не была беременна, я бы прыгала сейчас! Я тобой дышу, ты поняла? ВПЕРЁД, СЕСТРА!»
Я улыбнулась, нажала «ответить» и сказала только одно:
— Вперёд, сестра.
---
Утро понедельника.
Будильник прозвонил в 6:00. Я не спала почти всю ночь. Просто лежала и представляла, как всё может измениться.
Перед зеркалом — белая рубашка, снова. Только теперь я добавила к ней кулон с нотой — подарок Пэйтона.
Он проводил меня до студии. В машине мы почти не говорили — просто держались за руки.
— Не смотри на них как на богов, — сказал он, когда я уже выходила. — Смотри на них, как на людей, которые просто ещё не знают, как сильно им повезло, что ты пришла.
Я кивнула. И шагнула в здание.
Я шагнула внутрь здания студии Nova Sound и сразу почувствовала запах кофе, дерева и ноток нервного ожидания. Просторный холл был оформлен в тёплых тонах: кирпичная кладка, большие окна, кожаные кресла. На стенах — фотографии артистов, выступавших с этой студией. Некоторые имена я знала. Некоторые были настоящими звёздами.
— Шери ? — спросила девушка с бейджиком "Алиса", поднимаясь из-за стойки.
— Да, это я.
— Проходите, вас уже ждут. Комната переговоров 3, по коридору и налево.
Я кивнула, крепче сжала ремешок сумки с гитарой и пошла. Сердце билось в горле. Ладони были ледяными. Казалось, если я сейчас заговорю — голос предаст.
Комната переговоров была светлой. За столом сидели трое. Я узнала одну из них — женщину с серебристо-седыми волосами и серьёзным взглядом. Это была Грейс Эллиот, продюсер и сооснователь Nova Sound.
Рядом с ней — молодой парень в худи и кроссовках, волосы были собраны в пучок. Он представлялся расслабленным, но глаза бегали быстро — явно звукарь. И третья — девушка, эффектная, с тёмными губами и острым взглядом, которая держала планшет и что-то в нём записывала.
(Позже я узнала, что это была Сейди Луис, продюсерка, работающая с молодыми артистами. Её боялись. И уважали.)
— Доброе утро, Шери, — сказала Грейс. — Поздравляем. Ваше прослушивание нас впечатлило.
— Спасибо вам большое… — я выдохнула, стараясь не дрожать.
— Садитесь. Нам нужно обсудить, что дальше.
Я села, поставила гитару рядом.
— Ваш тембр редкий. У вас не просто голос — у вас история, — сказала Сейди, не поднимая глаз от планшета. — Мы видим в вас потенциал для долгосрочной работы. Вопрос — готовы ли вы к серьёзной дисциплине?
Я сглотнула.
— Я готова учиться. Работать. Всё, что потребуется.
Сейди кивнула, но всё ещё выглядела так, будто проверяет — врёшь или нет.
— Ваша песня "Мы любим и дышим" — вы её написали сами?
— Да. Музыка и текст — мои.
Парень с пучком, которого звали Томми, вставил:
— Это чувствуется. И мы хотим предложить: вы начнёте с записи трёх демо в студии. Мы посмотрим, как вы звучите с аранжировкой. После этого — решим, в какую сторону двигаться: альбом, EP, возможно, тур по колледжам. Мы даже рассматривали… дуэт.
— Дуэт? — переспросила я.
— Да. У нас есть одна артистка. Тоже новая. Очень самобытная. Возможно, вы сойдётесь.
Грейс подняла глаза и сказала:
— Впрочем, сегодня мы бы хотели вас познакомить. Она здесь. Можете поговорить, почувствовать, совпадает ли энергетика.
— Конечно, — я кивнула.
В дверь постучали.
— Вот и она, — сказала Сейди, отложив планшет.
И в комнату вошла...
В дверь постучали, и Сейди сказала:
— Входи.
Дверь отворилась — и на пороге стояла Мэдс. Всё та же: свободная ванильная рубашка, джинсы с порезами, волосы небрежно собраны. В руке — блокнот, на лице — лёгкая ухмылка.
Но глаза у неё... выдали всё.
Она тоже не ожидала.
— Ты? — выдохнула я, вставая со стула.
— Шери?.. — она остановилась, держа руку на дверной ручке. — Подожди. Это ты и есть «Шери?
— А ты — та самая новая артистка?..
Грейс с лёгкой улыбкой наблюдала за нами.
— Вы знакомы?
— Эээ… — хором выдали мы с Мэдс, одновременно засмеявшись. — Да, случайно. В музыкальном кафе.
Сейди, как будто её это ничуть не удивило, пробежалась пальцами по планшету:
— Ну что ж. Тогда будет проще. Мы уже подумали, что вы можете подойти друг другу. Не только как сольные исполнители, но и как дуэт.
— Дуэт? — мы снова хором.
Томми усмехнулся:
— У вас даже синхронность голосов. Это уже хороший знак.
Мэдс бросила на меня взгляд. В нём было столько эмоций: удивление, радость, и… неуверенность.
— Шери… ты согласна попробовать?
Я чуть растерялась. Всё происходило так быстро. Но внутри было странное тепло. Это ведь Мэдс. Та, с кем легко. Та, кто говорит правду в строчках. Та, с кем — музыка звучит громче.
Я посмотрела на продюсеров, потом снова на неё — и кивнула:
— Попробуем.
Мэдс широко улыбнулась и сделала шаг ближе.
— Тогда пошли писать историю, партнёр.
---
Позже. Студийная комната.
Мы сидели рядом, каждая с блокнотом, и смеялись над нашими попытками рифмовать «океаны» с «диванами». Томми возился у пульта, а Сейди наблюдала из-за стеклянной стены.
— Честно? — сказала Мэдс, отрываясь от строк. — Я рада, что это ты. Весь этот шоу-бизнес может быть диким. А с тобой… как дома.
Я улыбнулась.
— Взаимно. Но только попробуй затмить меня на сцене — и я брошу в тебя микрофон.
— Справедливо. Но знай: я метко кидаюсь блокнотом.
Мы рассмеялись. И я поняла — начинается что-то новое. И важное
Мы вышли из студии, вечер был тихим и прохладным. На небе уже загорались первые звёзды.
— Шери, тебя подвести? — спросила Мэдс, оборачиваясь ко мне с открытой улыбкой.
Я посмотрела на улицу, на фонари, на медленно едущие машины и покачала головой:
— Нет, спасибо. Я лучше пешочком пройдусь.
— Хорошо. До встречи?
— Да, давай. — я кивнула.
Мэдс развернулась, махнула рукой и села в свою машину. Через пару секунд та мягко тронулась с места и быстро скрылась за поворотом.
Я повернулась и пошла в сторону дома. До него было идти минут сорок. Обычно это казалось долго, но сейчас… я даже не заметила расстояния. Мысли шли впереди меня.
> Всё, что произошло за последнее время, будто пронеслось перед глазами.
Встреча с Пэйтоном. Его теплота. Мы снова вместе.
Музыка. Студия. Дуэт с Мэдс.
Я будто просыпалась от долгого сна и начинала жить по-настоящему.
Когда я подняла глаза, то уже стояла у своего дома.
И тут я увидела в окне Пэйтона. Он был не один — с каким-то парнем.
Я замерла.
Подойдя ближе, я инстинктивно остановилась и прислушалась.
— Пэйтон, это мой последний бой! Мне нужен ещё один! — голос парня был громким, настойчивым.
— И что? Иди с другими, выходи сам! — резко ответил Пэйтон. Он был раздражён. Таким я его почти не видела.
— Ты не понимаешь?! На меня такие деньги ставили! А тут просто — не успел среагировать! Это был несчастный случай! Но это серьёзные люди! Они потеряли бабки!
Пауза. Я затаила дыхание. Голос Пэйтона стал жёстче:
— Слушай, Джонни, мне плевать, кто эти люди. Иди и верни им деньги. Всё. Уходи. Скоро Шери придёт — и я не хочу, чтобы она тебя видела.
Джонни? Я отпрянула чуть назад, спряталась за угол.
В голове — сумбур.
> "Джонни? Может, просто совпадение. Мало ли Джонни в Америке... Но всё равно — странно. Слишком странно."
— Ах, Шери… — голос Джонни стал тихим, почти угрожающим. — Интересно, а что, если она узнает, чем ты на самом деле занимался?..
— Всё, вали! — Пэйтон выкрикнул это громче, а через секунду хлопнула дверь.
Я осторожно выглянула из-за угла.
Пэйтон действительно вышвырнул Джонни за порог.
Тот огляделся, зло посмотрел на дверь и крикнул:
— Всё равно выйдешь!
Он скрылся в темноте.
Я глубоко вдохнула, успокаивая сердце, и только через минут десять подошла к двери. Пальцы дрожали, но я взяла себя в руки и толкнула её.
— Пэйтон, я дома, — позвала я как обычно. Только внутри всё уже было по-другому.
— Шери, привет. Ну как ты? — Пэйтон подошёл ко мне, обнял крепко, как будто очень ждал этого момента.
— Всё хорошо, — тихо ответила я и обняла его в ответ.
На секунду я просто вдыхала его запах, его тепло. Но внутри не отпускало.
Я набралась смелости.
— Пэйтон… ам, я видела, как из дома выходил парень. Он… был очень похож на Джонни. Это был он?
Он замер. Медленно отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.
— Шери… я всё тебе расскажу. Сейчас.
Он тяжело выдохнул, засунул руки в карманы и пошёл в гостиную.
Я молча пошла за ним, села на диван и уставилась в пол.
— Да, это был Джонни, — начал он, тихо, почти не глядя на меня. — Когда ты уехала… я был сломан. С музыкой не всегда шло. Я не знал, куда деть себя. Хотел забыться. Хоть как-то.
Он сжал руки, будто вспоминая всё это.
— Я начал заниматься боями. Подпольными. Не ради денег — просто… чтобы выключить голову.
— И начал бить людей, чтобы выплеснуть мысли? — перебила я, чуть тише, чем хотела.
Он качнул головой:
— Нет. Всё не так. Мне было больно. Я не знал, как жить без тебя. Джонни появился тогда… он знал, что я слаб. Подкидывал предложения. Я проигрывал. Часто. А потом… выиграл. Три боя подряд. Последний — с ним.
Он замолчал на секунду, потом продолжил:
— Он был лучшим. И не вынес поражения. С тех пор он меня… преследует. Хочет, чтобы я снова вышел на бой. Я отказался. Уехал. Думал — всё. Но теперь, когда вернулся, он опять объявился.
Он посмотрел на меня серьёзно:
— Я рассказываю тебе это сейчас, потому что не хочу, чтобы ты узнала от кого-то другого.
Я молчала.
В голове не укладывалось. Пэйтон. И бои.
Я представляла его с гитарой. С песней. Со мной. Но не так…
— И что? Он теперь требует бой? — наконец, прошептала я, подняв взгляд.
Он лишь кивнул. В его глазах не было страха. Только сожаление.
— Но ты же не выйдешь? — спросила я, почти умоляюще.
Он сразу покачал головой.
— Нет. Конечно, нет. Я не хочу туда возвращаться. Я выбрал тебя. И музыку. А не кровь и страх.
Я выдохнула. Где-то внутри отпустило.
— Хорошо… Просто… пообещай. Что бы он ни говорил — ты не вернёшься в это.
Пэйтон взял меня за руку, прижал к груди:
— Обещаю. Пока ты со мной — у меня есть ради чего бороться. Без ринга.
Утро было тревожным с самого начала. Пэйтон ещё спал, дышал спокойно, уткнувшись в подушку. Я лежала рядом, глядя в потолок.
Но мысли не давали покоя.
> Джонни.
Подпольные бои.
Угрозы.
И прошлое Пэйтона, о котором я даже не подозревала.
Я встала, надела джинсы и толстовку, закрутила волосы в пучок.
На кухне оставила записку: «Вышла на пару дел, скоро вернусь. Не волнуйся. Люблю».
Открыв телефон, я набрала номер — тот, что мелькал у Пэйтона, когда звонил Джонни. Я запомнила. Интуитивно.
📞 Гудки. Один… два…
— Алло? — голос хриплый, настороженный.
— Джонни? Это Шери. Мы должны поговорить. Один на один.
Пауза.
— Шери? Ты серьёзно? Откуда у тебя… ладно. Где и когда?
— Кафе "Тихий берег", через 30 минут.
— Буду.
---
Через полчаса.
Кафе было почти пустым. Я выбрала стол у окна, заказала только воду и смотрела, как в отражении стекла появляются прохожие.
Через стекло я увидела, как Джонни приближается — высокая фигура в чёрной куртке, хищная походка. Он вошёл, снял капюшон и сразу направился ко мне.
Подошёл, и, не садясь, осмотрел меня с головы до ног.
Улыбка — та самая, самодовольная.
— Шери… — произнёс он с насмешкой. — Ты изменилась. Но осталась всё той же… красоткой.
Я подняла на него взгляд. Спокойный, но холодный.
— Замолчи, Джонни. — сказала я чётко, ровно, глядя ему в глаза.
Он немного оторопел, но тут же сел напротив, хмыкнув:
— Ладно. Прямо по делу, да? Ну, это даже интересно.
Я не моргнула.
— Говори, зачем ты снова лезешь в жизнь Пэйтона.
Он облокотился на стол, заглядывая в глаза, словно изучал:
— Ты ведь даже не представляешь, через что он прошёл. А я — да. Мы с ним… не просто враги. Мы как тень и свет. И пока он делает вид, что может уйти в свою "музыку и любовь", я напоминаю ему, кто он есть на самом деле.
— Он уже выбрал. И это не ты. Не бои. И точно не грязь, в которую ты его тянешь.
Джонни чуть ухмыльнулся, достал из внутреннего кармана телефон и положил на стол. Несколько нажатий — и экран засветился видео.
> На нём был Пэйтон. В подземке. В окровавленной майке. Он вытирал кровь с лица, тяжело дыша, а в зале ревели мужики, делая ставки.
— Видишь? — тихо сказал Джонни. — Он был там. Он дрался. Жестко. Регулярно. Думаешь, он рассказал тебе всё? Только светлую сторону?
Я не отводила глаз. Сердце забилось чаще, но я не позволила себе дрогнуть.
— И что ты хочешь этим сказать? Что он не идеален? Я и не ждала идеального. Он человек. Сломанный, но сильный. И знаешь, в отличие от тебя — он выбрал жить, а не прятаться за кулаками и угрозами.
Он усмехнулся.
— Ты думаешь, он не вернётся? А если я заставлю? Одно видео — и всё. Его карьера, его репутация, его студия — до свидания.
Я резко встала. Сердце билось в горле, но голос звучал твёрдо:
— Если ты тронешь его или попытаешься разрушить его жизнь — я не просто приду за тобой. Я сделаю так, что у тебя не останется шанса угрожать кому-либо. Никогда.
Он поднял руки в жесте "спокойно".
— Ладно-ладно, тигрица… — фыркнул он. — Просто имей в виду. Всё может поменяться. В одну ночь.
Он встал, сунул телефон в карман и пошёл к выходу, бросив через плечо:
— Сегодня, полночь. Старый завод. Хочешь знать всю правду — приходи. Только одна. Без героя. И, может быть… ты действительно узнаешь, кого любишь.
---
Я осталась стоять одна. В груди — пожар. В голове — каша.
Прошла неделя. Джонни больше не звонил. Ни мне, ни Пэйтону.
Он просто исчез.
Но я знала — такие, как он, не исчезают просто так.
Но пока он молчал — мы решили жить дальше. Не вспоминать. Не бояться. Не ломать себя о то, что уже позади.
Я старалась выбросить из головы и ту встречу в кафе, и его угрозы. Просто стёрла.
Всё равно я знала — Пэйтон не вернётся туда.
---
Тем вечером мы сидели с Пэйтоном в гостиной, болтали по видеозвонку с Райли и Диланом.
Экран светился теплом — Райли, уже с округлившимся лицом, сидела, закутавшись в плед. Дилан рядом — тёр ей плечо и что-то шептал.
— Как там ребёночек? — спросил Пэйтон с улыбкой.
— Всё отлично! — ответила Райли. — Беременность пока проходит спокойно. Тошнит редко, только если вижу Дилана с пиццей.
— Эй! — возмутился он, и мы рассмеялись.
— А у вас как дела? — продолжила Райли. — Шери, когда вы приедете? Мы скучаем.
— Не знаю, Райли… — я вздохнула. — Пока слишком всё закручено. Но мы обязательно приедем. Скоро. Я обещаю.
— Надеюсь, — кивнула она. — Без вас тут слишком тихо.
Мы ещё поговорили минут двадцать. Обсудили детские имена, музыку, новые рецепты для беременных и даже кошмар, который приснился Дилану (он орал во сне, что ребёнок сразу потребовал кредитку).
И вот — звонок в дверь.
Я и Пэйтон переглянулись.
— Ты кого-то ждёшь?
— Нет. А ты?
— Нет.
Он встал и пошёл вниз. Я последовала за ним.
Пэйтон открыл дверь — и там стояла Кайли.
Да, Кайли.
Та самая. Враг детства.
Чирлидерша. Скандалистка.
Она… перекрасилась. Теперь волосы были насыщенно каштановые. Но взгляд всё тот же — острый, колкий.
— Кайли? — удивился Пэйтон. — Что ты здесь делаешь?
— Привет… Пэйтон. Я пришла… извиниться.
— Извиниться? — он прищурился. — За что?
— Можно… войти?
— Ах да… проходи. — он чуть посторонился.
Я осталась стоять на лестнице, настороженно глядя на неё.
Она вошла, и подошла ко мне.
На секунду — наши взгляды пересеклись. Я ожидала всего. Усмешки. Холодного "ну привет". Или пассивной агрессии.
Но Кайли вдруг… заплакала.
— Шери… прости. Пожалуйста. За всё. Я столько всего натворила. Я вела себя ужасно. Подлая, злая. Я не могу это изменить, но… я больше не хочу быть такой.
Я растерялась.
Это была Кайли, та, что доводила меня в школе, которая соревновалась, нападала, язвила.
А теперь она стоит и плачет, как девочка, которая впервые сказала "мне жаль".
Я посмотрела на Пэйтона — он удивлённо пожал плечами.
— Пошли в кухню, — сказала я, взяв её за руку. — Давай поговорим.
Она кивнула и пошла за мной.
И впервые — не с вызовом, а с надеждой.
---
Мы сели за кухонный стол. Пэйтон поставил перед нами по чашке чая и присел рядом, наблюдая молча. Кайли вытирала глаза, но не пыталась изображать сильную. Впервые — без маски.
Она вздохнула глубоко, словно боялась говорить, но всё же начала:
— Шери… Просто, понимаешь… ты всегда была такой яркой. У тебя было всё — внимание, друзья, успех. За тобой бегали парни, учителя тебя хвалили, тебя любили… А я? А я будто… мышь. Серая. Ненужная.
Я сжала ладони, но молчала. Слушала.
— Я… я завидовала. Очень. Это съедало меня изнутри. Я хотела быть тобой. Хотела, чтобы хоть раз на меня посмотрели, как на тебя. И да, я мстила. Дразнила, строила из себя королеву, пыталась тебя задеть. Мне казалось, если ты упадёшь — я поднимусь.
Она опустила голову и всхлипнула.
— Но ты не падала. Ты всегда была сильной. Даже когда я была змеёй, ты не становилась такой же. И мне… стыдно. Очень. Я не жду, что ты простишь. Просто хотела сказать. Просто… хотела, чтобы ты знала.
Я долго молчала. Сердце сжималось. Было больно — не от обид, а от того, насколько сильно человек может сломаться в тени чужой яркости.
Пэйтон тихо потянулся к моей руке, сжал её. Его взгляд говорил: «Решай сама. Но я рядом».
Я посмотрела на Кайли. Она сидела, поникшая, без макияжа, с чуть дрожащими руками. Уязвимая. Человеческая.
— Кайли… я… не знала, что ты так себя чувствовала.
— Она вскинула глаза.
— Ты делала мне больно, да. Но сейчас ты честная. И я это уважаю.
Она снова заплакала — уже тише, облегчённо.
— Простите. И ты, Пэйтон. Я же тогда... пыталась вас поссорить. И всё это с балом... и с подставами.
— Да забей, — сказал он спокойно. — Всем когда-то башню сносит. Главное — что теперь ты другая.
Наступила тишина.
Я встала, подошла к Кайли и обняла её.
Не из жалости. А из понимания.
— Мы не обязаны быть врагами. Хочешь начать с чистого листа?
— Хочу… — прошептала она. — Очень хочу.
Прошло пару часов после её визита. Мы с Пэйтоном сидели в комнате, он листал блокнот с песнями, а я — просто смотрела в одну точку.
Мы простили. Приняли. Но…
> Что-то внутри меня не давало покоя.
Слишком странное совпадение.
Я вздохнула и сказала вслух:
— Пэйтон… а тебе не кажется это странным?
— Что именно?
— То, как всё происходит. Сначала Джонни. Угрожает. Потом — полная тишина. Неделя. Ни слуху, ни духу. А потом — Кайли. Неожиданно. С извинениями. С откровениями. Слезами. Всё как по сценарию.
Он замер, отложил блокнот и посмотрел на меня внимательнее.
— Ты думаешь, это как-то связано?
Я кивнула.
— Чувствую, что да. Кайли пришла не просто так. Или кто-то подтолкнул её… или она что-то скрывает.
Пэйтон сжал губы. Он редко злился, но я видела, как у него напряглась челюсть.
— Ты думаешь, она заодно с Джонни?
— Не знаю. Но я узнаю.
После того вечера мы с Кайли стали… не подругами, нет. Но чем-то вроде молчаливого перемирия.
Она старалась. Звонила. Иногда писала просто "Как день?", присылала мемы, даже приглашала погулять. И, самое странное — вела себя по-настоящему иначе.
Добрая. Нежная. Спокойная.
Где-то неуверенная.
Где-то — будто ждущая, что я оттолкну.
Но я не оттолкнула.
Мы гуляли с ней по улицам города, пили кофе на лавке у озера, смеялись над какими-то подростками, что пытались повторить танец из TikTok.
В какой-то момент я просто… перестала копаться.
Перестала искать подвох.
Приняла.
> Может, люди и правда меняются.
---
Спустя неделю — я получила письмо от студии. Сначала прочитала два раза, потому что мозг отказывался верить.
Потом — визг, слёзы, прыжки по комнате.
— Пэйтон!! — я закричала, подбегая к нему с телефоном. — Мы летим в тур! Мы летим!!
Он подскочил:
— ЧТО?! Серьёзно?! Куда?! КОГДА?!
Я едва сдерживала радость:
— В Лондон. Первый концерт — в Лондоне. Через две недели. Я, Мэдс и ещё две девочки из проекта. И… студия оплатит и сопровождающих — ты можешь лететь со мной.
Он замер на секунду, а потом просто подбежал и крепко обнял.
— Ты слышишь?! Это ЛОНДОН! Ты увидишь Райли! Дилана! А главное — ты выйдешь на сцену. В Лондоне, Шери!
— Я так счастлива… — прошептала я, прижавшись к нему. — Это мечта. И ты со мной.
Он улыбнулся и поцеловал в висок.
— Конечно, с тобой. Кто же ещё будет держать твой микрофон и таскать твою гитару?
Мы рассмеялись.
И в этот момент казалось, что мир стал легче.
Что всё — наконец-то — движется вперёд.
Аэропорт Хитроу, Лондон
Мы вышли из самолёта — я, Мэдс и Пэйтон. Воздух Лондона пах как-то иначе. Чище, холоднее, с примесью дождя и свободы.
Мэдс поправила капюшон и засмеялась:
— Ну вот мы и в Европе, ребятки. Где чай с молоком и автобусы с двух этажей.
Я выдохнула с улыбкой и посмотрела на Пэйтона. Он слегка щурился от ветра, но взгляд его был таким же — тёплым. Уверенным.
Моим.
— Как ощущения, мистер сопровождающий?
— Пока не началась погрузка гитар и кейсов — отлично.
Мы добрались до зоны получения багажа, словили свои чемоданы и вызвали такси.
Я держала телефон в руках — экран мигал сообщением:
> «Ждём вас! Райли уже не может усидеть на месте 💛 — Дилан»
---
🚗 Дорога к Райли
Мы ехали по улицам Лондона — мимо старинных домов, красных автобусов и людей в пальто с чашками кофе.
Пэйтон сидел у окна, смотрел в проходящие пейзажи.
Мэдс рассказывала анекдоты на английском с таким акцентом, что водитель хохотал, не глядя в зеркала.
А я…
Я просто ждала.
Каждую минуту становилось всё теплее внутри — от мысли, что скоро увижу её.
---
🏠 Дом Райли и Дилана
Дверь распахнулась, как только мы подошли к крыльцу.
— ШЕРИИИИ! — завизжала Райли, подбегая ко мне и с силой обнимая. — Ты настоящая! Не по видео! Не по голосовому!
— Ты… ты изменилась! — я рассмеялась, отрываясь от неё. — Ты светишься!
— Ну ещё бы, — вышел Дилан, с кружкой в руке. — Она у меня теперь носитель целой Вселенной.
— Привет, Шери. Привет, Пэйтон. Привет, кто бы ты ни была, с потрясными кедами, — он кивнул Мэдс.
— Мэдс, вокалистка, подруга, шутница и человек, который заставил стюардессу смеяться, когда я уронила сок, — бодро сказала она и протянула руку.
Все засмеялись. Атмосфера мгновенно стала домашней.
---
Мы вошли в дом. Он был тёплым, уютным, пах яблоками и булочками.
На столе уже стояли чашки. Райли принесла подушечки, на которых было написано "Mom to be" и "Don't mess with the bump".
Мы сели. Болтали. Обнимались. Обменивались новостями.
Пэйтон и Дилан ушли обсуждать какие-то наушники, а я с Райли осталась в кухне.
Она взяла мою руку.
— Ты счастлива?
Я кивнула.
— Сейчас — да. А ещё… страшно. Первый тур. Первое выступление. Столько ожиданий.
— Ты справишься, — ответила она. — Ты же Шери.
И в этот момент я знала — я дома. Даже в Лондоне.
Мы с Райли сидели на кухне, укутанные в мягкие пледы, с горячим шоколадом в руках. За окном моросил типичный лондонский дождь, а из гостиной доносился смех Пэйтона и Дилана.
Я чувствовала, что пора сказать.
— Райли, можно я тебе кое-что расскажу? Только ты не злись.
— Уже тревожно, но давай.
Я поставила кружку на стол, вдохнула.
— Кайли пришла. Ко мне. Просила прощения. Плакала. Мы даже гуляли потом. Она изменилась… Я просто решила простить. Забить на всё.
Лицо Райли застыло. Она смотрела на меня, не мигая, а потом тихо сказала:
— Ты… что сделала?
— Простила. Она правда изменилась, Райл. Была искренней. Не такой, как раньше. Не злой.
Райли резко отставила свою кружку.
— Шери, ты же не глупая. Ты же знаешь, как она умеет притворяться.
— Да знаю… но она…
— Нет. Ты думаешь, люди так просто меняются? Она всегда ненавидела тебя. Завидовала. Манипулировала. И вдруг — "ой, прости"? И всё?
Я молчала. Мне стало неуютно.
— Ты вспомни, сколько всего она тебе сделала. А теперь ещё этот Джонни рядом вертится… Ты правда думаешь, что это совпадение?
— Я думала… что, может, просто совпало. И она правда…
Райли наклонилась ближе, серьёзно:
— Иногда люди приходят назад не потому, что раскаялись. А потому что у них есть причина. Цель. И ты — часть этой цели.
Я отвела взгляд.
— Но я уже… пустила её ближе.
— Я не говорю "будь врагами". Но не будь наивной, Шери. Смотри в оба. Защищай себя.
Я кивнула, но в глубине души… я уже сделала выбор.
И Райли это почувствовала.
— Ты ведь меня не послушаешь, да? — тихо спросила она.
— Я просто… хочу верить, что она могла измениться.
— Ты всегда такая. Слишком добрая. — она слабо улыбнулась. — Я просто боюсь, чтобы это тебя не ранило.
Мы обнялись.
Но в комнате уже повисло тонкое напряжение.
Что-то в этом всём было не так.