Глава 39.смех и опоздание
Подвал Майка, который обычно служил штабом для обсуждения опасных планов, сегодня преобразился. Джонатан приволок старый проигрыватель, и по помещению поплыли мягкие, тягучие звуки хитов 80-х. На один вечер война была поставлена на паузу. Даже Хоппер, ворча, разрешил им устроить этот «выходной», понимая, что подросткам нужно хоть немного нормальной жизни.
Когда зазвучала «Every Breath You Take», атмосфера в подвале окончательно потеплела. Оди и Злата, которые за последние недели стали не просто подругами, а настоящими сестрами по силе и боли, вышли в центр. Они танцевали, держась за руки, смеясь и кружась, словно не было никаких лабораторий, Изнанки и монстров. Это был танец двух девочек, которые наконец-то почувствовали себя в безопасности. Злата в этот момент выглядела почти как прежняя: ее черные глаза светились не тьмой, а искренней радостью, а алые губы растянулись в мягкой улыбке.
Робин и Стив о чем-то весело спорили в углу, размахивая банками с газировкой, Нэнси и Джонатан тихо переговаривались у стены, а Майк с нескрываемым обожанием смотрел на Оди.
Уилл стоял в кругу парней — Майка, Лукаса и Дастина. Они обсуждали какую-то новую кампанию в D&D, но Уилл почти не слушал. Его взгляд, полный нежности и скрытой страсти, был прикован к Злате. Он видел, как она двигается, как ее короткие черные волосы рассыпаются по плечам, и в его сердце разгорался тот самый пожар, который не смогла потушить разлука.
Стейси, которая за этот вечер так и не смогла вписаться в общую идиллию, сидела на краю старого дивана, яростно накручивая локон на палец. Она видела этот взгляд Уилла и буквально задыхалась от обиды.
— Нет, ну вы только посмотрите на них! — не выдержала Стейси, вставляя свои пять копеек в разговор парней. — Танцуют, как будто они в сказке. Уиллчик, тебе не кажется, что твоя «подружка» выглядит немного странно? Эти черные глаза, эта бледность... Она же похожа на привидение из фильма ужасов. Неужели тебе действительно приятно на это смотреть?
Уилл даже не повернул головы в её сторону. Его взгляд оставался прикованным к Злате.
— Она прекрасна, Стейси, — тихо, но твердо ответил Уилл, и в его голосе прозвучала такая сталь, что Дастин и Лукас переглянулись. — Она прошла через то, что ты даже в кошмаре не увидишь. И если она похожа на привидение, то это самое красивое привидение, которое я когда-либо встречал.
Стейси вспыхнула, открыв рот, чтобы сказать очередную колкость, но в этот момент Злата, почувствовав его взгляд, обернулась и подмигнула Уиллу. На секунду её глаза сверкнули тем самым «сумасшедшим» блеском, который заставил Стейси мгновенно захлопнуть рот и вжаться в диван.
Вечер продолжался. Музыка заполняла подвал, Оди и Злата продолжали свой сестринский танец, а компания наконец-то смогла просто дышать, забыв о Векне и его тенях. В этот миг они были просто шестнадцатилетними подростками, чья дружба и любовь были сильнее любой тьмыМузыка «Every Breath You Take» тягуче плыла по подвалу Майка, резонируя в старых балках. На один вечер здесь пахло не пылью и опасностью, а лаком для волос, газировкой и попкорном. Джонатан, прислонившись к стене, задумчиво перебирал кассеты, а Стив и Робин устроили шуточную дуэль на пустых жестяных банках, пока Нэнси пыталась заставить их вести себя тише.
Оди и Злата кружились в центре, на деревянном полу, который глухо отстукивал ритм их шагов. Они держались за руки, и в этом жесте было столько сестринского тепла, что даже вечно серьезный Лукас улыбнулся. Злата, откинув голову, смеялась — её черные глаза в свете гирлянд казались глубокими, но теперь в них не было той ледяной пустоты. Это был момент чистой, незамутненной жизни.
Уилл стоял в кругу парней. Он сильно повзрослел: старая стрижка «горшком» уступила место более современной прическе, а в плечах появилась уверенность. Он обсуждал с Майком и Дастином новую партию в D&D, но его взгляд постоянно соскальзывал к Злате. Он видел, как она изменилась — стала выше, сильнее, как её алые губы шепчут слова песни. В его сердце разгоралась страсть, которую не смогли выжечь месяцы разлуки.
Стейси, как всегда, не могла просто быть частью компании. Она чувствовала себя лишней в этом кругу людей, связанных кровью и Изнанкой. Пытаясь соблазнить Уилла, она то и дело картинно поправляла волосы и вставляла свои едкие замечания:
— Уиллчик, ну ты посмотри на неё. Она же как из склепа сбежала. Эти тонкие пальцы, эта бледность... Тебе не страшно быть рядом с ней?
Уилл даже не повернулся. Его молчание было красноречивее любого ответа, и это доводило Стейси до белого каления. Тогда она решила сменить тактику и вклиниться в танец.
— Оди! — воскликнула она, врываясь в центр. — По старой дружбе, давай вместе!
Но подруги были слишком увлечены музыкой и друг другом. В какой-то момент, когда песня перешла к припеву, Злата запуталась в длинных ногах, и её пятка скользнула по гладкому дереву пола. Оди, пытаясь её удержать, потеряла равновесие, и они обе начали заваливаться назад. Стейси, оказавшаяся не в том месте и не в то время, не успела отскочить.
Раздался громкий треск дерева и глухой удар. Злата рухнула первой, приняв на спину основной вес. Следом на неё упала Оди, а сверху, словно тяжелый мешок с песком, приземлилась Стейси.
Стейси повезло — её падение было мягким, ведь она приземлилась на «живой щит» из двух самых сильных девушек компании. Но именно она завизжала громче всех.
— А-а-а! Моя нога! Помогите! Уилл, скорее! Я сломала щиколотку! — Стейси кричала так, будто её заживо поедал демогоргон, хотя на самом деле она лишь слегка подвернула ногу.
Парни бросились к ним, но замерли. Из-под груды тел послышался сначала тихий всхлип, а потом — громкий, заразительный хохот. Злата и Оди лежали, прижатые к полу весом Стейси, и буквально задыхались от смеха.
— Мягкий... удар... — выдавила Оди, вытирая выступившие слезы.
— Да уж... — простонала Злата сквозь смех, чувствуя, как ноет спина. — Самый лучший матрас в Хоукинсе.
Они смеялись над нелепостью ситуации, над фальшивыми криками Стейси, над тем, что даже такое простое падение принесло им больше радости, чем все победы над монстрами. Стейси продолжала возмущаться и требовать внимания, но Уилл уже был рядом со Златой. Он мягко отстранил Стейси, даже не взглянув на её «травму», и протянул руку Злате.
— Ты цела? — спросил он с такой тревогой и любовью в голосе, что Стейси задохнулась от ярости.
— Теперь — да, — ответила Злата, принимая его помощь.
Она встала, всё ещё улыбаясь, и в этот момент в подвале Майка больше не было места для теней Векны. Была только музыка, запах дружбы и двое подростков, которые нашли друг друга в самом центре хаоса. Стейси продолжала топать ногами и ворчать, но её голос был лишь фоновым шумом в этой симфонии настоящего счастья.Музыка в подвале продолжала играть, но внезапно Злата замерла, и её смех оборвался. Она переглянулась с Оди, и в глазах обеих синхронно отразился первобытный ужас, который не смог бы вызвать даже сам Векна.
— Оди... — прошептала Злата, медленно переводя взгляд на старые настенные часы над верстаком Майка. — Который час?
Оди проследила за её взглядом, и её глаза округлились.
— Пять вечера. Тренировка. Хоппер...
Слово «Хоппер» подействовало на них как удар током. Джим не терпел опозданий, когда дело касалось их безопасности и контроля сил. Они обе представили его лицо — красное от гнева, с раздувающимися ноздрями и неизменной сигаретой в зубах, пока он мерит шагами лесную поляну.
— Он нас убьёт! — в один голос выкрикнули девочки.
Они резко подорвались с деревянного пола, едва не сбив с ног Стива, который как раз нес поднос с колой.
— Эй, вы куда?! — крикнул он им вслед, но Злата и Оди уже неслись к лестнице, как башенные.
— Извини, Уилл! — на бегу крикнула Злата, на ходу хватая свою куртку и проверяя, на месте ли кинжал.
Они выскочили из дома Майка, спотыкаясь и толкая друг друга, и припустили в сторону леса. Смех снова накатил на них — теперь уже нервный, истерический. Это было абсолютно в духе Хоукинса: час назад они были роковыми воительницами, а теперь бежали по корням деревьев, боясь получить нагоняй от сурового «папы».
— Быстрее! Если он увидит, что мы не отрабатывали метание кинжала, он заставит нас ходить по канату до самой ночи! — задыхаясь от бега и хохота, кричала Злата.
— И никакого... вафельного... мороженого! — добавила Оди, стараясь не отставать.
Они влетели на тренировочную поляну как раз в тот момент, когда Хоппер, стоя к ним спиной, медленно смотрел на свои наручные часы. Он обернулся, его лицо было непроницаемым, а взгляд — тяжелым.
— На десять минут позже, Харрингтон. И ты тоже, Оди, — пробасил он, скрестив руки на груди. — Я уже думал выписывать вам штрафные круги по лесу.
Злата и Оди замерли, пытаясь восстановить дыхание, их лица раскраснелись, а в волосах запутались листья. Они переглянулись и снова прыснули, не в силах сдержать этот безумный драйв.
— Мы... мы уже начинаем, Джим! — Злата мгновенно выхватила кинжал и с глухим звуком вогнала его в ближайшее дерево, прямо в центр намеченной мишени.
Хоппер лишь тяжело вздохнул, пряча за суровым взглядом тень улыбки. Он знал, что через десять минут они будут тренироваться до седьмого пота, прыгая через поваленные деревья и двигая камни силой мысли. В этом лесу, вдали от всех, Злата и Оди ковали свою победу, оставаясь при этом просто девчонками, которым иногда нужно было просто потанцевать под Стинга и посмеяться над нелепой Стейси.