18
- Крутяк! Офигенно! – заорал Яр, от чего Демид вздрогнул и с недовольством покосился на него. – Можете повторить?.. Я не успел снять.
- Ну, не успел и что? Не кино же снимаешь, - откликнулся Тимка.
Яру подарили на двенадцатилетие новенькую камеру с кучей разных функций. И теперь он повсюду таскался с ней и снимал все и всех. А в последнее время загорелся съемками Тимки, Демида и прочей компании во время их вылазок в недостроенную многоэтажку. Стройку забросили несколько лет назад. Дом, в котором были лишь основные стены и перекрытия, зиявшие черные дыры вместо окон, «разорванные» лестницы, сквозные дыры в полу и куча мусора и стройматериалов на полу, стоял на окраине города, в отдалении от других домов, и имел форму буквы «г». Первыми на него наткнулись Демид и Тимка. Облазали недостроенную десятиэтажку вдоль и поперек, а на следующий день позвали туда остальных – Макса, Серого и Тоху. Тимка предложил не говорить Яру, но тот все равно как-то пронюхал и увязался следом. Правда, пообещав, что все время будет на виду у старшего брата и не станет соваться, куда не надо.
У лестниц порой не хватало ступенек. В полу на многих этажах зияли сквозные дыры. Через те, что были побольше, они обычно перепрыгивали, соревнуясь, кто круче. У балконов был только пол, этакие выступающие плиты. Где поуже, где пошире. Им нравилось бегать по этим плитам, перепрыгивая с одной на другую. С одного этажа на другой. Иногда брали с собой пиво. Макс и Тоха, недавно начавшие курить, - сигареты. Прыгали, дурачились. Это был словно их отдельный закрытый от других мир. А еще чувство опасности, подступающей к горлу. Адреналин зашкаливал, а сердце билось как сумасшедшее. Яр снимал все на камеру, обрабатывал потом видео и выкладывал в ютуб. Демида это только раздражало – ладно бы снимал для себя, так еще и на всеобщее обозрение выставлял. А если кто-нибудь из взрослых докопается? И прикроют их веселуху.
Но все закончилось быстрее, чем думал Демид, и совсем не так, как он ожидал.
- Тимка лучше всех!! – проорал во все горло Яр, снимая, как брат буквально перелетает с одного балкона на другой.
- Да что тут сложного-то? - ворчит стоявший рядом с ним невысокий веснушчатый пацан. Гриша, типа друг Яра. В последнее время они все время таскались вместе, иногда пропадая куда-то на целый день. Демид уже начал надеяться, что Яр в конце концов отстанет от Тимки.
- А вот и нет, - покосился на Гришу Яр. – Тут тоже уметь надо.
- А я не хуже могу. Чего тут уметь?
- Ну, иди, покажи тогда, - огрызнулся Яр.
Демид стоял к ним ближе всех, поэтому слышал каждое слово. Но на последнюю фразу Яра подошел и Тимка с парнями.
- Чё ссоритесь?
- Гришка тоже хочет так, - мотнул головой в сторону друга Яр.
- Да. И Яр тоже, - покосился на него в ответ тот.
- И я тоже, - кивнул Яр.
- Эй, мелкотня, подрастите сначала, - расхохотался Макс.
- Почему мелкотня? Нам уже по двенадцать, - насупился Яр.
- Ну, а нам уже четырнадцать. Так что на правах старших мы вам запрещаем, - положил ладонь на макушку брата Тимка.
- Ой, разница два года. А Демке вообще тринадцать еще, - скорчил рожу Яр.
- Тринадцать с половиной, - хмуро поправил Демид.
- Дема – другое дело. А вообще, раз мы с ним первыми этот дом нашли, то считается, что это наше место. Мы и решаем, так? – обвел всех взглядом Тимка.
- Ну, ты даешь? Только ваше место? – заржали Серый и Тоха.
- Не только. Блин, да я вообще к мелким обращался, - махнул рукой Тимка.
- А мы все равно уже и прыгали, и по крыше бегали,- тихо откликнулся Гриша. Яр ткнул его локтем в бок и скорчил страшную рожу.
- Чего-чего? – повернулся к нему Тимка. – Кто? Когда это?!
- Никто. В смысле, Гришка. Гришка ходил сюда, - подтолкнул друга Яр.
- Эй, я же запретил без нас сюда соваться, - нахмурился Тимка. – Вы чего тут придумали, а?
- Это все Гришка, - упорствовал Яр, в то время как сам Гриша смерил его насмешливым взглядом и усмехнулся.
- Не один же он здесь шлялся, - буркнул Демид. Яр скорчил гримасу. Тимка хмурился.
- Да харэ уже нами командовать. Сами разберемся. И нечего командовать, - вышел вперед Гриша. Он подбежал к одному из балконов, пробежался по нему, прыгнул на соседний, а после скользнул в дыру-окно и снова оказался внутри дома.
- Во дает. Круто, - зааплодировали Тоха и Серый, переглядываясь и ухмыляясь.
- Давай-давай! - подбодрил Яр.
- Эй, поснимай меня, - махнул ему тот. – Только не видео. На мой телефон. Хочу фотки. Ладно?
- Окей, - пожал плечами Яр, убирая камеру.
- Ну, и борзые малолетки пошли, - хмыкнул Тимка, подходя к Демиду.
Яр фоткал Гришу. Макс и Тоха достали свои пачки сигарет. Тимка и Демид болтали. Ничего не предвещало беды.
- Давайте на крышу? – предложил Тимка.
- Давай, - пожал плечами Демид. Мак и Тоха закивали.
- Эй!.. Яр! Гришка! Мы на крышу собираемся, - махнул им рукой Тимка.
Яр обернулся, и в этот момент Гриша вскрикнул. Он стоял на одном из балконов, лицом к ним. Что произошло, никто так и не понял. Лишь короткий вскрик, взмах руками, и Гриша исчез из поля зрения. Упав вниз.
Все произошло так быстро и стремительно, что на пару секунд повисла тишина. Тяжелая, гнетущая. Сердце Демида пропустило удар. Он смотрел на то место, где еще пару секунд назад стоял Гриша. А теперь там никого не было. А в голове долбилась лишь одна мысль: «этого не может быть, этого не может быть».
Первым очнулся Тимка. Сорвавшись с места, он помчался вниз. Тоха, Серый и Макс рванули за ним. Демид отмер последним. Он схватил за локоть дрожавшего Яра и потащил за собой.
Когда они спустились, парни уже столпились над лежавшим на земле Гришей. Вначале они стояли вокруг тела, гипнотизируя его взглядами. Словно Гриша мог подняться и весело сообщить, как здорово он их разыграл. Тимка присел, протягивая к нему руку.
- Нет! – тишину прорезал звонкий голос Яра. Вывернувшись из захвата Демида, он подбежал к парням. – Стой. Не трогай его.
- Яр, - голос Тимки был хриплым, а взгляд тяжелым.
- Что если... - Яр дрожал, словно в лихорадке. – Что если уже... Н-не нужно его трогать.
- Надо вызвать врача, - пробормотал Макс. – В скорую звонить.
- Да. Давайте я позвоню, - вытащил из кармана джинсов телефон Тоха.
- Да подождите вы! – заголосил Яр.
- Яр, просто успокойся. Слышишь? – шикнул на него Тимка. Но руку убрал.
Демид подошел ближе. Гриша лежал на земле, его левая рука была вывернута под неестественным углом. Застывший взгляд. Бледное вытянувшееся лицо. Под затылком расползалось кровавое пятно.
- Так чего мы стоим-то, а? – оглядел присутствующих Макс. – Он ведь так помрет.
- Макс, он, кажется... - тихо начал Серый.
- Уже? – одними губами произнес Тоха.
Демид сжал кулаки. Голова закружилась, он почти задыхался. Взгляд его перемещался с распростертого на земле Гриши, стоявшего перед ним на коленях Тимку, на бледного дрожавшего Яра с камерой и обратно.
Тимка наклонился, прикладываясь ухом к груди Гриши, и начал вслушиваться. Все застыли в ожидании. Тимка выпрямился и покачал головой. Лицо его побледнело. Демид почувствовал, как почва уходит из-под ног.
- Эй!.. – Макс легонько подопнул лежавшего Гришу кроссовком.
- Ты чё делаешь? – шикнул на него Тимка.
Гриша даже не шелохнулся.
- Может, это... пульс пощупать, - пробормотал Тоха. Губы его кривились. Казалось, он вот-вот заплачет.
Макс, вдруг, присел и, схватив Гришу за запястье, начал щупать пульс. Спустя несколько секунд с растерянным видом обернулся и покачал головой.
- Пацаны, кажись он... он это... - забормотал Макс.
- Ладно, давайте вызовем скорую, - поднялся Тимка. Лицо его было мрачнее тучи.
- Зачем? Не надо, - вновь подал голос Яр и тише добавил. – Если он уже... Если он умер, надо быстрее валить отсюда!
- Яр, ты что несешь? – отвесил ему подзатыльник Тимка.
- Но он умер!
- Даже если так. Пусть врачи посмотрят и...
- Может, еще сразу ментов позвать?! – взвизгнул Яр. – Тогда нас сразу всех заметут.
- Яр...
- Может, и, правда, не вызывать тогда? – спросил Макс.
- Но мы же не виноваты. Он сам упал, - добавил Тоха.
- Точно, Яр, ты же снимал. Надо будет показать запись и... - начал Серый.
- Я не снимал, - замотал головой Яр. – Я фоткал. И при чем тут это?
Снова повисла пауза. Тоха закрыл ладонью глаза.
- Давайте просто свалим отсюда. Давайте уже! – нарушил тишину голос Яра. Он подскочил к Тимке, схватил его за рукав пайты и потянул. – Пошли, а?
- Мы просто свалим и... бросим его здесь? – Макса начало потряхивать.
- А чё нам еще делать? – зыркнул на него Яр.
Голова Демида закружилась сильнее. Все голоса начали сливаться в один общий шум, перед глазами заплясали белые мушки.
- Мы чё, реально его бросим?
- Он умер. Что еще нам сделать?
- А, может, нет? Может, скорую?
- Скорая начнет спрашивать, что случилось. И что мы будем говорить?
- Но мы ничего не сделали. Он просто упал. Оступился, наверно.
- Или равновесие потерял.
- И нам поверят?
- Но мы и не останавливали его.
- Никто не станет слушать.
- А что нам сделают?..
- Давайте, правда, свалим.
- Может, позвонить в скорую, но... ну, типа как аноним?
- А они не отследят потом звонок?
- Тогда надо звонить не с мобильного, да?
- Да харэ болтать. Давайте драпать!
- Да. Чё стоим? Валим.
- Тим!.. Тим, ну, пожалуйста!
- Дема. Дем?..
Демид вздрогнул, возвращаясь в реальность. Казалось, он заснул, а сейчас проснулся. С надеждой, что все было кошмаром. Но все оказалось реальным.
- Демид.
Тимка стоял перед ним. Губы сжаты, лицо бледное, глаза покраснели.
- Мы это... Мы решили свалить пока по-тихому. Ты с нами?
Демид кивнул.
От недостроя они бросились бегом врассыпную. Путь до дома Демид помнил смутно. В память врезалось только то, как горели легкие после бешенного бега, и мутило от продолжавшей стоять перед глазами картины. Гриша, распластавшийся на земле в неестественной позе. Застывший мертвый взгляд. Кровавое пятно.
Дома Демида сначала долго и упорно рвало, а после он сразу заперся в своей комнате, не реагируя даже на мать. Впрочем, она не стала донимать его вопросами. Потом позвонил Тимка и попросил выйти во двор, поговорить. В тот вечер Демид впервые увидел, как друг плачет.
- Мы ничего не могли сделать, верно? Он уже умер. Даже если бы мы вызвали скорую. Было ведь уже слишком поздно? Всё... так... - из глаз Тимки катились слезы. Он не всхлипывал, не заходился в рыданиях, не кривил от плача лицо. Просто из его ярких серо-зеленых глаз одна за другой скатывались слезинки.
- И Яр так просил... Он же мелкий еще совсем. Пусть ему уже двенадцать. Он еще совсем мелкий. Его точно нельзя было втягивать, - Тимка утер нос рукавом. – Мы все равно уже ничем не могли помочь Гришке. Ничем.
- Ничем. Верно. Это... это была случайность. Так... случилось. Вот и всё.
Демид почувствовал, что Тимке как никогда сейчас нужна поддержка, а иначе тот попросту развалится. Всегда такой жизнерадостный, сильный и веселый, сейчас он сам на себя был не похож. И эти слезы...
- Яр ревит сейчас в своей комнате. Никак... не получается его успокоить.
- Тим, - прохрипел Демид.
- Дем, ты мне как брат, знаешь? – Тимка тяжело дышал, словно задыхался. – То, что я скажу сейчас, между нами, окей?
Демид кивнул. Тимка какое-то время молчал, опустив голову, словно что-то обдумывая.
- Яр сказал мне, что... Когда Гришка стал просить сфоткать его, он предложил ему... ну, чтобы тот встал ближе к краю и слегка отклонился. Типа ракурс будет классный. И вообще. Яр... винит себя. Что Гришка упал и... - Тимка с шумом втянул воздух и посмотрел вверх. – Но это же не так. Да, Дем? Просто Гришка неудачно встал.
Демида снова начало мутить. Голова закружилась, стоило в памяти всплыть распростертому телу Гриши. Демид положил ладони на плечи Тимки, чуть сжал и заглянул тому в глаза.
- Он сам начал прыгать по этим гребанным балконам. Не мы его заставили. И просил Яра его сфоткать. Яр... не виноват. Никто не виноват.
Тимка всматривался в его лицо пару секунд, а, может, минут. А после притянул к себе и крепко обнял, утыкаясь носом в плечо Демида.
Конечно, они ничего не могли сделать. Тогда они были еще глупыми несмышлеными детьми, хотя считали себя взрослыми. Тимке недавно исполнилось четырнадцать. Демиду было тринадцать. Первая смерть на их глазах. Парень, который еще недавно смеялся и болтал с ними, был мертв. И ничего нельзя изменить.