Необходимость 2

POV Джастин

Какой странный день. Глупо, наверное, говорить, что раньше никогда такого не было. Раньше я никогда не был настолько счастлив. Усидеть на одном месте, оставаться равнодушным ко всему просто невозможно. И естественно я метался из одного угла помещения в другое, постоянно улыбался, смеялся и иногда отвечал невпопад. Не собираюсь никому ничего объяснять. Это мое личное счастье.

Мысли снова и снова возвращались к дому, к квартире, в которой была Бри. Так хочется бросить все, сбежать к ней. Несколько дней подряд меня преследовала эта идея, но сейчас она стала прямо-таки навязчивой. Иногда я просто задумывался, как лучше исчезнуть из этой комнаты, и возвращался к реальности, когда меня несколько раз окликнут. И снова в ответ лишь улыбка. А внутри разливалось тепло. И как только я вспоминаю ее слова, дышать становится трудно. Странно, потому что такого я раньше не чувствовал. Пьянящее сильное чувство, кружащее голову и не дающее трезво мыслить.

- Бибс, ты сегодня соберешься, наконец, или как? - раздался совсем рядом недовольный голос Скутера.

Я поморщился и лениво покрутился в мягком кресле.

- Нет, - фыркнул я и хохотнул. - Я вообще не понимаю, зачем сидеть здесь днями и ночами, если работа закончена.

Мужчина вытаращил глаза и посмотрел на меня так, словно я сказал самую невероятную глупость в жизни.

- Ты серьезно? Сколько альбомов мы выпускали, ты постоянно засиживался до последнего, доводил каждую мелочь до конца... А теперь такие речи.

Я вздохнул и бросил взгляд на монитор, на котором красовалась моя фотография, отретушированная и готовая стать обложкой нового альбома. Так, Бибер, соберись. Еще немного, и ты окажешься дома. Осталось совсем чуть-чуть. И все. Работа будет завершена. Нужно сделать все на высшем уровне, не разочаровать тех, кто ждет выход альбома с таким же нетерпением, как и я сам. Нужно не забыть про подарок, который я обещал Бри.

- Прости, Скут. Не терпится вернуться домой, - признался я.
- Что-то серьезное случилось? - вмиг посерьезнел он, отложив какие-то бумаги.

Я загадочно посмотрел на него и ухмыльнулся.

- Не скажу. Но волноваться не о чем.

Скутер вздохнул и бросил на меня укоризненный взгляд.

- С каких пор ты такой скрытный?
- С сегодняшнего дня, - буркнул я, не желая развития темы. - Так, все, мы отвлеклись. Давай уже доделаем все. Да, обложка отличная, все песни собраны, в порядке расставлены...
- Вообще-то нет, - деловито заявил Скутер. - Чем ты слушал? Я тебе минут десять назад сказал, что пора бы этим заняться. Ты выбрал, какую песню будем выпускать первой через пару недель?

Я закатил глаза и отыскал в небольшом списке на экране песню.

- Да. Эту, - я ткнул пальцем в короткое говорящее само за себя название.

Друг кивнул и опять застрочил что-то в бумагах. Я снова покрутился в кресле, откинул голову назад и, вцепившись в волосы, громко выдохнул:
- Ребята, я хочу домой!

Вышло так по-детски капризно, словно мне три года, и у меня отобрали любимую конфету, что все присутствующие в помещении тихо рассмеялись и вернулись к своей работе. Идиоты. Разве я шутил?

***

Все. Все. Все! Слышите?! Я свободен! Скорее домой, скорее к Бри.

Несколько человек, мужественно выдержавшие музыкальные и не только пытки, с улыбками пожимали друг другу руки, радуясь, что работа над нашим новым творением закончена.

- Надо будет отметить! - воскликнул кто-то.
- Отметим, когда выпустим альбом, - отмахнулся я, собирая вещи в рюкзак.
- Джэй-Би, ты нервный сегодня, - послышался смешок.
- Ага, и зануда! - вставил кто-то.

Я повернул голову на голос и взглядом отыскал из толпы Майкла. Он широко улыбался и стоял у выхода, скрестив руки.

- Ты здесь как? - удивился я, впрочем, приветливо улыбнувшись.
- Почитал твиты уставшего занудного певца и решил его посетить, - серьезно ответил друг. - Правда, ты чего кислый такой?
- Не знаю, - признался я. - Пару часов назад настроение было отличным. Никогда (веришь, нет?), никогда не было так замечательно. А теперь что-то изменилось.

Майкл нахмурился и кивнул в сторону рюкзака, который я бросил на пол, разговаривая с приятелем.

- Хватай манатки, и пошли. Потолкуем. Тебя надо взбодрить!

Он быстро скрылся, оставив меня на растерзание многочисленному составу, без которых я бы не справился, не смог сделать то, что мы сделали вместе. Выслушивая их короткие, но искренние радостные речи, я чувствовал, что мне становится легче, теплее. Все они отчасти моя семья. Помогают мне не раскисать окончательно.

Освободившись от ребят, я выскочил на улицу и зажмурился, наткнувшись на небольшую толпу папарацци.
Они, как всегда, спрашивали об альбоме и о Бри. Молча, скрыв лицо руками, я добежал до машины и закрылся. Фотографы облепили автомобиль, но от этого я уже умел отрешаться.

- Бу! - взорвалась тишина, и я вздрогнул.

Следом раздался громкий смех Майкла, и я обмяк, закатив глаза.

- Идиот! - рыкнул я, выбрасывая кулак назад с надеждой, что я смогу дать по наглой роже этого придурка.
- Успокойся, парень, - предостерег друг, резко поймав меня за выставленную руку. - Ты чересчур нервный. Что случилось?
- Пересаживайся на переднее сидение, - только ответил я, легко высвободив руку и заведя мотор.

Майкл вздохнул, пробормотал что-то неразборчивое и быстро оказался на соседнем со мной сидении. Я вдавил педаль газа в пол, и мы сорвались с места. Жаль, журналисты уже отошли. Я бы пару-тройку боднул с удовольствием.

Я сосредоточенно следил за дорогой, не спеша колеся по широким улицам города. Движение редкое, не думаю, что задержусь надолго. Странно, почему именно Майклу я решил рассказать все? Он доверяет мне. Доверял, когда выбрал единственным человеком, с которым поделился своей самой главной на тот момент проблемой - своей зависимостью и желанием ее побороть. И я могу доверять. Еще более странно. Я собираюсь сказать ему самую счастливую новость за последние несколько лет, а у самого на душе скребутся кошки. Такое противное слабое, но все же ощущение, что что-то идет не так.

- Эй, Бибс? - окликнул меня друг.

Я не повернулся к нему и, все так же внимательно следя за редким движением, сообщил:
- Бриттани беременна.

И тихо вздохнул, готовясь к бурным реакциям, ахам, охам и бурным всплескам эмоций. Так не хотелось этого. Майкл удивил меня. Он сидел так же ровно и спокойно, ни единого резкого движения, которое бы раздражало меня. Парень лишь широко улыбнулся. В его глазах было столько тепла и доброжелательности, что я вдруг тоже почувствовал все это в себе. Иногда так хорошо поделиться чем-то с близким другом. Почему я не хотел?

- Значит, ты папашей скоро заделаешься? - усмехнулся Майкл и легонько хлопнул меня по плечу.
- Ага, - отозвался я с улыбкой.
- Твоя Бри - умная девушка. И я думаю, будет умно не подпускать тебя к ребенку. Влияние, знаешь ли... - ехидно улыбнулся друг.
- Иди ты, - отмахнулся я, лихорадочно соображая, в какой из ближайших магазинов заскочить, чтобы купить Бри подарок.

Мы замолчали на какое-то время. Улыбка вскоре сползла с моего лица, я снова сосредоточенно смотрел в лобовое стекло. Собирались тучи. Отлично, дождя в такой день не хватало...

- Бибер? - позвал меня Майкл. Я чуть вздернул подбородок, показывая, что слушаю его. - Новость-то радостная. А чего ты мрачный такой?

Я вздохнул, поворачивая к нужному магазинчику.

- Предчувствие у меня нехорошее. Но я надеюсь, что просто накручиваю себя. Иногда бывает, что против воли на тебя тоска давит... Да нет, на самом деле, я думаю, все нормально. Я сейчас приеду домой, и все будет отлично.

Друг недоверчиво посмотрел на меня и неожиданно выпрямился, заметив что-то впереди.

- О, мне выходить пора, - сообщил он.

Майкл повернулся ко мне, мы пожали друг другу руки, он обнял меня и похлопал по спине.

- Удачи тебе, Бибер, - усмехнулся парень. - Я тоже буду надеяться, что ты просто себя накручиваешь.

Я улыбнулся. Майкл вышел из машины и стремительным шагом направился в сторону парка.

***

Чем ближе я подходил к дому, поднимался к двери нашей квартиры, настроение поднималось все выше. Я сгорал от нетерпения, желания прижать ее к себе, просто посмотреть в глаза и сказать, как сильно я люблю ее. Я до конца не мог поверить в то, что она сказала мне утром. Я хотел услышать это еще раз. Сотню раз. Хотя от этого реальнее не станет. Странно представлять, осознавать, что вскоре нас станет не двое, а трое. Это потрясающе. Может быть, немного рановато, но, черт возьми, я все равно безумно счастлив!

Прокрутив последнюю мысль в голове еще раз, я прибавил шагу и спустя полминуты на мгновение остановился около двери только чтобы вынуть из кармана ключ и отпереть замок. Дома так уютно. Почти во всех комнатах горит свет, хотя за окном еще не совсем темно. Где-то вдалеке слышно, как тихо бубнит телевизор. Пахнет чем-то потрясающе вкусным. Господи, как я люблю ее.

Я медленно прокрался в гостиную. Диванчик, на котором она сидела, стоял спиной к выходу из комнаты. Бри смотрела какой-то сериал. Странно, она их никогда не любила. Но теперь я, наверное, мало чему смогу удивиться. В последнее время стал понимать, что невозможное возможно.

На носочках подойдя к спинке дивана, я чуть склонился к ее голове и резко накрыл ее глаза руками. Она вздрогнула от сильного испуга, судорожно выдохнула, и я почувствовал, как ее охватила мимолетная дрожь. Я так сильно напугал ее? Черт, не буду больше так делать.

- Я напугал тебя? - расстроено прошептал я, немедленно убрав руки и поцеловав ее в висок.

Бриттани быстро обернулась и облегченно выдохнула.

- Немного, - запинаясь, ответила она.

Я прикусил губу.

- Прости, милая.
- Все нормально, - поспешила уверить меня Бри. - Я соскучилась.

В ее голосе столько искренности, что я мысленно отругал себя за все те дни, которые был вынужден оставлять ее дома одну. Я редкостная сволочь. С тихим вздохом я обогнул диван и присел рядом с ней. Притянул за талию к себе и выдохнул:
- И я соскучился. Безумно. Прости, что оставил тебя так надолго. Обещаю, такого больше не повторится.

Бриттани прижалась ко мне, и я вновь почувствовал мелкую дрожь. И снова почувствовал свою вину. Я виноват. Я виноват, что оставлял ее так часто, так надолго. Особенно сегодня. Девушка подняла на меня теплый взгляд.

- Кто-то обещал привезти сюрприз. Я не забыла.

Я хохотнул и отпустил ее. Достал из широкого кармана джинс небольшую коробочку и вручил ей.

- Я долго думал, каким должен быть подарок. Надеюсь, тебе понравится, - с этими словами я вновь прикоснулся губами к ее виску и, легко взяв за тонкое запястье, накрыл ее ладошкой крышку коробочки.
Она сняла крышку и замерла с широкой улыбкой на лице. Значит, понравилось.

Я вытащил из коробочки кулон в виде двух прямоугольников, на которых были выгравированы половинки сердца, и положил на ладонь, чтобы она могла его рассмотреть. Бри прикоснулась пальцами к сердцу на подвесках. И опять никакой реакции, никаких слов, ничего. Черт, девочка, ты меня с ума сведешь.

Усмехнувшись, я разделил половинки, поднял вверх цепочку со светлой стороной и надел ей на шею. Бри с улыбкой забрала у меня вторую половинку и ловко застегнула у меня на шее. Я улыбнулся, наклонившись к ее губам. Девушка быстро приложила ладошку к моим губам. Я немного растерялся, а она всего-навсего обняла меня. Сжимала в своих объятиях, что было силы. Я обхватил ее руками и, оторвав от дивана, усадил к себе на колени. И, слегка отстранившись, стал покрывать лицо поцелуями. Лоб, виски, скулы, щеки, подбородок, шея, нос и снова скулы... Я целовал каждый миллиметр ее бархатной кожи, а она тихо хохотала, жмурясь и чуть морща носик. Но я чувствовал, слышал тревожные нотки в ее смехе. Что не так?..

- Бри? - тихо спросил я, с тревогой заглядывая в ее темные глаза. - Что случилось?

Она судорожно глотнула воздух, словно что-то вдруг помешало ей дышать. Потом тяжело выдохнула и спрятала взгляд за завесой темных мягких волос.

- Я боюсь говорить, - едва слышно выдохнула она.

Я прикоснулся к ее волосам и медленно завел их в сторону за ухо. Бри смотрела вниз, но я видел, как в ее глазах стояли слезы. Внутри меня неожиданно вскипела злость, желание прижать к себе, успокоить и непременно убить того, кто ее обидел. Я привлек ее к себе так, что она уткнулась лбом мне в грудь, и снова спросил:
- Что случилось? Умоляю, не молчи, мне от этого еще хуже.

Она сжала тонкими пальчиками мое запястье и, не поднимая головы, выдохнула:
- Марк жив.

Марк жив. Стоп, что? Кто жив? Марк?!

Я кое-как удержался, чтобы резко не сжать руки в кулаки от накатившей ярости. Не может такого быть. Нет. Не может быть. Я видел, я лично видел, как он, подъезжая к нам, погиб в взорвавшейся машине. Люди не воскресают. Он мертв!

Она тихо говорила, немного запинаясь, все еще не в силах поднять взгляд, а я молча слушал, не в силах осознать, понять смысла ее слов. Разум отказывался верить. Непроизвольно прижал ее крепче к себе, когда она начала рассказывать о том, что произошло сегодня, о том, что он говорил, какие условия ставил.

Я лихорадочно соображал, думал уже сейчас, что делать, к кому обращаться за помощью. Уехать? Если да, то куда? Куда можно уехать так, чтобы он не смог найти? Меня знают все. Если мы сбежим вдвоем, для этой мрази побег не останется незамеченным. Запись альбома закончена. Остальную работу я буду делать дома, связываться по сети. Я не оставлю ее больше ни на минуту. Вместе мы справимся.

- Все будет хорошо, Бри, - пообещал я. - Я позвоню нужным людям, какое-то время - и мы от него избавимся.

Девушка вздрогнула в моих объятиях и, с трудом выпрямившись, с ужасом посмотрела на меня. В ее глазах стояли слезы.

- О чем ты? Что ты собираешься делать?

Я отвел взгляд в сторону.

- Решить проблему, разумеется.
- Каким способом, Бибер? - воскликнула она.

Не могу сказать. Не могу произнести вслух. Лучше промолчу. Семптон не выдержала молчания и, обхватив ладошками мое лицо, повернула его к себе. Внимательно посмотрела в глаза.

- Пожалуйста, Джастин, - прошептала она, - не делай глупостей. Я... я не все рассказала тебе.
- Что еще? - прохрипел я, мягко убирая ее руки с моего лица.

Девушка вновь обняла меня, спрятав напуганный взгляд.

- Он сказал, что если я не уйду к нему, моим родным грозит опасность. Не сказал, кому. Это может быть кто угодно, понимаешь? Ты, мама, Дерек, Алекс...

Ее голос срывался, она часто всхлипывала. Я почувствовал сквозь ткань футболки теплую влагу на плече. Она плакала. Теперь я заключил ее лицо в ладони и выдержал паузу, пока она, наконец, не посмотрела на меня.

- Бри, послушай меня внимательно. Мы со всем справимся. Так всегда было и будет. Я тебя не оставлю, я буду рядом с тобой. А он больше к тебе не притронется. Я только умоляю, и ты глупости не делай. Не смей уходить к нему. Хотя, кто тебя отпустит?

Уголки ее губ дернулись, словно она хотела улыбнуться, но не могла. Я прижал ее к груди. Обнимал, желая навсегда соединить нас, чтобы никому не было под силу разлучить. И не понимал одного: за что?