Момент, когда всё изменилось
Он видел только Чонгука.
Среди бушующей толпы он выделялся словно бог, его мана искрились в воздухе, будто окутывала его своим фиолетовым сиянием.
За его молниеносными движениями было сложно следить даже взглядом, он двигался так плавно, словно вода обтекала врагов.
Чонгук был невероятен. Он двигался так быстро, что охотники не сразу понимали, что получили смертельную рану. Они смеялись, думая, что избежали его клинка, но после раны открывались, и они задыхались в собственной крови.
Чонгук как будто танцевал, но вместо веера в его руке был острый меч, который играюче обрывал жизни.
Чонгук был похож на дирижёра, управляющего оркестром. По взмаху его меча кто-то затихал на веки, а кто-то громко кричал, добавляя свой голос в какофонию битвы.
Словом, Чон Чонгук был отвратителен.
Чимин хотел присоединиться к всеобщему безумству, но его поймали нежные руки целительницы. Чимин видел её пару раз в лагере, но они никогда не разговаривали.
- Вам нельзя в таком состоянии сражаться! - его мгновенно окутали чары. Чимин почувствовал, как его лёгкие словно раскрылись, он жадно глотал свежий воздух. Чужая мана грела онемевшие конечности, в руках хилера было тепло. Чимин обхватил ее руки своими, испачканными в крови.
- Я не буду сражаться. Но им нужна наша помощь.
Целители принялись за дело. Чимин снял с погибшего плащ и завернулся в него, чтобы быть незаметнее для посторонних глаз. Он подобрался ближе к побоищу и протянул к нему руки. Чимин ощущал жизненную энергию всех людей, взглядом определял, чья принадлежит врагам, а чья - своим. Как только энергия начинала пропадать, он восстанавливал ее с помощью техники.
Только с этой позиции у него был плохой обзор.
Чимин сильнее натянул капюшон, вытащил из ножен кинжал и побежал в толпу, правой рукой нанося удары чужим, а левой касаясь товарищей, передавая им свою ману.
Уже скоро он увидел свою команду. Чимин сразу встал между ними, а они плотнее сомкнули ряд, чтобы заслонить его спинами и щитами. Этот механизм они отрабатывали множество раз. Теперь, когда Чимин защищен со всех сторон, он может видеть всё поле.
Чимин, к сожалению, не может спасти всех. Кто-то умирает за считанные секунды, на мгновение раньше, чем целитель смог ему помочь, кто-то находится слишком далеко, а кто-то может умереть так и незамеченным. Целителям поручили определенные территории, в пределах которых они должны исцелять солдат, но некоторых целителей уже убили. Многие отряды сражаются без поддержки и погибают.
Мана быстро кончается. Чимин черпает из своих запасов, но вскоре не хватает и их.
Он часто дышит. Слышит биение своего сердца и больше ничего. Другие звуки слились в белый шум, у Чимина всё плыло перед глазами.
Время снова замедлило свой ход. Такое было с ним однажды, когда он впервые увидел смерть: это было с ним в другой жизни. Он искал взглядом того, кто вызвал в нём волнение, и наткнулся на мужчину в черном плаще. Чимин задохнулся, казалось, что аура незнакомца заполонила всё пространство.
Чимин вздрогнул. Это был маг S-ранга.
В его голове возникла мысль: сейчас что-то произойдёт.
Чимин с криком выхватил у кого-то меч и бросился что есть сил к магу. Краем глаза он увидел, что Чонгук сделал то же самое. Они должны были успеть.
Но когда небо озарила яркая вспышка, а земля погрузилась во мрак, Чимин понял, что они опоздали.
Мгновение, когда всё изменилось.
Его сшибло с ног ударной волной, он чуть не задохнулся от всплеска энергии. А после она утихла, стало неестественно тихо.
Чимин огляделся. С Чонгуком что-то произошло, его аура исчезала, проходила сквозь пальцы.
Чимин бросился в сторону слабых пульсаций. В месте взрыва всё было поражено в радиусе нескольких метров. Все, кто попал под его воздействие, были мертвы. Кроме Чонгука, Чимин мог ощутить его слабый пульс.
Ноги перестали держать. Он подполз к командиру и дрожащими руками обхватил его лицо, сразу передавая ему большое количество маны. Кровь из раны на голове не останавливалась. Чимин чувствовал, как его температура падает, лицо бледнело. Целитель словно пытался наполнить бездонную чашу, его магия почему-то не исцеляла командира.
- Чонгук, просыпайся,- Команда окружила их, защищала от нападающих. Чимину это не помогало, Чонгук никак не реагировал и не открывал глаза. Он умирал. Запасы маны заканчивались, но Чимин продолжал вливать ее в обездвиженное тело Чонгука, не жалея себя. Он наклонился над Чонгуком, сконцентрировал последние капли магии во рту и выдохнул плотные белые пары в его раскрытые губы. Но к ним так и не прилила кровь.
Всё могло закончиться сейчас. Чонгук умирал. А Чимин не в силах ему помочь. Как Чонгук мог так просто умереть?
Чимин сжал кулаки и закричал. Его крик утонул в лязге мячей. Он снял с сослуживца лук и натянул тетиву. Для лучшего обзора не постеснялся встать на мертвых. Маг не участвовал в сражении, его со всех сторон защищали танки. Но незнакомец заметил его, повернул голову в его сторону. Возможно, всему виной разыгравшееся воображение, но мужчина как будто улыбнулся, довольный проделанной работой. Чимин прицелился и выстрелил, хоть это и не имело ни малейшего смысла. Стрела остановилась в паре сантиметров от мага и сгорела без остатка. Теперь незнакомец смеялся, а Чимин как никогда хотел чужой смерти.
- Быстро отступаем! - Сейчас они не могли победить. Без Чонгука не могли. Приказ быстро разлетелся по всем отрядам. Солдаты развернулись и побежали в укрытие, враги бросились вдогонку. Чонгука на спине нес танк, Чимин бежал сзади, прикрывая их.
Как только они вернулись в лагерь, Чимин перебинтовал раны Чонгука. От взрыва сильно пострадала голова, было обожжено левое плечо. Чонгук уже почти не отличался от мертвеца. Даже лезвие, приставленное к носу и рту, не запотевало. Словно он не дышал.
Чимин давно так сильно не плакал. Он явно ощущал, что в Чонгуке ещё теплится жизнь, что он цепляется за нее из последних сил, но внешних признаков этого не видел. Чимин не знал, как ему помочь.
Парень склонился над командиром. По его расслабленному лицу нельзя было ничего сказать. Больно ли ему, страшно ли.
Чонгук всегда скрывал свои чувства и переживания. Даже теперь Чимин не мог его понять.
Они провели экстренное собрание. Все выжившие целители вливали в Чонгука остатки маны, но и этого не хватило. Главнокомандующий был поражен техникой, которая не поддавалась исцелению. Оставалось надеяться, что у Чонгука хватит сил самому с ней справиться.
- Маг использовал отравленный артефакт. Мы не в силах чем-то ему помочь. - Вот что сказал пожилой целитель.
Чимин вызвался контролировать его состояние. Остальные члены команды охраняли лагерь от чужаков.
- Так странно.
Была уже глубокая ночь. Он сидел рядом с кроватью Чонгука, его тело ломило от усталости, но Чимин не хотел спать. Рана на животе на каждое движение отзывалась болью, благо сильное кровотечение остановила девушка, которую он встретил перед происшествием. В палатке Чонгука было так тихо, плотная ткань словно купол не пропускала разговоры солдат. Так даже лучше, Чимин не хотел ничего слышать.
- Так странно. Еще несколько часов назад ты был невероятен. Толкал в объятья смерти десятки мужей, а сейчас она душит и тебя. Ещё недавно моя жизнь полностью зависела от твоей, а сейчас без моей помощи ты не можешь даже накрыться одеялом. Я ведь могу с лёгкостью тебя убить, ты не сможешь мне помешать. Казалось, сейчас я должен перестать чувствовать себя беспомощным рядом с тобой, но это не так. Почему? Чонгук, что у тебя за магия такая, почему ты так на меня влияешь? Утром я был беспомощен, потому что ты был слишком силён. А сейчас я беспомощен, потому что не могу тебя спасти. Избавь меня от этого чувства, Чонгук. Пожалуйста, проснись.
***