Глава 27
Находиться дольше одного дня в доме родителей, где мама со мной и часа не провела наедине, больше не было никакого смысла. Утром, даже ранним днем, приехали к ним в особняк и также следующим днем собираемся обратно. В лофт, откуда скоро придется съезжать. Так как достаточно времени провели в Париже. Хватит. Пора и на родину возвращаться, в Корею. Туда, откуда все-таки не стоило уезжать, поддавшись «сладким речам» матери, что позвала к себе во Францию. Сняла лофт для всей нашей компании, оплачивала доставку продуктов, не требуя ни капли денег. Ведь их с отцом богатства позволили жить на широкую ногу. Ни в чем себе не отказывать. Покупать все, отдыхать везде. Вкладывать, пополнять, снимать, тратить. То, что они имеют сейчас, раньше у них никогда не было. В самом начале их карьеры ни один из них не мог подумать, что станет жить в Париже, в огромном особняке, с кучей прислуги. Собственная охрана, личный транспорт, билеты на любой самолет, приглашения на различные светские рауты. К такому можно быстро привыкнуть. От такого очень трудно отказаться. Все это становится частью твоей жизни, ее неотъемлемой частью. Стоит лишь вкусить, можешь забыть обо всем вокруг. Например, про свою единственную дочь. С которой родители не удосужились даже толком увидеться. Пришлось самой все решать. Приезжать, чуть ли не с боем пробираться в дом, оставаться на вечер и ночь, словно приехавший внезапно гость. Да уезжать чуть ли не в спешке. Не хотелось тревожить обитателей сего дворца своим присутствием. К тому же Чонгук мог натворить любую глупость, какая ему в голову придет. Напился же вот практически до поросячьего визга. Выпил большую половину бутылки коньяка. Злился, вспоминая прошлое, а потом вдруг повеселиться решил. Превратился с озорника, которому поиграть захотелось. Руки сразу стал свои распускать, надеясь на мое согласие. Да только он его не получил. Остался спать в комнате совершенно один. Точнее на кровати возлежал, как король. Я же нашла место на диванчике, где и проспала всю ночь. Было конечно слегка не удобно, но вполне терпимо. Ведь надо было продержаться всего лишь несколько часов, после же можно уезжать из этого места. Вообще покидать Париж. Этот город уже не вызывает во мне чистых и искренних чувств. Да со мной в Корее столько всего не происходило, как здесь. Столько разных событий, на многое мне открывших глаза. Показали же некоторые люди истинное свое лицо. Словно их кто-то вывел на чистую воду. С них содрали маски, обнажили всю подноготную. Вот как с Тэхеном. Поведал же мне Чон все про их отношения с братом. Про то, почему они поссорились. Что именно стало тому причиной. Точнее кто этому поспособствовал.
Одна девушка. Своеобразный камень преткновения. Была на людях с одним братом, а за его спиной спала периодически с другим. Вот так ситуация у них вышла. Такого исхода я даже предположить не могла. Были мысли, что они что-то с Тэхеном не поделили несколько лет назад. Но подумать, что какая-то девушка замешана, уж никак не могла. Сначала даже не верилось, что Ким способен на такое. Предать брата, отнять у него близкого человека, воткнуть нож в спину. Только низкий, глубоко обиженный человек способен на все это. И похоже Ви именно такой. Показывает себя милым, прекрасным парнем, с которым так приятно время провести. На деле же обыкновенный гаденыш, жаждущий чего-то для себя. Завидующий тому, что есть у других. Соперничество. Это слово пришло на ум, когда я все-таки решила поразмыслить в одиночестве над сказанным Чоном. Неужели его сподвигло на низменный поступок отношение отца? Раз дядя Ким возлагал всю надежду на младшего сына, видел в нем своего приемника, старший вполне мог всему этому позавидовать. Прочувствовать нелюбовь к себе, меньше внимания своей персоне. Тут тихий мальчик и поменялся резко. Испарился, представ совершенно другим. Тем, кто делал пакости, подставлял, врал, использовал. И я поверила в это. Во все слова Чонгука. Не увидела там подвоха или фальши. Но все же где-то глубоко внутри меня грыз червячок сомнения, недоверия. Именно поэтому-то отправила то СМС Тэхену с желанием поговорить с ним. Выяснить наконец-то все до конца. Своими собственными глазами увидеть реакцию лучшего друга на то, что я знаю про всю ситуацию двухгодичной давности. Интересно узнать, будет ли он отнекиваться? Будет ли юлить, чтобы не говорить правду? Станет ли рассказывать свою версию истории? И даже если захочет соврать, узнаю об этом. За годы дружбы с ним научилась читать по жестам, мимике Тэхена все, что он недоговаривает. Как герои сериала «Обмани меня (в нем по сюжету доктор Кэл Лайтман и его коллеги выполняют задачи третьих сторон, а также помогают в расследованиях, находя правду через применение психологии: интерпретируя мимику лица человека и язык тела)». А так как разговор будет не из легких, придется подготовиться к нему морально. Найти место в лофте, где бы нам никто не мешал. Друзья не должны догадаться, о чем пойдет речь. Да и походу сам Тэхен не понимает, что мне от него нужно. Он так и не ответил на СМС, что довольно странно. Раньше всегда что-то печатал. Хотя бы одно маленькое слово. А это ничего не последовало после доставки сообщения.
И видимо молчуна из себя не только он строит. Чонгук всю дорогу до лофта упорно сохранял тишину. Не подкалывал, ни выводил из себя, даже пошлостей из его рта не вылетало. Я бы радоваться должна такому сюрпризу от него, но мне как-то было не по себе. Не хватало чего-то важного в своей жизни. Болтуна Чона, что всегда раздражал меня своим поведением, веселил некоторыми поступками. Привносил что-то особенное в мою рутину. Менял все до неузнаваемости. Всего за какой-то месяц парень стал для меня тем, без кого я уже не видела своего существования. Он и правда сбросил с пьедестала в моем сердце Тэхена, куда я сама же его и посадила. Начал обустраиваться там по своему собственному желанию. Меняя полностью все мое восприятие. Показывая совершенно другую жизнь. Намного интереснее и увлекательнее, чем была. А это молчание мне ой как не нравится. Создается впечатление, что Чонгук жалеет о сказанном. Поделился таким со мной, а теперь заднюю сдает. И если он так хочет, то так тому и быть. Дам ему время самому заговорить со мной. Открыть рот и сказать все, что угодно. Буду рада даже пошлости от него. Даже каких-то милых оскорблений.
Машина резко останавливается около нашего лофта. Вот мы и приехали туда, откуда скоро придется съезжать. Нужно лишь заказать билеты до Кореи. Еще раз воспользоваться громкими именами моих родителей. Знаю ведь, что благодаря их фамилии на бизнес-класс всегда можно рассчитывать. В любой момент. Достаю из сумочки необходимую сумму денег и протягиваю ее повернувшегося в пол-оборота к нам таксиста. Чонгук же просто молча выходит из автомобиля, громко хлопает дверью и исчезает внутри здания.
— Скажи своему парню, милочка. — отдает мне сдачу, которую я сжимаю в руке. — что за такое обращение с машиной можно и ребер не досчитаться.
— Грубостью с его стороны тут и не пахло. — произношу по-корейски, чего этот мужик совершенно не понимает. Да и плевать мне. Тоже блин великое горе — дверцу обидели. Сильно закрыли. Трагедия века прямо. — Передам. — сухо отвечаю на его слова, выбираюсь из такси и точно также поступаю, как и Чонгук. Громкий хлопок, исчезновение в лофте. За спиной же слышу какую-то ругань по-французски. Но она меня не заботит. Сейчас на первом месте стоит разговор с Ви.
— От чего Чон опять выглядит как коршун, готовый всех в клочья разодрать? — вопрос исходит от Лисы, сидящей на диване. Поджав под себя ноги с накинутым на плечах пледом, она поглощает огромной ложкой шоколадное мороженое в большом ведре. Рядом не наблюдается вездесущего Ыну, с которым они довольно много времени проводят вместе. Возможно даже трахаются. Ведь толком разузнать все от нее у меня не получается.
— Где Ыну потеряла? — необходима быстрая смена темы. — Куда он пропал? — сажусь рядом с ней и протягиваю руку к ложке. Тоже хочу холодненького. Правда не очень люблю шоколадное, но другое надо покупать. Зотова же слегка бьет меня по пальцам и прижимает ведерко чуть ближе к себе. Вот же зараза.
— Не пытайся увильнуть от ответа. — приподнимает правую брось вверх. — Пока не скажешь все, что я хочу узнать, не получишь ничего. — облизывает ложку, в блаженстве закатывая глаза. Эта сучка еще и дразнится. Будь мы сейчас в нашем доме, я бы ее в комнате заперла и совершила налет на ее запасы мороженного. Оно же всегда есть в холодильнике. — Это очень вкусно, Дженни. Почти также, как секс. — хмурится. — Хотя нет. Секс с горячим самцом намного лучше.
— Боже, Лиса. — из моей груди вырывается громкий смех. Даже дикий ржач, из-за чего кто-то начинает спускаться по лестнице вниз. — Иногда такое скажешь. — поворачиваюсь на шум за спиной. От увиденного чуть слюной не давлюсь. Посреди комнаты стоит полуголый Ыну. Точнее с одним лишь полотенцем, обернутым вокруг бедер. Волосы все еще мокрые после душа. На теле виднеются капельки воды. Движение одной из которых так хочется проследить. Заманчиво понаблюдать, куда она пропутешествует. Да только этого сделать, как и рассмотреть все мускулистое тело по-подробнее никак не выходит. Холодная ложка прикасается к моей руке. — Аааааа, блядь. — кричу на всю комнату, подпрыгнув на месте, подобно ужаленной пчелой прямо в задницу. — С ума сошла, Манобан? — кручу пальцем у виска. Она точно рехнулась, раз ткнула в меня ложкой.
— А зачем ты. — показывает на меня пальцев, с трудом сдерживая смех. — смотришь на чужих парней? — ставит ведерко на то место, где когда-то сидела я. Втыкает злополучную ложку в мороженое. — У тебя есть свой. Тот самый бешеный зверек, что проскочил мимо, даже не поздоровавшись. Что ты там с ним сделала за один всего лишь день?
Решив не отвечать на ее вопрос (проигнорирую ее как и Чонгук), разворачиваюсь на пятках, поднимаюсь по лестнице на второй этаж и, сделав несколько шагов, останавливаюсь рядом с дверью в комнату. Которую буду делить с парнем еще день или два. В зависимости от того, как быстро смогу приобрести все необходимые нам билеты. Если получится дольше, уедем, твою мать, в экономе. Сил уже больше нет находиться здесь. Захожу в комнату, прикрыв за собой дверь. Внутри никого не оказывается. Шума воды в ванной тоже не слышно. Да и замок не закрыт. Значит Чонгука здесь нет. Отправился куда-то в другое место. Не захотел со мной находиться рядом. Что же, это его выбор. Значит так ему было нужно. Мне же сейчас необходимо полежать хотя бы полчаса на кровати, а потом разговаривать с Тэхеном. Снимаю с ног уже так надоевшую обувь, кладу сумку на столик, распускаю волосы. Затянула их в хвост, когда садилась в такси. Тяжело вздыхаю и опускаюсь пятой точкой на постель. После и вовсе всем телом ложусь на нее. Мысленно говорю сама себе, что отдохну всего лишь минут тридцать. Да только то ли усталость внезапно нападает, то ли мягкость подушки так заманивает, глаза сами собой закрываются, а мозг отключается. Проваливаюсь в сон, так и не осуществив свои планы на этот день.
* * *
Пробуждение происходит очень интересным способом. Едва разлепляю глаза, вскакиваю на ноги, чуть было не споткнувшись об стоящее неподалеку кресло. Вовремя успею удержать равновесие. Иначе врезалась бы в кресло, обязательно ударила что-нибудь, да и маты бы посыпались. А так только лишь слово «Черт» произношу и оглядываюсь по сторонам. Вроде бы в комнате ничего не изменилось за время моего сна. Только что-то все равно настораживает. Именно поэтому достаю из сумочки телефон, у которого моргает индикатор и снимаю блокировку. Просто прекрасно. Я проспала практически десять часов. Уже утро четверга, хотя была лишь среда. Сон таким крепким оказался, что я даже не слышала трех звонков от Лисы. А уж о сообщениях вообще молчу. «Мы с Ыну отправились на прогулку. Позвони, как проснешься». «Неужели, ты еще дрыхнешь?» «Звонки мои, надеюсь, не игнорируешь». Убираю телефон в сторону, протираю пальцами глаза, после массирую шею. От долго лежания она всегда у меня жутко болит. Взгляд тут же натыкается на исписанный несколькими строчками листочек. Беру его в руки и читаю вслух. Будто кто-то меня слушает.
— Сон — полезен для здоровья, Нини. — вот кому принадлежит этот почерк. — но не в таких же количествах. Хотел кое-что с тобой обсудить, а ты пускаешь слюни в подушку. — вот же урод. Сжимаю пальцами этот клочок бумаги. Врет ведь. Я без слюней изо рта сплю. — Пришлось идти без тебя. Пропустила ты все самое интересное. — о чем это он вообще? Что я такого могла пропустить?
Кладу полу-измятый листок обратно на стол и прохожу к зеркалу. Ужасаюсь при виде себя. Под глазами черные круги от туши, тени для век уже расползлись по щекам. Это я так протерла глаза. Совершенно забыла, что косметикой пользовалась перед выездом из дома родителей. Платье помято. Оно и не удивительно, я же в нем валялась на постели. Волосы торчат в разные стороны, как иголки у дикобраза. Просто ведьма из ужастика пробралась в реальный мир. От такого сравнения становится не по себе. Именно поэтому быстро избавляюсь от одежды, нижнего белья, абсолютно голая прохожу в ванную комнату и поворачиваю краны в душевой кабинке. Необходимо привести себя в норму. Несколько минут под бьющими со всех сторон (особый режим в кабинке включила) струями воды помогут мне взбодриться.
Закончив через определенное время водные процедуры, вытерев тело полотенцем, достаю из ящика фен. Подключаю его к сети, нажимаю на кнопку и начинаю сушить волосы. Одной рукой направляю воздух из него на мокрые пряди, другой же орудую по ним расческой. Пытаюсь сделать что-то в виде укладки. Хоть какую-то прическу на голове соорудить. Да только вскоре прекращаю это надоедливое дело. Просто убираю фен обратно на полку и делаю хвостик. Оборачиваюсь полотенцем, так как ничего из одежды не взяла с собой, и захожу в спальню. Где хватаюсь за сердце и громко вскрикиваю. Снова меня напугали до полусмерти. Но не Чонгук, как в прошлый раз, а Тэхен. Ким восседает в кресле у окна, устремив свой взгляд на меня. От его каре-зеленых глаз мне даже как-то не себе становится. Выглядят они какими-то зловещими. Да и вся его поза явно напряженная. Что-то подсказывает, пришел он сюда не с добром.
— Тэхен. — поправляю полотенце на груди. Кажется, что оно сейчас свалится, и я окажусь полностью голая перед ним. — Что ты тут делаешь? — не решаюсь сделать хоть один шаг.
— Ты же сама мне написала. — поднимается на ноги. — что хочешь поговорить со мной. — направляется в мою сторону. Мне бы отойти куда-нибудь, не стоять к нему так близко. Но я словно парализованная, загипнотизированная. — Не знал, когда ты выйдешь из своей комнаты, поэтому и зашел сюда. — улыбается, от чего я вздрагиваю всем телом. — Одеться не хочешь? Еще замерзнешь. Превратишься в сосульку. — вот он сейчас так искренне шутит, веселится. Мой же внутренний голос призывает меня спасаться. Убегать от него. — Успеем еще наговориться. В доме же никого нет. — что? — Мина еще утром ушла. Остальные чуть позже нее.
— Позже. — скрещиваю руки на груди, хоть как-то огораживаясь от него. Человека, что когда-то завладел моим сердцем. Сейчас же позиции свои он там теряет. — Давай просто поговорим. — решаю не ходить вокруг да около. Быстрее начнет, быстрее закончим. — Скажи... — собираюсь с духом. — Это правда, что ты когда-то трахал девушку Чонгука? Предал брата ради какой-то стервы? Больно ему сделал.
Его веселье и озорной с коварством блеск в глазах сменяется за долю секунды. Вот он весь такой расслабленный, с улыбкой на лице. А чуть позже губы поджаты, лицо охватила ярость, каре-зеленый цвет радужки становится темнее, можно даже сказать черным. От чего холодок страха пробегает по позвоночнику. Таким Тэхена я вижу впервые. Чтобы столько злости вдруг вырвалось на свободу.
— Чонгук рассказал тебе обо всем, да? — осматривает меня с головы до ног, задерживая взгляд на скрещенных руках. — Выставил меня монстром перед тобой? А сам жертву из себя сыграл? Ведь так? — секунда и мои запястья оказываются в его цепких руках. Он со всей силы их сжимает, заставляя меня поморщиться. — Бедный Гуки, у которого брат девушку увел. Какая трагедия. Парень увидел, как она скачет на члене другого. На его брате. — если это было возможно, то лицо Кима точно бы стало как у демонов из сериала «Зачарованные». Как Бальтазара. Ведь именно такое сравнение пришло мне в голову. — А он не говорил тебе, что Цзыйю хотела бросить его? Хотела уйти. Перестать быть рядом с ним, а он не позволял. Чем-то ее удерживал. Все эти пять месяцев. Вот и пришлось пойти на крайние меры. — ехидно ухмыляется, глядя в мои напуганные глаза. — Сделать так, чтобы он нас застал в ее квартире. Круто, правда? Интересно же узнать другую точку зрения. Послушать историю с моей стороны. Услышать то, что на самом деле произошло. Как младший брат украл у тебя девушку. — орет мне прямо в лицо. — Ведь именно я должен был быть с Цзыйю. Я!
— Тэхен, хватит! Прекрати! — пытаюсь высвободить руки из его мертвой хватки. — Мне больно. — от его силы у меня на глаза наворачиваются слезы. Запястья ужасно болят. Синяки там точно останутся. Точнее отпечатки от его пальцев. С такой силой он сжимает их. Того и гляди кости сломаются.
— Ты просто вывела меня из себя, Дженни! — в глазах дикая ярость. Они не просто почернели, даже зрачка не видно. Так он разозлился на мои несколько слов. С ним рядом мне сейчас очень страшно. Я словно в логово зверя угодила. К чудовищу в замок, где меня ждут ещё большие монстры. Даже не позовешь никого. Лиса с Ыну уехали несколько часов назад. Сучка Мина убежала куда-то с утра пораньше. Чона тем более тут нет. Оставил мне лишь записку и куда-то свалил. Все меня бросили. Оставили наедине с лучшим другом, который явно вышел из-под контроля. Ему голову напрочь снесло. — Хотел же просто поговорить с тобой. — наклоняется к моему лицу. — А ты повела себя, как сука. — его губы задевают мочку моего уха. — Уподобилась всем этим девкам Чонгука, которые с ума по нему сходят. Чуть ли не поклоняются ему. Сначала была Цзыйю в его руках, теперь ещё и ты. — глаза в глаза. — Но этому должен придти конец. Сегодня же.
— О чем это ты говоришь? Что проис... — не успеваю закончить фразу, как Тэхен резко толкает меня к стене, отпустив наконец мои руки. Больно ударяюсь спиной и головой. Аж искры из глаз посыпались. Темнота готова пробраться в сознание в любой момент. — Ты очумел? — еле проговариваю, пытаясь сфокусировать взгляд. — Тэхен! — пытаюсь достучаться до его разума, но похоже это бесполезно. Так как дальнейшие действия наводят на меня еще больше страха. Парень дергает за полы полотенце, и оно тут же падает к моим ногам. Остаюсь совершенно обнаженная перед ним. Ведь на мне даже нижнего белья нет. — Прекрати! — делаю попытку сбежать от него, но мне это не удается. Одна его рука согнутая в локте прижимается к моему горлу, лишая меня возможности на малейший вздох. Только хрип вырывается из горла. — Тэхен! — мои руки оказываются у меня за спиной. С такой силы Ким прижал к стене, что я даже освободить их не могу.
— Заткнись, Дженни. Просто заткнись. — коленом раздвигает мои ноги, от чего я дергаюсь в сторону. Тем самым сама себе делаю больнее. — Говорить сейчас буду именно я, а ты меня внимательно выслушаешь. Перебивать не будешь. Все равно тебя никто не услышит. — Да что с ним такое произошло? От чего такие резкие перемены? Просто от моих вопросов он с катушек слетел? Вселился в него будто сам Дьявол. Что же стало с моим теперь уже бывшим лучшим другом? Какой зверь его укусил? — Но для начала я бы хотел кое-что проверить. Не возражаешь? — вторая его рука движется вниз по ложбинке между грудей, по плоскому животу, пока не останавливается чуть ниже. Прямо в районе моего лобка, который он с нежностью гладит. Я же терпеть такое не намерена, начинаю вырываться, пытаюсь ударить его коленом прямо по яйцам. Но он уворачивается от моих ударов, а после вцепляется пальцами в горло. Начинает слегка придушивать. — Хватит уже сопротивляться, Дженни. — высовывает язык и облизывает им мою щеку. Боже! Мне так становится мерзко, противно. — Сама же говорила, что влюблена в меня. — один палец оказывается у меня между ног. — Не стоит теперь строить из себя недотрогу. — резко входит, причиняя сильнейшую боль. Слезы текут из глаз, в горле пересохло. Приготавливаюсь к самому страшному. Быть изнасилованной собственным другом. Если я сейчас потеряю сознание, ему это удастся осуществить. — Тебе же нравится трахаться с моим братом. — палец движется туда-обратно. Хочется, чтобы земля разверзлась и поглотила меня. — Так чем же я хуже, а? — добавляет еще один. Хватка на горле становится сильнее. Уже не различаю того, что перед глазами находится. Зловещего лица Тэхена. Его таких когда-то мной любимых глаз, в которых сейчас отражается грязная похоть. — Обещаю, тебе понравится.
— Нет. — издаю один-единственный звук. Дергаюсь. Правая рука на свободе и тут же вцепляется ему прямо в лицо. Ногтем прохожусь по его щеке, оставляя кровавую борозду. Все-таки они у меня очень острые. Такого он явно не ожидал. Вот и отступает от меня, взвыв от боли. Я же с теми силами, что у меня остались, делаю шаги к двери. Раз, два, три, четыре. Еще совсем немного и выйду отсюда. Запрусь в другой комнате. Подальше от сошедшего с ума Тэхена. Но только едва дотронувшись до ручки, пронзает боль в затылке. Ким схватил мои волосы, дернув на себя.
— Сбежать решила, сука? — бросает мое тело на кровать, нависнув сверху. Он словно монстр, готов на самый низменный поступок. — От меня так просто не... — какая-то сила отбрасывает его в сторону. Слышатся голоса, которые я разобрать не могу из-за гула в ушах. Только чувствую, как меня укрывают одеялом. Как прогибается матрас. Это Лиса садится рядом со мной, помогая мне подняться. Крепко обнимает, словно ограждая от чего-то. Точнее от развернувшейся драки. Тэхен и Чонгук снова размахивают кулаками. Только в этот раз Чон даёт сдачи. Отбрасывает Кима к столу, на который он приземляется и хватается за его горло. Тот начинает извиваться, бить его руками по лицу. Но силы постепенно его покидают.
— Чонгук. — от звука своего имени Чон поворачивает голову в мою сторону. Потом смотрит на брата, сбрасывает его на пол. Нога приземляется прямо ему в живот. Хватает его за руку и начинает тянуть в сторону двери. Старший проезжает по полу небольшое расстояние, после чего оказывается в коридоре.
— Оставь нас. — обращается к Манобан, которая тут же ретируется из нашей комнаты. — Дженни. — сглатывает пару раз, проводит рукой по волосам. — Дженни. — повторяет мое имя. Садится рядом со мной и тут же заключает в свои крепкие объятья. От него исходит такое сильное тепло. Рядом с ним чувствуется такая огромная надежда, что я даю волю своим слезам. Плачу, не боясь показаться слабой перед ним. Просто теснее прижимаюсь к нему, а Чонгук просто сидит молча. Только гладит нежно меня по спине и не шевелится. Я же все никак не могу успокоиться. Никак в себя не приду после того, что совершил Тэхен. Друг оказался таким дерьмом. Таким ублюдком. Попытался совершить насилие надо мной. То, от чего меня спас самый важный человек в моем сердце.