Часть 7
Звенящую тишину нарушили тихий шелест и скрип, доносящиеся откуда-то сверху. Ветер срывал редкую листву с качающихся веток и неожиданно затихал, позволяя ей упасть на землю. Отмахнувшись от очередного зеленого листа, королевич тихо вскрикнул и схватился за щеку, из которой вытащили последнюю окровавленную щепку. Его новоявленный дядя кинул обломок дерева в догорающий костер и осторожно убрал руку племянника, прислоняя к израненной коже повязку из листьев и трав и прося подержать ее так некоторое время.
Рана на лбу уже была обеззаражена каким-то липким соком неизвестного ему растения и обмотана повязкой, сделанной из правого рукава его кимоно. Что же, эта одежда повидала многое. Побыстрей бы поменять ее и отдохнуть от этого безумного приключения. Парень посмотрел на Морро и Мистейк, что сидели поодаль и разговаривали о чем-то. Женщина впервые улыбалась так… мягко и искренне. Раньше в ее улыбке было лишь ехидство и даже злорадство, а сейчас она напоминала ему его мать, которую он оставил много дней назад в темнице.
Вздохнув, он отвел взгляд, прикусывая губу и не замечая чужой руки на плече. Ву не мог ему ничем помочь или хотя бы сказать, что все будет хорошо. Ведь это будет ложью. Но, наверное, его племяннику и не требовалась правда. По крайней мере сейчас он точно не был к ней готов. Надежда хуже любого убийственного проклятия. Она может жить годами, а может неожиданно сломаться вместе со своим хозяином, который тихо умрет, возможно, не сделав лишь шаг, чтобы достичь своей цели.
— Эй, — тихий голос отвлек его от размышлений. Полупрозрачный повелитель ветра присел перед ним, неловко улыбаясь и смотря будто мимо него. — Извини, что так вышло. Я… не контролировал себя.
— Ничего, — после недолгого молчания ответил Ллойд. — Что с тобой случилось? Почему ты… такой?
— Не знаю. Я не очень хорошо помню события прошлого. Но могу предположить, что мое появление на острове и дало случиться всему, что случилось, — его кузен устроился удобнее на земле, все время вертя головой, будто пытаясь что-то увидеть. — В тот день были сильные волны, но обычно даже в такую погоду мы выходили в море и рыбачили. Все шло хорошо, но неожиданно поднялся ветер. Команда не успела поменять паруса и нас понесло в сторону суши, куда обычно никто не плавал. Кто-то бросил корабль, решив, что так сможет спастись, кто-то молился, а я и еще несколько матросов пытались направить судно в другую сторону. У нас так и не вышло, и мы врезались в скалы. Не знаю, выжили ли все остальные, но меня чудом выбросило на берег. Я очнулся от чужого взгляда и вспышки совсем рядом. Наверное, молния ударила, над островом гроз они не редкость. Обыскав местность в поисках других выживших, я решил отправиться в лес. А после… все как в тумане. Кто-то звал меня. Предлагал силу, власть, исполнение желаний. Наверное, я согласился. А очнулся уже таким. Думал сначала, что глаза не открываются, а потом понял, что… ослеп.
— Но ты так хорошо ориентируешься на местности. Это странно…
— Моими глазами стал ветер. Хватает дуновения, чтобы я сориентировался и не врезался во все вокруг. Правда, первое время было очень сложно. Ветра ведь везде. Они гуляют по миру. Они свободны. Я же был заточен на этом клочке земли, поменявшись с кем-то местами, но при этом… ощущал такую свободу. Я словно был всем и одновременно ничем, — Морро замолчал, слушая тишину. — Да, звучит бредово, знаю! Но это даже круто — почувствовать себя столь могущественным! И одновременно совершенно беспомощным.
Королевич смотрел то на сидящего перед ним повелителя ветра, то на старика, что расчесывал свою бороду, то на ведьму, кажется, уже не слушающую чужой разговор. Если сопоставить все услышанное со всем, что произошло в их мире, его родственника вполне можно было обвинить в сообщничестве со скверной и помощи ей сбежать. Но в то же время всем было ясно, что он был просто околдован ее силой. Вряд ли бы ему пришло в голову прийти в такое опасное место и дать свободу тому, против кого он собирался сражаться.
Теперь мозаика была полностью собрана, создавая цельную картину событий в голове парня. Но если тьма смогла обмануть и победить даже подготовленного к встрече с ней человека, то что же будем с ним? Может, она тоже сможет завладеть его разумом. Неужели это и случилось с отцом? Эта дрянь стала паразитом, который медленно съедал его рассудок, в конце концов захватывая тело ослабленного короля и изменяя его. Но если так… не слишком ли поздно уже спасать его?..
— Мы должны торопиться, — неожиданно сказала Мистейк, вставая с места. — Неизвестно, сколько еще Гармадон сможет сдерживать полную мощь скверны. Времени все меньше и меньше.
— У вас есть лодка? — спросил пожилой человек, получая в ответ многозначительное молчание. — Плохо…
— Она нам и не нужна! — мужчина вскочил с места, улыбаясь и не видя непонимание на чужих лицах. — Не волнуйтесь, у меня было много времени, чтобы попрактиковать мои новые силы и научиться парочке приемов.
Звучало вполне убедительно, пускай никто из них до сих пор не понимал, что хочет сделать Морро. Он слишком переоценивал их, считая, что они легко поймут его план. Нет, потом до них достаточно быстро дошло, но было уже поздно, чтобы как-то обдумать и спланировать это. Наверное, их семья отличалась спешкой и нежеланием продумать все до мельчайших подробностей. Зато Ллойд точно мог понять, что они и правда друг другу родня. Правда, хорошо это или плохо он еще не решил.
Кузен отдал ему свой плащ, загадочно улыбаясь и подходя к родителям, крепко обнимая их и неожиданно взмывая с ними вверх. Сильный поток ветра подхватил и шокированного королевича, что громко закричал, закрывая глаза руками и надеясь, что он не разобьется в лепешку, упав с огромной высоты. На удивление этого и правда не произошло. Решив открыть глаза и осмотреться, он увидел вокруг себя лишь что-то белое и влажное, смотря на намокшую одежду и замечая вдалеке родственников.
Они… летели? Он летел! Плащ «Воздушного короля», словно крылья, ловил воздушные потоки и позволял своему хозяину летать без особых усилий. Но даже если его не было, Морро легко мог вызвать сильный ветер и лететь. «Какая замечательная у него способность», — с долей зависти подумал парень, улыбнулся и осторожно схватился за края плаща, управляя своим полетом и весело крича, то опускаясь вниз, то резко взмывая вверх, чем пугал возмущающихся чаек и других птиц.
— Какая беспечность… — проговорил Ву, вцепившись в плечо сына. — Но, признаюсь, я завидуют ему.
— Ты хочешь так же?! Маааам! — повелитель ветра посмотрел на женщину, улыбаясь ей.
— О нет, это без меня! Либо вы летите спокойно, либо я предпочту сделать вид, что я не с вами, — ведьма продолжила тихо ворчать себе что-то под нос, смотря на резвящегося племянника.
— Ты совершенно не изменилась… И я даже рад этому.
***
Темно-серые стены темницы были до ужаса холодными, из-за чего ее нечастые посетители редко могли нормально спать, даже если им выдавали дополнительные одеяла. Пожилая женщина лежала на старой, но мягкой постели, смотря в потолок и не замечая гулких шагов, смешивающихся с тихими перешептываниями. Она так устала в страхе вжиматься в стену и пытаться делать вид, что ее здесь нет, устала от взгляда монстра, который свел с ума ее мужа, а теперь пытался сделать это и с ней.
Каждый день она слушала, что ее вера в хорошее глупа и бессмысленна, что если она согласится быть рядом с ним, он не причинит ей вреда, а наоборот, вознесет на вершину и даст управлять новым миром, построенным на руинах старого. Но свергнутая королева не могла поверить словам того, кто убил ее сына. Она не могла поверить, что в этом существе есть что-то человечное. Он бил решетки, пытался добраться до нее и задушить, но не мог проломить сталь или открыть проход. Ключи от замка были утеряны после того, как вся прислуга сбежала.
— Ты еще пожалеешь о своем выборе! — крикнул мерзкий голос, эхом отражаясь от стен и давя на несчастную еще больше.
С последнего визита ее надзирателя прошло много времени. Она слышала крики, разносящиеся по всему замку, просьбы о помощи, которые заставляли сжиматься ее сердце от бессилия, а после все заглушил смех безумца. Теперь же в замке поселились тишина и одиночество. Мисако привыкла к темноте и галлюцинациями, первое время пугавшим ее. Решив, что приближающиеся звуки очередная игра воображения, она отвернулась к стене и закрыл уши руками, прикрывая глаза.
Ллойд открыл дверь, ведущую в темницу, заходя и начиная искать в темноте нужную камеру. Несколько раз споткнувшись и чуть ли не упав из-за спешки, он присмотрелся и увидел лежащую на койке женщину, что, кажется, спала, вздрагивая от холода и постороннего шума. Несколько раз дернув на себя хлипкую решетку, парень тихо зарычал, пытаясь нащупать в кромешной тьме замок и желая сломать его, пока отставшие от него родственники заходили в помещение.
— Это место стало еще хуже с моего последнего визита сюда, — тихо сказал Морро, принося с собой легкий сквозняк, дающий ему ориентир. — Ллойд, ты нашел ее?
— Да! Но тут заперто, а ключа у нас нет, — королевич тяжело вздохнул. — Может, мама знает, где здесь тайники? Мам! Мама, проснись, прошу!
— Уходи! Оставь меня! — крикнула сквозь плач женщина, сжимая ладони плотнее, чтобы не слышать голос мертвого сына.
— Мама…
— Прекрати, иначе сделаешь только хуже. После стольких дней нахождения здесь удивительно, что она еще не набросилась на нас, — ведьма схватила племянника, заставляя его встать и отойти. — Для начала нужно вытащить ее отсюда, а после привести в чувства.
— Если нет ключа, то придется применять силу, — Ву задумчиво дотронулся до решетки, подергав ее. — Сынок, ты сможешь направить сильный воздушный поток в дверь?
— Ты еще спрашиваешь! — тот лишь усмехнулся.
Закатив рукава, мужчина махнул рукой, хорошо исследуя местность перед собой и примеряясь для точного удара, чего не было особо видно в темноте, поэтому неизвестно, перед кем он красовался. Вновь занеся правую руку над головой, он резко опустил ее вниз, рассекая воздух и отбрасывая всех в разные стороны. Решетка чуть согнулась под натиском ветра и в конце концов сломалась, падая на пол и освобождая проход в камеру, куда тут же вбежал опомнившийся парень.
Ллойд осторожно поднял мать, поворачивая ее к себе и гладя по плечам и щекам, пытаясь успокоить и дать понять, что это правда он и все хорошо. Женщина еще долго сомневалась, пытаясь вырваться из чужих рук и отстраниться, утверждая, что все это просто сон или ее галлюцинации. Но в конце концов она обняла его, утыкаясь носом в плечо и продолжая тихо плакать, шепча что-то и зарываясь в светлые волосы тонкими длинными пальцами, прижимая родственника ближе к себе.
С трудом оторвавшись от него, она встала, смотря на знакомые лица и улыбаясь им. Не самое лучшее место для таких встреч, но у них не было особого выбора. Спустя долгие объятия, они решили выбираться из заброшенного замка, надеясь на то, что обезумевший король не встретит их у самого выхода. Поднявшись вверх по узкой лестнице, семья начала тихо блуждать в огромном замке, вскоре выходя в огромный зал для приемов. Помещение было в ужасном состоянии. Большая часть колонн разбилась от падений, правая лестница была полностью разрушена, а одна из стен пробита насквозь.
— Боже… Гармадон так любил устраивать тут балы, — тихо прошептала Мисако, останавливаясь, чтобы осмотреться, и чувствуя, как ее влекут дальше.
Им не следовало останавливаться, тем более в таком не безопасном месте. Увидев длинный широкий коридор, где раньше висели семейные картины, а теперь был ужасный бардак, Ллойд печально вздохнул, идя дальше и видя сломанные ворота. Наверное, люди выламывали их, чтобы сбежать из этого места, пока их не убил их же правитель. За несколько дней до этого они же пытались убить королевича, еще не понимая, в какой опасности находится весь их мир. Как же больно это вспоминать.
Как только они вышли из дворца, послышалось громкое рычание и звуки разрушения. В одну секунду на их глазах все здание превратилось в руины, а из них, словно из яйца, вылез черный, как уголь, дракон, с красными, наполненными ненавистью глазами. Крылатый змей взмыла вверх, громогласно извещая мир о своем рождении и приземляясь, вызвав сильную дрожь в земле. Упав, королевич не слышал чужих криков о том, что надо спрятаться, смотря на легендарное существо и начиная плакать.
Неужели… в это превратился его отец? И ему придется сражаться с ним. Придется… убить его. Об этом спасении говорила ему Мистейк? Неужели она с самого начала обманывала его?! Его впервые переполняла такая злость от того, что он все понял. Ладони сами сжались в кулаки, а скрип зубов заглушил очередной звук разрушающейся башни, обломки которой чудом не задели его. Встав, он медленно пошел на крики родных, что спрятались за уцелевшей стеной, не успев схватить его и утащить за собой.
— Сынок, ты в порядке?! — королева подбежала к парню, пытаясь обнять его, но получая отказ и непонимающе смотря на него. — Мальчик мой?..
— Ты! — он указал на вздрогнувшую ведьму. — Ты обманула меня!
— Эй, тебе по голове прилетело что ли? — Морро схватил кузена за руку, тут же чувствуя отпор и отстраняясь.
— Не трогай меня! — Ллойд гневно посмотрел на родственника, тут же переводя взгляд на уже спокойную старуху. — Ты ведь знала, что его уже нельзя спасти! Что будет поздно, когда мы вернемся! Почему ты не сказала мне об этом?!
— Я думала, мы успеем…
— … — королевич с трудом сдерживался, чтобы не ударить собственную тетю, закрывая руками лицо и прикусывая губу. — Я знаю, почему тебя назвали Мистейк. Ты одна большая ошибка.
— Ллойд!!!
— Оставьте меня!
Он быстро убегал прочь от пытающихся нагнать его родных, преодолевая сильный порыв ветра с помощью магического плаща и вскоре пропадая из виду. Женщина молча смотрела ему вслед, переводя взгляд на мужа и тут же отворачиваясь, видя перед собой лишь разрушенный замок и дракона, что восседал на груде развалин и набирался сил для уничтожения их мира. В чем-то он был прав. Эта ошибка лишь доказывала, что ее имя говорит само за себя. Но все же она верила, что это не конец. Ведь есть те, кто умеет исправлять чужие ошибки.