неужели развод?..
Когда я покинула комнату, оставив Мансура стоять в оцепенении, меня словно вытолкнуло в пустоту. Его слова, его неуверенное "Я думаю, что да..." звучали приговором не только нашим отношениям, но и всей моей жизни здесь. Шаги сами привели меня не к нашей общей спальне, а к двери, ведущей на улицу. Мне нужно было дышать, бежать, спрятаться от всего этого.
Холодный ночной воздух обжег лицо, словно пощечина, приводя в чувство. Я брела по саду, не разбирая дороги, пока не уперлась в старую каменную стену, окружавшую поместье. Прислонилась к ней спиной, чувствуя, как ледяные камни пронизывают меня насквозь. Было ли это ощущением только снаружи, или так же холодно стало внутри меня?
Все вокруг казалось чужим, враждебным. Даже сад, который я так любила, теперь казался декорацией к чужой пьесе, в которой мне была отведена лишь роль статиста.
Мысли метались в голове, сталкиваясь друг с другом, как обезумевшие птицы в клетке. Фатима, ее слова, ее уверенность в любви Мансура, – всё это отравляло меня изнутри. Но еще сильнее жгло сомнение, зародившееся в глубине моей души после неуверенного ответа Мансура. "Я думаю, что да..." Разве так говорят о любви? Разве так говорят о человеке, с которым готов провести всю жизнь?
Я вспомнила, как отец, объявляя о предстоящей свадьбе, говорил о благе для обеих семей, о укреплении союза. Ни слова о чувствах, о любви, о счастье. И Мансур, послушный сын, согласился, не проронив ни слова протеста. А я… Я, словно марионетка, покорно приняла свою судьбу.
Но теперь я больше не хотела играть эту роль. Я хотела жить по-настоящему, чувствовать, любить, страдать, но делать это по своей воле, а не по воле других.
Неожиданно я услышала тихие шаги. Обернулась. В темноте сада стоял Мансур. Его лицо было бледным, глаза полны боли.
- Себила, – тихо позвал он. – Прости меня.
Я молчала, не зная, что сказать. Простить его? За что? За то, что он не любит меня? За то, что он согласился на этот брак? За то, что он не нашел в себе смелости противостоять воле отца?
- Я не знаю, что мне делать, – продолжал Мансур, приближаясь ко мне. – Я запутался. Я не понимаю, что чувствую.
- Ты должен быть честным, Мансур, – ответила я. – Прежде всего, честным с самим собой. Ты должен понять, что ты чувствуешь ко мне. И к Фатиме.
Он остановился в нескольких шагах от меня.
- Я не люблю Фатиму, – сказал он, но в его голосе не было уверенности. – Я всегда считал ее просто другом, сестрой.
- А меня? – спросила я. – Что ты чувствуешь ко мне?
Он снова замолчал. Мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он ответил.
- Я… Я привык к тебе, Себила, – сказал он. – Ты всегда была рядом. Ты моя подруга, моя семья. Я не представляю своей жизни без тебя.
Его слова прозвучали как холодный душ. Привычка… Подруга… Семья… Но где же любовь? Где страсть? Где то чувство, которое заставляет сердце биться чаще, а душу – летать?
- Этого недостаточно, Мансур, – ответила я. – Этого недостаточно для брака. Для жизни.
- Я знаю, – сказал он. – Но я не знаю, что делать. Я не хочу причинять тебе боль. Я не хочу огорчать отца. Я просто хочу, чтобы все было как раньше.
- Как раньше уже не будет, Мансур, – ответила я. – Мы изменились. Все изменилось.
- Тогда что ты предлагаешь? – спросил он. – Что мы должны делать?
Я посмотрела на него. В его глазах была такая беспомощность, такая растерянность, что мне стало жаль его. Он был как ребенок, потерявшийся в лесу.
- Я не знаю, Мансур, – ответила я. – Я просто знаю, что я больше не могу так жить. Я больше не могу притворяться, что все хорошо, когда все рушится.
- Ты хочешь уйти? – спросил он.
Я молчала. Он правильно понял мои мысли.
- Куда ты пойдешь? – спросил он. – Что ты будешь делать?
- Я не знаю, – ответила я. – Я просто знаю, что я должна уйти. Я должна начать новую жизнь.
- Но… ты же не можешь просто так уйти, Себила, – сказал он. – Что мы скажем отцу? Что скажут люди?
- Меня это больше не волнует, Мансур, – ответила я. – Я должна думать о себе. О своем счастье.
- Но… это же мой дом, Себила, – сказал он. – Куда я пойду?
И тут меня словно огрели по голове. Я совсем забыла об этом. Он прав. Это его дом, его семья, его земля. Куда он пойдет?
- Я… Я не знаю, Мансур, – пробормотала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. – Я не думала об этом.
Он посмотрел на меня. В его глазах было столько боли и разочарования, что я отвела взгляд.
- Тогда что ты предлагаешь? – спросил он. – Чтобы я ушел? Чтобы я оставил свой дом, свою семью, свою жизнь?
Я молчала. Я не знала, что сказать. Он прав. Это не выход. Я не могу требовать от него такой жертвы.
- Я… Я не знаю, Мансур, – повторила я. – Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.
- А ты? – спросил он. – Ты будешь счастлива, если я уйду?
Я снова замолчала. Неужели он действительно думает, что я буду счастлива без него? Даже если он не любит меня, он все равно часть моей жизни. Я не могу представить себе, что его больше не будет рядом.
- Я не знаю, Мансур, – ответила я. – Я просто хочу, чтобы ты принял решение. Решение, которое сделает тебя счастливым. А я… Я постараюсь принять любое твое решение.
Он подошел ко мне и взял мои руки в свои.
- Себила, – сказал он. – Я не хочу, чтобы ты уходила. Я не хочу терять тебя. Я хочу, чтобы мы были вместе.
- Но… как? – спросила я. – Как мы можем быть вместе, если я не люблю тебя?
- Я… Я не знаю, – ответил он. – Но я готов попробовать. Я готов измениться. Я готов бороться за нашу любовь.
Я посмотрела на него. В его глазах я увидела надежду. И, возможно, что-то еще… Что-то похожее на любовь.
- Что ты предлагаешь? – спросила я.
- Давай попробуем, – сказал он. – Давай дадим друг другу шанс. Давай забудем о Фатиме, о наших семьях, обо всем, что нас разделяет. Давай просто будем вместе.
Я молчала. Я не знала, что сказать. Часть меня хотела согласиться. Хотела поверить в его слова. Хотела дать нашей любви еще один шанс. Но другая часть меня сомневалась. Боялась снова обмануться. Боялась, что он снова разобьет мне сердце.
- Я не знаю, Мансур, – ответила я. – Мне нужно время. Мне нужно подумать.
- Хорошо, – сказал он. – Я подожду. Я дам тебе столько времени, сколько тебе нужно. Но, пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня.
Он обнял меня. Я прижалась к нему, чувствуя, как слезы душат меня изнутри. Я не знала, что будет дальше. Но одно я знала точно: я больше не одна. У меня есть Мансур. И, возможно, у нас еще есть шанс на счастье.
Поздней ночью, лежа в постели рядом с Мансуром, который уже крепко спал, я не могла сомкнуть глаз. Его слова, его объятия, его обещание бороться за нашу любовь – всё это звучало так заманчиво, так сладко. Но в голове продолжали крутиться слова Фатимы, её уверенность в чувствах Мансура к ней.
И вдруг меня осенило. Я поняла, что должна сделать. Я должна поговорить с Фатимой. Я должна узнать правду из первых уст.
Я тихо встала с постели, оделась и вышла из дома. Луна освещала дорогу, словно указывая мне путь. Я шла к дому Фатимы, зная, что этот разговор может изменить всю мою жизнь.
Дом Фатимы был небольшим и скромным, но ухоженным и уютным. Я постучала в дверь. Через некоторое время дверь открыла сама Фатима. Она была одета в ночную рубашку, волосы растрепаны.
Увидев меня, она нахмурилась.
- Что тебе нужно? – спросила она.
- Мне нужно с тобой поговорить, – ответила я.
- Говори, – сказала она, не приглашая меня войти.
- Я знаю, что ты любишь Мансура, И я знаю, что ты думаешь, что он любит тебя.
Фатима усмехнулась.
- Ты наконец-то поняла, что он не любит тебя?
- Я не знаю, – ответила я. – Но я хочу знать правду. Я хочу знать, что происходит между тобой и Мансуром.
- Что ты хочешь услышать? Что он любит меня больше, чем тебя? Что он мечтает быть со мной? Что он готов на все ради меня?
- Я хочу услышать правду, – ответила я. – Я хочу знать, есть ли у нас шанс с Мансуром. Или мне лучше уйти и не мешать вам быть счастливыми.
Фатима посмотрела на меня. В её глазах я увидела что-то, чего не ожидала увидеть. Сочувствие.
- Ты действительно не любишь его, да? – спросила она.
- Да..
Фатима вздохнула.
- Я не буду лгать тебе, Себила, – сказала она. – Я действительно люблю Мансура. Я люблю его с детства. И я всегда мечтала быть с ним.
- И он? – спросила я. – Он любит тебя?
Фатима замолчала. Она отвела взгляд и стала смотреть на луну.
- Я не знаю, – сказала она наконец. – Я думаю, что он меня любит. Но он слишком боится. Боится ослушаться отца. Боится потерять свой дом, свою семью, свою жизнь.
- И ты готова ждать его вечно? – спросила я.
- Да. Я готова ждать его столько, сколько потребуется. Я знаю, что однажды он поймет, что мы должны быть вместе.
Я посмотрела на Фатиму. В её глазах я увидела такую преданность, такую силу, такую любовь, что мне стало стыдно за свои сомнения.
- Я не буду тебе мешать, Фатима. Если ты думаешь, что Мансур может быть счастлив с тобой, я уйду. Я оставлю вас в покое.
- Ты действительно готова это сделать? – спросила Фатима, удивленно глядя на меня.
- Да, – ответила я. – Если это сделает его счастливым.
Фатима улыбнулась.
- Спасибо, Себила, – сказала она. – Я никогда этого не забуду.
Я развернулась и пошла прочь. На этот раз я не чувствовала боли, ни разочарования, ни обиды. Я чувствовала только облегчение. Я приняла решение. Я сделала то, что считала правильным.
Теперь оставалось только ждать. Ждать, когда Мансур примет свое решение. И я была готова принять любое его решение. Даже если это означало, что я должна была уйти из его жизни навсегда.