Джисон
Почему я пошёл в полицию? Хех. Все думают, что это был какой-то порыв совести. Внезапное прозрение. Блядь, нет.
Я всегда всё знал. Все эти тёмные делишки «Авроры». Все скелеты в шкафу. Я их туда и складывал, эти кости. Шифровал, прятал, стирал цифровые следы. Я был тем, кто делал грязную работу чистой. Для них.
«Проект Янус»... Я видел первые тесты. Видел, как у людей начинали дергаться глаза, как они жаловались на мигрени, как один стажёр чуть не впал в кому после «внезапного скачка напряжения». И я молчал. Потому что Банчан платил. Платил так, что можно было закрыть глаза на многое. А я умел закрывать глаза. Научился.
Но потом был Ли Хён. Он не был просто «субъектом». Он приносил мне кофе по утрам. Спрашивал, как у меня дела. Рассказывал про своего младшего брата, этого самого Феликса, с такими же, как у него, дурацкими ямочками на щеках, когда улыбался. Он был... человеком. Не статистикой. Не «расходным материалом».
И когда Минхо активировал на нём эту хуйню, когда он умер в одиночестве на том холодном полу... а Банчан просто приказал всё замести... что-то во мне щёлкнуло. Окончательно.
Я видел, как Феликс пришёл. Этот самый младший брат. С теми же ямочками, но с глазами, полными такой боли, что на неё было больно смотреть. И он пытался докопаться до правды. А они... Банчан смотрел на него как на новую игрушку. Минхо — как на мусор, который нужно вынести.
И я понял: я следующий. Не в том смысле, что меня убьют. Нет. Я слишком ценен. Но я стану соучастником ещё в одном убийстве. Убийстве его души. Потому что Банчан бы его сломал. Сломал бы, как ломает всё, к чему прикасается. А я бы снова сидел в своей серверной, ел лапшу и стирал доказательства.
Мне не стало страшно. Мне стало противно. Противно от самого себя. От этого сладкого, приторного запаха денег, который перестал пахнуть. От ощущения, что я мою руки, уже по локоть в крови.
Так что нет. Это не было благородным порывом. Это была гигиена. Я просто... устал от дерьма. Устал быть тем, кто его убирает. Решил, что пора вывалить всё это ведро на головы тем, кто его насрал.
Пусть теперь они сами оттираются. А я... я пойду искать новую работу. Может, в какой-нибудь маленькой компании, где самый большой скандал — это кто съел чей йогурт из холодильника.
И знаете что? Я с нетерпением этого жду.