12
Тяжелое дыхание обрывалось, циркулируя неравномерно, жгучей болью отдаваясь в области легких и шеи. Не сфокусированный взгляд повернулся в сторону яркого огня, пылающего чересчур быстро, неумолимо и ненастояще. В ушах звенит громким гулом, вызывает головную боль и не утихает, теплая струйка крови течет из ушных раковин, беззвучно капает на разбитое стекло. В голове приятно пусто, совершенное отсутствие мыслей и посторонних дум, звуки слышны словно через мерную толщу воды.
Расплываясь, картина перед глазами яснеет, через мнгновенье очи ослепляет яркий свет. Звук сирены и отголоски, людские крики, вводящие, на удивление слишком чуткий слух, в транс поверхностной боли.
Жизнь Мигён оказалась намного лучше благодаря друзьям. Каждый просчитанный день, мероприятия и свободные минуты жизни ей повезло проводить с близкими ей людьми, на примере Суджин и Рики. На самом деле это только до тех пор, пока в классе громким вызовом, осветленными волосами и пирсингом не объявился Ли Хисын. С него всё пошло словно по наклонной, перемешалось и разделилось на огромные «До» и «После». И как ни странно, девушка была уверена в том, что так и должно быть.
Свою мать Мигён помнит хорошо. Мисс Ю была прекрасным врачём, делающим свою работу на совесть и со всей любовью. В детстве она частенько пропадала в ночи, смена за сменой отсиживаясь в городской больнице столицы. На все тринадцать лет жизни своей дочери её отправили в частную больницу с хорошим доходом, можно было сказать, что годы старания и страданий оправдались. Правда через четыре года из этих стараний осталась лишь одинокая дочь и холодный труп, где то на мосту Хан.
После смерти матери Мигён удочерила её родная тётя, не имеющая ни мужа, ни детей. Женщина частенько пропадала на работе, являясь искусным во все руки юристом. Каждый раз, вспоминая все свои годы жизни, ночи, где мать трудилась до пота и крови, вся надежда, которая была в глазах мисс Ю, момент, в который ей сообщили о погибели и день похорон – всё, что произошло изменило очень многое, отрезало живущую жизнь и оборвало целый ход событий и историй, не пустых воспоминаний. Неужели одно жалкое событие может просто взять и уничтожить всё то, что строилось годами, в стольких усилиях и боли?
Есть ли смысл в том, что бы так сильно стараться, если в конце концов покончишь также быстро и забудешься в мире живых за пару дней? Разве всё это имеет значение?
Какое то время Мигён не хотелось жить. Огромная часть её жизни попросту обратилась в пепел и исчезла под осенний свист ветра, оставляя после себя пустоту и забытое чувство никчёмности. Паршиво. Время, которое забирает у нас молодость, даря в обмен опыт и знания, не щадит никого. Готовы вы или нет, когда, если не сейчас? Определенно, время даётся каждому не просто так. Возможно, в том, что мисс Ю погибла на семнадцатом году своей дочери — не просто так? Может, в этом есть своя необходимость?
Рассказ мисс Шим о её молодости и первой(последней) любви тронула Мигён ненашутку. Слушая приятный голос соседки, она со слезами на глазах рассматривала всё ещё сохранённые письма и военный кулон. Как оказалось, после смерти любимого Сувон взяла фамилию мужа и осталась жить в той самой квартире, надеясь, что он когда нибудь вернётся, правда отлично понимала что никто кроме неё в этот дом уже возвращаться не будет. С тех самых шестидесятых годов квартира совсем не менялась. Больше сорока лет женщина провела в ожидании, отказалась от своей мечты поехать в Париж и успела со всеми в подъезде подружиться, угощая их домашними пирогами и мечтая о внуках.
Всё это мисс Шим объяснила тем, что никого полюбить после Джеюна не смогла, хотя старалась. Заводила знакомства, шла на свидания, однако пересилить себя и забыть любимого ей было не под силу.
В какой то момент Мигён снова возвращается в своё детство, где каждый день казался ей взволнованно чудным и интересным. Руку протяни – обожжет, да больно сильно. Расколет на части душу и вырвет лёгкие вместе с сердцем, бьющимся до оскала равномерно и громко.
***
Он снова набирает тот же номер, постукивая указательным пальцем о поверхность кожаного кресла. Слышаться гудки, однако никто с той стороны не берёт трубку, заставляя японца нервничать и переживать ещё сильнее. Рики зло цокает и переводит взгляд на зеленый парк у больницы. Каждый чем то занят. И он, в принципе, тоже.
Дозвониться до отца всегда является огромной проблемой, однако это пока что единственное, что он может сделать сидя на машине с тонированными окнами и кучей репортёров у компании. Домой возвращаться нельзя – мать начнёт истерить и портить настрой на нормальный разговор. По правде, и вести с ними светские беседы он не собирается. Всего лишь узнает, рук это дело его отца или нет, а дальше по ситуации.
Телефон забибрировал, японец ответил на звонок с легкой ухмылкой и коротким « Жду тебя в Distance verte. Это ресторан, если ты не понял.»
– Поехали.
Машина тронулась с парковки.
Теплый летний вечер обещал быть насыщенным, не надеть темную рубашку в такое заведение – уже преступление. Ресторан славился хорошим мясом, если он не ошибается. Обязательно попробует.
Через десять минут мужчина подошёл к сыну. Всё такой же злой и нервный, однако былого страха Рики не испытывает с корня. Боятся нечего. Отрезав кусок от стейка, японец начал разговор первый, не отрывая взгляда от тарелки, – Это ты сбил мою подругу?
На фоне классической музыки и торжественного приема этот вопрос и атмосфера были словно круассан в томатном соке. Совершенно не сочетались. Выражение лица Рики спокойное, даже какое то приветливое и доброе на первый взгляд.
Мистер Нашимура хмурится.
– О чем ты говоришь?
Сунув в рот кусочек мяса, Рики поднимает взгляд на отца, – Я спрашиваю, это ты сделал?
Откинувшись на спинку стула, мужчина вздыхает и поднимает бровь.
– Я тебя предупреждал, Рики. Ты сам пошёл на такое, я всего лишь делаю то же, что сделал бы каждый заботливый родитель.
Младший его перебивает,– Вот и поговорили. До завтра, отец.